Во власти генерала

26

Я не успела дать какой-либо ответ, как по гравийной дорожке неожиданно послышались чьи-то тяжелые, размеренные шаги. Кто-то уверенно приближался к беседке.

Я мигом вся подобралась и отодвинулась от лорда Лоренца, нацепив на лицо маску отстраненной учтивости. Словно мы не обсуждали всего минуту назад ничего секретного и опасного, а просто дядя с племянницей решили насладиться свежим воздухом и поговорить о погоде.

Из-за белоснежной колонны показалась высокая знакомая фигура в черном. Лорд Аарон де Фрост!

Его пронзительный взгляд, холодный как горное озеро, скользнул сначала по моему лицу, задержавшись на мгновение дольше, чем того требовала вежливость — я почувствовала, как будто легкий морозец пробежал по моей коже. Затем мужчина медленно перешел к лорду Лоренцу. В голубых глазах промелькнуло что-то оценивающее, словно он за секунду прочел всю напряженность, витавшую в воздухе между мной и дядей Селены.

— Лорд Лоренц. Леди Блэквуд, — слегка поклонился лорд де Фрост и насмешливо дернул уголком губ. — Вот оказывается кто похитил нашу хозяйку. А мы уже начали беспокоиться.

— Меня искали? — спросила я куда более взволнованно, чем бы мне хотелось показать. Словно меня поймали на месте преступления.

— Скорее гадали о причине отсутствия, — ответил мужчина, и я забеспокоилась еще больше. Если мое отсутствие заметили, значит вот-вот начнется ужин с монархами. Опоздать — проявить неуважение и настроить Их Величества против себя. Да и Ройс тоже будет недоволен.

— Я решил пригласить племянницу на прогулку, — поспешил объяснить лорд Лоренц. — Свежий воздух полезен для здоровья.

— Вполне разумно, — кивнул лорд Аарон и было неясно, принял ли он слова дяди Селены на веру, или только сделал вид. — Однако теперь, я полагаю, нам всем стоит вернуться.

Мы выстроились в маленькую процессию: я чуть впереди, чувствуя на своей спине два тяжелых взгляда. Лорд де Фрост шел рядом, и его присутствие было таким же холодным, как зимний ветер. Лорд Лоренц замыкал шествие, и я почти физически ощущала его недовольство прерванным разговором. Его слуга и Брунгильда следовали за нами на небольшом расстоянии.

С появлением де Фроста я выиграла драгоценные минуты, чтобы обдумать затруднительное положение, в которое я угодила.

С одной стороны, дядя Селены не просил сделать ничего откровенно преступного. Он не требовал шпионить за Ройсом или рыться в его личных бумагах. Пока что! А узнать, почему Черный генерал вдруг столь поспешно женился на дочери мятежного графа, я, как законная супруга, имела полное моральное право. Даже без каких-либо ухищрений с моей стороны.

Вопрос был в другом: скажет ли супруг мне правду? А какая-нибудь банальная причина, вроде приказа короля, лорда Лоренца явно не удовлетворит. Он искал что-то конкретное. Что-то важное. Что-то, что можно было бы использовать.

Надо отдать должное, дядя Селены расставил свои сети довольно ловко. Его просьба выглядела вполне невинно. Что ужасного в том, чтобы полюбопытствовать о мотивах столь скорого брака на его племяннице? Совсем не похоже на государственную измену или заговор. А то, что лорд Лоренц фактически меня шантажировал — это только мои проблемы. Которые как-то предстояло решать.

Я не могла признаться во всем Ройсу не выдав главного — того, кем я была на самом деле. В лучшем случае меня ждала темница за обман. В худшем — плаха за посягательство на титул и вмешательство в дела короны.

Ну а лорд Лоренц при любом раскладе выйдет сухим из воды. Не сделаю, как он хочет — заявит, что я не его племянница. Расскажу все генералу — сделает вид, что нашего разговора в беседке не было, и что я пытаюсь очернить его репутацию.

Ведь если я обманула раз — значит грош цена моим словам. А кто поверит лгунье? Чтобы хоть как-то заслужить доверие Ройса, мне следует раздобыть неоспоримые доказательства того, что дядя Селены представляет угрозу.

Как же, однако, беззаботно мне жилось при монастыре!

За этими мыслями я не заметила, как мы миновали внешнюю галерею замка, и спустя несколько поворотов вошли в небольшой, но изысканный зал. В центре стоял длинный стол, сервированный на десять персон. Серебряные приборы, хрустальные бокалы, изящные фарфоровые тарелки с золоченым ободком — все сверкало и переливалось в свете пламени свечей.

На первый взгляд показалось, что зал пока пуст, как от стены бесшумно отделилась фигура юноши, едва ли старше меня. Бледный, темноволосый и с крупным родимым пятном на щеке.

— Леди Селена, — вдруг поприветствовал меня он. — Я очень рад нашей новой встрече. Вы же помните меня?

Так. А это еще кто⁈