Рождественская Адская Гончая

Глава 22. Миган

— Боб на месте? — спросила Миган. Она посмотрела на часы. — Уже почти пора начинать. Все остальные на позициях.

Олли приняла рассеянный вид. Такое выражение у нее всегда появлялось, когда она общалась телепатией.

— Он как раз заканчивает завивать бороду. Ему понадобится минутка. К тому же, нам не нужно начинать движение, пока все остальные не стартуют.

— Он завивает бороду?

Олли пожала плечами.

— Он относится к этому очень серьезно.

Миган подняла брови.

— Понятно…

По крайней мере, все остальное готово, подумала она. Олли выглядела отлично, если не забывала улыбаться, а не пристально разглядывать людей.

Все собаки были наряжены в костюмы оленей. На каждой была надета зимняя курточка с парой рогов на капюшоне, а к пришитым «седлам» были прикреплены крошечные серебряные колокольчики, которые весело позванивали. У Паркура, как у вожака, к его «седлу» была прикреплена плюшевая игрушка-котенок. Миган не совсем понимала, зачем это нужно, но Джаспер умолял включить этот аксессуар, а Паркуру он был безразличен.

И похищение собак призрачной бандой, кажется, не имело долгосрочных последствий. Кроме того, что Паркур вчера рычал на ту корпоративную группу. Но он всегда немного чокнутый.

Она опустилась на колени и почесала Паркуру уши. Все шесть собак были радостно виляющими хвостами и готовы к старту.

Они так же рады меня видеть, как тогда… тьфу.

Когда она впервые встретила Кейна. Почему она должна думать об этом сейчас?

В тот момент, когда мысль промелькнула в ее голове, все шесть ездовых собак замерли и насторожились. Кожа Миган закололась.

Прямо как когда они впервые увидели его.

Она подняла взгляд и увидела его. На другом конце парковки. Так далеко, что она вряд ли могла бы с ходу понять, что это именно он. Не с такой мгновенной и безошибочной, оглушающей сердце уверенностью.

Черт. И что мне теперь делать?

Она встряхнулась. О чем она думает? Он ни за что не пришел сюда, чтобы увидеть ее. Он не хочет иметь с тобой ничего общего, помнишь?

Должно быть, он хочет увидеть Боба, или Хэнка, или…

Но…

Кейн шел прямо мимо всех других выстроившихся поплавков парада. Прямо к саням. Либо он действительно очень хотел навестить собак, либо…

Миган сглотнула. Он шел, чтобы увидеть ее.

Та крошечная золотая искорка надежды вспыхнула в ее сердце. Она потерла грудь.

Успокойся. Успокойся. Даже если он идет к тебе, он не собирается…

Она вздохнула и закрыла глаза. Если рождественские желания были реальны, он бы пришел сказать ей, что он любит ее, а не его адская гончая, и что он хочет быть с ней, и они бы въехали в город на санях Санты под одобрительные возгласы людей, прямиком в их долго и счастливо.

Хриплый голос Кейна прервал ее грезы.

— Миган, тебе нужно убираться отсюда.

Глаза Миган распахнулись.

— Что?

Греза разбилась.

Должно быть, Кейн бежал через парковку. Он стоял по другую сторону саней, изнеможение читалось в каждой линии его тела, а на бледных щеках горели красные пятна от усилия.

— Тебе нужно уйти. Сейчас. Что-то…

Уши Миган заполнил рев крови.

— Ты пришел сюда, чтобы сказать, что мне нужно уйти?

Олли взвизгнула. Кейн отступил на полшага, брови его сдвинулись.

— Да, но…

— Я уже уезжаю! Разве этого недостаточно? Еще два дня, и ты избавишься от меня навсегда!

— Я не это имел в виду…

— Заткнись! Просто закрой свой рот!

Кейн мгновенно сомкнул губы. Миган оперлась о бок саней, тяжело дыша.

Горячие и холодные мурашки побежали по ее коже, и она беспокоилась, что ее сейчас вырвет.

Он не просто не хочет иметь с тобой ничего общего. Он хочет, чтобы ты исчезла.

Его адская гончая — монстр. И он наконец понял, что это значит, что ты тоже монстр.

Слезы наполнили ее глаза.

— Вот почему я никогда больше не хотела тебя видеть! — выкрикнула она, ее голос охрип.

Та золотая искорка внутри нее затрепетала, как свеча на ветру.

Кейн резко втянул воздух, схватившись за грудь. Миган вскарабкалась на сани и едва удержалась, чтобы не свалиться с другой стороны прямо в его объятия.

Он не хочет тебя, помнишь?

Слишком большая. Слишком громкая. Слишком непригодная для любви.

Монстр.

Где-то на грани ее панической ярости собаки начали выть.

Глаза Кейна расширились. Его губы искривились, но остались сомкнутыми, будто склеенными невидимым суперклеем.

— Я должна была быть идиоткой, чтобы думать, что наконец нашла кого-то, кому я нравлюсь, да? Ты думаешь, твоя адская гончая — отвратительный монстр, и я тоже! Просто признай это!

Глаза Миган затуманились, но ветер сдул ее слезы, прежде чем они упали.

Кейн открыл рот с хрипом.

— Если бы не моя адская гончая, я бы никогда не оставил тебя!

— Чушь собачья! — Миган пришлось кричать поверх воющего ветра. — Ты лжешь!

— Я не… — голос Кейна дрогнул.

— Миган! — взвизгнула Олли. — Они здесь!

Голова Миган резко повернулась.

— Что?

— Смотри!

Миган проследила за ее дрожащим пальцем.

— Я не вижу… О, Боже.

Шум ветра и приготовлений к параду внезапно стих, и нахлынувшая тишина была неестественной. Словно мир окутался густым туманом и снегом.

У самого края парковки, то появляясь, то растворяясь, мелькали три огромные теневые гончие. Их ноги были длинными и жилистыми, головы опущены низко. В глазах пылал адский огонь, а из разинутых пастей в такт тяжелому дыханию клубился дым.

Одна лишь их внешность вызвала внутри нее знакомый холодный ужас. Тот самый ужас, что заставил ее выложить Кейну все свои самые темные страхи.

— Адские гончие, — прошептала Миган. Ее собственный голос звучал странно и тонко в ее ушах.

Едва она это произнесла, как они исчезли. Она в панике оглянулась. Ни малейшего следа. Но неестественная тишина так и не рассеялась.

Кейн схватил ее за руку.

— Пожалуйста, — сказал он, его голос грубый. — Поэтому я и пришел. Я видел все это раньше. Не совсем так, но… они собираются что-то сделать. Мне нужно, чтобы ты была в безопасности.

Он отступил на шаг, и Миган двинулась с ним, сходя с саней.

— Что значит, ты знаешь, что они делают?

Лицо Кейна было напряженным.

— Я думаю…

Вопль Олли прорезал воздух. Миган вывернулась из хватки Кейна, когда ездовые собаки снова начали выть.

И побежали.

Олли шлепнулась обратно на сиденье, когда сани рванулись в движение. Миган не стала раздумывать. Она впрыгнула в сани рядом с ней.

— Ммф. — Она ахнула, запыхавшись. — Олли, ты можешь… Олли?

Олли прижалась в самом углу сиденья, ее глаза были широко раскрыты.

Миган сглотнула. Если мне страшно, то что же чувствует она? Олли говорила, что встреча взглядом с ними — словно выскоблить тебе мозг, пока не останутся одни лишь плохие воспоминания, а ее плохие воспоминания с Джексоном так свежи.

Она протянула руку, чтобы схватить руку Олли, и повернулась к собакам.

— Тпру! — закричала она. Ветер сорвал ее голос. — Я сказала Тпру!

Собаки не слушались. Или не слышали. А может быть… Холодная дрожь сжала позвоночник Миган, и она медленно посмотрела налево.

Пылающие глаза насмешливо смотрели на нее.

Никто тебя не хочет. Никто никогда тебя не хотел. И это все твоя вина. Во всем.

Она тяжело села.

Адские гончие гонят собак. Но куда? И зачем они это делают?

— Миган!

Голос Кейна прогремел в ее костях. Она успела обернуться, как раз чтобы увидеть, как он хватается за борт саней, пытаясь замедлить их. Древесина затрещала под его пальцами, но сани неслись дальше.

— Хватай мою руку! — закричала Миган, протягивая руку к нему.

Его пальцы сомкнулись вокруг ее ладони, и он вскочил в сани. От его веса они накренились, и Миган напряглась.

Кейн встретился с ней взглядом. Между ними пробежала искра понимания. — Мы не можем позволить саням перевернуться. Они не остановятся.

Миган сглотнула.

— Они не дадут собакам остановиться, даже если те запутаются в постромках? Они же поранятся!

— Я скорее думал о том, что пострадаем мы.

— Но мы должны что-то сделать!

Рядом с ней Олли застонала.

— Нет, нет, нет… — Она прижала руки к лицу. Пока Миган смотрела, между ее пальцами пробились перья. — Нет, нет, нет…

— То, что они делают с собаками, действует и на нее, — простонал Кейн. Внимание Миган резко переметнулось с Олли на него. Его лицо было искажено гримасой боли.

— А на тебя?

— Я могу… справиться.

Это действовало и на нее тоже. Адреналин бешено стучал в висках. Она сглотнула.

— Они гонят нас к городу.

Что говорила Опал? Испуганные люди принимают глупые решения.

— Те улицы будут полны людей.

— Не дай им увидеть меня такой! — вскрикнула Олли. — Я не могу остановить это…

Улицы расчистили с утра. По обеим сторонам дороги громоздились огромные снежные сугробы. Но только здесь. Чем ближе к городу, тем меньше снега.

Миган увидела свой шанс и приняла мгновенное решение. Она схватила руку Олли и подняла ее, когда сани приблизились к повороту.

— Прыгай! — закричала она. Олли взвизгнула и прыгнула в сугроб у обочины дороги.

— Она в безопасности. А что насчет тебя? — голос Кейна был хриплым. Миган повернулась к нему, глаза ее сверкнули.

— Ты имеешь в виду нас, — отрезала она. Свечение-искорка внутри нее вспыхнуло.

— Я должен оберегать тебя. Это единственное, что теперь важно. — Кейн простонал и схватился за голову.

Миган притянула его к себе, усадив рядом. Бахрома мишуры срывалась с саней, а дерево и сталь скрипели под ними.

— Мы почти в городе. И сани долго не выдержат на такой скорости. Мы должны как-то замедлить их.

— Больше никаких сугробов, — сквозь зубы проговорил Кейн, морщась.

Конечно. Должно быть, именно это остановило их последнюю прогулку. Надо было врезаться в последний сугроб всем вместе, а не высаживать одну Олли.

Ты думала, что можешь спасти Рождество? Ты не можешь даже себя спасти.

Они уже достигли окраины города, выехав на длинную прямую улицу, ведущую к площади. Сквозь завывающую тишину начали пробиваться удивленные возгласы и редкие радостные крики людей, ожидающих парад всего в нескольких десятках ярдов.

Ездовые собаки тяжело дышали, глаза их закатывались. Миган стиснула зубы.

— Должно же быть что-то, что мы можем сделать, чтобы остановить их!

Окна разбивались, когда адские гончие, не более чем тени, источающие дым и искры, крались по улицам.

Сани подпрыгнули на выбоине, и Кейн обнял ее и прижал лицо к ее лицу.

— От этого я хотел тебя уберечь. Оглянись. Видишь теперь, кто я? Правду? Адские гончие — монстры. — Его голос был полон страданий. — Я один из них. Я чувствую это в костях. Их охота зовет меня, и я не могу… я должен бороться с этим, но…

Он выругался и опустил голову, прильнув к ее виску. Следующие слова прозвучали едва слышным шепотом.

— Мне нужно вывезти тебя отсюда, пока тебя не ранило. Это все, чего я хотел. Ты не чудовище, ты… ты идеальна. И я не заслуживаю быть с тобой, пока я один из них.

Миган почувствовала, будто на полном ходу врезалась в стену.

Дело не только в его адской гончей. Дело в нем. Он заботится обо мне. Кейн заботится обо мне.

Едкие шепотки заползли в уголки ее сознания. Неправда. Неправда! Ты думаешь, это правда? Никто не может заботиться о таком создании, как ты. Помнишь, как упала с той стены? Помнишь все семьи, которые от тебя отказались, потому что ты никогда не была достаточно хороша, как ни старайся?

Она зажмурилась.

— Нет…

Это потому что ты НИКОГДА не будешь достаточно хороша. Внутри ты сломлена. Ничтожна. Недостойна любви. Все, что ты умеешь, — это разрушать.

Только монстр может любить тебя. Не думаешь, тебе стоит отпустить Кейна, прежде чем ты и его разрушишь?

Глаза Миган распахнулись.

Это был не ее голос. Это был кто-то другой. Кто-то, чей голос звучал как лезвия, облитые кислотой, и звучал он внутри ее черепа.

Она схватила Кейна за голову, заставив его смотреть на себя.

— Я во всем ошибалась, — выдохнула она. — Думаю. Надеюсь. О, Боже, Кейн, что если мы оба ошибались?

— Миган, о чем ты говоришь?

— Твоя адская гончая. Она не монстр.

Глаза Кейна расширились.

— Ты не можешь это знать…

У нее не было времени объяснять. Она и не знала, как бы объяснила. Она бы звучала как сумасшедшая. Злой голос в моей голове твердил, что все мои худшие страхи правда — и я поняла, что это ложь?

Это было безумием. Абсурд.

Прямо как тогда, когда она была убеждена, что за странностями в Pine Valley стоит нечто большее, чем просто совпадения.

И тогда она была права. Не ошибaлась. Не все испортила. Права.

НЕТ!!!

— Кейн, я люблю тебя, — закричала она поверх едкого голоса, кричащего в ее голове, и поцеловала его.