Сводные. Любовь на грани

ГЛАВА 31

МАТВЕЙ

Направляясь в спальню мелкой, убеждаю себя, не лезть в жизнь Арины, чем бы они не занимались, это не моё дело. Мысли о котёнке с другим парнем не должны меня заботить, но они сидят в моей голове. Не хочу думать, как далеко они могут зайти с Егором. Интересно, между ними лёгкий петтинг или он уже её трахнул? Молодёжь в наши дни чересчур продвинутая в половом воспитании. Да что далеко ходить, я с семнадцати лет трахал девушек, которые раздвигали передо мной свои ноги. Как представлю, что он касался Аринки, становится паршиво. Усмехаюсь: как же выводит из себя, что она засела в мою голову и хрен получается вытравить оттуда. Ревную девчонку, которая мне не принадлежит? Пфф, да не может быть, просто во мне пробудился охотник, себе хочу и всё, наиграюсь и забуду. Я даже Гелю никогда в жизни не ревновал, мне было плевать, с кем она коротает ночи. Другое дело — Арина. Бл@дь! Пздц! Стискиваю челюсть до лёгкой боли: это меня слегка отрезвляет.

Без стука захожу в комнату и встаю как вкопанный, сжимаю кулаки, меня еб@шит, кровь по венам бежит огненной лавой, перед глазами красная пелена. Они что, смертники?

— Охр@нели? — выплёвываю вопрос сквозь зубы.

— Матвей… — вскрикивает мелкая, и оба вскакивают испуганно с кровати. — Ты чего пугаешь! — переходит в наступление и шипит на меня, включая режим котёнка «Гав».

— Я вопрос задал, — окидываю в чём одета мелкая, и у меня резко падает забрало: лосины и спортивный топ, сверху это безобразие прикрывает спортивная мастерка.

От двери вижу, как в обтяжку лосины подчеркнули лобок и линии сексуальных губок, она вообще в трусах?

— На выход, — гаркаю на Егора, взглядом суля ему п@здец.

— Да мы фильм смотрели, — мямлит камикадзе.

— В кровати? — вопросительно, выгнув бровь. — Сидя на диване, не смотрится?

— Не твоё дело, где и как! — вопит мелкая, складывая руки на груди, озлобленно сверкая в меня глазищами.

— Я тебе сейчас ремня всыплю, не нарывайся, — раздражённо огрызаюсь. — Идем, — киваю на выход Егору.

— Не смей, — визжит и несётся за нами.

— Только попробуй выйти из спальни, — рычу и грохаю перед её носом дверью.

— Вниз пошли, — агрессивно указываю пацану.

— Иду я, иду, — проходит мимо меня на приличной дистанция и правильно делает. Я в лютом бешенстве.

Спускаемся молча, даю ему время одеться. Выходим на улицу, и, схватив его за ворот куртки, впечатываю со всей дури в стену дома. Охает и хватает ртом воздух.

— Что у вас с ней? — задаю вопрос сквозь зубы.

— Дружим мы. Просто друзья, — спешно добавляет, соображая, что сейчас может прилететь посерьёзнее.

— Точно? — давлю предплечьем на шею, перекрывая ему кислород.

— Да, мы только друзья. У меня девушка есть, — хрипит в ответ.

— И она нормально относится к тому, что ты с другой в кровати лежишь?

— Она знает, что Арина просто подруга, как и Полина, — вспоминает выскочку, подружку Арины.

— Допустим, я поверил, — убираю руку с шеи и отпускаю его. — Но если ты сп@здел, я тебя урою.

— Вот это я понимаю, старший брат, — сипит Егор, растирая шею.

— Чего бл@ть? — ору на него.

— Ну, я говорю, круто ты сводную сестру оберегаешь, а Арина говорила, что вы не ладите.

— Какой н@хрен брат, она не сестра мне! — выбешивает этот долб@еб окончательно. — Егор, ехал бы ты уже домой, пока цел, — подталкиваю его для ускорения со ступеней.

— Хорошо. Ты извини, я понимаю, что вы не родственники, но так принято называть сводных, — тщетно пытается оправдаться Егор.

Решаю уйти, пока я реально его не покалечил, зайдя в дом, громыхаю дверью. Мне срочно нужна сигарета, необходимо успокоиться. Пролетев мимо двери Арины, довольно усмехаюсь, послушная какая, не вышла. На балконе плюхаюсь в кресло и беру пачку со стола, вынимая сигарету, внезапно взгляд падает на леденцы «Холлс», кидаю пачку обратно на стол и закидываю леденец в рот. У меня национальный чемпионат на носу, а я на никотин подсел. Время завязывать с пагубной привычкой.

Долго просидев на балконе и успокоившись, возвращаюсь в спальню, снимаю джинсы и подхожу к гардеробной за спортивными штанами. В этот момент дверь спальни открывается, и злющий котёнок заходит в мою комнату. Вопросительно задираю бровь, окидывая Арину с ног до головы взглядом. Стоит, уперев руки в бёдра, смешная такая. Скандалить прибежала. Скрещиваю руки на груди и правым плечом прислоняюсь к косяку гардеробной. Занимательно послушать, она же усердно готовилась, сидя в комнате, речь сочиняла.

— Приступай, — забавляясь, провоцирую разъяренного котёнка.

— Ты… — тычет в меня пальцем, — что ты сделал Егору? Монстр! Кто тебе дал право лезть в мою жизнь? — кричит на меня.

— Прикопал я твоего Ромео в саду, удобрять розы бабы Нюры теперь будет.

— Что? — открывает рот в растерянности мелкая. — Повтори, что ты сделал?

— А что могут монстры? — смеюсь с реакции Арины.

— Ты совсем? Он ничего плохого не сделал! Мы фильм смотрели, ясно тебе? — огрызается.

— Он — нет, а вот ты да! Ты чего так разоделась? На тебе хоть трусы есть? — яростно выплёвываю.

— Чего?! — замолкает на время, а потом срывается с места и стрелой мчится, замахиваясь на меня, — так я тебе и сказала. Ты меня допёк, — лупит руками, жаль её, отобьёт же их об меня.

Ловлю злющую фурию за талию, делаю два шага к кровати и роняю Аринку на нее. Ошарашенно затихает, отбрасывает волосы с лица и, видя, что я ставлю колено на постель, принимается испуганно отползать. Эээ, нет, ты сама припёрлась. Всё, теперь не убежишь. Ловлю за лодыжку и фиксирую, не давая больше отдаляться.

— Отпусти, я сказала! Я буду кричать.

— А до этого ты типа не орала? — усмехаюсь.

— Чего тебе надо от меня? — крутит головой по сторонам в поисках плана побега.

— Это ты пришла в мою спальню. Вот и ответь, чего тебе от меня надо?

— Мне — ничего! — шипит мелкая и пытается вырваться. — Да отцепись, придурок. Это ты вечно лезешь ко мне со своим воспитанием! Кто только право дал! Ты мне никто! — пихает меня второй ногой вырываясь.

— За словами следи, а то сейчас реально выпросишь, — невесело усмехаюсь.

— Да хватит мне команды раздавать! Я не твоя собачка! Ясно тебе? Ты много на себя берёшь.

Резко садится и шипит свою тираду мне в лицо. Замахивается и бьёт по щеке, от внезапности и прыти, моя голова от удара отклоняется назад, звук пощечины эхом прокатывается по всей комнате. Я в ах@ре, Арина замирает и большими испуганными глазами пялится на меня, боясь последствий и осознавая, что натворила.

— Сука, — рявкаю ей в лицо и вгрызаюсь злым поцелуем в греховный рот.

Нет, это не поцелуй. Это просто контакт, жажда наказать, сделать больно. Грубо раздвигая зубы, проталкиваю язык в её рот, заполняя собой, исследуя, фиксируя за шею рукой, пробую её на вкус, ласкаю язык, вовлекая в битву с моим, накачиваю своей слюной и пью её взамен. Всё время сидевшая совершенно неподвижно Арина, всхлипывает и её начинает трясти.

— Ну же… котёнок, откликнись мне, — прикусываю нижнюю губку, облизываю место укуса и заново ныряю языком вглубь её рта.

Застывает, дыхание сбивается, губы трепетно вздрагивают, и она напрягается. Вижу, как ведёт борьбу сама с собой. Я свою проиграл, не люблю целоваться, хоть и умею это делать. Этот вид физического контакта мне всегда был противен. С Ариной целоваться — неразбавленный кайф.

— Давай, моя медовая девочка, поцелуй меня, — хрипло шепчу, захватывая её язык в сексуальный танец.

Громкий вздох, дрожь по телу котёнка и она подаётся мне навстречу, обхватив меня за шею. Стонет, рычу в унисон с ней, накачивась её вкусом. Смотрю на Арину, глаза прикрыты, нереально сексуальная девочка, сердце настойчиво пытается пробить грудную клетку, сильнейшее возбуждение проносится по позвоночнику и ударяет в пах, активируя низменные инстинкты. Наш поцелуй максимально полон секса и похоти. Аринка принимается, сама того не осознавая, тереться об меня. Моя ласковая малышка, отрываюсь от губ, заглядываю в затуманенные возбуждением глаза, вздыхаю в губы и упираюсь своим лбом в её. Чётко осознаю, что из своей постели сегодня не выпущу, если не будет соглашаться, сделаю всё для того, чтобы загорелась желанием не меньше меня. Припадаю снова к губам, действуя в это раз более нежно, распаляя и разжигая.

Отрываю себя с мясом от котёнка, стягиваю футболку через голову и роняю на пол. Хочу ощущать её кожей. Она с жадностью пожирает глазами мой торс. Мысли, есть ли на ней трусики не дают покоя. У меня стояк такой, что боксёры лопаются по швам. Вижу как взгляд Арины сползает на уровень члена, она испуганно дёргается и всхлипывает.

— Не бойся, котёнок, я вас чуть позже познакомлю, — ласково смотрю на неё и смеюсь.

В голове взрывается множество диких идей. Она выглядит как ангел, но сексуальна как дьявол. Искушает зверя внутри меня, которого я не выпускал с момента знакомства с ней. Она опять начинает отползать от меня, сопротивляясь себе и факту нашей близости. Не даю ей много времени на раздумья и побег, встаю на колени и двигаюсь за ней по огромной кровати. Её глаза раскрываются шире и она начинает пятиться ещё быстрее. Но недостаточно быстро для меня.

Хватаю девчонку за бедро, замирает, не борется со мной. Следит, как я с жадностью вдыхаю воздух, смотря на её сексуальные изгибы и стройные ноги, капая слюной от сильнейшего жажды быть глубоко внутри неё. Фиксирую и окончательно роняю Арину на лопатки, накрывая её тело своим.

— Тебе следует кое-что знать, — перевожу дыхание и продолжаю, — пока ты в моей постели, правила устанавливаю я. Всё, что тебе разрешено, это говорить «да» и «ещё», — осипшим голосом выговариваю ей в губы.

— Матвей… — трепетно содрогается.

— Тссс… — ласково целую, не давая ей сказать больше ни слова. — Сейчас, котёнок, мы с тобой полетаем, — трусь каменным стояком об бедро Арины, с одним желанием — снизить хоть чуть-чуть давление.

— Я боюсь, — шепчет между поцелуями, смотрю на неё, не шутит, на лице нет и тени улыбки.

— У тебя это впервые? — догадываюсь о причине страха. Заливается румянцем и отворачивается: забавный миленький котёнок. Беру рукой за подбородок и поворачиваю лицом к себе. — Ты же хочешь меня? Можешь не отвечать, просто кивни, — пристально считываю малейшие эмоции на её лице.

Время тянется ужасно медленно, повисает пауза, опускаю руку на шею и нежно глажу. Подбадривая и настраивая на позитивный результат, наклоняюсь и целую в нос, глаза, осыпаю серией коротких поцелуев лицо. Веду руками по ох@рененным изгибам, добираюсь до попки и двумя руками стискиваю, впечатываю в свой пах. У меня искры летят из глаз, не стартануть бы раньше времени, такое, если честно, в первый раз, обычно я контролирую процесс.

— Ну так что? — массирую попку и совершаю имитацию полового акта, ударяясь пахом в её промежность.

Всхлип, дрожь и слабый кивок. Накидываюсь на сладкий рот, снося нас ураганом похоти.

— На эту ночь ты — моя, — говорю, опаляя горячим дыханием.