Борьба за любовь

Глава 40

Pov. Логан

Наклонился, держа её в руках, как же она изменила мою жизнь, как украсила её. Был лишь один смысл раньше бои, только бои были у меня на уме. А теперь всё занимает она. Вся моя жизнь теперь принадлежит только ей. Она мой дом, моя семья, моя любовь.

Взглянул на свою руку, и метка вспыхнула ярким, тёплым светом – от переполненных к ней чувств. Это было физическое проявление моей безграничной привязанности. Наклонился к ней, поцеловав в макушку.

— Вставай, соня, — шепнул ей, целуя за ушком, чтобы разбудить её мягко, без испуга. Серена вздрогнула и медленно открыла глаза, всматриваясь в меня. Я сглотнул, утопая в этой нежности, в этой любви, что сияла в её глазах. Только она могла мне её дать, только она могла показать мне, что это такое. Любить, любить меня, сироту без любви, того беспризорника, который никогда не знал истинной привязанности.

— Уже приехали? — спросила она, сонно потягиваясь, и попыталась встать. Я усмехнулся, посадив её обратно к себе на колени. Серена ойкнула, не ожидая этого, её тело расслабилось в моих руках.

— Ещё нет, просто решил сразу тебя разбудить, чтобы готова была, — сказал ей, целуя в щеку. Она смутилась, прижавшись ко мне, положив свою голову мне на плечо.

— Выспалась? — спросил, гладя её по волосам, чувствуя мягкость каждого локона.

— Не очень, но спасибо, что дал поспать, — сказала мне, посмотрев вновь, и в её глазах мелькнула благодарность.

— Я и должен охранять твой сон, родная, всегда, — сказал ей, сжимая её крепче. Это не просто слова, это клятва, которую я дал себе.

— Что? — спросил, не понимая причину её веселья.

— Ничего, просто было смешно, когда ты с папой общался, — сказала она мне, и я почувствовал, как напряжение вновь вернулось. Я усмехнулся, поддавшись вперёд, чтобы быть ближе к её лицу.

— Тебе смешно, а мне совершенно нет. Он собирался оставить тебя там, — сжал её сильнее, вспоминая тот момент, когда отец Серены испытывал меня. Моя внутренняя ярость, хотя и скрытая, была так же сильна, как и тогда. Он не понимал, что она моя, и никто не имеет права удерживать её от меня.

— Но я здесь с тобой, — она отрицательно покачала головой, прижимаясь ближе.

— Он собирался забрать моё, — рыкнул я, чувствуя, как внутри нарастает гнев. Эта мысль до сих пор вызывала во мне первобытную ярость.

— Никто меня от тебя не заберёт, родной. Я бы и сама не осталась, — сказала она мне, и её слова словно бальзам успокоили мою вспыхнувшую агрессию.

— Ты здесь, да, но твой отец… — опустил голову, вспоминая его взгляд.

— Он пошутил, только и всего, — усмехнулась она.

— Такие шутки мне не нравятся, — я еле сдержал себя, чтобы не высказать всего, что накипело. Серена посмеялась, и это смягчило мой настрой.

— Приехали родная, теперь это твой дом, сказал ей, видя как её глаза загорелись.

— Страшно, прошептала она, усмехнулся, счастливо зажмурившись. Серена обняла меня за шею, целуя в щеку. Чувствую, что волнуется, что переживает, крепко обнял её.

— Не надо, теперь нам ничто не помешает, сказал ей, взяв за руку. Когда повозка остановилась, вместе вышли из неё.

— Он наш, прошептала, затаив дыхание, кивнул головой, погладив щеку.

— Наш родная, Серена сглотнула, в её глазах показались слезы. Пока разбирали вещи, мы с ней прошли внутрь.

Серена с интересом рассматривала дом, каждую комнату, каждый угол. Я же тенью следовал за ней, ожидая ее реакции. Затаил дыхание, ведь мне так важно её мнение, так хочу, чтобы всё ей понравилось. Прошли на второй этаж, цветочек подошла к последней комнате.

— Последняя комната, хрипло произнес, сглотнув.

— Наша с тобой, облокотился об косяк, видя как она передернула плечами. Прошла до кровати, потрогав покрывало. Взгляд не поднимала, прятала свои глаза. Остановилась около стола, провела рукой, осмотрела всё шкафы.

— Когда ты успел всё обставить, услышал от неё осипший голос, усмехнулся, медленно идя к ней. Она стоит ко мне спиной, взял её плечи, сжал их, проведя.

— Хотел, чтобы к твоему приезду здесь всё готово было, так и получилось, вздохнул её запах, который уже по каждой моей клеточке, уже не могу без него.

— Хотел удивить тебя, надеюсь, что получилось, поцеловал в шею, она вздрогнула от моего неожиданного касания. Прижал её к своей груди обнимая.

— Получилось, — тихо сказала она.

— Другого мне и не надо. Тут так красиво, так уютно. — Она повернула голову, и я провёл носом по её лицу, вдыхая её запах, наслаждаясь ею. Как же мне её мало! Наверное, так будет всегда, даже если она будет со мной.

— Я рад, что ты оценила, родная, — мой голос стал хриплым от переполнявших меня чувств.

— Логан я так тебя люблю, и не могу поверить, что теперь всё хорошо, ее голос дрогнул на этом. Усмехнулся, поцеловал в висок. Серена повернулась, с горящими от счастья глазами смотря на меня. Взял её лицо в руки, не понимая как жил без нее раньше. Как вообще мог жить, если её не было. Мои чувства к ней просто не описать никакими словами.

— Теперь тебе от меня никуда не деться, сжал её так сильно, моя на всю жизнь, сказал ей практически в губы. Да и жизни мне будет мало, она закрыла глаза, позволяя её целовать. Распустил её волосы, зарывшись в них рукой. Серена вздрогнула, опустил руку на её талию осторожно сжимая. Ведь её раны ещё не зажили, а делать ей больно я не могу.

— Моя нежная, хрупкая, прошептал ей между поцелуями.

— Слабая, сказала она то, что я не ожидал. Открыл глаза, видя как она слабо улыбается, скрывая глаза.

—Нет ты не слабая, сказал ей. Ты сильная родная, я восхищаюсь тобой, продолжал целовать её.

— Сильная, раз пыталась какой-то бутылкой дать отпор, хотя твоё состояние было ужасным.

— Но у меня не получилось, поддел её подбородок, подняв вверх, чтобы смотрела на меня.

— Ты пыталась это самое главное, ты пыталась сделать всё, чтобы защитить себя цветочек, она сглотнула, слабо кивнув мне.

— Это были самые страшные минуты в моей жизни, — продолжил я, вспоминая ту безысходность. Видеть тебя и ничего не сделать. Я думал, что там же погибну. Не был готов к этому, как же я не был готов! сказал ей, сильно сжимая её в объятиях. Словно боялся, что её заберут от меня, отнимут, что её не будет рядом.

— Испугался, как же я испугался за тебя, медленно покачивал её в своих руках.

— Скажу сейчас кое-что, только ты не волнуйся родная, приподнялся, чтобы видеть её глаза. Серена нахмурилась, поджала губы, в её взгляде читалось предчувствие чего-то недоброго.

— Я буду часто уезжать отсюда, — начал я, чувствуя, как её тело напряглось. — Остальным нужна будет моя помощь. Серена вздохнула, закрывая глаза.

— Я не смогу без тебя, — начала она, её голос был полон отчаяния.

— Тшш, — поставил я палец ей на губы, не давая договорить.

— Сможешь, родная. Пока мы не освоимся, я буду здесь, а потом… потом привыкнем. Я сам этого не хочу. Думаешь, желаю оставить тебя одну? Думаешь, я хочу покидать нашу постель, когда в ней будешь ты, когда ты будешь жаться ко мне? Усмехнулся, отрицательно качая головой.

— Я знаю, но, но без тебя я никогда себя не буду чувствовать в безопасности, Логан. Только ты даёшь мне защиту, а оставаться одной. Её голос срывался. Я стал целовать её лицо, показывая, насколько сильно люблю её, пытаясь заглушить её страхи своими ласками.

— Я не могу по-другому, — сказал ей, чувствуя груз ответственности. — Когда остальные будут сражаться, я не могу находиться в стороне, цветочек. Я должен завершить начатое, ещё столько всего нужно сделать. Я тебя привёз сюда, чтобы спрятать от всего того, что творится. Ты и так натерпелась, но сам я буду помогать.

—Такой у тебя муж, Серена. Жалеешь? спросил, видя, как она первый раз за долгое время улыбается. Прочистив горло, она покачала головой.

— Никогда не буду жалеть, ведь буду знать, что делаешь ты это всё ради меня, сказала мне.

— Ты же не сейчас уедешь? — спросила она, прижавшись к моей груди, её голос звучал так неуверенно.

— Нет, сейчас нет, — я усмехнулся.

— Я не такой дурень, чтобы уезжать от своей жены, когда ещё не насладился ею. Тем более, кто-то обещал, что будет моей, — напомнил ей её же слова, и Серена смутилась, поправила мои волосы.

— Думала, я забыл? — Она отрицательно покачала головой, улыбаясь.

— Ты же не сбежишь теперь? — заглянул ей в глаза, видя, как они горят от любви ко мне.

— А ты дашь мне сбежать? — спросила она, наклоняя голову. Я посмеялся, наклонившись к её уху, задев мочку уха, и осторожно прикусил её.

— Никогда, твоё место рядом со мной Серена, — проговорил её имя, чувствуя, как она задрожала из-за меня. Как же она чувствует меня, как реагирует, как теряется! Но интерес в её глазах говорит о том, что она сама хочет.

— Покажешь, как будешь мужа любить? поцеловал в губы.

— Как будешь скучать? — Серена ахнула, когда я сжал её талию.

— Как будешь ждать меня? — прикусил её шею, чувствуя, как её кожа горит под моими губами.

— Мы ещё вещи не разобрали, — прошептала она, но в её голосе уже не было протеста, лишь дрожь. Я усмехнулся, продолжая свою ласку.

— Потом. Всё потом. Сейчас я хочу любить тебя, родная, только любить. Наконец-то нам никто не помешает, никто не сможет прервать. — Серена обняла меня за шею, отвечая на мои поцелуи с такой страстью, что у меня перехватило дыхание.

— С ума сводишь меня, — прошептал я. — Как же я держусь, чтобы больно тебе не сделать.— Ты никогда не делал мне больно, — ответила она.

— Делал. Словами делал, — моё сердце сжалось от воспоминаний.

— Как же я себя ненавижу за это. — Продолжал целовать, любить, пытаясь стереть все плохие моменты.

— Логан, — начала она, но я не дал ей сказать, заткнув поцелуем.

— Даже если ты меня простила, я себя не прощу. Я не достоин тебя, но без тебя уже не смогу, — взглянул в её глаза. Сглотнул, видя, как они горят, как горят, смотря на меня, и в их глубине я увидел ту самую любовь, которая стала моим смыслом.

— Будь уверена, что я сделаю тебя самой счастливой, родная, сделаю всё, чтобы ты не жалела, — сказал последнее, прежде чем не забылся с ней окончательно, растворяясь в ней