Без слов

Глава 57

Глеб выходит через полчаса. Лицо бледное, на левой руке лангета, в правой — костыль, на который он упирается при ходьбе. Спортивные брючина обрезана по колено и на правой лодыжке — объемная повязка из бинтов. Заметив меня, он еле заметно улыбается и идет ко мне на встречу.

— Давай помогу, — подхожу к Войтову, подавая ему руку.

— Сам справлюсь. Пойдем, такси скоро подъедет. Я не знал, что ты здесь, поэтому вызвал машину из палаты.

Обеспокоенно еще раз оглядываю Глеба и тихо спрашиваю.

— Как ты? Может не стоило писать отказную?

— Нормально. Врач сказал, что серьезных травм нет. Так… порезы, но повязку на руке нужно будет дней пять не снимать.

— Ты меня не обманываешь?

Глеб смотрит мне в глаза и серьезно отвечает.

— Я никогда тебя не обманываю. Есть пара вещей, которые я скрыл от тебя целенаправленно, но все они касаются твоей безопасности. Узнай ты про них сразу, могла наворотить дел.

— Расскажешь.

— Да. Пойдем на улицу.

Пока едем в такси, я не отрываю взгляд от лица Глеба. Слишком он бледен и серьезен, даже не смотрит на меня. Больше хмурится.

— Скажи, что случилось?

Войтов моргает пару раз, а потом разворачивается в мою сторону.

— Не понял?

— Я понимаю, что сегодня был кошмарный день и ты сильно пострадал, но… Но мне кажется, что у нас всё снова плохо. Утром я была такой счастливой, мечтала и радовалась, а потом пришла Марианна и начала говорить такие вещи… Ты сказал, что это бред и я…

— Софа, — перебивает меня Глеб, — обсудим все вопросы дома. Сейчас могу сказать тебе только одну вещь. Между мной и Мари никогда ничего не было и быть не может.

Я киваю и поддавшись порыву беру его ладонь в свою.

— Поняла.

— Давай позавтракаем. Я сделаю новый омлет, а на тосты положу сыр и масло и они будут лучше свежеприготовленных, — говорю Глебу, когда мы переступаем порог дома, — в холодильнике есть вишнёвый джем – можем вместо сыра использовать джем.

От волнения голос дрожит, а в голове так и прокручивается его фраза «обсудим дома». Правды я оказывается боюсь не меньше, чем лжи.

— Погоди.

Войтов разворачивает меня к себе и быстро целует в губы.

— Не суетись и успокойся. Давай закроем все вопросы, а после за стол сядем.

Я киваю и теперь уже сама целую его.

— Давай.

Руки всё равно дрожат, но суетиться я прекращаю.

Когда мы садимся на диван, Глеб внимательно смотрит мне в глаза и начинает рассказ.

— Начнем с самого начала. С Марианной я знаком давно. Она помогала мне с продажей дома деда, с ней меня познакомил мой юрист. Некоторое время она не работала по личным причинам и моя сделка стала для нее шансом вернуться в профессию.

— Почему шансом? Разве риелторам нужны какие-то шансы, чтобы вернуться в профессию?

— В ее случае – да. Я никогда бы не стал бы обсуждать с тобой личную жизнь Мари, но сейчас считаю, что сделать это будет необходимо. Дело в том, что она не работала почти два года риелтором, потому что ее бывший муж пустил слух по городу о том, что она обманывает клиентов. Якобы она, при продажи имущества клиента, тайно договаривается со второй стороной – покупателями, что сможет договориться о снижении цены на сто тысяч, допустим, а в награду они должны ей заплатить половину суммы скидки. На самом деле слова бывшего мужа были ложью, но Мари сразу уволили из агентства по статье и по городу пошли неприятные слухи. Мой юрист не верил этим слухам и предложил ее услуги нам с Сережкой. Работая со мной, а потом с моими знакомыми или клиентами, она смогла вернуть себе прежние позиции на рынке недвижимости. Постепенно мы стали общаться, помогать друг другу… Зародилась дружба и никогда ни я, ни Мари не обсуждали тему отношений. Более того, я всегда знал, что у нее периодически возникали отношения, но мне до этого не было дела. Мы просто дружили. Тебя она не возлюбила сразу, но я с ней пару раз поговорил и она пообещала успокоиться. Я даже подумать не мог, что она способна на такое…

— Я тоже ее терпеть не могла с первого взгляда, — вставляю пять копеек в монолог Глеба.

Он вздыхает и продолжает рассказ.

— Переходим к главному. В тюрьме я узнал, что если я выйду, знакомые Анфиски организуют нападение на тебя. Через адвоката, я нанял человека, чтобы приглядывал за тобой, но он ничего не заметил. Я решил перестраховаться и попросил следователя ускорить процесс освобождения. Вину с меня сняли, осталось дождаться решения об освобождении. Он пошел мне навстречу и четыре дня назад я вышел. Анфисе это стало известно сразу же. Я решил пожить в квартире Мари и понаблюдать. Все четыре дня было спокойно и я решил приехать домой. Тебя предупредить об освобождении не мог. Боялся, что ты начнешь скандалить и ревновать. Не обижайся, но ты у меня очень эмоциональная девочка.

— Почему остановился у Марианны? Другого места не нашел?

— Она предложила, да и дел у нас было много. Как раз об этом будет следующая часть рассказа. Я решил уехать из этого города. Продать все и переехать. Конечно с тобой, если ты не против. Мы выставили на продажу этот дом и квартиру и четыре дня пришлось позаниматься документами. Долг нужно отдать, а в этом городе нам спокойно жить и работать не дадут. Уедем?

Я медленно киваю, а после задаю еще один вопрос.

— Зачем ты звонил ночью Мари?

— Я звонил ей утром. Она встает в четыре часа и наш разговор был запланирован. Нужно было закончить одно общее дело по работе, а ещё я попросил её договориться с ЗАГСом, чтобы нас зарегистрировали по-раньше. У нее там подруга работает.

— Ты хотел на мне жениться?

— Конечно. Предложение от тебя я получил и решил действовать.

— Я думала, что сморозила глупость, когда попросила тебя взять меня замуж.

— Не глупость. Я и сам хотел предложить тебе то же самое, но ты опередила.

— Знаешь что?! – вскрикиваю я, — поэтому Марианна сюда и прибежала. Поняла, что у нас всё серьезно и решила действовать. Она пошла во-банк, Глеб. И что бы ты про нее не думал, на самом деле она расчетливая сука и всегда все делает ради своей выгоды. Поверь мне.