Сводные. Любовь на грани

ГЛАВА 15

АРИНА

К шести приезжает Полина, спускаюсь её встречать. Я сегодня даже не обедала, весь день просидела в своей комнате, ожидая от мамы очередного скандала из-за дневной ситуации. Надеюсь ещё не знает, и сегодняшний вечер пройдёт спокойно. Во дворе встречаю бабу Нюру, осунулась что-то она, с нашим переездом хлопот стало больше, совсем не отдыхает.

— Арина, а ты чего это обедать не пришла? — ласково спрашивает старушка.

— Я такая устала, сил хватило на душ и сон, — стыдно, что обманываю, но сказать мне больше нечего.

— Отдохнула?

— Да, бодра и полна сил. Сейчас Полину встречу и вам с ужином поможем, — улыбаюсь.

— Ой, а сколько же времени? Что-то я сегодня в саду задержалась, подготовка к холодам полным ходом.

— Шесть, не переживайте, втроём мы все успеем. Ужин будет вовремя, — подбадриваю старушку.

Вышагиваю по каменным дорожкам к воротам, Полина уже подъезжает на такси. У подруги папа погиб при испытаниях, им выплатили компенсацию, и тетя Надя удачно вложила деньги со своим братом в фермерское хозяйство. Производят разные сыры по зарубежным технологиям из российской молочной продукции, постепенно раскручивая свой бренд. Они перед сентябрём купили дом в том же посёлке, где их производство, переехав туда из города. Полине, с иногородней пропиской, выбили место в студенческом общежитии.

— Привет, — обнимаю подругу, — я соскучилась, — заходим во двор.

— Я тоже. Считала время до конца смены, а ещё я ужас, как хочу есть, — говорит и кривит смешно мордашку Поля.

— Ой, это ты по адресу, сейчас баба Нюра тебя так накормит. Главное, на весы не вставай завтра, — смеюсь, представляя, какая начнётся суета на кухне после слов “хочу есть”.

— Как она? — спрашивает Полина о проблеме с давлением у старушки.

— Не признается, что давление скачет. Молчит, как партизан, но увидев её, всё поймёшь сама.

Заходим на кухню, по пути ополоснув руки в ванной комнате на первом этаже. Вообще, идею ночёвок и гостей предложил Сергей Владимирович, сказав, что рад познакомится с моей подругой детства. Получается, мама поведала о нашей жизни, да и должны же они, общаться о чем-то между собой. “Сергеем” так и не смогла его звать, моё чувство такта требовало более уважительного обращения к хозяину дома. Извинившись, стала называть Сергей Владимировичем, он настаивать не стал и отнёсся с пониманием к моему решению. Мы с ним подружились, даже был один совместный просмотр фильма. Мама ушла рано спать, сославшись на головную боль, а мы остались досматривать вдвоём. Он оказался интересным собеседником, после просмотра обсуждали сюжет за чаем. Да и вообще, мы часто завтракаем с ним по утрам, мама встаёт позже нас и уезжает, якобы на работу.

На кухне старушка занята мясом и нашего прихода не слышит.

— Привет, баб Нюр, я такая голодная, что только ты можешь меня спасти, — шутит подруга.

— Ой, ты господи, как тихо вы ходите, — вздрагивая, оборачивается.

— Здравствуй, Полина. Тоже, как Арина, без обеда? — спрашивает баба Нюра.

— Так, с работы, времени не было поесть после занятий, — отвечает и вопросительно смотрит на меня.

— Отдыхала я, — говорю и качаю головой, мол, потом расскажу.

Подруга понимает с полуслова и переводит всё внимание старушки на себя. Спустя десять минут довольная Полина уплетает бутерброд с сыром и помидором и запивает ароматным чаем.

— Что же в модных фитнес-центрах совсем нет еды? Даже перехватить нечего? — сетует баба Нюра.

— Есть фитнес-батончики, кофе, чай и сок. И вода, — перечисляет ассортимент Полинка.

— Тьфу ты, все желудки испортите, — всплеснув руками, неодобрительно покачала головой.

Мы, переглянувшись, залились хохотом, баба Нюра неисправима: всех бы накормить.

Подключаемся к приготовлению ужина, запекаем баранью ногу, которую старушка предварительно замариновала в специях, делаем салат из зелени. Полинка очищает молодой картофель на пюре, я занимаюсь овощами на “Рататуй”, в семье это блюдо любят все. Сервируем стол, украшаем нежными свечами, создаём уютную атмосферу. Закончив, осматриваю придирчивым взглядом и остаюсь довольна увиденным. Неотъемлемая часть всего этого — баба Нюра, всё здесь держится на ней, она вкладывает душу в каждое приготовленное блюдо, создаёт домашний уют, а семью одаривает заботой.

Сбегаем с Полиной из кухни, у нас есть пятнадцать минут, чтобы привести себя в порядок перед ужином. По пути в мою спальню слышу, как мама предупреждает отчима, что спустится на первый этаж проверить, всё ли готово к ужину. Хмыкнув, закатываю глаза на её поведение. Когда появились эти барские замашки? Я просто не узнаю Ирину Алексеевну.

Быстро переодевшись, спускаемся в гостиную, за столом уже сидит мама и Сергей Владимирович, баба Нюра ставит горячее блюдо и занимает стул напротив родителей, мы тоже торопимся сесть за стол.

— Добрый вечер, Сергей Владимирович и Ирина Алексеевна, — здоровается Поля.

— Здравствуй, Полина, — приветливо кивает отчим.

— Привет, Полин, рада тебя видеть. Как поживает мама?

— Хорошо, занимается вопросами бизнеса.

— Значит, дело пошло? — удивлённо спрашивает, как будто надеялась на другой исход.

— Ирин, а почему бы и не пойти? Сейчас в нынешней ситуации, связанной с санкциями, все, кто первыми стали развивать продукцию внутри страны, удачно влились в бизнес, — объясняя, отчим ласково поглаживает мамину руку.

— Да я просто удивлена, люди, ничего не имеющие и близко с фермерским хозяйством, так удачно вложились и раскрутились, — хмыкает на его ответ.

— Знаешь, Ирин, иногда люди и в пятьдесят меняют свою профессию и строят удачно новый отрезок жизни, — после слов Царёва кидаю выразительный взгляд на маму.

— Главное, голову на плечах иметь и уметь пользоваться ей! — подводит итог разговору баба Нюра.

— Девочки, как дела в университете? Справляетесь? Помощь нужна? — переключается на другую тему отчим.

— Спасибо, всё отлично, профессора у нас хорошие, интересно и увлекательно преподают свои предметы, — отвечаю с улыбкой, правда их профессионализм подстёгивает к знаниям.

— Вот даже не сомневался в вас. Полин, как работается у Матвея с Тимофеем? — вопросительно смотрит на мою подругу.

Поля хитро стреляет глазами в меня, улыбаюсь в ответ. Надеюсь, она не расскажет о собеседовании? Взрослые, может, и посмеются, а вот у бабы Нюры давление и сердце слабое.

— Да нормально. Я под защитой администратора Светланы работаю, только она знает, как с ними справиться, — смеется, рассказывая, — а то два дракона давно бы меня съели…

— Они в своём праве, раз пошли работать в восемнадцать, — бросает взгляд на меня мама, — не жалуйтесь!

Стараюсь не реагировать на её выпад про моё желание подрабатывать. Не отступлюсь, из нас двоих, похоже, только я просчитываю вариант неудачного развития событий и возвращения на съёмное жильё.

— И чем же драконы недовольны? — со смешком осведомляется Сергей Владимирович.

— Долго рассказывать, — кидает взгляд на маму Полина. — Я же в спорте с четырёх лет и понимаю, какие упражнения и для чего нужны. И тут мне прилетает: “Полина, клиентка лучше знает, чем она хочет заниматься, почему ты отказала в стретчинге и отправила на пилатес?!” — смешно передразнивает Полина голос Тимофея. — Клиентка знает, но физически не может, и это, между прочим, надо учитывать, — выдает тираду Полина.

— И всего-то? — удивлённо спрашивает отчим.

— Ооо, нет! То у меня костюм не такой, то волосы убери, то макияж смой, просто мальчик застрял в пубертате и получил власть над людьми! — забывшись, зло шипит Полина, ну настоящая фурия: глаза сверкают, на щеках румянец.

Не сговариваясь, заливаемся смехом с Сергеем Владимировичем и старушкой, такая Полинка забавная в гневе.

— Да просто ты ему нравишься, — дразнит её отчим.

— Не заметно, ведет себя, как пещерный человек, — парирует Полина.

— Тимка просто в большого начальника играет, — смеётся старушка, — Матвей чего же? Тоже изгаляется?

— Нет. Он чуть поспокойнее и адекватнее, — виновато улыбается хозяину дома.

— Значит, точно нравишься, — ухмыляется Сергей Владимирович.

— Ой, Сереж, скажешь тоже, у него и получше кандидатки есть, — хмыкает мама. Ошарашенно замолкаем, неужели она специально унижает Полину? — Да и такие семьи женят своих детей на детях бизнес-партнёров, думаю, это просто замечания по работе, не более, — не замечая тишины за столом, заканчивает свою мысль мама.

Смотрю на подругу, у нее шок, рука, держащая вилку, подрагивает. Полина опускает голову, успокаивается, поднимает взгляд и отвечает:

— Так я и не претендую Ирина Алексеевна!

— Любимая, да ладно тебе, в жизни много исключений, — откашлявшись, пытается сгладить неловкую ситуацию отчим.

— Мам! — шиплю зло, сверкая глазами в родительницу.

Это уже никуда не годится, ну ладно, она меня не любит, но Полину за что так?

— А что я такого сказала? — недовольно смотрит на меня мама.

Обмениваемся злыми взглядами, с меня хватит! Превратилась в ядовитую змею, сил терпеть уже нет!

— Так, девочки, совсем забыл, Арин, что сегодня днём случилось возле наших ворот? — отчим переводит внимательный взгляд на меня.

Вздрагиваю и теряюсь, опускаю глаза и смотрю на руки. Всё, я всё испортила, если Сергей Владимирович начнёт проверять Михаила, то может узнать о маме…

Поднимаю взгляд, а на меня смотрят все присутствующие за столом: Полина удивлённо, Сергей Владимирович вопросительно, а мама — подозрительно и недовольно, и только баба Нюра смотрит с тревогой во взгляде.

— Да ничего серьёзного, вышло недоразумение. Неадекватный мужик спутал со своей знакомой, но охранник Пётр, быстро среагировал на ситуацию, и прогнал его. Я не пострадала.

— А ты его раньше видела? Просто, очень странно, — задумчиво говорит, размышляя над ситуацией. — Такое здесь впервые, раньше таких подозрительных личностей у нас замечено не было. Ты точно видишь его первый раз? — внимательно смотрит на меня, задавая вопрос.

— Я его даже разглядеть не успела и запомнить, — ухожу от прямого ответа, стараясь не смотреть ему в глаза, господи, как же стыдно и тяжело лгать… — КПП как его пропустило? — спрашивает старушка. — Этот вопрос был поднят сразу после инцидента. Мужик проскочил, пока охрана разбиралась со скандальным таксистом. Так что личность его не установили, пропуск и документы, как вы понимаете не предъявлял.

— Сереж, что ты раздуваешь из мухи слона, Арина сказала, всё хорошо, — кажется, мама поняла, кто это был, её взгляд полон ярости.

Она пытается себя контролировать, но плохо получается. Неужели только сейчас поняла, что их могут раскрыть, и ими затеянное — не игра, и в случае чего они понесут наказание.

— Дочь, точно нормально? — строит из себя заботливую родительницу.

— Отделалась лёгким испугом, — пытаясь убедить всех присутствующих в пустяковости ситуации.

— Ир, это моя обязанность — беспокоится о членах своей семьи, — говорит и поднимает руку мамы для поцелуя. — А чего такие холодные? Замёрзла?

— Да, голова разболелась и знобит, пойду наверно прилягу, а вы заканчивайте ужинать без меня, — смотрит на него и продолжает, — жду тебя с чаем в спальне, Сереж.

Мама торопится покинуть гостиную.

— Конечно, иди ложись, болеть сейчас не время, скоро свадьба, — ласково улыбается Сергей Владимирович.

Встаёт и уходит якобы отдыхать, только я понимаю, куда торопится, пошла звонить Михаилу.

— Арин, если его ещё раз увидишь ближе, чем на метр, сразу сообщай мне или Андрею.

— Хорошо, поняла.

— Пойду сделаю чай Ирине, пусть настоится, — нарушает молчание баба Нюра. — Деточка, будь осторожна, это надо же, средь белого дня всякие уголовные личности шастают в приличном месте, — причитает старушка.

Сергей Владимирович отвлекается на свой мобильный, печатая смс. Встречаемся глазами с подругой, она смотрит вопросительно и незаметно кивает на хозяина дома, взглядом спрашивая, мотаю головой и даю понять, что позже расскажу.

— Так, девочки, и мой ужин закончился, есть срочные рабочие вопросы.

Оставшись с Полиной вдвоём, быстро доедаем, решив за чашкой чая поболтать на балконе в моей спальне. Завариваем и, выходя из кухни, замечаю на столе мамин чай, решаю занести.

Поднявшись на второй этаж, Полина уходит в мою спальню, а я сворачиваю к родительской, стучу:

— Мам, я чай принесла, — говорю через дверь.

— Войди, — получаю сухой ответ.

Прохожу и ставлю на стол чайник. Я здесь была всего один раз, в первый день переезда, забегала в поисках своего утюжка для волос.

— Ты понимаешь, что натворила? — орёт мать. — Где были твои мозги, зачем позвала охрану? Если Сергей начнет проверять, то нароет на него все, в том числе, что я выписывала ему пропуск, хоть им и не воспользовался на КПП! — выливает претензии как ушат ледяной воды родительница, я даже слова не успеваю ничего сказать, как мать продолжает тираду. — Ты нас всех подставила, идиотка, надо было не слушать твою бабку и сделать аборт. Это ты виновата, что я теперь спать не смогу, переживая, появится ли у Сережи время разбираться в произошедшем!

— Да я ничего не сделала. Это где твоя голова была, когда ты выписывала пропуск любовнику, — зло парирую матери. Надоело, я в их дурдоме участвовать не намерена, как хотят, пусть расхлёбывают! — Мало того, что напал на меня, он был ещё и невменяем! На чём он сидит, мама? Это не алкоголь! Наркотики? Да?

— Чушь! Миша мне всё рассказал, он хотел поговорить, а ты начала пугать его полицией, а потом выбежал охранник и избил его! У него сломано из-за тебя ребро! — истерит мать.

Я, в буквальном смысле, в шоке, стою, вытаращив глаза, слушаю бред, что рассказал ей Михаил, и офигеваю, это надо же как умеет всё перевернуть. Мне больно и противно от собственной матери! Мужики и их комфортная жизнь всегда будут у нее на первом месте. Она просто не приспособлена в жизни к другому, как только безответно служить м@дакам!

— Под чем был Михаил? Наркотики? — пытаюсь добиться ответа на этот вопрос.

— Хватит нести чушь, он просто тяжело переживает, что мы живём у врага в доме. Доктор выписал антидепрессант, так что ни о каких наркотиках речи нет! — обрывает меня.

— Как ты сказала? Переживает о враге?! Ты, не там врага видишь, мама!

— Пошла. Вон. — выкрикивает и указывает рукой на выход.

— С удовольствием! — оставляю последнее слово за собой, выхожу и хлопаю дверью.

В своей комнате спиной прислоняюсь к закрытой двери, закрываю глаза и перевариваю разговор. Ничего я не добьюсь, она меня попросту не хочет слышать.

— Что-то ты долго… — осторожно спрашивает подруга.

— Состоялся душевный разговор с мамой, — морщусь, отвечая.

— Хочешь об этом поговорить? — Полинка считывает мой настрой.

Рассказываю в подробностях, что произошло в обед, чем чревата информация об инциденте, дошедшая до отчима, и о разговоре с родительницей сейчас. Заодно обсуждаем колкий выпад мамы на Полину за ужином.

— Но она же не была раньше такой, — задумчиво произносит Полина, грея руки о тёплую чашку с чаем.

— Она всегда была такой, просто каждый мужчина в её жизни по-разному влиял на поведение и те или иные грани характера. Папа, получается, только раскрыл характер мамы, а вот Михаил отточил эти грани, и теперь мы имеем худшую версию Ирины Алексеевны, — выдаю расстроено самые потаённые мысли и переживания.

Подруга подрывается с дивана, обнимает меня за плечи и тянет на себя, начиная нас раскачивать, так как я сижу на мягком пуфе, ей удаётся это легко.

— А знаешь, что я подумала? — говорит, отстраняясь и заглядывая в глаза, — Тебе ничего делать и не придется, я имею в виду — выход из ситуации искать. Ирина Алексеевна и Михаил сами провалят весь план, — подбадривает меня подруга.

— Хотелось бы верить, — грустно вздыхаю.

Решаем перебраться в комнату, вечера уже холодные, и долго не посидишь на балконе, договариваемся перед сном посмотреть фильм, завтра выходной, успеем выспаться.

Хорошо, что в моей жизни есть такой близкий человек...