Развод. Пошел вон!

Глава 44. Вот и сказочке конец

Сергей

— Сережа, кто это? — выходит из комнаты сонная Кира. — Что происходит?

— Сергей Эдуардович задержан по подозрению в организации поджога, — отвечает ей сотрудник полиции. — Собирайтесь! — приказывает он мне.

— У вас нет никаких оснований меня задерживать! Я понятия не имею, о каком поджоге идет речь!

Сотрудник полиции отходит в сторону, в квартиру входит Вячеслав и смотрит на меня в упор.

Хозяину квартиры так оперативно сообщили, что здесь полиция?

Видимо, он хочет потребовать от меня объяснений.

— Вячеслав, я не понимаю, что здесь происходит. Приехала полиция, на меня пытаются повесить какой-то поджег, и…

— Я сейчас тебе объясню, что здесь происходит, — внезапно начинает общаться со мной на «ты».

Водит пальцем по экрану мобильника, подходит ближе, разворачивает ко мне экран, на котором идет какое-то видео, а сам смотрит прямо в глаза и испепеляет меня взглядом.

Только на двадцатой секунде видео я начинаю понимать, что, мать твою, происходит.

Меня кидает в жар.

По спине текут ручьи пота, лоб и ладони взмокли, сердце стучит как бешеное.

— Здесь к-камеры? — заторможенно произносит Кира, чиркает взглядом по потолку, но, видимо, камеры тщательно спрятаны, чтобы мы не смогли их заметить.

Сука…

Это что за подстава?

Почему, черт возьми, в съемной квартире оказались камеры?

Ничего не соображаю в панике.

Не понимаю, что происходит.

— Ты думал, что у Ольги не будет доказательств? — металлическим голосом изрекает хозяин квартиры, резко берет меня за затылок и припечатывает телефон к лицу. — Вот они, ублюдок! — вдавливает в лицо экран. — Сюда смотри! Ты на камеру признаешься в организации поджога. Ты сядешь за это — раз, за то, что установил в чужой квартире жучок — два, и за то, что издевался над женой — три. Я сам лично проконтролирую, чтобы тебя упрятали далеко и надолго.

Рывком отпускает меня, я едва не падаю на пол, но в последний момент успеваю ухватиться за дверной косяк.

Выпрямившись перед ним, расправляю плечи, и с багровым от злости лицом передергиваю грудными мышцами.

— Вы что себе позволяете? Вы вообще кто такой?

Молча смотрит на меня несколько секунд, снова подходит ко мне вплотную, приближается к моему лицу, сжимает губы.

— Я тот, кто больше никогда не даст Ольгу в обиду. Тот, кто закопает тебя живьем, если еще хоть раз приблизишься к ней.

«Кто ты такой, сукин сын?!» — пытаюсь понять, откуда он вообще взялся, и почему защищает Ольгу.

В памяти крутится его фамилия, написанная в договоре аренды квартиры.

«Горчаков… Корчагов… Черт, как там было? Гончаров… Вроде Вячеслав Гончаров».

Резко меняюсь в лице, мои брови ползут на лоб.

Да не может быть!

У того парня, с которым в детстве встречалась Ольга, ведь не такая была фамилия?

Имя да, точно Вячеслав, я его запомнил, но один раз давным-давно она называла и его фамилию. Кажется, она была чем-то похожа на «Гончаров».

— Давно ты ее знаешь? — хрипло спрашиваю я, надеясь на то, что я все же ошибаюсь.

— Давно, — сверлит меня взглядом. — Можно сказать, всю жизнь.

Значит, это он.

Она нашла его, чтобы он помог ей разобраться со мной?

— Оля теперь со мной, — поднимает он голову и передергивает скулами. — Ты, наверное, еще не в курсе, что у нас с ней есть сын.

— Сын? — хмуро смотрю на него. — Какой еще сын? Она же потеряла ребенка.

— Он выжил, но подробности тебя не касаются. Просто знай, что с этого дня у тебя начинается ад на земле. Ты ответишь за все, что ей сделал.

— Сережа, я ничего не понимаю, — дрожащим голосом произносит Кира. — Тебя что, посадят? А как же я? Как я буду одна без тебя? — всхлипывает она.

Разворачиваюсь к ней, смотрю в лживые мокрые глаза, чувствую, как от напряжения вздуваются вены на шее, снова начинает полыхать лицо, руки сжимаются в кулаки.

— Как ты будешь без меня, дрянь? — цежу сквозь зубы, делаю шаг в ее сторону, поднимаю руку, чтобы схватить ее за шею, но вовремя останавливаю себя, чтобы мне не пришили еще одну статью. — Актриса чертова! — прожигаю ее взглядом. — Ты специально рассказала Вике про удочерение. Ты…

— Это неправда! — выпучивает глаза. — Сережа, я же все тебе объяснила. Что за бред ты несешь?

— Мне прислали видео, на котором ты трепалась со своей соседкой, — рычу ей в лицо. — Как ты рассказывала ей о том, что сделала это в отместку Ольге.

— Сереж, это монтаж… — пытается оправдаться. — Я не знаю, что тебе там прислали, но я ничего такого не говорила, клянусь.

— Скажи им спасибо, — киваю на сотрудников полиции, наклоняюсь к ней и тихо добавляю: — Если бы они не пришли сюда, то я бы задушил тебя, сука.

— У тебя ровно одна минута на сборы, — грубо произносит Вячеслав.

— Гражданка Самойлова, вы тоже собирайтесь, — приказывает ей сотрудник полиции. — Поедете на допрос.

— Какой еще допрос? — хлопает глазами. — Я же вообще не имею отношения к этому поджогу.

— На вас поступило заявление. Вам инкриминируют уголовное дело по статье сто пятьдесят пятой — разглашение тайны удочерения в корыстных целях.

— Что? — в шоке выдыхает она. — П-подождите, подождите, — в панике хватается за голову. — Вы… вы не можете заставить меня поехать с вами. Вы обязаны вызвать меня повесткой. Я ничего не буду говорить без своего адвоката, и…

— Даю вам ровно минуту! — гремит Вячеслав, Кира вздрагивает от его голоса, и с испуганными глазами пятится к комнате.

Ольга решила размазать нас по полной.

Сука… да мы же в заднице!