Измена. Попаданка в положении

Глава 29

— К тебе? — мой голос немного сорвался от удивления. — Зачем?

— Да, ты права. Сначала ответь, почему не поехала к брату! — Андреас скрестил руки на груди.

— Во-первых, прекрати допрос! — я ткнула ему в плечо пальцем, возмущенно сверкнув глазами. — А во-вторых, это тебя расспросить нужно! Как ты здесь оказался, а?

Мои нападки Андреаса совсем не впечатлили. Он смерил меня холодным взглядом. От которого в детстве я захотела бы и шапку надеть, и уроки выучить. То есть ощутила бы себя очень и очень накосячившей. Последним гвоздем в крышку гроба моей самооценки стал тон Андреаса, скупой, недовольный:

— Увидел тебя возле таверны. Сначала думал, что обознался, ты ведь не отозвалась. Но сердце все равно было не на месте. А еще с утра я решил поехать в особняк, к тебе и Филиппу. И меня не пустила охрана, только и бросили, что там теперь новый хозяин!

— И ты вернулся в таверну, — покивала я, нервно отводя взгляд.

Да что же этот Андреас так сверкал своими синими глазищами?! Я ему что, жена?! Контролировать меня надумал!

А ведь поначалу таким паинькой мне казался. Когда временно жить ко мне перебрался, ведь они с Филиппом решили, что нечего беременной девушке одной в пустом особняке прохлаждаться… Мы тогда по вечерам сидели в саду, говорили о ерунде или пили ароматный чай с малиновыми листьями. Было тепло и уютно. И тогда Андреас точно не позволял себе корчить из себя властного героя! Может, потому что рядом тогда был Филипп? Мой законный муж. Который теперь объелся груш.

А теперь Андреас сверлил меня таким взглядом, что мне хотелось вжаться в стеночку сеновала. И слиться с ней. Хамелеончиком. Андреас сжал браслет на запястье — подарок из Гравидии — с такой силой, что казалось, жемчужины сейчас превратятся в пыль под сильными пальцами.

— Да. Расспросил насчет тебя, — процедил Андреас. — Мне и сказали, что ты поехала на поиски какого-то ворюги, который украл у тебя коня. Я испугался за тебя, Элион. Что ты одна полезла с каким-то преступником тягаться, который может тебя убить или изнасиловать, или…

Он затравленно глянул по сторонам, словно убийцы-насильники прятались за каждым ближайшим кустом. Я сдавленно хихикнула.

— Ну, это вряд ли, — я смущенно почесала нос.

— Что ты смеешься? — возмутился Андреас, засопев, как бык на красную тряпку.

— Мальчишку видел? Это и есть великий ворюга! — рассмеялась я. — Джереми зовут. Сирота он, живет, где придется. Хотел Вихря украсть и по свету колесить. Ребенок еще совсем, жалко его.

Но мне быстро стало не до смеха. Ведь Андреас мрачно сказал:

— Себя пожалей. Когда мне все расскажешь.

Я вздохнула. Что ж, пришло время рассказывать о своих невзгодах. Хотя все это выглядело так странно, что я сама себе не поверила бы, что такое может случиться с человеком за один день! Я пожала плечами, ежась, обхватывая себя руками за плечи.

— А что рассказывать? — выдавила я, отводя взгляд. — Филипп ушел к другой. И забрал Маркуса. А ко мне заявился странный мужик, который заявил, что Филипп проиграл в карты последние трусы. А потом я поехала к Александру и Клэр, чтобы перекантоваться у них хоть немного, а замок пропал…

— Как это пропал? — непонимающе моргнул Андреас.

— А вот так, — я криво, невесело усмехнулась. — Лес там с тварями какими-то теперь. И я не знаю, что мне теперь делать, где жить, как вернуть Маркуса и… и…

Я сбилась с дыхания. Не стоило говорить об этом Андреасу! Но в ходе этого рассказа у меня комок встал в горле. И едва не разрыдавшись, я сама не заметила, как приложила ладонь к животу. Опомнилась лишь тогда, когда Андреас уставился на него едва ли не с благоговейным ужасом. Я отдернула руку, спрятала их за спину. Но было уже поздно.

Андреас протянул руку к моему животу, но остановился за считанные секунды до прикосновения. Словно чувствуя, что не имеет права касаться. Он, чужой мужчина, а не отец ребенка, который так неожиданно и жестоко разбил мне сердце.

— Ты беременна? — в шоке прошептал Андреас.

Я в ужасе перехватила его ладонь, сжимая в своих, мигом похолодевших.

— Не говори Филиппу! — взмолилась я. — Если он отнимет и второго ребенка, я этого просто не выдержу!

На моих глазах заблестели слезы. Андреас привлек меня к себе, поглаживая по волосам. В первый момент я застыла, напряженная, окаменевшая, как кукла. Но потом расслабилась, вдохнув тепло, полынь и сандал. Позволила себе на секундочку поверить, что не одна в этом мире, что я могу опереться на кого-то. Пусть даже ненадолго. Андреас проводил кончиками пальцев по моим волосам, а я сама не понимала, на каком этапе начала плакать. Совершенно беззвучно, без всхлипов и вздохов, только хватаясь пальцами за его одежду. Пока Андреас мягко приговаривал:

— Тише… Не бойся, Элион. Ты можешь мне доверять. Мне жаль, что ты не пришла ко мне, не обратилась за помощью. В твоем положении нельзя ночевать по сараям!

— Я знаю, но… — я запнулась, прижмуриваясь. — Я боялась, что ты будешь на стороне Филиппа. Ты же его брат.

Я отстранилась, опуская взгляд, вытирая слезы.

— О моем брате поговорим позже, — Андреас стиснул кулаки, в голосе проступил металл. — А сейчас собирайся. Ты переезжаешь в замок. Ко мне.

— Андреас… я могу попросить тебя кое о чем?

— Убить Филиппа? Не обещаю, — усмехнулся Андреас. — Но при встрече братец у меня получит. Не сомневайся.

Я помотала головой. О Филиппе даже думать не хотелось! Зачем мне какая-то месть или еще что-то в этом роде? Забрать бы Маркуса, а дальше… больше никогда не видеть этого мерзавца! Но пока я заговорила с Андреасом о другом:

— Можно мы возьмем с собой Джереми? Он совсем один, ему некуда идти. У него никого нет.

— Конечно, — кивнул Андреас. — От одного ребенка в замке тесно не станет!

В этот момент раздался какой-то шум. Я повернулась на звук. Этот маленький прохвост выскочил мимо нас в дверь. И теперь со всех ног припустил в лес, только пятки и засверкали! Я рванулась было следом, не понимая, в чем дело, но Андреас жестом остановил меня.

— Стой здесь! Я сам разберусь!

Андреас настиг Джереми не сразу. О, этот мальчишка оказался тем еще юрким ужом! Заскочив в лес, он лавировал среди деревьев так, словно знал здесь каждую травинку! Джереми смотрелся здесь, на лоне природы, как проворный звереныш, который точно не хочет даваться в руки человеку.

— Стой! Подожди! Мы не причиним тебе вреда! И ругаться не будем! — закричал Андреас ему вслед.

На этом его познания, как нужно вести себя с такими взбалмошными мальчуганами, закончились. По крайней мере, те, которые не подразумевали под собой применение отцовского ремня. О котором грешным делом вспомнилось, когда одновременно перецепился о корягу и получил по носу веткой. Тихо выругавшись под нос, Андреас завертел головой по сторонам. Похоже, он упустил паршивца из виду! Но в этот момент послышался тихий-тихий шорох. Сверху!

Андреас задрал голову, готовый увидеть птицу или белку. Но нет. Вместо бельчонка на большой пологой ветке восседал Джереми. Поймав, что попался, он нагло покачал свешенной босой ногой. До нее и в прыжке было не дотянуться. Да и не дергать же мальца за лодыжку? Свалится, расшибется еще. Вот Джереми и сидел, лохматый, довольный, широко улыбающийся.

— А ну, слезай! — приказал Андреас, махнув ему рукой. — Никто не будет насчет коня злиться!

— А ты достань! — дразнясь, засмеялся Джереми.

Из-под упавших на глаза пряди блестел озорной, насмешливый взгляд. Было видно, что мальчишка невысокого мнения о тех, кто носит дорогие камзолы и до блеска начищенные сапоги. Вон, с каким прищуром и ухмылкой окинул взглядом руки Андреаса, на которых поблескивали фамильные перстни. Видимо, думал, что холеные ручки Хоупа могут лишь выбирать нужную серебряную ложечку из десятка на сервированном столе. Но мальчишка не на того напал.

Синие глаза Андреаса азартно блеснули. Он будто впал в детство, где Филипп умел дразниться так же! Ох, Филипп… думать о непутевом братце Андреас сейчас был не готов. Какая муха могла укусить человека, чтобы он так опустился? Лучше уж об этом маленьком пройдохе.

Андреас подошел к дереву, примериваясь взглядом прищуренных глаз, как лучше взобраться. И в несколько ловких движений оказался на той же ветке, где сидел Джереми. Тот дернулся, едва не свалившись. Но Андреас вовремя сцапал его за плечо.

— Ну, что? Добегался? — торжествующе усмехнулся он. — А теперь говори, что скрываешь и почему бежал! Может, враги тебя какие-то подослали к родственнице моей, к Элион? Чтобы проследил ты и доложил, где она поселилась. А ее кто-нибудь украдет и начнет выкуп с меня требовать. Ну, или еще что похуже сделает.

На самом деле Андреас и не думал о такой чепухе. Но нужно было на всякий случай прощупать почву. Джереми уставился на него широко распахнутыми глазами. Он заерзал, пытаясь отодвинуться по ветке. Андреас даже дернулся придержать его — свалится, еще этого не хватало! Но Джереми чувствовал себя на дереве, как воробушек на ветке, несмотря на мелкую дрожь, пробежавшую по его тщедушному телу.

— Н-никто меня не подсылал! — выдавил Джереми.

Его голосок стал тонким, ломким, совсем детским и высоким. Андреас сразу смягчился.

— Да знаю, — улыбнулся он, осторожно придержав Джереми за плечо. — Просто не пойму, почему ты решил сбегать. Разве Элион тебя обижала?

Джереми торопливо замотал головой. Да так, что отросшие волосы хлестнули его по щекам.

— Вы хотели забрать меня с собой! А я тебя не знаю. Ты, наверняка, запрешь меня у себя в доме и заставишь работать с утра до ночи! Ну, или… или будешь строгим, чтобы я стал таким же занудой, как эти дети богатеньких! — Джереми наморщил нос. — Знаю я, как их читать-писать учат! С розгами!

— Не будет никаких розг, — рассмеялся Андреас, взъерошивая ему волосы. — А читать и писать — это полезно уметь. Как и уметь вести себя на людях… Нельзя же оставлять тебя на улице. Конечно, я мог бы отвести тебя в сиротский приют при каком-нибудь монастыре, но там как раз-таки заставляют много учиться и трудиться, а еще молиться и строго слушаться старших…

Андреас ненадолго замолчал. Оборвал себя, чтобы не сказать, что еще там холодно, голодно и дети часто умирают от болезней, потому что ни у кого нет денег на лекарей для сирот. Не хотел Андреас такой судьбы никому! Даже едва знакомому воришке-сиротке. А тот еще и категорично отрезал:

— Фу! Я все равно сбегу! И от тебя, и из приюта! Я… я путешественником быть хочу! И боевым магом! У меня вот что есть!

Джереми вытянул перед собой ладошку. Над ней вспыхнул маленький огонек. Задрожал, погас тут же. Мало кто без обучения способен долго управляться со своей магией. И все-таки Андреас удивленно вскинул брови.

— Откуда же? Магия чаще встречается у аристократов…

— Мама служанкой была в богатом доме, — пожал плечами Джереми. — А лорд вышвырнул ее потом. Я и имени его не знаю.

Он наежился, явно не желая про это вспоминать. Андреасу стало жалко мальчишку. Значит, сирота, но при живом отце. Да какая разница? Если столько лет лорду плевать было, то сейчас вряд ли что-то изменится! Андреас притянул Джереми к себе, приобнимая за плечи.

— А ты слышал про академию Кракена?

— Морская академия на юге?! — Джереми вскинул на него взгляд сияющих от восторга глаз.

— Ректор — мой давний знакомый. Я мог бы попросить его тщательно проверить твои способности. И если в тебе достаточно сил, ты смог бы стать боевым магом. Если же нет, там обучают и простых мальчишек, чтобы они могли служить юнгами на кораблях. Но пока тебе точно нужно подрасти для этого. И научиться читать и писать. Это уж точно… — сказал Андреас одновременно и мягко, и строго, тронув кончик носа Джереми пальцем. — Так что? Поедешь с нами, Джереми?