Измена. Попаданка в положении

Глава 13

К лекарю мы отправились, конечно, все вместе. Александр не захотел оставаться в стороне и присоединился к нашей теплой компании. Филипп повздыхал, что нас обязательно засекут. Александр обиделся и в который раз напомнил о том, что прошел войну и ни разу не попался. Филипп невежливо уточнил, что как раз в плену он побывал. А мой брат чуть не бросился на него с кулаками, выкрикивая, что сам сдался Рейвену — руководителю вражеского отряда, когда его собственных воинов перебили подчистую.

— Мальчики, не ссорьтесь! — застонала я и посмотрела на них умоляющими глазками, состроив милую рожицу. — А то рожу сейчас!

«Мальчики» мгновенно умолкли, передернулись и встали по стойке смирно. Едва ли не честь мне отдали! Во, как сильно боялись преждевременных родов. А я мысленно похихикала и выдала себе грамоту за правильное обращение с мужчинами. Этой угрозы, что Филипп, что Александр, боялись, как огня. Почему, я не знала. Кроме того, я слышала, что опыт в приеме родов у Александра был. С его собственной женой. Но мужская душа — потемки. Я не стала в этом копаться.

— Элион, мы доедем до рощи, а там оставим экипаж, чтобы нас не увидели случайные прохожие. Мы не должны вызывать подозрений. А дальше пойдем пешком. Может, ты все-таки останешься дома? Негоже благородной даме бродить по домам, где кого-то убили… — пробубнил брат, искренне переживая за меня.

Филипп наградил его долгим печальным взглядом. Он пообщался со мной — попаданкой — дольше, чем Александр, так что был готов к моим возражениям.

— Нет, я пойду с вами! А то от вас всего можно ожидать. Вы и чашку помыть умудритесь, только бы не признавать свою правоту! — вспыхнула я и ушла собираться.

Через полчаса я появилась в гостиной, одетая в неприметное серое платье, с убранными волосами и в удобной обуви. Филипп одобрительно кивнул, обозревая мой внешний вид. Обиженный на мое упрямство, Александр не отреагировал никак.

— Ну, что? Поехали? — радостно спросила я.

Мужчины синхронно кивнули, и мы все вместе пошли к экипажу.

Он ехал дольше, чем можно было себе представить. Я уже начала скучать. Филипп увлеченно обсуждал с Александром какие-то скучные преимущества клинков, о которых я даже не слышала. Мне захотелось влезть к ним и попросить кого-то из них научить меня фехтовать. Но зная, какие противные бывают мужчины в Средневековье, я лезть не стала. А не то рожу раньше времени! От того, как они наорут на меня.

— Мы на месте, — экипаж остановился, и приятный голос Филиппа отвлек меня от лишних мыслей.

Я вылезла наружу и споткнулась, наступив на юбку. Едва не упала в грязь. Но мне повезло. Филипп успел подхватить меня под руку и удержал на месте, легонько поцеловав в шею.

— Будь осторожнее, моя милая, — шепнул он мне на ухо.

Мое сердце екнуло от ненавязчивой заботы. Я прильнула к Филиппу и погладила его кончиками пальцев по щеке.

— Спасибо, что захотел пойти со мной и узнать правду, — так же тихо проговорила я. — Мне важно, чтобы ты не отмахивался от меня и моих чувств.

— О, значит, есть чувства? — поддразнил меня Филипп, и я вспыхнула, как девчонка.

К счастью, Александр отвлек нас от беседы.

— Идем скорее! Нам нужно не задерживаться в доме у лекаря. Вдруг родственники выставили вокруг него охрану?

— Или не родственники, — помрачнел Филипп.

Александр подошел к нему и тронул за рукав. Филипп только крепче обнял меня за талию, словно боясь потерять.

— Эй, чего ты такой хмурый? Ты же сам предложил эту рискованную прогулку. — усмехнулся Александр.

Филипп пожал плечами и покосился на меня, не желая выдавать, что это была моя идея — залезть в дом к лекарю.

— Не знаю. У меня дурные предчувствия. Но не возвращаться же нам назад? Сейчас или никогда! Вперед…

Мы шли и вправду довольно долго. По пути нам попадались редкие хлипкие деревья. Под ногами хлюпала грязь. В общем, пейзаж был не из приятных. У меня заныл живот. Но я не стала говорить об этом своим спутникам. А не то еще решат вернуться назад и сорвут всю операцию по поиску чая. Поэтому я сцепила зубы и шла вперед. Вернее, тащилась за бравыми мужиками, которые умудрялись трепаться вполголоса даже сейчас.

— А вот король Раймонд Седьмой оказался полным му…

— Да он просто двинулся, когда решил завоевать…

Я вздохнула. Снова разговоры о войне. О небо, как же скучно! Лучше бы о домах разврата поговорили бы, что ли. Обменялись впечатлениями. Жаль, я свои пять копеек вставить не могла. И рассказывать про всякие современные игрушки и позы.

— А вот и дом. Да уж, выглядит неказисто, — поцокал языком Александр.

Филипп, взявший на себя ответственность и командование нашим маленьким отрядом, тряхнул головой.

— Хватит болтать, Алекс. Найди нужный нам камень. Разобьем окно и влезем туда. А мы с Элион пройдемся и поищем, где тут алхимическая лаборатория.

— Надеюсь, тут нет сигнализации? — пропищала я.

Филипп с интересом уставился на меня.

— О чем ты, милая?

— Об особенной магической защите! — выкрутилась я.

Филипп снова вздохнул.

— Да, возможно, она и есть. Обычно лекари не оставляют без присмотра свои зелья и книги рецептов. Но так как наш лекарь умер, по идее, все защиты с дома сняты. Сейчас проверим.

— Я нашел камень! — прискакал радостный Александр, держа в кулаке такой булыжник, что им можно было убить слона.

На этот раз я тяжело вздохнула. Заставь дурака молиться, так он лоб расшибет. Вот как раз эта поговорка была про Александра. Кажется, Филипп разделял мое мнение. Но промолчал.

— Только кидай осторожно. Чтобы не побить искомый предмет.

— А вы нашли нужную нам комнату? — поднял голову Александр и уставился на дом.

Его пальцы ловко обвязывали булыжник неизвестно откуда взявшейся грубой веревкой.

— Да. Вот, смотри, окна выходят на северо-запад. А на подоконнике стоит много флакончиков с зельями. Поэтому и прошу, кидай камень осторожно, Александр. Не разбей зелья, — Филипп умоляюще воззрился на моего брата, совершенно справедливо подозревая его в раздолбайстве.

Так и случилось. Александр весело махнул рукой и примерился, прежде чем кидать камень.

— Интересно, а масло лаванды тут есть? Я спер бы пузырек на подарок своей жене, — ухмыльнулся Александр и снова тряхнул длинными волосами.

— Да я вот тоже хотел сделать сюрприз Элион! Но она поперлась с нами, так что сегодня Элион будет без подарков, да, милая?

— Вот еще! — вздернула я нос и отвернулась. — Ненавижу аромат лаванды! Некоторые люди еще и суют его под нос, якобы чтобы ты насладился ароматом. Лично я предпочитаю другие запахи. Более мужские, резкие. Менее цветочные, сладкие.

«Например, аромат Филиппа? Он-то тебе нравится?» — ехидно усмехнулось мое подсознание.

Я сцепила зубы и решила не признаваться в правде. Даже самой себе.

Свист камня прозвучал в воздухе. Александр все-таки кинул камень. С окна посыпалась пара-тройка пузырьков, но я не стала даже заглядывать туда. Мне было все равно, ждала, когда мужчины заберутся в дом и захватят меня следом, утягивая за собой.

— Все чисто, охраны нет, пойдем, Алекс!

Филипп уже умудрился сгонять на импровизированную вылазку, чтобы удостовериться, не схватят ли нас прямо сейчас. За это рвение я дико уважала собственного мужа. Он был кремень. Скала. Александр неуверенно мялся рядом со мной, охраняя меня. И ежеминутно оглядывался.

Филипп первый вспрыгнул на подоконник, как легконогий зверь. И скользнул в комнату лекаря. Там было темно и тихо. Поначалу. Потом раздался характерный звон стекла и сдавленные мужские ругательства. Я задавила улыбку. Александр нахмурился. Но за разбитым окном затанцевал огонек свечи, зажженный Филиппом.

— Поднимай Элион и ставь ее на подоконник! Я приму ее!

Я чувствовала себя особо ценным грузом, когда двое мужчин передавали меня из рук в руки. Мне даже спрыгивать не пришлось, хотя Филипп и приберегал руку. Он обнял меня, и я оказалась на ногах, в комнате, где еле слышно пахло фиалкой, лавандой, полынью и еще какими-то травами. Я сморщила нос и чихнула. Александр с грацией быка тоже приземлился рядом со мной, спрыгнув с подоконника, и деловито огляделся.

— Ну, командуй, сестра! Что нам искать? О, масло заморское… — он потянулся загребущими руками к какому-то красивому пузырьку, и Филипп ударил его по рукам.

— Положи на место, идиот! — прошипел Филипп. — Мы здесь не за этим! Еще не хватало ворьем тут заделаться. Потом придет маг от дознавателей, и знаешь, что нам устроит? Чашку ищи!

Чашку пришлось искать мне. Ни один из мужчин не понял, какого цвета она была, что за цветочки на ней были нарисованы. Даже Филипп, в чьем доме находился этот сервиз. Я методично перерывала комнату, в которой стояли друг на друге разные старинные фолианты, разложенные по углам. Александр и Филипп звенели флакончиками, но чашки не было.

— Нашел! — радостно закричал Александр и бросился к низкому столику возле двери.

Он схватил чашку, которая светила белым боком среди прозрачных стеклянных пузырьков, и поднял ее вверх. Но поскользнулся и, чтобы не упасть, схватился за край столика. Чашка вывалилась из его задрожавших рук и разбилась на части.

— Нет! — вскрикнула я, бросаясь к нему.

Филипп, зарычав от гнева, тоже метнулся к Александру. Мне хотелось броситься на брата и избить его кулачками по груди.

— Что ты натворил?! — всхлипнула я. — Это же была улика! Там был чай и…

— Там не было чая, — Филипп присел на корточки и провел пальцами по осколкам, лежащим на полу, и по самому полу. — Посмотри, Элион. Пол совершенно сухой. Ни капли не пролилось. Как и осколки сухи. Кто-то помыл чашку. Или лекарь, или злоумышленник. Посмотри, Элион, я тебе не вру.

Я опустилась на колени. И взяла в руки осколок, внимательно его изучая. А потом обреченно провела ладонью по полу. Он и впрямь был сухим. С моих губ сорвался разочарованный вздох. Как я, вообще, могла подумать, что этот чай простоит у лекаря какое-то время? Наверняка, у него вагон других дел. И он провел магический эксперимент, вымыл чашку и думать забыл о моей проблеме.

— Может, у него остались записи, где он выписал итоги магического эксперимента с чаем? — убитым голосом сказала я Филиппу. — Потому что лекарь сразу сказал про отравление. И забрал чай, чтобы выяснить, что это было и кто это мог сделать.

— Продолжим поиски, — кивнул Филипп.

Александр стоял в отдалении, совершенно убитый горем после того, как проштрафился.

— Я на твоей стороне, Элион, — тихо шепнул мне Филипп, приобнимая за плечи. — Я хочу, чтобы ты мне верила, и сам хочу верить тебе. Мне плевать на то, что чашка оказалась пуста. Я просто не хочу, чтобы ты обвиняла меня в том, что я хотел убить тебя и ребенка.

Я вывернулась из объятий Филиппа, перед этим позволив себе слабость. Ткнувшись носом в его шею. Как я бы хотела сказать, что тоже верю ему! Но… вся эта темная история с убитым лекарем и помытой чашкой смахивала на чужой опасный план. Откуда я знаю, может, сам Филипп все это устроил? Убил лекаря, помыл чашку и сейчас строил из себя «хорошего»? Я… не должна слепо верить ему. Хотя очень хотелось.

— Ни с места! Именем короля! — раздался мужской голос.

Дверь, ведущая в эту комнату лекаря, распахнулась. Все мы трое замерли, как испуганные зверьки перед светом фар машины на ночном шоссе. В дверь вошла стража с гербами Денлана, вооруженная до зубов.

Мы замерли по приказу. И переглянулись. Филипп простонал что-то вроде: «Я же говорил». И устало прикрыл глаза. Я по земной привычке подняла руки. Александр с удивлением воззрился на меня, и я быстро их опустила.

— Кто вы и что делаете в доме Чейза Ханнела? — вперед выступил молодой симпатичный дознаватель.

Он тряхнул русыми волосами и поправил безукоризненно сидящую на нем накидку. Рука дознавателя легла на клинок.

— Если вы отказываетесь отвечать, я заберу вас в отделение, и там с вами поговорят иначе. В этом доме, в этой комнате убили человека. Находиться здесь строго запрещено, — уточнил дознаватель.

По моей спине прошелся мороз по коже. Вот черт, кажется, мы попали!

— Уважаемый, не делайте поспешных выводов! — выступил вперед Александр. — Меня зовут Александр Маккалистер, я брат этой милой девушки, Элион. А это ее муж Филипп. Мы пришли сюда по важному делу.

— По важному делу через окно? — хмыкнул дознаватель. — Но что ж, я готов выслушать Вас, Маккалистер. Меня зовут Уильям Грейс, и я дознаватель, веду дело об убийстве Чейза Ханнела. Ищу убийцу.