Внезапно замужем, или Как спасти репутацию

Глава 5. Плачьте, женихи...

Испуганно оглядываюсь, вдруг показалось, что несколько посетителей столовой теперь смотрят на меня в упор. Но это только показалось, люди смотрят из-за того, что я одна, красивая, и не вписываюсь в принятые условия местной жизни. Барышни тапа меня должны быть со взрослой компаньонкой или в сопровождении мужчины и не в таком заведении.

Медленно доедаю блин, вытираю руки о полотенце, оставляю плату, к счастью, на почте мне разменяли крупную купюру, и бегом домой, читать, что там про меня написали, ведь это явно про меня. Не может в один сезон быть сразу две похожих истории.

По пути домой никто не встретился, ни хозяин, ни горничная, я пулей промчалась на свой этаж, забежала в комнатку, вымыла руки с мылом и решилась.

Газета оказалась вчерашней, вот почему сегодня утром в пансионе разразился скандал.

«Плачьте женихи, самая богатая невеста этого сезона оказалась замужем за мошенником!»

Довольно крупный шрифт, но страница не первая, зато заметка довольно большая. Это подробный обзор, детально расписаны мероприятия, запланированные до самого пышного события в зимнем сезоне – «Бала дебютанток». Маленькие музыкальные вечера, благотворительные базары, театральные постановки, и указаны имена невест, какие будут присутствовать на каждом из культурных событий светского общества.

— Боже, это что-то типа рекламного проспекта, ненароком, как бы вскользь указывают заинтересованным мужчинам, где и когда можно посмотреть девиц на выданье. И даже наши две дочери барона Соловьёва Фиона и Розалия дважды упомянуты.

Говорю вслух, забывшись, что уже давно не в пансионе, и Клавдии рядом нет.

А вот и та самая острая часть статьи.

«Как стало известно со слов наших осведомителей, самая богатая, идеальная невеста, по слухам, невероятная красавица Н.С. (по понятным причинам не имеем права называть её имя) оказалась замужем. И самое печальное, что её муж неизвестен, есть предположения, что невинную Н., обманул мошенник, брачный аферист, ведь состоянию девицы позавидовал бы сам царь Мидас, но оно под запретом, деньги на счетах заморожены, и теперь, этот пройдоха, не получив своё, бросил несчастную. Бедняжка ведёт затворнический образ жизни в пансионе, говорят, что её сердце разбито на тысячи мелких осколков. Как жаль, она действительно хороша собой и богата, могла бы составить партию самому знатному жениху, но судьба жестоко обошлась с Н. Как жаль, как жаль, что эта восхитительная роза увянет, так и не познав заботливой руки садовника. Но так ли всё на самом деле? Не скрывается ли за картинкой невинности нашей «несчастной» жертвы, злой умысел? Скоро узнаем, потому что я проведу для вас самое тщательное расследование этой немыслимой светской тайны».

— Фу…

Мои руки опустились, а газета упала на пол.

Самое ужасное, что автор этой статьи знает гораздо больше, чем написал. Пришлось наклониться, икнуть от сытости и избытка чувств, и поднять газету.

Автор: Иван Лазурный.

— Ну конечно, псевдоним, какой-нибудь светский пройдоха, примерно такой же, как и тот, что женился на мне. Или не-е-е-ет, эту статью написала женщина. Сто процентов, это женский стиль, она даже не пытается маскироваться. Слащавые формулировки, пошлые выражения: «эта восхитительная роза увянет, так и не познав заботливой руки садовника». А уж название «Плачьте, женихи!», совершенная пошлость.

Ещё раз перечитала текст и вдруг начала подозревать, что автор сего опуса кто-то из моих же «подруг» из пансиона.

Но откуда она знает про замужество?

Откуда знает про состояние?

Неужели Натали перед смертью сама открыла свою тайну какой-то из девушек?

Одни вопросы и ни единого ответа.

Скандал только набирает обороты, а я уже в эпицентре, и пострадала. Лишилась всего, выброшена на задворки всех светских событий, а ведь могла бы составить партию…

Промелькнула дикая мысль, что это кто-то всё подстроил, чтобы я не смогла составить конкуренцию менее красивой и менее богатой невесте.

Но нет, в свидетельстве о браке указана дата двухлетней давности. Если только, кто-то не подстроил всё задним числом. За деньги можно всё, что угодно написать.

А это золотое колечко слишком обычное и не похоже на обручальное. Я знаю этот эффект, когда разум начинает играть в свои игры и подтягивает факты, чтобы заполнить пробелы информации.

Пора очень серьёзно подумать. Вспомнить всё, что хоть как-то могло меня натолкнуть на мысль о…

— Колесникова, Матильда Колесникова. Она что-то кричала, что два года ждала, и якобы украла письмо моего «мужа», которое уже отправила в газету, как акт разоблачения, что этот мужчина был моим реальным мужем и любовником, но я по какой-то причине его отвергла и почти два года скрывалась в пансионе. И завтра мы всё узнаем!

Мои уши загорелись как красные лампы, к горлу подкатил ком, а в животе появилось неприятное чувство тошноты. Пришлось встать, и сделать несколько шагов взад-вперёд.

Поток мыслей не остановить.

И всё же, Колесникова небогата, простенькая, обычная серая мышка, тоже осталась в пансионе на должности помощницы старшей дамы, потому что сирота, но дворянка. Можно сказать, что работает за еду и приют. Она младше меня на год, приличного приданого нет, её мотив один – ненависть на почве зависти.

Придётся завтра на почте написать ещё письмо и отправить Клавдии, попросить её присмотреть за Матильдой, у той явно есть секрет.

Я ещё раз прочитала статью, теперь уже выискивая знакомые фразочки, человек, писавший этот пасквиль, может выдать себя речью. Но ничего не припомнилось, однако, взглянув на дату публикации, снова икнула. События-то развиваются стремительно. Всего сутки, как стало известно о злосчастной свадьбе. Причём от третьих лиц.

После этой заметки дядя сразу помчался в управу, потребовал разыскать документ и нашёл!

НО!

Дядя и Валентина Фёдоровна сказали, что мужа не существует, а простите, за сутки найти человека или, наоборот, понять, что его не существует невозможно. Андрея Уварова, должно быть, не зарегистрировали в управе, как горожанина. И в полиции о нём не знают, потому что не преступник.

Мой муж Андрей Петрович Уваров – реальный человек.

Вечер прошёл в смятении, всю ночь ворочалась и не могла уснуть, и только под утро забылась в тревожном сне.

— Сударыня! Даже не знаю, как вас зовут, там управляющий приехал, вы бы спустились к нему, на второй этаж направо от лестницы кабинет.

Настойчивый стук в дверь вырвал меня из объятий Морфея (сна). Не сразу поняла, где нахожусь.

Изменения в жизни настолько стремительные, что разум ещё не осознал нужду в новых привычках. Потягиваюсь, и тут же подскакиваю: я всё проспала, обычно же в пансионе подъём засветло…

Сквозь штору светит яркое солнце, ничего себе, скоро обед, а я отсыпаюсь.

— Да, сейчас. Обязательно подойду! Меня зовут Наталья Николаевна.

— Сделайте милость.

Горничная ушла по своим делам, а я пулей оделась, умылась, расчесала волосы, взяла деньги и документ.

В кабинете управляющего идеальная чистота, и характерный запах бумажной работы, такой уютный, как в нашей библиотеке пансиона.

— Добрый день, я принесла вам плату.

Мужчина поднял на меня взгляд, улыбнулся и показал на стул.

— Прекрасная незнакомка. Да, мне о вас сказал Алексей Архипович. Вы пока не нашли работу?

Думала, что он сразу про оплату, а тут про трудоустройство разговор зашёл, не хочется идти горничной, но, кажется, особо выбора и нет.

— Ещё не успела, но думаю, что за неделю найду.

— Эх, наивность, второе счастье. Все приличные места заняты, в обслугу вам не к лицу. Вы же образованная, ведь так?

Киваю, это снова тот самый закон, пристроить сиротку, проявить заботу?

— А как вас зовут?

— Наталья Николаевна С… Уварова.

В последний момент спохватилась и назвала фамилию мужа. Соколовы слишком известные люди и меня к вечеру уже отдадут в руки дяди, как законного опекуна.

— Наталья Николаевна, Алексей Архипович рекомендовал брать с вас два с полтиной рубля в месяц, но три месяца, пока вы не найдёте достойного места. От себя могу добавить, что если нужна помощь, то готов спросить у знакомых, нужна ли им гувернантка или няня, возможно, писарь в бюро. Что скажете?

— У меня есть некоторые соображения, насчёт работы, если откажут, то я непременно воспользуюсь вашим предложением. И передайте от меня огромную благодарность Алексею Архиповичу за заботу и щедрость.

Меня переполняют эмоции, надо же, снизили плату, только бы я не попала в неприятности, дали возможность три месяца искать должность. Только бы не выяснилось раньше времени, что я самая скандальная невеста в этом сезоне.

— Глеб Сергеевич, газеты, — мы разговариваем с открытой дверью, по законам приличия, один на один нам лучше не оставаться. В кабинет заглянул парнишка, быстро вошёл и положил стопку газет на стол.

Мама дорогая, верхняя, та самая «Утренняя весть», в которой пишут про мои злоключения. И теперь на первой полосе заголовок. Вижу не весь текст, но и этого достаточно. Чтобы покраснеть:

«Письмо незадачливого мужа к бессердечной жене!»

— Что с вами? Ах, эти сплетни, да уж, журналисты нынче превзошли сами себя, это же после внезапной смерти нечистой на руку свахи столько грязных сплетен ползёт по городу. Ни стыда у людей, ни совести.

— Да, ни стыда, ни совести, вы правы. Вот десять рублей, пока за четыре месяца, а если не хватит, я вам позже занесу, хорошо? Пойду, а то мне собеседование назначили, в газете, и…

Мой лепет потонул в весёлом шуме с лестницы, семейство Перовских собралось на прогулку.

Отдала деньги, расписалась в журнале и сбежала на почту, скорее выкупить номер лживой сплетницы… Эту Колесникову сама придушу, если она опорочит моё имя. Уж адвокатов точно найму, все слышали в пансионе, что она заикнулась про кражу личного письма и два года лелеяла месть.