Десятая невеста. Драконья печать

Глава 23

Я делаю еще несколько шагов назад, прислушиваюсь. За шумом битвы, за рычанием дракона и громкими заклинаниями жрецов я различаю другие звуки — тихий, настойчивый шепот.

«Помоги… освободи… иди к нам…»

Голоса невест становятся яснее, словно слабеющая магия Ктулаха дает им больше силы.

— Где вы? — шепчу я, закрывая глаза и пытаясь сконцентрироваться на зове.

«Северная башня… старая библиотека… подземное хранилище…»

Три места. Три оставшиеся души. И последний кристалл, несомненно, находится там, где сейчас происходит ритуал — в главном зале.

Я открываю глаза, понимая, что теперь у меня есть выбор. Можно попытаться найти выход из замка, как просил Вестар. Или закончить начатое — освободить все души и разрушить проклятие раз и навсегда.

И выбор, на самом деле, очевиден.

Наверное, до попадания сюда, я бы не осмелилась и думать о таких поступках. Обычно ведь в сказках принцы спают принцесс от драконов. А я? Я буду спасать дракона!

От этой мысли становится смешно. Так по-дурному смешно, что я сама напоминаю себе Вестара с этой его сумасшедшей ухмылкой.

Но мне нравится.

Я бегу по коридору, следуя за зовом, который становится все громче по мере приближения к северной башне. Искра летит впереди, словно указывая дорогу. Похоже, она тоже слышит невест.

Северная башня выглядит заброшенной и пострадавшей от времени больше, чем другие части замка. Каменные ступени истерты, многие окна разбиты, а с потолка свисают сталактиты. Здесь холоднее, чем в остальном замке, и мне кажется, что я слышу вой ветра, хотя все окна закрыты ставнями.

На верхнем этаже башни, в маленькой круглой комнате, я нахожу первый кристалл. Он изумрудно-зеленый, размером немного больше моей ладони, и лежит на покрытом пылью столе, окруженный засохшими травами и странными амулетами.

— Седьмая невеста? — спрашиваю я, осторожно касаясь кристалла.

«Да,» — отвечает голос изнутри. — «Я Элина, травница. Ктулах обвинил меня в отравлении принцессы соседнего королевства.»

— Ты действительно это сделала?

«Нет. Я лечила, а не убивала. Но мои знания трав пугали его.»

Я беру тяжелый подсвечник и разбиваю кристалл. Он рассыпается осколками, и из них формируется фигура молодой женщины с длинными волосами, заплетенными в косу, украшенную цветами.

— Спасибо, — говорит она, и ее голос звучит шелестом листьев. — Но торопись. Замок не выдержит того, что сейчас происходит.

С этими словами она растворяется в воздухе, превращаясь в тысячи зеленых огоньков, которые улетают через разбитое окно.

Как только это происходит, замок вздрагивает сильнее, чем раньше. Потолок трещит и осыпается камнями. Пол идет трещинами и часть его рушится. Я едва успеваю отступить. Мне приходится перепрыгивать через образовавшуюся дыру, чтобы выбраться из комнаты.

Спускаясь по крутым ступеням, я чувствую, как меняется атмосфера. Воздух становится плотнее, насыщенный магией. Я слышу отголоски битвы — рев дракона и заклинания Ктулаха эхом разносятся по коридорам. Их грохот на фоне песнопений храмовников, звучит какой-то какофонией, симфонией хаоса.

Старая библиотека находится в западном крыле. Книги здесь древние, многие написаны на языках, которых я никогда не видела.

Голос второй души становится сильнее, когда я подхожу к маленькому секретеру в углу.

«Под ним… смотри под ним…»

Я опускаюсь на колени и заглядываю под мебель. Там, в темноте, поблескивает янтарно-желтый кристалл. Я достаю его, ощущая тепло, исходящее от камня.

— Кто ты? — спрашиваю я.

«Восьмая невеста,» — отвечает тихий голос. — «Сорея, придворный историк. Я хранила истинные летописи, не искаженные придворными льстецами.»

Я понимаю, почему это могло не понравиться Ктулаху. Истина и власть редко уживаются мирно.

Разбив кристалл прикладом тяжелого канделябра, я вижу, как формируется фигура женщины средних лет с умными глазами и строгим лицом. Она одета в простое темное платье, а в руках держит книгу.

— Будь осторожна, дитя, — говорит она. — Когда все души будут освобождены, печати на сердце дракона полностью исчезнут. Если в этот момент Вестар не удержит контроль над зверем…

Она не договаривает, но я понимаю — если дракон вырвется на свободу полностью, Вестар может исчезнуть навсегда. Готов ли он сам снова ко встрече со своим зверем. С тем, которого десять лет держал взаперти.

— Он справится, — говорю я твердо, больше убеждая себя, чем ее.

Сорея лишь грустно улыбается и растворяется, превращаясь в сотни золотистых бабочек, улетающих прочь.

Замок снова содрогается, на этот раз так сильно, что я падаю на пол. Книги валятся с полок, стеллажи опрокидываются. Мне едва удается выбраться из библиотеки прежде, чем потолок полностью обрушивается.

Я бегу по коридорам, которые теперь едва узнаваемы. Картины падают со стен, статуи раскалываются, а из трещин в потолке сыплется каменная крошка. Замок буквально разваливается на части.

Подземное хранилище — последнее место перед главным залом. Я спускаюсь по винтовой лестнице, стараясь не поскользнуться на осыпающихся ступенях. Внизу оказывается просторная комната, уставленная сундуками и шкафами. Здесь хранятся сокровища королевской семьи — золото, драгоценные камни, древние артефакты.

Но самое ценное — маленький пурпурный кристалл — я нахожу в простой деревянной шкатулке на центральном постаменте.

«Девятая невеста,» — шепчет голос, когда я беру кристалл в руки. — «Мисандея, придворная художница.»

— Почему Ктулах отправил тебя на смерть? — спрашиваю я.

«Я рисовала то, что видела, а не то, что хотели видеть другие. И однажды я нарисовала его истинный облик — не человека, а монстра, скрывающегося под маской.»

Я поднимаю тяжелый золотой подсвечник и разбиваю кристалл. Из пурпурных осколков формируется нежная фигура девушки с кистью в руке. Ее лицо светится странной красотой, а глаза словно видят нечто недоступное обычным людям.

— Последний кристалл в главном зале, — говорит она. — Он хранит силу проклятия. Мы — лишь печати, но основная сила содержится в нем.

Я киваю ей и она тоже растворяется.

Следовало ожидать, что освободить невест будет мало.

Когда она исчезает, замок сотрясается так сильно, что мне кажется, будто он сейчас рухнет целиком. Я слышу рев, который не похож ни на что, слышанное ранее — первобытный, яростный, полный боли.

— Вестар, — шепчу я, бросаясь к выходу из хранилища.

Меня саму рвет на части от понимания, какую боль он испытывает сейчас. В прошлые разы я была рядом, могла поддержать его, утешить, когда печати на сердце рвали его изнутри. Как больно ему сейчас, когда снялись последние и думать страшно.

Путь к главному залу превращается в настоящее испытание. Коридоры затоплены в некоторых местах — видимо, прорвало водопровод. В других — горят гобелены и деревянные перекрытия. Дым режет глаза и душит.

И все же я продолжаю двигаться вперед, ведомая странным чувством — смесью страха и решимости, отчаяния и надежды. Я не могу бросить его. Не могу уйти одна из этого замка.

Вестар… Древний дракон, для которого я была только глупой смертной девчонкой, что чудом выжила в этом ужасающем ритуале. И та, что сумела коснуться его души после. Он переменил и меня саму. Из милой артистократочки я трансформиловалась в ту, что сперва просто захотела выжить, а после, теперь, готова и бороться… За что? За свою свободу. И за того, кто стал мне дорог. За того, кого я полюбила.

Эта мысль, окончательно оформившаяся внутри моего головы, придает сил.

Наконец, я добираюсь до антрекоты главного зала. Внутри хаос. Огромная люстра упала и разбилась на тысячи осколков. Стены покрыты трещинами. Пара колонн разбиты каменным крошевом, и мне становится страшно, что потолок зала может в любой момент рухнуть.

Но больше всего меня поражает то, что происходит в центре. Там, в кольце пурпурного огня, сражаются два существа. Одно из них — наполовину человек, наполовину дракон — Вестар. Его тело почти полностью покрыто чешуей, огромные крылья отбрасывают тени на стены, а когти оставляют глубокие борозды на мраморном полу. Он не обратился в зверя полоностью. И я понимаю, почему. Зал хоть и огромен, но для того, каким он был зверем, здесь было бы тесно.

Второе — Ктулах, но не в своем обычном виде. Жрец трансформировался, его тело теперь состоит из клубящейся фиолетовой тьмы, принимающей то одну, то другую форму. То он похож на человека гигантского роста, то на многорукое чудовище, то на что-то вообще неописуемое.

— Ты не можешь контролировать его! — кричит Ктулах, и его голос звучит странно, словно говорят сотни голосов одновременно. — Дракон слишком силен! Он поглотит тебя!

Я осматриваю зал и понимаю… жрецы! Почти жрецы, что прежде топили замок своими песнопениями, лежат на полу. В них нет жизни, но не дракон убил их. От них тянется тонкий фиолетовый шлейф. Он питает Ктулаха! Верховный принес в жретву своих послушников, чтобы забрать себе их силы!

— Не… на этот раз! — рычит Вестар, отбивая атаку тьмы своими когтями. — Сучий ты жрец.

Круг магии, который поддерживают оставшиеся храмовники, нестабилен, он то вспыхивает ярче, то почти гаснет.