Борьба за любовь

Глава 15

Pov. Логан

— Была ли это жизнь, волк внутри меня протестовал.

— Была и будет, грозно осадил его. Тот зарычал, взбесившись.

— Она наша, я молчу, что я могу сказать. Она не наша, раз предала меня. Если не смогла довериться своему истинному, что ты ещё хочешь. Ей было противно, она не любила меня.

Рука заныла, с новым приступом невыносимой боли. Узор становился ещё больше, от Луны пошли ростки, сглотнул.

Запах ромашки усилился, уже до того себя довёл, что везде её запах. Даже вздохнуть без него не могу. Осознание пришло после, когда я понял, что она тут. Сглотнул, одним рывком оказался около двери, отворяя её.

Хьюго стоял и держал Серену за руку, он с ухмылкой смотрел на меня.

Серена этого не ожидала, потому что стояла испуганная и удивлённая. Внутри всё потянулось к ней. Её глаза, плакала, они красные из-за него, из-за него они красные. Смотрю в них, а оторваться не могу хотя должен. Продолжаю держать их на пороге комнаты, не понимая, что она тут забыла.

— Может впустишь, стоять в коридоре знаешь ли у всех на виду, сказал Хьюго, оскалился, чувствуя как мой волк разгневался, видя, что он её держит.

Да и я сам был не в восторге. Бесился,как же я бесился, что она тут. А ещё бесился, что не могу к ней прикоснуться. Что не смотря на всю свою ненависть, я мать вашу думаю о ней. Серена с испугом смотрела на меня, кусая свои губы. Взвыл, что не могу прикоснуться к ним, ощутить ее проклятый вкус. Который сносит мне голову. Еще не решил как мне быть, что делать с тем, что продолжаю любить ее.

— Что надо, спросил, облокотившись об дверь комнаты. Глаза Серены округлились ведь, я был без рубашки. Её щеки покраснели, сама она сжимала свои руки. Сглотнул, ведь помню,как прижимал её к себе, как она таяла в моих руках, как сама тянулась. Только одни её невинные прикосновения и меня сносит.

Всё мои рецепторы сейчас направлены лишь на неё. Я удивлён, что ещё не сорвался. Одинокий волк, который не видел ласки с самого рождения, думал, что именно она мне ее подарит. Но как же я ошибался. Она взяла и самолично вонзила нож мне в спину, рана которой до сих пор не зажила. И не заживёт, слишком кровоточащая рана.

Но не то я вижу в её лживых глазах, совсем не то. Она сама изучает меня, рассматривает. Смотрит, что у меня внутри всё замирает, так замирает. Что еле держусь.

— Пропусти и узнаешь, сказал Хьюго, его явно забавляет эта ситуация. Зачем он привёл её, зачем. Уже ночь.

— Она хочет поговорить, сказал друг, а я ведусь, ведусь на это. Нужно отпугнуть, чтобы ушла, чтобы не заходила, ведь не смогу контролировать себя черт возьми.Серена удивилась, ведь задергалась, пытаясь убрать его руки.

— Я не хочу, наконец подала свой голос, заставляя меня напрячься. Я смотрю только на неё, словно Хьюго тут и нет.

— О чем мне с ней говорить, спросил, видя как она сжимает свои руки. Руки самопроизвольно сжались в кулаки. Как тут контролировать себя, если я знаю, что она терпит знаю, что творится у них.

— Спроси у своего друга, она вновь пытаясь вырваться. Это он притащил меня сюда, хотя я не хотела, сказала она мне. В голову сильнее ударил её запах, черт возьми как мне это выдержать, если от одного её запаха ведёт. Если я не могу надышаться им, как мне его не хватало.

— Не хотела идти, сделал шаг к ней, отвлек тебя от важных дел, задеваю, я специально её задеваю, чтобы почувствовать, что я живой, чтобы увидеть какие у неё эмоции, какие чувства вызывает это всё. Она вздрогнула, смотря на меня.

— Чего молчишь, язык опять проглотила а, не унимался я. Её глаза горят, наверное также как и мои. Ведь я еле держусь, как же я держусь. А этот запах, её глаза, её колдовские глаза, которые я любил.

— Зайдешь в логово к волку, спросил наклоняя голову. Склал руки на груди, с вызовом смотря на неё. Или опять спрячешься, как делала это всегда. Она закрыла глаза, часто задышав.

— Мне нужно идти, хотела сделать шаг, но брат не дал этого сделать.

— Стоять на месте ведьма, не пропущу пока с ним не поговоришь, она отрицательно покачала головой, смотря на меня. Слеза скатилась по её щеке, заставляя меня внутри завыть.

— Уведи её, мне она тут не нужна, сказал грозно им. Серена закрыла глаза, сглотнув. Болит, всё внутри болит, но я не показываю ведь мне плевать, должно так плевать.

— Это и тебя касается брат, сказал Хьюго, усмехнувшись.

Со всеми усилиями, пропустил её, закрыв глаза, когда она прошла мимо. Тут нужна большая выдержка, чтобы я смог сдержаться, ведь она не даёт никакого шанса на это.

— У нее пять минут, дальше держать не стану, сказал ей, скрестил руки на груди. Она дёрнулась от моих слов, развернувшись, обняла себя за плечи. Словно тогда, когда она впервые пришла. Ко мне. Сама. Тогда она приняла меня, приняла мою суть, призналась. Как же изменилась, стала другой, не моей.

— Пока не поговорите нормально я не выпущу её, вопросительно посмотрел на друга, который лишь начал забавляться нашей ситуацией. Ведь Серена стояла ни жива, ни мертва.

— Удачи вам, если, что я за стеной, сказал он с ухмылкой оставив нас двоих. Серена поплелась к двери, которая закрылась прямо перед её носом.

Между нами повисло молчание.

— Я жду ведьма, я тебя сюда не приглашал, решил её поторопить, она напряглась. Мысленно взвыл, вспоминая как сминал её губы, какие они черт возьми вкусные. Не могу, не могу это вновь ощущать.

— Я сама сюда тоже не пришла, ответила мне. Держусь от неё на расстоянии, ведь мне тяжело, как же тяжело быть рядом с ней. Она медленно повернулась, с волнением смотря на меня.

— Всё сказала, спросил, сжимая руки. Серена сглотнула, смотря на меня.

Медленно подхожу к ней, ей же остаётся лишь одно отходить назад. Пока она не столкнулась со стеной, с волнением смотря на меня.

— Видела своего жениха, скривившись спросил к нее, она вздохнула. Я подпортил его лицо, продолжаю я. Твой жених перешел ту черту, которую не должен был. Ты сама это понимаешь но противишься. Я буду долго и мучительно его убивать, оскалился, смотря на неё. Не пожалею поняла, и ты ничего с этим сделать не сможешь, встал напротив неё, видя как она часто задышала.

— Никакие твои молитвы не помогут, я не святой, сказал ей. Она вздрогнула, когда я подступил к ней слишком близко.

— Он уже попробовал тебя, наклонился к ней, когда она задохнулась от возмущения, со злостью смотря на меня. Ревность затмевает всё, ведь моей она должна быть, только моей. Я не могу делать вид будто меня это не волнует.

— Зачем ты так, зачем, прошептала, плача. Поставил руки по обеим сторонам от неё и всматриваюсь.

— А как надо, хрипло произнёс, неужели он тебе не понравился, она стала вырваться, брыкаться,толкая меня в грудь. С силой развёл её руки, припечатывая к стене. Грубо и сильно. Самого внутри разрывает.

— Я хочу уйти, скажи своему брату, чтобы выпустил, усмехнулся.

— Правда в глаза колит, жалеешь уже да, что меня променяла. Посмотрел на её лицо, она же сглотнула.

— Ненавижу, ненавижу, зачем ты так Логан, зачем,ее голос дрогнул.

— Я запретил тебе произносить моё имя, пошатнул её, чувствуя как она задрожала. Из-за меня дрожит. Серена сглотнула, слеза скатилась у неё по щеке.

— Тебе самому не противно, что ты так говоришь. Как ты можешь, заплакала.

— Ты не тот Логан, которого я любила, горько усмехнулся, наклонившись к уху.

— А ты в принципе уже не моя, не моя, зарычал, злясь на саму ситуацию. Что так жестоко поступаю с ней, что говорю такое, но ревность не дает нормально реагировать. Закрыл глаза, пытаясь успокоиться.

— Отпусти, раз на этом и решили, сказала она мне.

— А ты попробуй останови меня, раз такая сильная.

— Дикарь, зачем только тебя встретила, зачем, почему ты опять появился в моей жизни, продолжала она свой поток слов. Злюсь, как же я злюсь на эти слова. Меня всего разрывает внутри из-за этого.

​​​​​​Почему ты приехал, было бы легче, что мне теперь делать.

Сжал её руки с такой силой, что она пискнула, а меня самого штормит. Ведь только дотронулся до неё, а моё тело пробило. Волк взвыл внутри, хочу её. Даже не смотря на ненависть хочу.

— Всё сказала, хрипло произнёс, видя как она встала в ступор от меня. Влияю, я все-таки на неё влияю. Она не может это не чувствовать.

—Ты всё решила за меня, бросила меня. Предала, кто ты после этого а. Слеза скатилась по её щеке, ты вонзила мне нож в спину, ты уничтожила меня. Бросила своего истинного. Я ненавижу тебя поняла, ненавижу, наклонился так сильно, что она задрожала, отрицательно качая головой.

— Отойди я уйду и больше не потревожу, дрожащим голосом сказала. Усмехнулся, мои глаза загорелись огнём.

— К нему пойдёшь, он ждёт тебя да, спросил, сам не знаю зачем.

— Даже если и к нему, это не твоё дело, разозлившись, уже её понимаю как терпеть это. К нему сука, она пойдёт к нему. Где тут держать самообладание, когда только слушать об этом не могу.

— Значит не нужно было заступаться за тебя да, снова удар по щеке, острый обжигающий, но он мне нужен.

— Отойди, её голос дрогнул

— Правда в глаза колит а. Я защитил тебя вопреки всему. А истинная моя не моя вовсе. Горько ухмыльнулся, но получился оскал.

— Ты злишься, что я не стала твоей, слезы уже катились по её щекам, она плакала, смотря на меня. Злюсь, как же я злюсь.

— Ты и так никогда не была моей,– слова вырвались с рычанием, полным горечи и ярости.

Боль и обида жгли грудь.