Моя тьма, его правила

Глава 27

Его глаза темнеют. Я разминаю затекшие запястья, когда звучит хлесткий приказ:

- Отойди к стене. Расставь руки, чтобы я тебя раздел.

Я подчиняюсь. Платье с меня буквально срывает, при этом контролируя себя и свою страсть. Рука зарывается в волосы.

- Ты дашь мне заковать себя в цепи. – он берет мой подбородок, направляя взгляд в свои горящие глаза. – Ты не посмеешь мне возразить. Так надо.

Голос – сталь. Но я чувствую, как он окутывает меня защитной броней власти и силы.

- Не шевелись.

Я стою у стены, поглаживаю едва уловимые вмятины от ремней на запястье. От их ощущения на коже у меня сносит крышу. С каждым дыханием степень свободы умножается в несколько раз.

Меня уже ничто не может испугать, а если и напугает – я просто сорвусь в пропасть сладкого и запредельного полета. Я ощутила безопасность. Всеми гранями обнаженных эмоций, которые исключали фальшь. Я знала и чувствовала. Сомнения гасли, не успев возникнуть.

Когда Майкл вернулся ко мне, я закрыла глаза. Звон цепи. Ранее он вызывал во мне ужас, почему сейчас был почти музыкой?

Холодная сталь коснулась лодыжки. Тотчас же этот холод стал жаром, ударившим между моих слегка разведенных ног. Снова, на правой щиколотке. Из горла вырвался протяжный стон.

Майкл поддел резинку моих мокрых трусиков, стягивая по ногам. Его пальцы накрыли мою пульсирующую киску, раздвинули мокрые складки, перед тем как погрузиться вовнутрь.

Сначала один. Я сжала ноги и протяжно застонала, подаваясь вперед бедрами.

- Блейк, стой смирно. – к пальцу добавился второй, проникая медленными, чувственными и сводящими с ума движениями. – Какая жаркая и тугая…

Пружина внутри меня начала стремительно сжиматься. Видимо, ощутив это, Майкл вынул пальцы, присел у моих ног, стянув трусики на пол. Я открыла затуманенные глаза.

Руки мужчины скрепляли невесомые, гладкие браслеты на моих щиколотках при помощи тонкой цепи. Щелчок карабина, второй. Я могла снять эту цепь по своему желанию. Но я знала, что ни за что этого сейчас не сделаю.

- Руки.

Задыхаясь от желания, я протянула запястья, задергалась в немом желании ощутить абсолют власти как можно скорее. Майкл довольно быстро защелкнул оковы, провел пальцами, еще хранившими мой вкус, по моим дрожащим губам.

- Твое стоп-слово, Блейк.

- Красный… - нетерпеливо повторила я.

- Не вздумай терпеть или бояться меня обидеть, произнеся его.

А затем подхватил меня, обняв за талию. Ноги оторвались от пола. Я ждала, что меня бережно опустят на кровать… но Майкл намеренно сделал это грубо, проверяя мои пределы.

Зря он это сделал. Тело пронзило раскаленной иглой усилившегося желания, я застонала, инстинктивно сжимая ноги, чтобы погасить пожар между ними.

Он мне не позволил. Резко согнул мои ноги в коленях. Длины цепи как раз хватало, чтобы я развела их широко.

А затем в меня снова проникли его пальцы. Я запрокинула голову, толкнула бедра навстречу в безумном порыве, не сдерживая собственные стоны. А когда его пальцы и мою пульсирующую плоть накрыли губы… я перестала принадлежать самой себе.

Майкл втянул губами мой клитор. Я опешила. Хьюго убедил меня, что верхний мужчина никогда не будет дарить такие ласки. Но удовольствие вновь захлестнуло меня.

Я вспомнила слова Майкла. В спальне и наедине нет места другим мужчинам и призракам прошлого. Я не хотела его этим обижать даже в мыслях.

- Блейк, - мужчина освободился от блейзера и неспеша снял джинсы.

У меня захватило дух. Я любовалась его совершенным телом, сильным, с бугристыми мышцами и сеточкой вен. Перевела взгляд вниз, облизала губы. Его член показался мне невероятно большим. Но это не напугало меня. Наоборот, я задохнулась от острого желания ощутить его в себе.

Утром я умирала от страха совсем в других руках. Я не могла поверить, что сейчас мне стирали память начисто, заменяя изношенную прошивку чем-то новым и восхитительным.

Свобода. Майкл не соврал. Даже если я ощущала цепи и уязвимость – я никогда не чувствовала себя так легко.

Он накрыл меня своим телом, неспеша, поглаживая шею, грудь – все, до чего мог дотянуться. Я попыталась обнять его шею скованными руками, но Майкл резко и решительно перехватил цепь и завел мои руки за голову

- По-прежнему ничего не хочешь мне сказать?

Я была не в том состоянии, чтобы осмыслить, что он ждет от меня стоп-слова. Я сказала то, что желала сейчас больше всего на свете.

- Не останавливайся… прошу.

Если бы он начал допрашивать, чего именно я жажду и требовать это повторить, я бы замкнулась в себе. Но он не стал этого делать. Гладил, сжимал до легкой боли, целовал везде, где мог дотянуться, прикусывая кожу. Головка возбужденного члена упиралась в мой мокрый вход, но когда я двигала бедра навстречу, он отстранялся.

Майкл ясно давал мне понять, что контролировать процесс будет исключительно он.

Когда у меня уже искры из глаз сыпались от желания и казалось, что прикоснись он головкой к моей киске, я кончу сразу, Майкл начал медленно входить в меня, растягивая, заполняя собой, давая привыкнуть к своим объемам.

Я застонала и выгнулась навстречу.

- Не смей без разрешения! – он сжал мой подбородок, его глаза сверкнули. – Я скажу, когда.

Входил медленно. Замирал, давая мне возможность успокоиться. Не позволял кусать губы, гладил их пальцами – то нежно, то с нажимом, проникая в мой полуоткрытый рот, похищая стоны. Вошел полностью, дал ощутить чувство восхитительной наполненности – и сразу сорвался в резкий ритм.

Подчиняя. Выжигая клеймо внутри токовыми разрядами чистого удовольствия. Овладевая, лишая воли, заполняя собой.

Когда мне казалось, все – я взорвусь, останавливался. Перед глазами все плыло, но я все равно видела, каких титанических усилий ему стоил этот самоконтроль. Кто из нас больше страдал от невозможности кончить – это был тот еще вопрос.

Замер… и вдруг резко, без остановок, начал пронзать меня, словно отбойным молотком. Сладко, резко… до безумия восхитительно.

- Можно! – как сквозь пелену донесся до меня его хриплый голос.

Я толкнула бедра и разлетелась на сотни осколков. Не сдерживая крик, вонзая ногти в его плечи, придушившая цепью и извиваясь раненой тигрицей на огромной постели.

Несколько толчков Майкла следом. Мне показалось, что я теряю сознание.

- Боже мой…

Майкл с хриплым стоном кончил, сжимая меня в своих сильных руках.

- Теперь я твой бог. Прими это.