Энцо Вильянти, больше известный в тематическом мире как один из братьев Шторм, вопреки недавним событиям – аресту, предъявлению обвинений и многочисленной родни, отвернувшейся от него с братом, поддаваться хандре не спешил.
Только злился на жадность брата, который не смог заткнуть той шлюхе глотку достаточным прессом купюр.
Кто пустил в клуб эту ненормальную? Она думала, здесь с ней в куклы будут играть или отшлепают кнутом из ватных дисков? Нет, как и все эти идиотки недалекого ума, однажды решившие, что все их проблемы на себя возьмет сильный мужчина, которому будет достаточно шлепнуть по попке, пришла в клуб в поисках большой и чистой любви.
Довела его своим тупым покорным взглядом и другой псевдоромантической дичью. А он ведь даже не выпустил своих демонов в тот вечер. Ну подумаешь, нарушил табу на секс и пригласил Винченцо.
До этого они уже не раз проворачивали подобное в клубе мастера Зейна. Молоденькие неопытные сабы, пришедшие за обещанной сказкой запретных удовольствий, готовы были стерпеть многое. Сами братья Вильянти в большой степени способствовали этому своим неотразимым шармом. Их даже сравнивали с сериальными горячими вампирами.
Более трех месяцев им удавалось удовлетворять свои низменные потребности практически на глазах у адепта безопасности Темы. В этом был свой определенный кайф. Они настолько уверовали в то, что ни одна из этих девчонок не заявит, что попались.
Брат грозился найти ту сучку и перерезать горло. Энцо же готов был симулировать раскаяние, если это позволит ему избежать ответственности и продолжить свои грязные развлечения.
Вот и сейчас Энцо вальяжно развалился в переговорной, словно это было кресло босса в кабинете отца, а не тюремный стул. Он цинично поглядывал из-под темных ресниц.
Спекся отец, все-таки нанял ему адвоката, одного из лучших в городе. Как же иначе, они с братом наследники клана. Их учили вести бизнес в лучших институтах страны, что они и сделают после суда. А то, чем они занимаются на досуге, никого волновать не должно. Мир принадлежит состоятельным. А им обоим повезло родиться в нужной семье.
Стальные двери отворились, пропуская охранника в сопровождении высокого мужчины в дорогом костюме.
Цепкий взгляд Энцо оценил его крой, как и весь облик адвоката. Выглядит впечатляюще, он даже красив, но более мужской красотой, если сравнивать с внешностью Энцо и Винченцо. И взгляд какой, цепкий, властный, без эмоций. В клубе бы произвел революцию, но, скорее всего, далек от Темы. Или сам не осознает, что ему там самое место.
- Добрый день, - голос по-деловому строгий, но глаза смотрят с каким-то интересом, далеким от деловой этики. – Мое имя – Стивен Чейз. Я буду защищать ваши интересы.
- Добрый день, - волна злорадного удовлетворения прокатилась по телу молодого садиста, и он глянул на охранника у выхода с чувством превосходства.
Мол, тяни свою лямку до гроба. Я уже через пару дней буду пить кьянти и сечь очередную провинциальную идиотку, а ты ничего мне не сделаешь.
Адвокат тоже проводил охранника взглядом. Затем, приложив палец к губам, будто Энцо собирался закричать, обвел взглядом комнату.
Не обнаружив камер, сел за стол, раскрыл кейс и достал непонятный прибор. Замигала лампа.
- Так нас теперь точно никто не услышит, - улыбнулся и вдруг подмигнул.
Растерянность Энцо сменилась радостью. Неужели он не ошибся?
- Ну и как ты так попался у Зейна в клубе? – произнес мужчина, качая головой. – Ну правда, не могли увезти ее из клуба и уже там завершить начатое? Основное правило чёрных тематиков – верши свои подвиги вдали от «всевидящего ока».
Метафора понравилась. Энцо облизнул губы.
- Вы… тоже?
Стивен не ответил. Раскрыл дело, тщательно изучая.
- Сколько ударов она выдержала, прежде чем сломаться? – поднял глаза всего лишь на миг, давая понять собеседнику, что это не допрос, нет. Это жажда подробностей.
Энцо застыл. В это было трудно поверить, но одновременно – ему всегда казалось – единомышленников было куда больше вокруг, чем может показаться на первый взгляд.
- Вас нанял мой отец? – предосторожность все-таки взяла верх.
- Нет. Видишь ли, - Чейз вдруг понизил голос до шепота, - твоя семья, насколько мне известно, даже не обременяла себя поисками адвоката. Расслабься. Нас никто не услышит. Во-первых, глушители, а во-вторых – у меня куда больше прав, чем у остальных. Ты меня прекрасно понимаешь.