Моя тьма, его правила

Глава 56

Спустя сорок минут Дреа опустила камеру, внимательно рассматривая снимки на экране. Я заглянула через плечо. Лёгкий свет от студийной лампы играл на моей коже, и в теле было что-то пленительное. Платье с открытой спиной, почти прозрачное, придавало невесомости, как будто я была не совсем человек, а нечто большее.

Но взгляд Дреа оставался всё-таки на одном месте — на шраме. След, который со временем терял яркость, но не исчезал.

Дреа сделала ещё пару снимков, и её руки вдруг слегка задрожали. Камера едва не соскользнула с пальцев.

— Всё нормально? — спросила я, пытаясь прочитать её взгляд.

Она отложила камеру на стол и прикоснулась к виску, как будто пытаясь удержать резкий приступ боли, который внезапно накрыл её.

— Болит голова, — тихо сказала она, и в её голосе появилась какая-то неуверенность, странная для неё. — Мне нужно немного времени. Дай, пожалуйста, таблетки.

Я сразу же вскочила, хватая с полки на столике пузырёк с болеутоляющим.

— Это не просто головная боль, — я почувствовала, как тревога поднималась в груди. — Что-то не так. Дреа! Ты меня слышишь?

Дреа сжала виски и прикрыла глаза. Похоже, она не могла контролировать тот момент. Я не знала, что делать. Всё её спокойствие исчезло за мгновение. Она выглядела совсем не так, как обычно.

— Мне нужно позвонить. — Дреа едва шептала. — Шарлиз Майклсон. Психотерапевт. Позвони ей. Быстро.

Я моментально гашла в списке исходящих звонков и набрала номер, сжимая трубку. В голове ещё звучал её голос — про сбой в матрице, про её «забытое» прошлое. И сейчас я не могла отделаться от ощущения, что всё это не просто совпадения.

Долгие гудки. Я старалась не думать о том, что уже давно завершен рабочий день, и что делать, если мне никто не ответит. Наконец звонок приняли.

- Доктор Майклсон?

— Да, это я. Что случилось?

— Это подруга мисс Дреа Каммингс. Ей плохо. У неё сильная головная боль, и она... — я замолчала, не зная, как точно описать состояние Дреа. — Я не знаю, что происходит, но она сказала позвонить вам…

— Я вас поняла. Плезир Хиллз, 3040, 18. Привезите её. Немедленно.

Сердце заколотилось в груди. Когда я положила трубку, Дреа уже стояла, опираясь на стол, с явно затуманенным взглядом.

— Мы поедем к Шарлиз. Ты в порядке? — спросила я, не в силах смотреть на пугающую беспомощность новообретенной подруги.

Она не ответила, но кивнула. Я схватила её сумку, подтолкнув к двери, но Дреа остановилась на пороге и оглянулась.

— Я не знаю, что это, Блейк, — тихо проговорила она. — Иногда мне кажется, что… что я забываю. Вещи, которые происходят с нами. Мы знаем их, но они не могут быть частью нас, потому что такое не забывается. Мы не хотим помнить.

Её слова словно отразились в пустоте, оставляя за собой эхо. Я взяла её за руку и не отпустила, несмотря на тревогу в груди.

— Мы разберёмся. Мы точно разберёмся. Только держись.

У меня никогда не было проблем с вождением автомобиля, но сейчас руки, сжимающие руль, мелко дрожали. Я то и дело оглядывалась на Дреа, опасаясь, что она сейчас отключится у меня на глазах… а может что-то еще хуже.

Я думала позвонить Майклу в этот момент. Он бы точно лучше знал, что делать в такой ситуации. Почему я не вызвала неотложную помощь? Что, если дело не в психике, как сказала моя новая подруга, а в чем-то более опасном? Тромб? Кровоизлияние?

Когда мы подъехали к дому Шарлиз Майклсон, я чувствовала, как напряжение во мне нарастает. Меня почти трясло. Дреа сидела рядом, сжав голову руками, и тяжело дышала. Головная боль, боль в её глазах, тот страх, что я увидела — что-то было не так. Мороз по коже усилил мою дрожь.

Я не успела припарковаться возле особняка, как нам навстречу поспешила темнокожая женщина лет сорока в обычных джинсах и белой футболке. Отрывисто кивнув мне, она взяла Дреа за руки, помогая ей выйти из машины. Сжала ее лицо ладонями, установив зрительный контакт.

- Ты в безопасности. Дыши.

Дреа едва ли понимала, где она находится. Шарлиз Майклсон подняла взгляд на меня.

- Пойдемте. Расскажите, как это произошло.

Мы миновали холл, ряд комнат и зашли в кабинет. Шарлиз быстро усадила Дреа в кресло.

Обстановку в кабинете можно было назвать уютной, но мне не было до этого дела. Всё, что я видела, — это Дреа, сжимающая руки в кулаки, её лицо, перекошенное от боли и какого-то… уже не страха, а панического ужаса.

- Что произошло? – спросила психотерапевт, не теряя даром времени: светила специальным прибором в глаза Дреа Каммингс, нащупывала пульс и хмурилась.

- Не знаю. У нас была фотосессия. Она выпила много кофе. И сигареты, наверное, три точно.

- Кофе и сигареты здесь ни при чем. Что-то ее напугало, вы можете сказать, что?

Я смотрела на Дреа и понимала, что сейчас нет места для ложной скромности. Отбросила волосы и повернулась к Шарлиз спиной – на мне все еще оставалось то самое платье.

- Мне показалось, вот это.

Шарлиз сразу поняла, что происходит. Хоть я не видела в этот момент ее лица.

Я стояла рядом, не зная, что мне делать. Не могла избавиться от ощущения, что Дреа — она не та, кем она была. И кто-то всё это уже знал.

С каждым мгновением, с каждым словом, которое Шарлиз говорила, я поняла — мы стоим на грани чего-то очень сложного.

- Не звони ему… - простонала Дреа перед тем, как разрыдаться.

Я застыла. Параллели с тем, через что я прошла в руках Хьюго, едва не накрыли меня.

«Кто это чудовище? Кто сделал с ней то, из-за чего она сейчас словно разрушается изнутри?» - хотелось спросить психотерапевта, но я с трудом сдержалась.

Я почувствовала себя чужой. Я не имела права прикасаться к боли Дреа и всему, что происходит.

- Если нужна помощь… какие-то лекарства… я могу привезти…

Доктор Майклсон бросила на меня сосредоточенный взгляд.

- Ничего не нужно. Спасибо, что привезли ее. И вы же понимаете, что существует врачебная тайна. Вам придется уйти, и о неразглашении, полагаю, напоминать не стоит.

- Конечно, я немедленно ухожу. Скажите, она будет в порядке? Вы поможете ей?

- Да, - отрывисто ответила Шарлиз.

Я поспешно достала из сумочки свою рабочую визитку.

- Я очень прошу… позвоните мне, когда ей станет легче. Пожалуйста.

Доктор лишь кивнула, помогая Дреа встать с кресла и укладывая ее на софу. Я поспешила уйти. Внутри меня все разрывалось точно так же, как у новой подруги.

Что пережила эта девочка с большими светлыми глазами? Я считала себя стойкой, но при попытке представить, что же с ней могло случиться, у меня закружилась голова.

Я не могла вести машину в таком состоянии. Уронила голову на руль, тяжело дыша.

«Не звони ему». О ком говорила Дреа с таким паническим ужасом?..