Сиротка для ректора, или Магия мертвой воды

Глава 10 Экзамен с последствиями

— Господа, вы уж простите, но очевидно же, что девушка выучила один единственный билет. Да, не спорю, выучила на отлично, но я думаю, если задать ей вопросы из других билетов, такого блестящего выступления, тем более без подготовки, мы не получим! И надо еще выяснить, как ей… а может быть и с посторонней помощью это удалось провернуть!

— Вар Латава, ваше возмущение понятно, — ответил профессор Карт и даже покивал солидной седой головой. — Что же. Думаю, будет справедливо, если вы сами выберите вопрос из списка. Они у вас на столе, в синей папке! И очень вас прошу далее не нарушать регламент. Госпожа Фелана, вам придется ответить на еще один вопрос.

— Да, конечно. — согласилась я слегка осипшим голосом. — Я готова.

— Так же, без подготовки! — хмыкнул родственник Милены и уткнулся в список.

А я исподтишка впервые окинула взглядом комиссию.

Восемь человек. Трое мне знакомы. Но на меня прямо смотрит только Карт, остальные что-то читают в своих папках или пишут. Кто-то скучает, кто-то заинтересован. Но основное чувство, которое просто-таки витает над комиссией, как мне показалось — дискомфорт. Как будто они не ждали, что я вообще что-то смогу ответить.

Ладно. Выдох. Вдох. Ждем. Что там придумает этот Латава.

— Вот! — наконец, выбрал он. — Вопрос номер пятьдесят два. Факторы, при которых допустимо применение мертвой воды. Слушаем вас, девушка!

В моем списке было только пятьдесят вопросов.

Думаю, список изменили совсем незадолго до экзамена, раз ректор об этом не узнал и не посоветовал мне подготовиться. Но так вышло, что мертвая вода — это тема, слишком популярная на окраинах «веселого города», чтобы мне в ней совсем плавать. Да и при подготовке к другим вопросам я не раз натыкалась на информацию по ней.

Я немного подумала, и начала рассказ:

— Мертвая вода — это просторечное название источников, находящихся во взаимодействии с магическими структурами Оставленного Города. Сама по себе она не убивает. Но в сочетании с магией живой воды может стать опасным ядом, даже оружием. Я бы выделила три группы факторов, при которых мертвую воду можно и следует применять.

Не знаю, почему сказала про три группы. Просто три — это красиво. Но с двумя-то понятно, это легко.

— … Первая — медицинское применение. Когда существует непосредственная угроза жизни из-за понижения природного уровня магии, то имеет смысл залить рану средством на основе мертвой воды, добиться восстановления функций организма, а уж потом лечить недостаток природной магии и депрессию. Однако, как нас учит книга профессора Мирона Зарады, надо помнить, что таковое применение допустимо только специалистами. И только как крайняя мера. При простом смешивании живой и метровой воды, пострадавший с большой вероятностью, погибнет. Вторая группа — применение в боевых условиях. Надеюсь, это не требует расшифровки, однако…

Я вспоминала примеры применения мертвой воды, я рассказывала про особенности ее воздействия на кровь и все никак не могла придумать третью группу.

— Довольно! — вставил вдруг слово председатель комиссии. Так грозно, как будто я несла сейчас полную ахинею.

Прямо, как в моих кошмарах! Я даже отступила на шаг.

— Довольно, — сказал он мягче. — Кажется, все поняли, что с теоретической подготовкой у вас все более или менее пристойно. Как вы считаете, коллеги, не стоит ли нам перейти к практической части?

— Она не рассказала про третью группу! — напомнил кто-то из наблюдателей, и этого «кого-то» тоже не осадили. Особые гости. Так бы и растворила в какой-нибудь кислоте на какой-нибудь тигле…

Стоп. Кислота. Лаборатория. Есть ответ!

— Ну хорошо, девушка. Ответьте нашим гостям. Только умоляю, коротко. Иначе мы рискуем остаться не только без обеда, но и без ужина.

— Этого нет в учебниках… — проворчал один из профессоров комиссии.

— Ничего, — вздохнула я, — Это быстро. Третья группа — это научный эксперимент. Для, собственно, подробного изучения свойств этой магической субстанции, понимания области применения и еще… того, чем всем нам грозит появление новых мертвых источников. Простите. Изучать мертвую воду надо, иначе в один прекрасный момент живой воды не останется.

Мне с кафедры кто-то даже похлопал.

Практическая часть меня почти не беспокоила. Программу второго курса в части бытовой магии я знала очень неплохо, и исправно продемонстрировала и «восстанавливающее» заклинание, позволяющее из разбитой вазы собрать целую, так, что и трещин не останется, и «чистые стекла».

Большего не требовалось, хотя, мне кажется, в тот момент я справилась бы.

Казалось, что все уже хорошо.

Что я почти у цели и комиссия — хотя бы ее часть! — на моей стороне. Во всяком случае, профессор Карт наблюдая за моими действиями тихонько кивал своим мыслям.

— Ну что же. Осталось только проверить природный уровень магии. Фелана, подойдите к артефакту поближе.

Артефакт-измеритель уровня магии, в просторечии «Стакан Строва», стоял на кафедре, с краю, в черном деревянном защитном футляре.

Внутри стакана переливалась бирюзовым жидкость с толикой живой воды.

— Начинать? — уточнила я.

— Знаете, что делать?

— Да.

— Начинайте!

Я сняла крышку, осторожно опустила пальцы в воду, чувствуя, как возле них щекотно образуются пузырьки воздуха. В детстве это меня всегда завораживало.

От пузырьков жидкость вскоре стала совсем белой, потом немного позеленела и начала твердеть.

— Все, — сказала я. — иначе не смогу вынуть!

И вытащила пальцы.

Пена осталась зеленой. И очень густой, почти твердой. Так будет с полчаса, но уже и без таблицы цветов ясно, что уровень природной магии у меня чуть выше среднего, около десятки.

— Ну, что же. — Благожелательно начал говорить профессор Карт, — ступайте пока, мы обсудим ваше выступление и озвучим решение чуть позже…

— Постойте!

На этот раз вставил вдруг слово один из членов комиссии. Он сидел у окна, и против света лица его мне было не видно. Смазанное пятно. Но ни голос, ни фигура, не были мне знакомы.

— Да?

— Несомненно, госпоже Фелане передали мою настоятельную просьбу снять платок. Я с самого начала заподозрил, что вероятней всего, в складках этого украшения она носит артефакты, как позволяющие усилить магию, так и дающие подсказки по билетам. Раз она отказалась выполнить мою просьбу, я считаю, мои подозрения вполне оправданы.

Словно холодом повеяло.

Настоятельная просьба?

— Госпожа Фелана? — поднял брови профессор Карт.

— С вашего позволения, — дрогнувшим голосом ответила я, — я не стану снимать платок. Я его никогда не снимаю. Я не ношу специальных артефактов на голове, могу поклясться, чем угодно!

Сказала, и поняла — проиграла.

Они почувствовали и дрожь в голосе, и испуг.

Нашли слабое место.

— Что ж, в таком случае…

Что хотел сказать мне профессор Карт, так и осталось тайной. Вероятно, он хотел все же выставить меня за дверь для обсуждения ответа. Но теперь уж с учетом моего упрямства и своего недоверия.

Но он не успел договорить, потому что в этот момент случилось три события одновременно.

Первое.

Кому-то из магов надоело ждать и терпеть выходки какой-то там претендентки. Я даже успела уловить обрывок довольно красивого огненного плетения над дальней от меня частью кафедры. Плетение коснулось моего платка, и он полетел вниз обрывками пестрых кусочков, как петушиных перьев.

Второе.

Я дернулась бежать и прятаться и мигом совершенно закономерно провалилась. В смысле поменялась телами с ящеркой и утонула в складках платья и халата.

Хорошо хоть хватило ума спрятаться под тряпочками и замереть. Не знаю, как отреагирует наша профессура на магию обмена тел. Во-первых, это тоже не очень законно. А во-вторых, в возможность такого обмена с животными даже не все верят.

И наконец, третье.

Громко хлопнула входная дверь и в зал быстрым шагом кто-то вошел. И очень знакомым, хоть и очень усталым голосом поинтересовался:

— Хорошо, что не начали без меня. Карт, там за кафедрой для меня место найдется?

Была бы я человеком, я бы сейчас нервно засмеялась. Причем громко и до истерики. Страх, загнавший меня в ящерку никуда не ушел. Даже наоборот, от только сейчас подступил и осознанием близости провала, и как ни странно — облегчением. Обошлось. На ящерке красные волосенки не растут!

— Вообще-то начали! — возмутился господин Латава. — Просто ваша протеже сбежала с середины экзамена!

— Сбежала? — нахмурился Дакар.

Мне не было его видно, но я слышала по интонациям, что — нахмурился.

— Телепортировалась! — снова голос родственника Милены.

— Да она и не… так. Профессор Карт! — словно проснулся вдруг ректор. — Что здесь случилось? Она сдала экзамен? Она ответила на вопросы?

— Да, — поморщился председатель комиссии. — да, она прекрасно отвечала, но…

— Хорошо. Она справилась с практической частью?

— Очень неплохо, но…

— Уровень магии… а и так вижу, десятка. Так что же случилось⁈ Чем вы ее так… расстроили, что она решила вас столь экстренно покинуть?

Повисла тишина, а шаги ректора опасно приблизились к моему убежищу.

Он присел, что-то поднял с полу.

Спросил с насмешкой:

— Чья была идея заставить Фелану снять платок? У девочки есть причины его не снимать. Ладно. Надеюсь на честное решение комиссии. Пока…

Меня вдруг некая сила подхватила вместе с кучей тряпок.

— Пока вы совещаетесь, верну ей ее имущество. Будет не очень красиво заставлять студентку бегать по зданию без одежды.

— Знаете, где она? — удивились с кафедры.

— Нет. Но думаю, мне не составит труда позвать ее через портал.

Меня вынесли в коридор. Потом шепнули:

— Терпи. Сейчас Леон начнет свою попытку, сможешь вернуться. Ящерка, прости, не мог раньше.

Выпутали из платья и вдруг… поднесли к губам и чмокнули. Прямо в ящеричьий нос. С чем осторожно опустили на пол. Я поспешила спрятаться под мебелью. Боюсь быть ящерицей. Она маленькая, и кажется, совсем не опасная. Для людей и крупных хищников.

И правильно сделала, потому что на шум из лаборантской выглянул Леон, увидел ректора и несколько напрягся.

— Пойдем, — кивнул ему Дакар. — Рано или поздно, а этот час все равно бы настал…

— Но господин ректор, может, лучше поздно?

— Пойдем, тебя ждут.

Мне показалось, что Леон, пока меня ждал, где-то добыл алкоголь и хорошо к нему приложился. Правда, чуткий нос ящерки никаких подозрительных запахов не улавливал.

Я слушала сквозь стену, как секретарь комиссии бубнит о квалификационных испытаниях, председателе, членах и регламенте и пыталась сосредоточиться.

Я почему-то была уверена, что времени у меня мало. Надо было возвращаться. Надо было одеться. И еще что-то на голову намотать… Да хоть тот же халат. Уже все равно!

Вернулась. Едва уместилась под столом. Быстренько сгребла свою одежду и заперлась в лаборантской. Так. Фух! Тут никто не подсмотрит.

Оделась, как могла, быстро. Слава всем высшим силам, какие есть, ящерка за это время мое тело не успела ни выкупать в грязи, ни покормить червячками, ни уронить со скалы. Вернула почти не пострадавшим — ссадины на локтях и коленях не в счет. Ссадины там еще со времен сабы не до конца зажили.

Все. Теперь голова… чем бы замотать. Халатом, правда, что ли?

Стол в лаборантской был всего один, длинный и заставленный различными сосудами. Были еще шкафы, но они оказались заперты. Я уже пристраивала халат на голову (получалось громоздко и не прочно) когда из коридора окликнули:

— Верона! Ты где?

Ректор.

Я придерживая башню на голове, высунулась наружу.

Он невольно усмехнулся, и тут же вынул из воздуха и протянул мне… темный и очень стильный мужской шарф.

— Держи.

Я принялась привычно наматывать шарф, как платок. От него едва заметно пахло хвоей и кофе.

— Благодарю.

Потом кое что вспомнила:

— Вы обещали меня не целовать!

— Так я тебя и не целовал! Технически.

Что-то изменилось в Дакаре. Я не сразу заметила, и не догадалась, что. Ах вот… он не то чтобы улыбается. Но в глубине глаз скачут веселые бесы…

Ух, как сразу стало звонко в ушах, как тепло в груди!

«Ну-ка, возьми себя в руки! — велела я себе. — Еще не победа! Еще ничего не кончилось! И вообще. Дакар — ректор. Нечего так пялиться!» Но отвести взгляд стоило большего труда.

И тут в зале что-то грохнуло. Сильно и громко! Кто-то вскрикнул. Мы с Дакаром одновременно кинулись туда — не знаю, как он, а у меня было острое ощущение, что это пьяненький Леон отчудил что-то, чего лучше бы не чудить.

Посреди лаборатории развеивался столб черного дыма. Рядом со столбом стоял Леон и растерянно хлопал глазами. А я у него в руке вдруг разглядела приметное горлышко. Пузырек, который мне продал приятель Милены! Отлично. Значит, пока я отвечала, этот идиот залез в мою сумку. И ничего более ценного не нашел. И вероятно, применил. Внутрь.

Вот же дурак в рот тянуть непроверенную гадость…

— Что произошло? — отгоняя от лица остатки черного дыма, холодно поинтересовался ректор.

— Юноша порадовал нас признанием, что владеет чарами призыва и решил немедленно продемонстрировать свой навык, — мрачно пояснил профессор Карт.

— Мардасы калаба! Выр!!! Выр-е! — возмутился парень.

— Я вдруг обратила внимание, что под носом у него набухает черная густая капля.

Дым почти развеялся, посветлел, только над полом еще вились плотные коричневые прядки. Тот преподаватель, который хотел снять с меня платок, кашлял, краснел и пытался открыть запечатанное магией окно. Остальные члены комиссии справились с проблемой проще — наколдовали себе «очищающую сферу» вокруг голов. Теперь дым обтекал, ее не причиняя вреда. Но меня заинтересовал вовсе не дым. Леон стоял слегка присев и уперев ладони в собственные колени. Он тяжело дышал.

Пока ректор открывал окно, я подошла к парню ближе — зрачки расширены, кожа бледная, а губы как будто помадой накрасили.

— Господин ректор, — позвала я, — у него кровь.

— Рбалы рума! — накинулся он вдруг на меня. — Кадара, пер ру!

— Что он говорит? — спросил кто-то из наблюдателей.

Ректор, разглядев в каком парень состоянии, скомандовал:

— Заканчиваем. Здесь нужна помощь медика! У кого-нибудь есть вода? Просто вода, питьевая.

Я метнулась за своей сумкой и передала ректору бутылку с водой из чайника. Точно не магическая. Сама наливала.

Он взглянул на меня испытующим взглядом, как будто не поверил, что в бутылке — обычная вода.

— Да, я думала, пить захочется, когда буду отвечать. И налила. У меня и бутерброд есть!

— Бутерброд не надо. А это еще что?

Он заметил в руке Леона злополучный пузырек и осторожно вытащил его. Если сейчас всем расскажет…

Я быстро сказала:

— Это он вытянул у меня из сумки. Я вам собиралась отдать.

— Ко мне в кабинет! Живо! Сидеть там и носа не показывать! Карт, вызови доктора Фарава. Сюда. Леон, давай, переставляй ноги… стул дайте кто-нибудь! Садись, запрокинь голову! Фелана, ты еще здесь?

Я втянула голову в плечи и помчалась исполнять.