— Так какие у тебя сейчас проблемы?
— Сейчас? — он снова хмыкает. — Ты.
— Я⁈ — снова приподнимаюсь на локте, чтобы заглянуть в лицо Борису. — В смысле, «я»?
— В прямом. Я уделил тебе внимание. Отдал предпочтение. Называй как хочешь. Но это не понравилось моему брату. Кирилл зациклился на тебе. Для него ты камень преткновения. Объект ревности. Есть у него такой пунктик. Я тебе уделил внимание, а ему нет. Выбрал не его. Для него это болезненно.
— Но…
— Такой характер у него.
— Это не характер. Это комплексы, — недовольно бурчу.
— И это тоже, — Борис едва пожимает плечом. Я чую это движение, лежа на его крепкой груди. — И это нельзя оставить на самотек. Он создаст куда большие проблемы.
— Ясно… А еще какие?
— Бизнес его.
— Это… Это тот, куда он хотел затащить меня? Чтоб я отрабатывала долг?
— Да. Он держит бордели. Я закрывал на это глаза при условии, что девушки там будут содержаться в хороших условиях и по своей воле…
Я не успеваю сдержать ироничный смешок.
— Очевидно «но».
Борис тоже хмыкает, но как-то задумчиво что ли…
— Да, ты явно не глупа. Мне нравится этот в тебе… Да, малышка. Есть но. Он забил хер на мое слово. И продает девушек заграницу. Это надо решить. Иначе вес моего слова в моей работе снизится. А это скажется на всем. В том числе на безопасности моих близких.
— «Работа»… — я фыркаю. — Ты же за честность? Так называй вещи своими именами. Ты бандит.
— Кто сказал?
— Это очевидно.
— Почему?
— У тебя оружие!
— У меня есть на него разрешение.
— Ваши люди избивали моего отца.
— И что? Разве он не заслужил?
— Но это не законно!
— И что? Разве он мертв?
— Нет, но…
— Я его не грабил. Не убивал. Мои люди — лишь гарант того, что нечистые на руку дельцы сдержат свое слово. Я защищаю свое. Малышка, ты же не знаешь как я веду свои дела. И даже не знаешь что это за дела. Не суди по обложке.
— Так расскажи о себе больше, чем ничего, чтобы я не судила только по обложке, которой по сути нет. Я же о тебе почти ничего не знаю.
— Справедливо. Позже. Когда будет больше времени.
— Ладно, — тяжело вздыхаю. — И все равно, меня смущают твои методы. Я верю что любые вопросы можно решить с помощью слов.
Борис тихо смеется. И я слышу как в его груди отдается набатом этот смех.
— Какая же ты наивная, малышка. С помощью слов можно много решить, не спорю. Но с помощью слов и силы, дела решаются куда быстрее. И действеннее.
— Зато безопаснее, — не уступаю я.
— Не факт. Давай не будем спорить об этом. Сейчас, — он вскидывает руку и смотрит на часы, — мне нужно уехать…
— Но сейчас уже ночь!
— И что?
С глубоким вдохом Борис отстраняет меня и поднимается с дивана. Четкими движениями он заправляет рубашку в брюки. Возвращает подтяжки на плечи и берет телефон в руку.
— Я не офисный клерк. У меня нет графика работы. Есть задачи и я их решаю.
— Ладно, а мне что делать?
— Занимайся, чем хочешь, главное будь здесь. Не создавай мне лишних причин для беспокойств, хорошо?
Я кусаю губы в раздумьях, опускаю взгляд…
— Я итак не хотела никому создавать проблем…
— Эй, мелочь, — Борис склоняется ко мне, берет мое лицо в свои большие теплые ладони. — Ты их и не создавала. Ты ни в чем не виновата. Запомнила?
— Ага, — кивнуть не получается. Моя голова — в крепкой хватке его рук.
— Сейчас тебе просто нужно переждать. Я все решу.
— А что на счет долга? И Славы? Кир сказал, что он сбежал, и поэтому я теперь должна отрабатывать…
— Да, отец твой сбежал, — хмурится Борис. — Но ты мне ничего не должна. А Киру тем более. С ним я рассчитался. А то, что он на себя слишком много берет, не твоя забота.
Я смотрю в глаза Борису, чувствуя, как с плеч падает целая гора…
— Спасибо, — шепчу, чувствуя, как внутри поднимается целвя волна нежности и благодарности.
— Пожалуйста, — Борис мягко улыбается и подмигивает мне.
— А как же моя работа…?
— А что с ней?
— Я же только-только устроилась на нее. Олег Владимирович будет рвать и метать. Туда-сюда, как неопределившаяся чучундра…
— Насрать на то, что он подумает, — отрезает Борис. — Его мнение вообще не важно. Я все решу, Софья. Сейчас в приоритете безопасность, а не какая-то работа. И не чье-то жалкое недовольное мнение. Я тебе таких работ хоть с десяток могу обеспечить, если сама захочешь. Но я бы предпочел, чтоб ты не горбатилась…
— Стоп, стоп, стоп! А я что, уже официально твоя жена? Мы же только…
— Ох, Софья, Софья, — мотает головой Борис. — Если тебе нужно проговорить такие очевидные вещи, то да, ты моя женщина. Так яснее?
У меня краснеют щеки и в груди словно поселяется вулкан!
— Вот так сразу?
— Тебя что-то смущает? Я за себя могу говорить весьма однозначно. Если ты сомневаешься, у тебя есть время подумать.
— Я… — от растерянности я не знаю, что сказать. — Я еще замужем и как-то… я никогда так не начинала… Это все дико и…
— Твой брак — ерунда. Вообще не проблема. Главное то, что ты сама хочешь. Определись, Софья, — серьезно произносит Борис и направляется к двери. — У тебя еще есть время подумать. А пока… — он осматривает кабинет коротким взглядом и следом переводит этот внимательный взгляд своих пронзительных синих, как море, глаз на меня.
Смотрит не долго, но так, что у меня сердце чуть из груди не выпрыгивает.
— … Просто будь здесь, Софья.
Борис уходит. Как всегда. Ушел оставив меня одну в полнейшей путанице чувств.
Что я хочу…?
Хороший вопрос…