Моя тьма, его правила

Глава 4

Это было две недели назад.

…Во время ланча Хьюго оторвался от просмотра форума того самого закрытого сайта темных тематиков, посмотрел на меня с плотоядной улыбкой и произнёс:

- Нам надо освежить наши отношения, саба. И я придумал, как это сделать.

- Да, Хозяин, - кусок лазаньи застрял у меня в горле, но я справилась собой и позволила себе легкую улыбку.

Хьюго не торопился испробовать на мне все практики за раз. В некотором плане он был консерватором и вводил меня в свою религию очень плавно. Вот почему скорость, с которой закрутились события, погружая нас в хаос, лишили меня дара речи.

Что он может придумать? Игры с ножами? Обезличивание? Может, четвертый уровень?

Нет, он сам говорил, что я еще не готова к статусу бесправной рабыни. Он тоже в силу своей занятости не был к нему готов. Стоит ли паниковать? Я еще не выслушала…

- Иногда надо делиться, Блейк. Это благородно. Я отдам тебя на уикэнд братьям Шторм.

Я выронила вилку. Заявление выбило почву из-под ног. Сначала кровь ударила мне в голову, а потом с шумящим откатом хлынула вниз, заставив меня побледнеть и задыхаться.

- Хью, я…

Я была настолько шокирована этим ужасным заявлением, что забыла обо всем – о протоколе обращения, о том, что мне следует дождаться разрешения говорить, поэтому совершила несколько ошибок одну за другой.

А разве не этого мой доминант добивался?

Я видела этих братьев в клубе в Нью-Йорке. Всего лишь раз. Два чистокровных садиста, красивые как падшие ангелы и такие же отбитые на голову. Говорят, девушку, с которой они были в тот вечер, увезли в госпиталь с многочисленными травмами. А доступ в клубы им с тех пор был заказан. В сообществе БДСМ такое не прощают.

Пощечина обожгла мне щеку. За «Хью» вместо «Хозяина», за обращение без позволения, за то, что не проявила покорности и подобия радости – я не знала, и мне было откровенно не до того.

Ужас нарастал, горло сдавило от паники, я не могла пошевелить руками. Даже боль меня не отрезвила.

Хьюго вдруг с яростью, которую никогда не позволял себе, смахнул со стола чашку с кофе. Она разлетелась на осколки. Как и контроль того, кто должен был сохранять его во что бы то н и стало. Это была его священная обязанность.

Он вскочил, опрокинув стул. Затрещали под подошвой его туфель осколки фарфора. Я не могла ни отшатнуться, ни закрыться – меня словно парализовало. Я не верила, что услышала эти слова от того, кто всегда был для меня богом и защитником.

Волосы на кулак. Рывок. Мои колени только чудом не соприкоснулись с тем участком плитки, на которых были мелкие острые осколки.

Я хотела закричать, но не смогла. Горло сковал спазм.

- Ты только что пыталась сказать Хозяину «Нет?»

Снова пощечина. Снова рывок вверх, принуждая встать.

На звон разбитой чашки прибежала миссис Херц. Как раз в тот момент, когда Хью свободной рукой рванул мою блузку, обнажая грудь.

- Уберите здесь все! – рявкнул он.

Я бросила отчаянный взгляд на пожилую женщину, как будто она могла вмешаться и меня спасти. Но она даже не взглянула на нас. Оставаясь невидимой, она привыкла к нашим играм. Она еще помнила, как я сияла от удовольствия после сессий.

Даже если бы меня сейчас убивали – она бы отнесла это на счет любовной игры. А если даже и нет – не посмела бы вмешиваться. Хьюго очень щедро ей плотил за молчание и умение быть незаметной.

Очнулась я от шока только в спальне. Хьюго сорвал с меня всю одежду, мало заботясь об ее сохранности, защелкнул на шее ошейник, под весом которого я уронила голову на пол.

Как в таком можно ходить? Откуда этот металлический ужас с шипами? При рывке он может сломать мне шейные позвонки!

- Красный, - прошептала я, не веря, что это происходит со мной.

Рывок. Мои запястья завели за спину, скрепив такими же тяжелыми оковами, соединенными лишь одним звеном цепи.

- Запомни, сучка неблагодарная, - я не узнала голоса Хью, - Если я сказал, что отдам тебя им, значит, на то есть веские причины. Догадываешься, какие?

Мое сознание уплывало. Я едва понимала, что сейчас воздвигли первый красный флаг: мое стоп-слово было не услышано. Второй или уже пятый раз?

Я набрала полные легкие воздуха, чтобы закричать стоп-слово во всю мощь своего голоса… именно тогда что-то резко толкнулось мне в рот, задев глотку.

От паники я едва не задохнулась. А Хьюго туго затянул ремни кляпа.

Я заметалась в панике. Ошейник угрожающе надавил на мою шею, но мне было не до этого: я изо всех сил старались не задохнуться и подавить рвотный рефлекс.

Я так и не смогла повторить стоп-слово. А Хью, вопреки всему, не похлопал меня по плечу, чтобы удостовериться, что все в норме. Попыталась податься назад и изловчиться, чтобы постучать по полу три раза – знак, что сессия должна быть прекращена.

Не тут-то было. Тяжелый ошейник потянул вниз. Я просто физически не могла изогнуться так, чтобы достать скованными руками пола и пробить эти гребаные три раза.

Да я и не должна была этого делать! Ранее, если я была зафиксирована в неудобной позе, Хью заботливо вкладывал в мои пальцы кольцо. Оно подавало едва уловимый звуковой сигнал, если что-то шло не так. Я ни разу им не воспользовалась.

Постепенно мы перестали его использовать. Уже тогда меня готовили к подобному.

Тяжесть металла на шее, плюс еще эта штука в горле – я начинала задыхаться при и малейшем движении головы. Глотать слюну тоже было тяжело, она с первых секунд начала капать на пол.

А я думала только об одном – не разрыдаться, как бы паршиво на душе не было. И не из-за гордости и не потому, что такая крепкая как сталь.

Я просто знала, что не смогу дышать через нос, если дам волю слезам.