Руководство по фальшивым отношениям с твоим врагом

Глава 4

Натали

Совет № 4: Попытайтесь объяснить врагу суть и причины вашего плана фальшивых отношений так, чтобы не прозвучать совершенно сумасшедшим.

Я нервно сжимала стакан с матча-латте, задаваясь вопросом, не стоило ли всё-таки встретиться с Сэмюэлем в его офисе. Но это означало бы заходить на территорию врага.

Вместо этого я выбрала уединённую заднюю комнату «Литерума», уютного кафе-книжного магазина, расположенного в одном из исторических зданий центра Фокс-Крика.

Большое окно открывало вид на припорошенную снегом улочку, а разношёрстная мебель добавляла обаяния. В комнате стояло несколько кресел, потертый диванчик и старый кофейный столик, в то время как вдоль стен тянулись книжные полки.

Места было достаточно для уединённого разговора, но, сидя здесь, я вдруг осознала, что это далеко не самая нейтральная территория. (Уорнеры пытались купить это здание больше десяти лет назад с намерением снести его, но наша семья тогда успешно этому воспротивилась.)

— Никогда бы не подумал, что именно ты пригласишь меня на кофе, — протянул раздражающе обаятельный голос, вырывая меня из мыслей.

В комнату вошёл мой заклятый враг, снежинки ещё искрились на плечах его чёрного шерстяного пальто, а тёмные волосы были слегка растрёпаны ветром.

— Когда Мигель мне это сказал, я решил, что он окончательно рехнулся, — он небрежно скинул пальто, под которым оказался безупречный костюм, наверняка от какого-то модного европейского бренда, название которого я даже произнести не смогла бы, не говоря уже о том, чтобы позволить себе такую вещь.

— Поверь, Мигель был в таком же шоке, как и ты, когда я попросила передать приглашение, — я осторожно поставила стакан с латте на столик перед своим креслом, опасаясь, что в порыве эмоций могу его пролить.

Звук, с которым он плюхнулся на выцветший бархатный диванчик напротив моего кресла, вернул меня к реальности. Он сел с непринуждённостью, а его тёмные глаза оставались непроницаемыми.

— Ты, наконец, решила принять моё предложение обсудить пожертвования для «Друзей библиотеки» за чашкой кофе? — спросил он своим привычным обаятельным тоном, которым всегда добивался своего. Но я уловила в его голосе лёгкое любопытство.

— Нет, — я покачала головой. — Я хочу предложить тебе одну идею.

— Идею? — Сэмюэль удивлённо приподнял бровь, на его красивом лице мелькнула тень интереса. — Это, безусловно, что-то новенькое. Обычно, когда Мэнны обращаются к Уорнерам, это заканчивается спором, а не предложением. Продолжай. Я заинтригован.

Собравшись с духом, я глубоко вдохнула.

— Я думаю, что нам… То есть, тебе и мне… стоит… начать фальшивые отношения.

Слова прозвучали ещё более нелепо, чем в моей голове, но я заставила себя продолжить:

— С целью уменьшить напряжённость между нашими семьями.

Тишина.

Сэмюэль молча уставился на меня, не говоря ни слова. В образовавшуюся паузу вклинились звуки кафе — звон чашек, приглушённый шум кофемашины.

Я продолжила, пока не потеряла решимость.

— Я считаю, что пришло время Мэннам и Уорнерам оставить разногласия в прошлом. Не пойми меня неправильно, это ради Фокс-Крика, — солгала я, решив заранее, что не буду упоминать чувства Оуэна к Дженне. Это казалось предательством, да и кто знает, как бы Сэмюэль использовал эту информацию.

Выражение его лица оставалось неизменным, глаза — такими же непроницаемыми. Это было нервирующе — словно пытаться читать книгу, из которой вырвали половину страниц. Но я не позволила ему сбить меня с толку.

— Это будет временно, — продолжила я. — Всего пару месяцев. Достаточно, чтобы наши семьи увидели, как хорошо они могут взаимодействовать, когда не конфликтуют. А потом мы сможем закончить эти… фальшивые отношения. По-дружески.

Лицо Сэмюэля оставалось неподвижным, а я нервно накручивала прядь своих пепельно-каштановых волос на палец. (Надо было собрать их в пучок с утра. В хорошие дни они просто волнились, но стоило мне понервничать — и они начинали пушиться, как назло.)

— Ты, наверное, думаешь, что расставание может снова разжечь конфликт между нашими семьями, но это необязательно. Я имею в виду, мне всегда удавалось расставаться со своими партнёрами на дружеской ноте, — сказала я, пытаясь звучать уверенно.

Даже если бы мой послужной список в отношениях был не таким безупречным, сохранить мир между Мэннами и Уорнерами было бы не так уж сложно. Надеюсь, когда Оуэн и Дженна начнут встречаться, они плавно перейдут в роль объединяющего звена для обеих сторон.

Сэмюэль молча смотрел на меня, не отводя взгляда. В воздухе витал запах свежеобжаренного кофе и старых книг, перемешиваясь с нарастающим комом тревоги у меня в горле.

Я судорожно пыталась вспомнить все доводы, которые репетировала перед встречей.

— Думаю, для блага города будет лучше, если наши семьи смогут наладить отношения, — выпалила я, словно это объясняло всё. — Наши мелочные ссоры заставляют Фокс-Крик годами застревать в тупиках, когда, работая вместе, мы могли бы добиться большего для всех. И хотя я хочу сделать это из любви к нашему городу, я не ожидаю, что ты будешь участвовать просто так. Я могла бы помочь Уорнерам завоевать расположение жителей Фокс-Крика. Мы могли бы улучшить репутацию Уорнер Принт.

Несмотря на поток слов, который я выплеснула, Сэмюэль оставался молчаливым, продолжая пристально изучать меня, словно сканируя каждую эмоцию.

Чем дольше длилось его молчание, тем сильнее росло напряжение. Я вцепилась в подлокотники кресла, пальцы с силой вдавливались в поцарапанное дерево.

— Послушай, — продолжила я, почти умоляюще. — Если у тебя есть другие идеи, как примирить наши семьи, я готова выслушать.

Наконец Сэмюэль шевельнулся. Он откинулся на спинку дивана, на мгновение выглядя задумчивым. Но уже через секунду на его лице снова появилась эта его ухмылка, от которой хотелось одновременно закатить глаза и швырнуть в него ближайшую книгу.

— Ну что ж, мисс Мэнн, — протянул он, нарочито растягивая слова, — полагаю, вы предложили весьма… креативное решение нашей, мягко говоря, неудобной семейной войны. Не вижу причин искать альтернативы. — Его взгляд снова поймал мой, в глазах плясало озорство. — Я согласен. Давай притворимся парочкой.

Мой рот приоткрылся.

Вот так просто?

Никаких возражений? Ни вопросов, ни условий? Он просто согласился?

Это было слишком легко. Я готовилась минимум к пятнадцати минутам саркастических комментариев, за которыми последовал бы час напряжённых споров и торгов.

В голове закралось подозрение. Какой скрытый мотив он мог преследовать?

— Серьёзно? — переспросила я, сузив глаза. — Просто так? Ты соглашаешься? Где подвох?

— Ты бы предпочла, чтобы я отказался? — усмехнулся Сэмюэль, явно ощущая своё превосходство. (И, признаться, он и правда был сейчас в более выгодном положении.) — Подвоха нет. Мы оба хотим, чтобы наши семьи помирились и в городе стало спокойнее, верно? Если для этого нужно устроить показательный роман — я в деле.

— Верно… — протянула я, недоверчиво глядя на него. Хотя идея была моей, сейчас, когда он сидел напротив с этой самодовольной ухмылкой, я начала всерьёз сомневаться в том, что это была хорошая идея.

Он заметил мои колебания.

— Мы оба взрослые люди, мисс Мэнн. Уж с фальшивыми отношениями ради высшего блага как-нибудь справимся, — сказал он с наигранной лёгкостью.

— Да… — я кивнула, не придумав ничего более убедительного. У меня ведь действительно не было других вариантов, если я хотела помочь Оуэну.

Сэмюэль достал телефон и начал что-то быстро печатать на экране.

— Если мы собираемся разыгрывать эту комедию, нам понадобится правдоподобная история.

— Я уже обдумала это, — сказала я, всё ещё скептически поглядывая на него. Хотя идея была моей, он принимал её слишком охотно, и это беспокоило. Но я выпрямилась, решив взять себя в руки. — Думаю, стоит сделать историю простой. Мы скажем, что недавно осознали свои чувства друг к другу, а вся наша перепалка на самом деле была флиртом.

Сэмюэль резко закашлялся, чем неожиданно разрушил весь свой образ идеального джентльмена.

Озадаченная, я даже начала вставать.

— Ты в порядке?

— Всё нормально, — выдавил он, отмахиваясь, хотя продолжал откашливаться.

Я медленно опустилась обратно в кресло, снова вжимаясь в мягкие подушки.

— Точно?

— Я в порядке, — повторил он, прочистив горло и покачав головой, а затем на его лице вновь появилась эта самодовольная ухмылка. — Значит, когда ты называла меня невыносимым и самым высокомерным человеком в Фокс-Крике, ты, оказывается, просто флиртовала?

— Конечно, — спокойно согласилась я, не поддаваясь на провокацию. — Точно так же, как ты флиртовал со мной, называя меня любопытной и чрезмерно одержимой судьбой города.

Сэмюэль склонил голову, разглядывая экран своего телефона. И только тогда я, к своему удивлению, поняла, что он действительно делает заметки. По крайней мере, он явно воспринимал этот безумный план всерьёз.

— Мы определённо… уникальная пара, — сказал он с лёгкой ухмылкой.

— Фальшивая пара, — тут же поправила я.

Сэмюэль проигнорировал меня.

— Но, хотя я согласен, что идея с «внезапным осознанием чувств» звучит убедительно, что, если мы скажем, что начали встречаться втайне ещё несколько месяцев назад?

Я сузила глаза.

— Зачем?

Прежде чем он успел ответить, в комнату стремительно вошла Лорен, хозяйка «Литерума», неся с собой густой аромат свежесваренного кофе.

Она поставила чашку с белым фарфоровым блюдцем перед Сэмюэлем.

— Вот твой американо, Сэмюэль, — сказала она, окинув нас обоих оценивающим взглядом. — Не думала, что когда-нибудь увижу вас двоих вместе в своём кафе.

Сэмюэль ослепительно улыбнулся.

— Я наконец сломил Натали, и она согласилась выпить со мной кофе.

Лорен скептически приподняла бровь, поправив свою стильную короткую стрижку цвета спелой пшеницы — ту самую, которая выглядела бы на мне ужасно, но на ней казалась элегантной.

— Правда?

Я нервно засмеялась, и звук получился каким-то неестественным и натянутым.

— Да… Он действительно умеет быть… убедительным.

Внутри я мысленно застонала от собственной неубедительности. Если я собиралась разыграть перед семьями и друзьями убедительный спектакль, мне нужно было срочно улучшить актёрские навыки.

— Ну ладно. Наслаждайтесь напитками, — сказала Лорен, бросив на меня многозначительный взгляд, и ушла, её шаги эхом разнеслись по шумному кафе-книжному магазину.

— Это было… показательно, — пробормотала я, нервно сжимая подлокотники кресла.

Сэмюэль наклонился вперёд, опираясь локтями на колени.

— Видишь? Вот почему мы должны сказать, что встречаемся уже несколько месяцев. Если мы заявим, что это что-то новое, все подумают, что мы сошли с ума, и наши семьи будут сосредоточены на том, чтобы убедить нас в этом, вместо того, чтобы помириться.

Я взяла бумажный стакан с матча-латте, и тепло напитка успокаивающе пробежало по ладоням. Сделав глоток, я почувствовала, как мягкий вкус зелёного чая и молока развеял часть напряжения.

Он был прав.

Скептицизм Лорен был вполне оправдан — она знала меня слишком хорошо. С семьёй всё было бы ещё хуже, а если мы действительно хотели расчистить путь для Оуэна и Дженны, нам нужно было убедить Мэннов, что у них нет другого выбора, кроме как признать союз с Уорнерами.

Роман, длящийся уже несколько месяцев, выглядел бы гораздо более убедительно.

Я вдохнула аромат чая, собираясь с духом.

— Ты прав, — признала я.

Я приготовилась к самодовольной реплике.

Но, к моему удивлению, Сэмюэль, сделав глоток американо, тут же перешёл к делу с пугающим энтузиазмом.

— Отлично. Тогда, раз мы «встречаемся» уже несколько месяцев, нам нужно будет перенять привычки пар, которые давно вместе. Например, использовать ласковые прозвища. И, естественно, проявлять физическую привязанность.

— В плане прозвищ — давай просто будем звать друг друга Нат и Сэм, ведь именно так нас называют семьи, — сказала я.

Сэмюэль лениво постукивал пальцем по экрану телефона.

— Знаешь, что в семье меня все называют Сэм?

— Конечно, знаю, — ответила я, слегка раздражённо. — Мы с тобой не ладим, но я вижу тебя практически каждую неделю всю свою жизнь.

— Верно, — он взглянул на меня чуть внимательнее, отчего мне вдруг стало неуютно в моём мягком кресле. — Просто… я не ожидал, что ты вообще обращаешь внимание на такие детали обо мне.

— Эм… — только и смогла ответить я.

Видимо, учитывая, что мы обычно не делали ничего, кроме перепалок, у него действительно не было причин думать, что я вижу в нём кого-то большего, чем мишень для метания словесных дротиков.

— Ладно, с прозвищами мы определились, — продолжил он, снова сосредоточившись на телефоне. — Теперь обсудим физическую сторону наших… отношений.

— Да… насчёт этого, — я сделала ещё глоток матча-латте, а затем поставила стакан обратно на стол. — Думаю, стоит ограничиться объятиями и редкими прикосновениями за руку.

— Что? — Сэмюэль подался вперёд, явно удивлённый. — Какая серьёзная пара только обнимается и держится за руки? Мы хотя бы должны быть готовы к коротким поцелуям.

— Поцелуям? — я буквально расхохоталась. — Думаешь, я смогу правдоподобно тебя поцеловать, не выглядя при этом так, будто хочу стереть с твоего лица эту самодовольную ухмылку?

Сэмюэль игриво склонил голову набок.

— Приятно слышать, что ты считаешь меня привлекательным, Нат. Не волнуйся, обещаю, это не ударит мне в голову.

— Сосредоточься, Сэмюэль, — сказала я, закатив глаза.

Он снова расслабился, откинувшись на спинку дивана.

— Конечно, только деловой подход. Ладно, начнём с объятий и… редкого держания за руки.

— Очень редкого, — уточнила я, нахмурившись.

— Если вдруг один из нас посчитает, что наша игра выглядит недостаточно убедительно, мы пересмотрим вопрос физической близости, — сказал он, записывая что-то в заметках на телефоне. — Это тебя устроит?

— Да, — нехотя согласилась я. — Всё равно, наверное, придётся корректировать детали по ходу дела. Можешь скинуть мне свои заметки на почту?

— Я сделаю даже лучше — отправлю тебе их в сообщении, — ухмыльнулся он. — Какой у тебя номер?

Я внутренне взвесила все «за» и «против». Зная Сэмюэля, он вполне способен начать писать мне среди ночи с вопросами о том, как правильно подать заявку на строительство, просто чтобы позлить меня.

— Нат, дорогая, любимая, — протянул он медовым голосом. — Что за парень я был бы, если бы не знал номера своей девушки?

О да, он точно собирался меня достать.

Я нехотя продиктовала номер и достала телефон из своего холщового рюкзака. (Когда я только окончила колледж и начала работать, то настояла на покупке элегантной сумки, чтобы выглядеть профессионально. Но теперь, за год до тридцатилетия и с регулярными визитами к хиропрактику, ставшему моим лучшим другом после долгих часов за рабочим столом, я отказалась от этой идеи в пользу более удобного рюкзака.)

Телефон издал короткий сигнал о входящем сообщении. Я сохранила контакт под именем «Сэмюэль Уорнер — 🤡».

— Придётся рассказать Оуэну правду, — сказала я, вновь взглянув на него. — Он никогда не поверит в это, даже если ты закончил актёрские курсы в Джуллиарде.

— Справедливо. Тогда мне придётся сказать правду Мигелю, — кивнул Сэмюэль. — Поскольку он занимается моим рабочим расписанием, он точно заподозрит что-то странное.

— Звучит разумно. Я доверяю Мигелю, — согласилась я.

— Правда? Даже несмотря на то, что он работает на Уорнер Принт?

— Да, — пожала я плечами. — Его муж, Кайл, мой троюродный брат.

— Конечно, — Сэмюэль закатил глаза. — Мэнны, конечно же, связаны родством с половиной города.

Я пропустила эту колкость мимо ушей, мельком взглянув на время на телефоне.

— Нам нужно спланировать официальное «открытие» наших отношений, но, может, обсудим это по почте? Мой обед заканчивается через десять минут.

— Конечно, — легко согласился он. — Не волнуйся, это будет просто.

Я уставилась на него.

— Просто? Это будет всё, что угодно, но не просто.

Он покачал головой.

— Вздор, Нат. Мы с тобой — идеальная пара. Ну или, точнее, идеальная пара для Фокс-Крика.

— Нам нужно быть убедительными, — напомнила я.

— Легкотня, — самодовольно пожал он плечами. — В конце концов, кто не поверит, что обаятельный Сэмюэль Уорнер наконец-то завоевал сердце прекрасной Натали Мэнн?

И, к своему удивлению, я не почувствовала раздражения. Его уверенность и, да, этот нелепый шарм, на самом деле казались… обнадёживающими. Он должен был быть уверенным — иначе моя семья съела бы его живьём.

Глава 5

Сэмюэль

Совет № 5: Держите свои планы в тайне. Если ваш фальшивый партнёр заподозрит, что вы что-то замышляете, он вполне может окрестить вас «злодеем в костюме».

Ухмылка заиграла на моих губах, когда я медленно вращал бокал с бурбоном, лёд тихо позвякивал при каждом движении. Богатый аромат напитка поднимался вверх, пока я откидывался в комфортные объятия своего эргономичного офисного кресла и снова переводил взгляд на ночное небо за огромными окнами кабинета.

Вот оно. Вот так на вкус ощущалась победа.

— Всё ещё празднуешь свою победу после фальшивого предложения Натали Мэнн об отношениях? — голос Мигеля прорезал тишину, когда он вошёл в кабинет, его терракотовая кожа выглядела здоровой, несмотря на приглушённое освещение.

— Ты меня слишком хорошо знаешь, — я приподнял бокал к губам и сделал медленный, нарочитый глоток. Дымная терпкость бурбона согрела горло, разливаясь теплом в груди. — Я люблю смаковать свои успехи.

— Годы планирования, и теперь всё складывается, как нужно, — Мигель засунул руки в карманы брюк. — Она позволяет тебе приблизиться, и это именно тот шанс, которого ты так долго ждал.

— Именно, — я поставил бокал на полированную поверхность стола, наслаждаясь этим чувством предвкушения, смешанным с остаточным теплом от выпитого. Оно опьяняло почти так же, как нарастающее удовлетворение.

— Наконец-то, — произнёс я, с улыбкой глядя на своё отражение в окне. — Натали теперь именно там, где я хотел её видеть.

Мигель нахмурился.

— Но ты уверен, что не празднуешь слишком рано? Да, ты добился прогресса, я не сомневаюсь в твоих способностях, но ты имеешь дело с Натали Мэнн.

— Расслабься, — я поднялся с кресла и медленно подошёл к своему помощнику. — Я знаю, что поставлено на карту, и сделаю всё, что потребуется, чтобы оказаться победителем.

Мигель сжал челюсть.

— Даже если придётся играть грязно?

— Особенно если придётся играть грязно, — отозвался я, иронично приподняв бровь. Не то чтобы я раньше не нарушал правила… Просто никогда ещё не заходил так далеко.

Мигель пригладил лацканы своего пиджака.

— Не говори потом, что я тебя не предупреждал.

— Даже и не подумаю, — ухмыльнулся я, хлопнув его по плечу. — Спасибо, что прикрываешь меня.

— Всегда, — кивнул он, прежде чем развернуться и направиться к двери, плотно закрыв её за собой.

Я вернулся к столу, вновь подняв бокал. Некоторое время я изучал янтарную жидкость, затем, приподняв бокал для одинокого тоста, усмехнулся:

— За тебя, Натали. Пусть победит сильнейший — чего бы это ни стоило.