Измена. Попаданка в положении

Глава 30

Я мерила шагами небольшую полянку. На глаза мне попалась большая шишка, которую я на нервах теперь вертела в руках. Вспоминалось, как гуляли с Маркусом по саду. Как я протягивала ему всякую ерунду: цветочки, шишки, прочие мелочи. А он хватался крохотными пальчиками, оставалось только следить, чтобы в рот не потащил. Я вздохнула, зажмуриваясь. Пальцы сжали шишку так, что она едва не изранила ладонь.

Я ойкнула, выбрасывая «травмоопасную» вещицу. Не хватало еще пораниться до крови и получить выговор от Андреаса. Мои щеки слегка зарозовели, стоило вспомнить, как он психовал по другому поводу. Андреас оказался очень заботлив и строг ко мне. А теперь это точно возрастет в разы. Когда он знает, что я ношу под сердцем второго ребенка.

Вот только из головы у меня не выходил первый. Мой малыш Маркус, то, как он хватался маленькой ладошкой за мой палец, как засыпал на руках под колыбельные, даже то, как плакал! Я была готова сейчас отдать все за то, чтобы провести ночь, укачивая его, без сна, устав, как собака! Лишь бы снова взять на руки своего мальчика.

Может, еще и поэтому я так вцепилась в Джереми? Мне до одури, отчаянно нужно было заботиться о ком-то сейчас. Просто чтобы не сойти с ума от возможности прижать к груди своего сыночка. Меня и так постоянно, каждую минуту терзали мысли о том, где он и с кем, какую няньку к нему приставили Филипп и его вертихвостка, как эта стерва Амели обращается с моим малышом. Уж точно не бежит к нему по первому хныканью! От мысли об этом сжималось сердце.

Из-за деревьев донеслись голоса и шаги. Я поспешила навстречу. Андреас нашел Джереми! И теперь шел рядом с ним. Попытался подать руку, когда они перебирались через ствол поваленного дерева, но мальчишка лишь дерзко фыркнул и встряхнул волосами. Ему так хотелось выглядеть самостоятельным, взрослым! Но когда он белкой перескакивал очередную преграду, его взгляд так и бегал к Андреасу. Так, словно Джереми проверял, удалось ли ему впечатлить взрослого. Ох! Да за ним глаз да глаз нужен. Того и гляди, на башню какую-нибудь заберется, чтобы доказать Андреасу, какой смелый. Видно, выросший без отца, Джереми очень хотел привлечь внимание и впечатлить тем, как он крут. Иначе зачем бы мальчишка сейчас с восторгом рассказывал Андреасу, как улепетывал от стражи, стащив кошелек на главной площади? Я вздохнула. Точно глаз да глаз!

— Я испугалась за тебя! — подойдя ближе, я взъерошила волосы Джереми. — Ты зачем сбежал, малыш? Испугался?

Он недовольно наморщил нос. Мол, взрослый уже, а ему про испугался говорят!

— А Джереми показал мне, как быстро умеет бегать! Еще немного — и я его точно не догнал бы! — сказал Андреас, незаметно подмигнув мне, чтобы потешить самооценку этого дерзкого мальца. — Зато Джереми согласился поехать с нами в замок! А там я подучу его всему, что нужно, чтобы на следующий год он поступил в академию.

— Я буду плавать на кораблях, вот здорово, да? — аж подпрыгивая от восторга, Джереми подбежал ко мне. — Я стану настоящим путешественником!

В полном молчании мы все втроем тряслись в экипаже, направляясь в замок к Андреасу. Ну, как в его замок… Я до сих пор помнила, как жила в нем, когда у меня были проблемы с Филиппом в первый раз. И кажется, круг замкнулся? Я шмыгнула носом. От воспоминаний у меня глаза были на мокром месте. А может, это из-за беременности?

— Не плачь, Элион. Я буду тебя защищать. Тебя никто не обидит! — воинственно бросил Джереми, хватая руками за мою ладонь.

Я только головой покачала. Ну и защитник у меня… малолетний. Лучше такой, чем никакого, конечно. Но все равно мне вспоминался Филипп. Его сильные руки. Такие теплые и нежные. Его насмешливые глаза. Зеленые, с золотистыми искорками, вспыхивающими постоянно, когда Филипп смотрел на меня.

— Спасибо, малыш. Я… никого не боюсь. И сама защищу тебя, если потребуется! — я взъерошила волосы Джереми и с трудом растянула губы в улыбке.

Мне было сложно справиться с эмоциями. Но я старалась. Андреас сочувственно посмотрел на меня, и ничего не сказал. Ну и ладно. Еще не хватало, чтобы начал в душу лезть! Доверия к брату мужа у меня не прибавилось.

— Мы приехали, — заявил Андреас и помог мне выйти из экипажа.

Я взяла его за руку и замотала головой, любуясь роскошным садом, где цвело сразу несколько видов роз. А еще другие цветы, названий которых я не смогла сразу вспомнить.

— Ух ты, как тут красиво! А можно посмотреть? — выпалил Джереми, превращаясь мигом из запуганного звереныша в обычного мальчугана.

Не успел Андреас кивнуть, как Джереми сразу рванул бежать, но споткнулся и растянулся на какой-то клумбе. Я досадливо поморщилась. Вот неуклюжий парнишка! Андреас тоже был не в восторге, но никак не прокомментировал появление этого маленького урагана в своем замке. Лишь махнул рукой — мол, мальчишки, они все такие.

— Андреас, а давай сражаться на палках?! — заорал Джереми, поднимаясь с клумбы и отряхивая с коленок землю.

Глаза у него были довольные-предовольные, как у кота, который налакался сметаны.

— Не сейчас, малыш. Давай позже? — мягко ответил Андреас, и я поежилась.

Вдруг он рявкнет на него, ну, кому интересно возиться с бездомышем, чужим ребенком, которого притащила с собой сестра мужа? Но Андреас лишь задумчиво улыбнулся и повел плечами.

— Кажется, планы на вечер у тебя уже есть? — улыбнулась я тоже, пряча грустные глаза, и потянулась к Андреасу с благодарностью, касаясь его виска. — Спасибо, что не обругал, не оттолкнул Джереми. Он, конечно, паршивец, каких поискать. Просто ему давно не перепадало мужского внимания, без отца вырос. Вот и бесится. Кстати, как твоя голова? Болит?

— Все в порядке, — коротко ответил Андреас, уже без улыбки, и вдруг цепко перехватил за запястье мою руку, порывисто прижал мои пальцы к губам. — Элион…

Он умолк. Мое сердце на секунду перестало биться. Что? Что он… что мы творим? Я носила в животе ребенка от Филиппа, его брата! А в глазах Андреаса такая неизбывная тоска, что мне страшно. Еще и этот поцелуй… с ноткой отчаяния. Что происходит?!

— Пойдем в дом, — молчание затягивалось, повисало между нами напряжением, и мне захотелось разорвать его, пускай и своим непривычно хриплым голосом. — Нам нужно поговорить. Я хочу попросить тебя кое о чем важном, Андреас.

«Жизненно важном, — подумала я. — Смертельно важном. О том, чтобы ты вернул мне… моего сына».

— Да, конечно, Элион, — сумрачно проговорил Андреас и медленно разжал пальцы, выпуская мою руку на свободу. — Для тебя — все, что угодно.

И снова чертово молчание повисло между нами, ставя невидимые стены. Мне захотелось плакать от одного взгляда на понурившегося Андреаса. Было видно невооруженным взглядом — ему тяжело скрывать свои эмоции. Но иначе он не мог, не умел.

Мы направились по дорожке в дом. По пути Андреас перехватил молодого слугу за пуговицу и, кивнув на прыгающего по грядкам Джереми, приказал присматривать за мальчиком.

— Не затем, что он что-то натворит. Это пускай, — строго наставлял слугу Андреас. — А затем, чтобы себе не навредил. Голову не разбил и другие части тела.

— Вас понял, будет исполнено! — просиял слуга, сам немногим старше Джереми.

Я посмотрела на слугу: ему едва семнадцать миновало. Будет компания у Джереми для игр, точно будет. И мы вошли в дом.

— Ты такой заботливый. Спасибо.

Мне казалось, я не могу перестать благодарить Андреаса за обычные простые вещи. За кров и пищу, за хорошее отношение к Джереми. Чего стоил этот приказ для слуги…

— Хватит благодарить меня, Элион! — слишком горячо, слишком порывисто выдохнул Андреас и перехватил меня за плечи, почти впечатывая в стену.

Он смотрел на меня уже… не сумрачным, а горячим темнеющим взглядом. Я затаила дыхание в страхе — мне показалось, что вот-вот Андреас меня поцелует. Но он овладел собой и разжал руки.

— Прости. В этом свете свечей… ты напомнила мне Тахиру, — выпалил он.

Я пожала плечами, понимая, что мало похожа на восточную красавицу. И дело тут в другом. Но настаивать не стала. У меня было дело поважнее, чем лезть в душу Андреасу.

Мы прошли на второй этаж, в кабинет Андреаса. И я предупредила, что разговор будет конфиденциальный. Хотя, когда Андреас запер дверь, то я слегка поежилась. От его… наскоков на меня становилось не по себе. Не то, чтобы я считала, что Андреас сейчас швырнет меня на пол и разложил на ковре, задрав юбки, нет. Хотя… кто его знает.

— О чем ты хотела поговорить со мной, Элион? — уже спокойно спросил у меня Андреас, присаживаясь на край стола и задумчиво покачивая ногой в изящном блестящем черном сапоге.

Я невольно залюбовалась его гибкой, стройной фигурой, широкими плечами, крепкими бедрами и высоким ростом. А еще той непринужденностью, с которой он себя вел со мной.

— Ну, я уже говорила, что у меня с Филиппом проблемы в семейной жизни.

Я покраснела, как рак, начиная говорить об этом. Еще в прошлом, на Земле, моя бабушка выговаривала мне: «Не выноси сор из избы!» А сейчас… я именно этим и занималась. Но у меня не было другого выхода!

— Я уже это понял, — благосклонно кивнул Андреас, не собираясь меня перебивать.

Я сглотнула от волнения и продолжила.

— Я не хочу вдаваться сейчас в подробности, не время и не место, но я о многом тебе уже рассказала, Андреас. Самое главное для меня то, что Филипп забрал ребенка! Моего сына. Помоги… вернуть мне его обратно. И я… отблагодарю тебя. Как захочешь.

Я нервно облизнула свои губы. Моя грудь в высоком декольте вздымалась так высоко. Я сама себе со стороны показалась пошлой развратницей. Предлагающей себя, только бы выполнили мое желание. Но отступать уже было некуда. Андреас жадно прошелся потемневшим горящим взглядом по моему декольте, поднялся и с наслаждением уставился на губы. Но я попятилась. И он нахмурился.

— Но что я могу сделать, Элион? Филипп — отец малыша. И он обожает своего сына, ты же знаешь. Филипп — хороший отец, и…

— Ты говорил, что Филипп — хороший муж! И что из этого вышло? — вдруг разрыдалась я, закрыв лицо руками. — Филипп проиграл в карты все! Состояние, наш дом — абсолютно все! Я осталась на улице, пока он милуется с любовницей?! Андреас, я больше не верю ему! Не верю ни одному мужчине! И моему сыну будет лучше со мной!

— Иди ко мне, Элион. — Андреас мягко привлек меня к себе.

Обнял, прижал к своей крепкой широкой груди и принялся осторожно, совсем не эротично, к счастью, гладить меня по спине, успокаивая, как ребенка. Я плакала навзрыд. Поливала слезами ему белоснежную рубашку. И чувствовала себя бесконечно глупо, но остановиться не могла.

— Не плачь. Обещаю, я попробую что-то сделать для тебя. Я знаю, как сильно ты любишь сына, и малыш тебя тоже любит, — Андреас ненадолго умолк, го красивое лицо прорезала морщина. — Но… мне кажется, здесь что-то нечисто. Я не оправдываю Филиппа, он скот, что так с тобой поступил, и я бы сам придушил его голыми руками, но… поверь, Элион, он не азартен. Он не мог ввязаться в игру и продуть все.

— Ты вечно на его стороне! — надулась я, отталкивая Андреаса.

Я по-детски капризно надула губы и смотрела исподлобья на Андреаса блестящими от слез глазами. Он рассмеялся и тронул кончик моего носа, как у котенка. И с нежностью произнес:

— Нет. Я на твоей стороне, Элион. Всегда. И докажу тебе это.

— Я тебе верю.

Я тихонько вздохнула и уселась на широкий кожаный диван, подобрав под себя ноги. Пока Андреас зарылся в какие-то бумаги. Меня очень быстро сморил сон. Я слишком сильно устала, переволновалась. И поэтому только закрыла глаза, опустила голову на подлокотник и уснула. Андреас отложил бумаги и задумчиво смотрел на меня. На его лице читалось сомнение.

— Я съезжу сначала к тому человеку, который все выиграл у Филиппа, — произнес Андреас тихо-тихо, будто бы сам себе. — И поговорю с ним. Попытаюсь все выяснить. Хоть Элион и психует, она неправа. Поведение Филиппа слишком странное… да и история с любовницей мутная. Не мог он снова вступить в одну и ту же реку дважды. А если так… то значит, и мой брат попал в беду. И нужно его выручать.

Андреас кивнул, принимая окончательное решение. А потом встал и улыбнулся, подойдя к спящей Элион.

— Нужно позаботиться о тебе, маленькая прелестница, — прошептал он Элион на нежное ушко.

Андреас подхватил ее на руки осторожно, чтобы отнести в кровать в одних из гостевых покоев, которые уже подготовили слуги. Элион, к счастью, уснула крепко. И не услышала ни слов Андреаса, ни того с какой нежностью он прижал хрупкое девичье тело к своей груди. Элион нравилась ему. По-настоящему нравилась. Вот только… что с этим делать, Андреас пока не знал. Но решил не задумываться наперед. Достаточно просто позаботиться о девушке. Она слишком настрадалась за последнее время.