Эльфийка и эпидемия безумия

ГЛАВА 9

Вэйд барабанил в дверь Кая так, словно пытался на несчастной створке выместить всю свою досаду. Так что, занеся в очередной раз кулак для удара, едва не вмазал прямо по появившемуся на пороге хозяину квартиры. Эльфа спасла только быстрая реакция — успел отскочить.

— Вы чего? — несколько ошалело спросил он, глядя на нас широко распахнутыми голубыми глазами, потемневшими до василькового цвета.

Я издала облегченный возглас и кинулась ему на шею, едва не повалив на пол, чем только усилила растерянность бедняги. Услышала, как Вэйд вошел в квартиру следом и захлопнул дверь.

— Мы уже чего только не надумали, — отлипая от Кая, сказала я, одновременно срывая рыжий парик и отшвыривая на пол.

— А я вас видел в клубе, — обрадовался эльф, глянув на парик. — Только не понял, что это вы были.

— Значит, удачно замаскировались, — усмехнулась я. — Мы тебя тоже видели.

— Ты почему ушел, даже не удостоверившись, что мы тебя сопровождаем? — вмешался в разговор Вэйд, буравя недовольным взглядом эльфа.

— Так я думал, что вы пойдете следом… — с недоумением протянул он. — Знал же, что вы наверняка за мной наблюдаете. Так же, вроде, договаривались.

Мне пришлось отвернуться, чтобы скрыть смущение. Эльф нам доверял на сто процентов. Настолько, что даже не усомнился — прикроем в случае опасности. В то время как мы были заняты самими собой, поддавшись атмосфере злосчастного клуба.

— Случайно пропустили момент, когда ты ушел, — уклончиво пояснил Вэйд. — А теперь рассказывай все, что думаешь о графе. О чем говорили? Удалось ли что-то выведать? Может, он сболтнул что-нибудь интересное?

Кай оживился и махнул рукой в сторону гостиной, где мы с опаской расположились, найдя более-менее чистые сиденья. Сам хозяин квартиры запрыгнул задницей на стол и, болтая ногой, которая дергалась в ответ на его эмоциональные жесты, начал рассказывать:

— Уорен оказался очень интересным человеком. Если честно, после ваших предупреждений о нем я поначалу чего только ни думал. Но мы неплохо пообщались. Он совсем даже не такой. Не без тараканов, конечно, но у какой творческой личности их нет? — хмыкнул Кай.

— Расскажи это тому парню, который у тебя в мертвецкой лежит, — саркастически откликнулся Вэйд.

— Да с чего вы взяли, что это Уорен его убил? — досадливо поморщился эльф. — Он, бедный, так переживает о том, что не успел закончить свою лучшую скульптуру с Миранадалем. Ему точно не резон было убивать его.

— Вижу, граф тебя прямо-таки очаровал, — многозначительно заметил Вэйд. — Марибет стоит беспокоиться?

Кай едва со стола не свалился — настолько возмущенно замахал руками в ответ на такое предположение.

— Да вы что? Мы общались чисто по-дружески. Впервые встретил человека, который бы настолько понимал меня. Вот и все.

— Думаю, ты сам вызываешь у графа далеко не дружеские чувства, — возразила я.

— Глупости, — нахмурился Кай. — Он ни намека на такое не сделал. Мы просто общались. Обсуждали наши взгляды на творчество, последние проекты, искусство вообще и свое мнение о современных художниках.

— Понятно, чем он тебя зацепил, — хмыкнул Вэйд. — Стоит кому-то заговорить о твоих картинах, и ты уже готов его чуть ли не другом назвать.

Кай насупился.

— Послушай, — осторожно произнесла я, — чтобы он тебе ни наговорил, вспомни о том, что мы тебе рассказывали о его мастерской. Она многое говорит о предпочтениях графа.

— Да вы просто ничего не поняли, — с жаром возразил Кай. — Он рассказывал мне и об этом. Все только для создания подходящей атмосферы. Он так вдохновляется, понимаете?

— Не понимаем, — насмешливо отрезал Вэйд. — Куда уж нам понять, что происходит в мозгу творческих личностей? — и он демонстративно повертел указательным пальцем у виска.

Я укоризненно глянула на него и доброжелательно обратилась к эльфу:

— Так, может, расскажешь, раз уж граф с тобой поделился?

— Вопрос несколько деликатный, — Кай замялся, но все-таки начал говорить: — Понимаете, Уорен всегда мечтал создать поистине шедевр. В его понимании, конечно. Вот что для вас главное в искусстве?

Мы с Вэйдом переглянулись и синхронно пожали плечами. Напарник же грубовато добавил:

— Да мне как-то вообще побоку это искусство.

Кай закатил глаза.

— Ладно. Вот объясню на своем примере. Для меня главное — отобразить внутреннее во внешнем. Уловить самую суть, которая скрывается за всеми масками, что носит тот или иной человек. Мои картины — попытка отразить эту суть, докопаться до глубины. Не исключаю, что могу ошибаться. Но чем больше развиваюсь, как творец, тем лучше это удается.

Вэйд посмотрел на него даже с какой-то жалостью, словно на умалишенного, но в этот раз ничего не сказал. Я же в очередной раз подумала, что у творческих людей свои причуды.

— Так вот, — не обращая внимания на нашу реакцию, вещал вдохновленный Кай, — для Уорена главное — запечатлеть красоту. То, что, как он считает, властвует над миром, оказывает влияние на души, к чему подсознательно стремится каждый. Красота для него — некое божество, которому нужно поклоняться. Но чтобы запечатлеть ее, следует в некотором роде возвыситься над красотой, хоть на краткий миг стать ее господином. Потому его скульптуры символизируют пленение красоты, попытку ее удержать. Вы не представляете, насколько глубинный смысл заложен в его работах. То, что люди пытаются удержать это божество, присвоить, но никогда не будут по — настоящему владеть им. Людям доступен лишь краткий миг.

— Никогда не слышал большего бреда, — высказал свое мнение о речи Кая Вэйд. — Но теперь я понимаю, на чем вы сошлись. Оба больные извращенцы.

Эльф обиженно поджал губы, а я попыталась сгладить ситуацию:

— Он же просто высказывал взгляды графа, а не свои.

— В своих сексуальных предпочтениях твой новый приятель тоже пытается подчинить себе красоту? — язвительно осведомился напарник.

— Напротив, — буркнул Кай, похоже, еще не отошедший от его предыдущей ремарки. — Когда мы говорили об этом… Между прочим, я только ради вас затрагивал столь щекотливые темы. Хотел его спровоцировать. Так вот… Граф сообщил, что, наоборот, предпочитает служить и покоряться красоте, когда все происходит в обычной жизни. Разумеется, если речь идет о том, что происходит за закрытыми дверями. А вот в мастерской, где он чувствует себя равным божеству и даже его превосходящим, роли меняются.

— Значит, он тебе все-таки намекал на то, что хотел бы с тобой проделать, — усмехнулся Вэйд.

— Он всего лишь высказывал свои взгляды на разные стороны жизни, — уточнил Кай. — И я ценю его откровенность. Настаивать ни на чем Уорен не собирался. Ему достаточно просто общения со мной.

— Нет, ну ты все-таки поразительно наивен, — закатил глаза напарник. — Тебя умело охмуряют. Не успеешь оглянуться, как добровольно окажешься не только в его мастерской, но и постели.

— Это неправда, — сухо откликнулся Кай. — Я не такой идиот, как ты думаешь.

— Тогда, позволь узнать, обещал ли тебе граф устроить выставку твоих картин и сделать тебя популярным?

— Он говорил, что такое возможно, — неохотно признал эльф.

— А о том, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке, ты что-нибудь слышал? Не приходило в голову, что он может потребовать плату за свою помощь?

Кай глубоко задумался, потом сказал:

— Тогда я сразу задам вопрос об этом, если Уорен и правда решит мне помочь.

— Ладно, посмотрим на дальнейшие шаги этого извращенца, — подытожил Вэйд. — Пока рано делать выводы. Сейчас же будь осторожен и предупреждай нас о каждом шаге, связанном с графом.

Эльф кивнул и соскочил со стола, когда мы двинулись к двери. Проводил нас к выходу из квартиры.

— Что думаешь обо всем этом? — спросила я, пока поднимались по лестнице.

— Все больше склоняюсь к выводу, что это ложный след. Да, граф тот еще субъект, но убивать любовника ему было ни к чему. Как видишь, найти кого-то другого для подобных целей для него не проблема. Но пока исключать его из подозрений полностью не стоит.

— Да, ты прав. Посмотрим еще, что покажет допрос графини Нардал. Бидер вроде как обещал нам устроить с ней встречу.

Напарник кивнул.

— Ладно, спокойной ночи, — я направилась к двери своей квартиры, когда внезапно уловила движение воздуха за собой.

Развернувшись, с удивлением взглянула на Вэйда, почему-то последовавшего за мной. Не успела задать вопрос о том, чего он хотел, как оказалась в его объятиях, прижатая к стене рядом с дверью. Настолько поразилась этому, что утратила дар речи. Особенно же усилилось изумление, когда губы Вэйда накрыли мои и на несколько секунд повторились те ощущения, что испытывала в клубе. Правда, в этот раз поцелуй длился недолго, и напарник вскоре отстранился, глядя с непонятным, чуть насмешливым выражением, смешанным еще с чем-то, чего я не могла разгадать.

— Возвращаясь к твоим словам, сказанным в клубе, — медленно проговорил он, продолжая удерживать у стены. — О том, что мне не доставляло удовольствия тебя целовать… Это не так. Хотя ты права, повторять нам это не стоит.

С этими словами, не обращая внимания на мой ошарашенный вид, он отпустил и двинулся к двери своей квартиры. Я же продолжала стоять, как парализованная, не зная, как реагировать на случившееся.

Что это только что было? Зачем? Совершенно не понимаю этого человека. То говорит, что я его не интересую как женщина, потом целует, причиняет боль своим безразличием и вдруг снова дает надежду. Для чего все эти игры?

Раздосадованная и обескураженная, все-таки отлипла от стены и дрожащими пальцами открыла дверь. Только вот, прежде чем уснуть, долго ворочалась с боку на бок, переживая заново волнующие моменты, что не давали покоя. Хуже всего, что я не могла решить, как к этому относиться. Обижаться на Вэйда или сделать вид, что мне все равно?

Но больше всего мучило то, что его мотивы оставались загадкой. Если ему понравилось целовать меня, значит ли это, что я не безразлична, но он просто считает, что ничего у нас все равно не выйдет? Или я придаю значение тому, что вызвано лишь количеством выпитого и мимолетным порывом? Вэйд ведь мужчина, и некоторые его реакции вполне закономерны в той обстановке, где мы были. Но тогда зачем он поцеловал меня во второй раз?

С тяжелым вздохом накрыла голову подушкой и попыталась избавиться от хаотично мечущихся в голове мыслей. Все равно мне не получить ответ на этот вопрос, так зачем себя мучить?

Не сразу, но все-таки получилось погрузиться в сон. Только вот успокоения он не принес. Я опять видела себя в клубе. Причем в гораздо более пикантных сценах, чем те, что пережила в реальности. То едва одетой танцовщицей на помосте, извивающейся перед жадными взглядами посетителей. Причем среди мужиков, пялящихся на меня, были не только Вэйд, но и Бешеный Лис, Габриэль, Бидер и даже Бэйли. Я же ощущала жгучий стыд, но по какой-то причине продолжала танцевать. Потом сон переместил меня в бассейн в «Лисьей норе». Дальше вообще началась такая похабщина, что стыдно вспоминать. В общем, сны были те еще… И хуже всего, что я их даже контролировать не могла, в отличие от мыслей, с которыми хоть как-то можно было справиться.

От очередного дурацкого витка сна, в котором за мной по всему клубу гонялся Бешеный Лис в одной набедренной повязке с цепями в руках, которые желал на меня надеть, оторвал стук в дверь.

С трудом поняла, что это происходит уже в реальности, и вынырнула из зыбкого марева. Мельком глянула на часы и негромко выругалась. Всего пять утра. Кого принесла нелегкая? Или Вэйд решил превзойти самого себя в издевательствах и потащить в Департамент ни свет ни заря?

Проклиная все на свете, сползла с кровати, морщась от нахлынувшего головокружения. К счастью, оно быстро прошло, хоть и чувствовала я себя слегка не в форме после вчерашнего. Накинув халат, поковыляла к двери, откуда опять раздался стук.

— Да иду я, иду, — крикнула раздраженно.

Однако вся моя досада разлетелась вдребезги, едва распахнула створку и увидела того, кто за ней стоял. От шока разинула рот и какое-то время пребывала в ступоре, раздумывая, уж не продолжаю ли спать. Стоящая напротив миниатюрная девушка в запыленном плаще, накинутом поверх дорожного платья, пребывала, похоже, в не меньшем шоке. Мы наверняка представляли собой комичное зрелище. Обе с раскрытыми ртами и вытаращенными глазами, потерявшие дар речи.

Первой отмерла Арлин, бросившаяся мне на шею.

— Не ожидала? Как же я рада тебя видеть. Но ты так изменилась. Я даже не сразу поняла, что это ты. Решила, что не туда попала, — тараторила она, пока я понемногу приходила в себя и понимала, что никакой это не сон.

Моя лучшая подруга на самом деле здесь, в Бармине. Теперь понятно, почему несколько недель не отвечала на письма. А родителям, скорее всего, запретила мне сообщать, желая сюрприз сделать.

— Ты как здесь оказалась? — выдохнула, когда первое потрясение от встречи схлынуло, и я втащила Арлин в квартиру вместе с ее дорожной сумкой.

— Приехала в наемном экипаже, — невозмутимо отозвалась девушка, снимая плащ. — Выбрала тот, что делает в пути меньше остановок, пусть и в ущерб комфорту. Хотела как можно быстрее оказаться здесь.

— Но зачем? В смысле… я, конечно, очень рада тебя видеть… Но ты ведь отправилась в такую даль не просто потому, что захотела меня повидать? — продолжала недоумевать.

— После твоих писем жизнь в нашем захолустном городишке с каждым днем казалась все более унылой, — пожала плечами Арлин. — И в конце концов, я тоже решилась на перемены. Барминская жизнь мне больше по душе. Тем более что после твоих писем о здешних знакомых они для меня уже как родные. Очень хочу познакомиться со всеми. И не переживай, я тебя стеснять не буду, — деловито заявила девушка. — Отец дал с собой денег на первое время, так что сниму себе жилье, найду работу. В общем, не пропаду.

— Да ты что, — я возмущенно замахала руками в ответ на ее предположение о том, что будет меня стеснять. — Останешься здесь. И даже не думай, что как-то мне помешаешь. Тут две комнаты. Без труда разместимся. Госпожа Мидиган — хорошая и понимающая женщина, так что, уверена, против не будет. Не представляешь, как часто я думала о том, что единственное, чего мне здесь не хватает, это тебя, — радостно улыбнулась, чтобы подруга отбросила всякие сомнения в том, счастлива ли я из-за ее приезда.

— За аренду платить будем поровну, — решила Арлин, как всегда, обращающая внимание и на практичные вещи. — И в этом даже не вздумай возражать. Спасибо, что приютила, но как только я тут устроюсь, подыщу отдельное жилье. Тебе, между прочим, надо свою личную жизнь устраивать.

Я поморщилась.

— Тоже мне нашла причину.

— А почему бы и нет? — здраво рассудила Арлин. — Да с твоей новой внешностью мужчины в очередь должны выстраиваться.

— Я ведь тебе говорила, что думаю по этому поводу, — угрюмо заметила, помогая подруге разбирать вещи и складывать в шкаф.

— Ага, — невозмутимо отозвалась она, — а еще я помню твое письмо, где ты призналась, что кое в кого влюблена.

Мигом вспомнились вчерашние страсти вкупе с дурацкими снами, и я залилась краской.

— Вообще-то в этом деле важны чувства обоих. А Вэйда я в подобном качестве не интересую.

— Почему мне кажется, что ты чего-то недоговариваешь? — протянула Арлин, всегда тонко чувствовавшая, когда я пыталась от нее что-то скрыть.

Я тяжело вздохнула.

— Да глупости все это.

— Если мою лучшую подругу что-то беспокоит, то это не глупости, — заявила она и двинулась к кухоньке. — Вот сейчас выпьем чаю, и ты мне все-все расскажешь. О том, что происходило в твоей жизни после того, как оборвалась наша переписка.

Поколебавшись несколько секунд, я сдалась и последовала за подругой. Тем более что и правда хотелось с кем-то поделиться наболевшим и попросить совета. Арлин умела улавливать самую суть, отбрасывая иллюзии и попытки завуалировать ситуацию. Может, хоть она прольет свет на то, чем объясняется вчерашнее поведение Вэйда? Надежда, конечно, слабая, да и в любом случае, это останется лишь ее догадками. И правду я все равно не узнаю. Разве что напрямую спрошу у самого Вэйда, но и то не факт, что будет откровенен. Но попытаться стоит.

Мы устроились на веранде с чаем и галетами — единственным, что нашлось у меня, и чем можно было угостить подругу. И я начала рассказывать все без утайки, зная, что в любом случае Арлин выведает подноготную наводящими вопросами.

Когда я закончила, девушка некоторое время глубокомысленно молчала, грызя галету и запивая чаем. Потом вдруг залилась звонким смехом, чем привела меня в некоторую растерянность.

— Что тут смешного? — обиженно спросила.

— Да просто я поражаюсь, что ты сама ничего до сих пор не поняла. Нет, определенно, в мужчинах ты совершенно не разбираешься.

— Даже спорить не буду, — пожала плечами. — Так, может, вместо того чтобы смеяться, просветишь?

— Да, пожалуйста, — усмехнулась Арлин. — Твой Вэйд давно уже к тебе неравнодушен.

— Позволь узнать, с чего ты сделала такой вывод? — саркастически осведомилась. — Как по мне, так он, наоборот, очень убедительно доказывает, что я для него ничего не значу.

— Нет, ну ты и правда поражаешь своим нежеланием замечать очевидное, — воскликнула девушка. — Еще когда ты сказала, что он согласился тебе помочь, несмотря на то, что думал по поводу такой напарницы, мелькала у меня подобная мысль.

— Вэйд просто меня пожалел, — возразила я.

— Допустим. Пусть тогда он и сам толком не понимал, с чего так к тебе проникся. Но неужели полагаешь, что любой мужчина, не задумываясь, кинется прикрывать своим телом малознакомую девицу, зная, что сам может погибнуть? Нет, допускаю, конечно, что есть такие героические люди. Но судя по тому, что ты рассказывала о Вэйде, он к столь безрассудным смельчакам не относится. И всегда просчитывает возможные риски наперед. Потом то, что он, по твоим словам, будто с цепи сорвался, когда услышал, что сестрица предлагает тебе сойтись с вампиром. Специально делал все, чтобы у тебя не оставалось времени ходить на свидания. А затем отреагировал явно неадекватно, когда увидел тебя выходящей из квартиры Габриэля. Желал посильнее уязвить, злился непонятно на что. Да будь он к тебе абсолютно равнодушен, ему было бы плевать, даже если бы каждую ночь к себе мужиков водила. Но ладно это… Так ты и после вчерашнего все еще сомневаешься? Он позволил себе расслабиться и поддался чувствам, поцеловал тебя. И тут же пошел на попятный, не желая, чтобы разгадала его слабость. Но видимо, твои слова о том, что для тебя подобное важно, настолько его зацепили, что опять не выдержал. Его тянет к тебе, это же очевидно.

— Если все так, — кусая губы, проговорила я, — то для чего все усложнять? Зачем говорить о том, что вообще меня как женщину не воспринимает? То отталкивать, то давать надежду?

— Думаю, он не хочет этих чувств, борется с ними, — задумчиво сказала Арлин. — Судя по твоим словам, когда-то сильно обжегся и больше не желает завязывать серьезных отношений. А с тобой у него не получится легкой интрижки. И он сам это понимает. Вот и мучает вас обоих.

— Если ты права, то что же мне делать? — помолчав некоторое время, спросила. — Как его убедить, что со мной все будет по-другому? Что он и правда мне дорог?

— Наберись терпения, — посоветовала подруга. — Если на него давить, то однозначно ничего не получится. Приручай Вэйда к себе постепенно.

— Ты говоришь прямо как Марибет, — хмыкнула я.

— Надеюсь, ты меня с ней познакомишь, — улыбнулась Арлин. — Из твоих писем она произвела на меня двоякое впечатление. Понравилась своей энергичностью. Но вот ее желание постоянно лезть не в свое дело как-то напрягает.

Я промолчала о том, что сама Арлин порой поступала так же, и лишь пообещала их познакомить в ближайшее время.

Спохватившись, вспомнила о том, что сегодня вообще-то рабочий день. Кинулась в гостиную и глянула на часы. Проклятье. Да мы проболтали два часа. А еще ведь надо привести себя в порядок и поговорить с госпожой Мидиган о новой жилице.

Арлин тоже зашла в комнату, наблюдая за моими метаниями. Я же озвучивала то, что нужно сделать, и хваталась за голову, думая, что еще и Вэйд может явиться в любой момент.

— А ведь я еще и Габриэля хотела навестить. Спросить, как его самочувствие. А то подумает, что совсем о нем забыла, — сокрушенно вздохнула.

— На этот счет не переживай, — улыбнулась Арлин. — Я сама к нему загляну и удостоверюсь, что с парнем все в порядке.

— Неужели не испугаешься? — поразилась я. — Для тебя ведь, наверное, впервые будет общаться с вампиром.

— Из твоих слов ведь ясно, что он сильно отличается от сородичей, — пожала плечами девушка. — Да и вообще его история меня тронула. Так что будет интересно познакомиться. Заодно и выскажу свое мнение, получится ли у вас что-нибудь. А то твоей Марибет я в этом вопросе не очень доверяю, — ворчливо добавила она.

— Только не говори, что ревнуешь, — фыркнула я.

— Ну мало ли, вдруг теперь ты ее считаешь лучшей подружкой, — лукаво сказала Арлин.

— У меня только одна лучшая подруга, — я тепло улыбнулась. — И другой мне не нужно.

— Ладно, иди уж в ванную. Если появится твой ершистый красавчик, никак не желающий даваться в руки, скажу, что ты сама к нему зайдешь.

Я благодарно улыбнулась.

Стоя под горячими струями в душе, ловила себя на том, что и правда рада приезду Арлин. Она будто развеяла темные тучи над головой, дала просвет там, где я упорно не замечала солнечного сияния. И как же хотелось верить, что подруга права, и Вэйд, действительно, испытывает ко мне какие-то чувства. Только вот как «приручить» этого упрямца, понятия не имела. Боюсь, с моим пониманием мужской психологии только все испорчу. Хотя теперь появилась Арлин, и есть, у кого спросить совета.