Неисправимый

Глава 41

Марк

Продолжительный звонок в дверь нарушает мой и без того беспокойный сон. Вчера я всё-таки добрался до больницы и, пока папаша ещё не успел отменить мою медицинскую страховку, прошёл осмотр всех своих повреждений. К счастью, мои предположения оказались ложными. Немыслимым образом мне удалось избежать и сотрясения мозга, и перелома каких-либо костей. Да, палец был вывихнут, но его быстро вправили, обработали все мои побои, выписали болеутоляющее и мази, способствующие быстрому заживлению гематом, а после настоятельно рекомендовали много отдыхать, хорошо питаться и спать.

Чем я и занимался весь остаток вчерашнего дня. Только вот заснуть удалось лишь к трём часам ночи. Каждое, даже малейшее движение доставляло дискомфорт, а мысли целиком и полностью занимала Мили.

Мне так хотелось ей позвонить или приехать к ней домой, но я понимал, что мне категорически нельзя этого делать. Наверняка я последний человек, которого Мили желает видеть. Однако не это является главной причиной, почему я должен воздержаться от общения с ней, а уверенность в том, что, если услышу любимый голос или увижу её, то точно не смогу поступить правильно. Найду способ, как объяснить ей наши мутки с Никс, вымолю у неё прощение за всё, что натворил, а затем уговорю уехать со мной. А это самое худшее, что я могу сделать. Для неё худшее.

Я должен отпустить Мили.

Должен оставить её в Рокфорде.

Забыть и уехать.

– Да кого черти пригнали в такую рань? – цежу я, с хрипом вставая с кровати, и в темпе двигаюсь к входной двери, чтобы оборвать действующий на нервы звонок.

Открываю дверь и вижу на пороге Остина.

Он разглядывает мою шедевральную рожу несколько секунд и приподнимает бровь.

– Выглядишь дерьмово.

Будто я не в курсе.

– И тебе доброе утро. Ты чего так рано припёрся?

– Десять утра – это не рано, – он проходит в квартиру и бегло осматривается. – Смотрю, ты ещё даже не начал собирать чемоданы.

– О каких чемоданах ты говоришь? Я поеду налегке.

И это правда. Кроме гитары, базовой одежды и документов, я ничего не собираюсь тащить с собой. Да и как бы нечего больше тащить. Отец ещё вчера отобрал у меня телефон, компьютер, ключи от машины, заблокировал кредитные карты. Из денег у меня есть только пара тысяч наличкой и несколько пар швейцарских часов, которые я продам, чтобы хоть как-то прожить первое время.

Все остальные музыкальные инструменты, которые находятся в моей студии, я увезти не смогу. Но и в квартире оставлять я их не собираюсь. Гарри наверняка выбросит их на свалку, а я не могу этого допустить, поэтому отправлю их в детдом. Думаю, дети обрадуются.

– Так это правда? – спрашивает Остин, устремляя на меня озадаченный взгляд.

– Ты про то, что отец выгоняет меня из города? Да. Правда. Тебе Никс сказала?

Остин кивает.

– Не хочешь рассказать, как у тебя получилось его так сильно разозлить?

В первый миг я удивляюсь, ведь мне казалось, что в Рокфорде не осталось ни одного человека, который не прочёл бы о моём задержании в новостях. Но потом я вспоминаю, что Остин двое суток пребывал в алкогольной коме. Ему явно было не до просмотра новостных каналов. Но и мне сейчас меньше всего хочется опять ему врать, выдумывая историю о том, почему Адам Харт, сам того не желая, сделал мне самый крутой подарок на свете.

– Не хочу. Лучше расскажи, зачем пришёл?

– А что, для моего визита обязательно должна быть причина?

– Учитывая, что в последнее время ты вечно очень занят учёбой или работой, то да, предполагаю, что ты не просто так ко мне явился.

– Ладно, ты прав. Причины две.

– Ну-ну, я весь во внимании, – медленно сажусь на диван и откидываюсь на спинку.

– Первая – я пришёл поблагодарить тебя за то, что ты дотащил меня до дома. Спасибо тебе.

– Да не за что.

– Нет, есть за что. В твоём состоянии это был настоящий подвиг.

– Да ладно. Ты бы сделал для меня то же. Что за вторая причина?

– Я просто хотел проверить, как ты себя чувствуешь, и узнать, не нужна ли тебе моя помощь?

– Как видишь, чувствую себя зашибись. После того как ты меня отмутузил, мне было в разы хуже.

Остин усмехается, но тут же снова становится серьёзным.

– А помощь? Любая. Финансовая в том числе.

– Ещё чего? Тебе не хватает тащить на своей шее Никс? Ещё и мне деньги решил предложить?

– Да, решил. Я получил работу в Нью-Йорке, так что в скором времени деньги для меня не будут проблемой. Но даже если бы не получил, я бы нашёл способ, как тебе помочь.

– Даже не сомневаюсь, герой ты наш, – закатываю глаза.

– Я серьёзно. Если хочешь, поехали в Нью-Йорк со мной. Я уезжаю завтра.

– Завтра? Так скоро?

– Да. Я закончил все дела в Рокфорде. Делать мне здесь больше нечего.

– А Никс?

– А что Никс? – прищуривается.

– Она едет с тобой?

– Пока нет. Как всегда, начала петь песню про свою мамашу, которую не может оставить здесь одну, но я уже нашёл способ решить эту проблему. Через несколько недель я заберу её в Нью-Йорк.

– Не думаю, что у тебя получится.

– Получится. Не поедет добровольно, значит, увезу её насильно, но в Рокфорде она не останется.

Уверенность в его голосе нисколько не удивляет. Если уж Остин задался какой-то целью, то обычно его ничто не способно остановить, пока он её не достигнет. Однако в этот раз этим «ничто» является Адам Харт. А я на собственной шкуре уже успел узнать, что этот товарищ добивается своего в кратчайшие сроки. Он не успокоится, пока не завербует Никс в свои контрактные шлюхи. И уберёт каждого, кто посмеет встать у него на пути.

Чёрт! Проклятая Никс! Как же этой девчонке постоянно удаётся ввязываться в столь крупные проблемы?

– Ну так что? Поедешь со мной?

Я несколько секунд задумываюсь над заманчивым предложением друга, но внутренний голос почему-то нашёптывает, что пока в Нью-Йорке мне не место.

– Спасибо, но нет. На данный момент в Нью-Йорк меня не тянет. И не переживай за меня. Я со всем справлюсь сам. Как говорится, пришла пора стать самостоятельным и начать познавать вкус жизни бедного бездомного странника.

– Зная тебя, я уверен, что ты не пропадёшь, но я всё равно хотел тебе сказать, что ты всегда можешь на меня рассчитывать, – улыбается Остин.

– Я и так это знаю, бро.

– Куда ты планируешь ехать и чем собираешься заниматься?

– Пока не знаю.

– Прекрасный план.

– План – это про тебя, Остин. Я же любитель импровизации. Буду всё решать в процессе. Так гораздо интереснее.

– Значит, тебе точно не нужна никакая помощь?

– Точно, хотя… – в памяти всплывает вчерашний звонок ещё одного моего хорошего друга. Он успел позвонить мне до того, как я остался без телефона. – Кое-что ты можешь для меня сделать.

– Слушаю.

– Отвезёшь меня к Логану? У меня же больше нет машины.

– Зачем тебе к нему?

– Он устраивает крутую вечеринку у себя на вилле.

– Вечеринка? Ты прикалываешься?

– Нисколько. Хочу тусануть со всеми напоследок. Да и тебе не помешало бы встряхнуться.

– Мне встряхиваться точно не нужно. Да и тебе тоже. Ты же еле двигаешься.

– Да нормально всё со мной. Второй день дома торчать точно не собираюсь.

Иначе не сдержусь и сорвусь к Мили, поэтому мне любыми способами необходимо отвлечь себя от мыслей о ней. А что способно сделать это лучше, чем толпа народа, громкая музыка, море алкоголя, друзья и девушки? Мне кажется, лучшего способа, чтобы отвлечься, не найти.

Но увы, я жестоко ошибся.

Я думаю о своей девочке все полтора часа, пока мы с Остином едем до виллы Логана. Думаю, когда встречаюсь с друзьями. Когда две размалёванные пигалицы усаживаются по обе стороны от меня, начинают тереться и трещать о чём-то, на что мне срать хотелось. Когда Никс звонит на телефон Остина, который я у него забрал, лишь бы заставить друга остаться на вечеринке и расслабиться, как следует. Когда засранка сообщает, что всё-таки согласилась на предложение Харта и с завтрашнего дня начинает работать на него (я ж говорил, что он дожмёт её в итоге). Когда уговариваю Никс тоже приехать потусить, так сказать, пока есть такая возможность. Когда наконец начинается вечеринка и куча людей заполоняет огромный дом Логана. Когда делаю вид, что мне пи*дец как весело. Когда смеюсь, заливаю в себя до хера разного алкоголя и скуриваю десятки сигарет.

Но всё тщетно. Ничто не помогает мне перестать думать о Мили. О том, чем она занимается? Как себя чувствует? Насколько сильно ненавидит меня? Что сделает, если я всё-таки приеду к ней? Накричит? Изобьёт? Устроит истерику? Расплачется? Что, бля*ь? Что?!

– Сука! – раздражённо вскакиваю с дивана, слыша разочарованный голос какой-то девки.

Что она мне там лепечет – по хуй. Плевать мне на её болтовню. На смазливую мордашку и аппетитную фигуру, обтянутую коротким платьем – тоже. Она ни черта не помогает мне притупить желание послать всю эту движуху на хуй и рвануть обратно в Рокфорд. К Мили.

Вливаю в себя ещё один коктейль из хрен пойми чего и проталкиваюсь вглубь танцующей толпы. Туда, где жарче, громче, теснее. Туда, где мощные басы музыки должны не только затмить все ненужные мысли, но и к чертям весь мозг из черепа выбить. Но, бля*ь, и в этом дрыгающемся месиве людей я не нахожу спасения. Зато нахожу Остина.

– Остин! А вот и ты! Я уже подумал, что ты домой свинтил, – небрежно перекинув руку через его шею, перекрикиваю музыку я. – Но, раз ты здесь, давай выпей со мной, дружище.

– Сегодня я не пью.

– Да ладно тебе! Когда ещё в следующий раз мы с тобой встретимся? – сую ему стакан в рот, но он ловко отмахивается

– Я за рулём, Марк. И завтра меня ожидает долгий путь, так что побухай с кем-нибудь другим, – он резко сбрасывает мою руку со своих плеч.

– Ты чего такой напряжённый? – встаю перед ним и лишь тогда замечаю, что он в гневе.

Хочу спросить, что за муха его укусила, но Остин жестом головы указывает куда-то за мою спину. Я оборачиваюсь и с трудом фокусирую уже конкретно пьяный взгляд на офигеть какой сексуальной красотке, танцующей на барной стойке.

Ты ж моя хорошая… Приехала всё-таки. Да ещё и нацепила на себя купленное мной секси-платице, которое не нуждается в бюстгальтере и едва прикрывает задницу.

Ох, Никс, какая ж молодец!

– Опа-а-а! – изумлённо протягиваю я. – Вот это бомба! Гляди-ка что вытворяет!

А вытворяет Никс настоящее эротическое шоу. Так соблазнительно извивается в танце, что все мужики в зале не могут оторвать от неё взгляд.

– А чем я, по-твоему, занимаюсь уже больше часа? – рявкает Остин.

И я понимаю его бешенство. Если бы моя сестричка, пусть даже не родная, так выплясывала на глазах у сотни мужиков, я тоже психовал бы. А если бы такое вытворяла Мили, я бы уже давно выбил всем уродам глаза, а затем стянул бы её с этого чёртова стола и отхлестал бы так, что она месяц на жопе сидеть не смогла бы.

Что, по ходу, и намеревается сделать Остин уже в следующий миг, но я останавливаю его.

– Расслабься, Рид, – кладу руку на его плечо и давлю, желая пригвоздить друга к месту. – Дай девчонке покайфовать. Сколько можно её пасти? Ничего с ней не случится.

– Не случится? Да её точно вые*ет кто-то, если следить не буду. Она же прямо-таки нарывается на это.

– Ну так пусть вые*ут. Чего плохого? Это же вечеринка!

То, каким взглядом Остин начинает прожигать моё лицо, вынуждает мои брови взлететь от удивления.

Да не может быть?! Он, должно быть, прикалывается.

Вот ТАК из-за сестры не смотрят. Даже будучи бухим, я это чётко понимаю. И уж точно так остро не реагируют, когда к просто сестре подходит другой мужчина и, обвив её талию руками, спускает со стола на пол.

Секунда – и Остин отодвигает меня в сторону, норовя рвануть освобождать Никс от рук Логана, но я снова преграждаю ему путь.

– Тихо-тихо, Рид, приспусти коней. Куда намылился?

– Отвали, Марк!

– Не отвалю! – отбрасываю пустой стакан в сторону и сцепляю обе руки на его майке. – Ты что, не знаешь, кто такой Логан?

– Мне по хрен, что я нахожусь в его доме, если ты об этом. Я всё равно должен оттащить этого мудака от неё, пока он сам не затащил её куда-нибудь!

– Во идиот! Единственный, кого будут вытаскивать отсюда, так это тебя! И боюсь, что мёртвого.

– С чего вдруг?

– С того! Ты, конечно, драться умеешь, но Логан – профессиональный боксёр. Он тебя одним ударом без труда уложит, а в твоём случае это может кончиться печально, – напоминаю ему о мрачных прогнозах врача, который год назад занимался его лечением после нешуточного боя в квартале. Но тут же понимаю, что Остину начихать на своё здоровье. Сейчас его мозг состоит из двух составляющих: безрассудной ревности и жажды убивать, а в случае с Логаном эта смесь кончится для Рида трагедией.

– Я сам пойду спасу твою сестрёнку, Остин.

– Ты своё-то лицо видел? У тебя ещё предыдущие синяки не зажили.

– А кто сказал, что я буду драться? Это по твоему настрою сразу понятно, что на миролюбивое общение ты не способен, но я с ним поговорю спокойно, и он отстанет от Никс. Логан – чёткий парень, я с ним с детства знаком. Зря ты так взъелся на него. Девчонок он обычно не обижает. Никс понравилось бы с ним, – безбожно вру я.

Логан Бэлл – гандон похлеще меня. Девушкам лучше стоит держаться от него подальше. Но я приврал Остину чисто из-за желания ещё раз глянуть на его реакцию. А она есть. Да такая, что, кажется, Остин вот-вот не только на Логана попрёт, но и мне по роже надаёт.

– Всё с тобой понятно, Ромео, – расплываюсь в улыбке. – Я увидел всё, что хотел.

– Чего?

– Ничего. Стой здесь. Сейчас разберусь.

– Я сам хо…

– Я, бля*ь, прошу тебя, Рид! Останься здесь! Ты мне живой нужен, так что постой спокойно и доверься мне. Я всё сделаю по высшему разряду – Логан быстро отвяжется от Никс.

И на сей раз я не вру. Пробираюсь сквозь толпу до парочки, беззаботно приветствую Никс, которая явно пыталась отвязаться от нежеланного общения самостоятельно, а затем переключаюсь на Логана.

Он далеко не сразу соглашается отступить. Уж больно привлекли его танцы нашей маленькой стриптизёрши. Но что-что, а уговаривать я мастер. Через пару минут Логан с недовольством, но всё-таки удаляется на поиски другой девчонки для траха, а также соглашается на мою странную просьбу не вмешиваться в драку, которая наверняка скоро здесь начнётся.

– Спасибо, – благодарит Никс. – Хотя я и сама сумела бы его деликатно отшить.

– По-деликатному Логан не отшился бы. Ещё минут пять-десять – и он затащил бы тебя в одну из спален.

– А там его нос встретился бы с моим кулаком, а яйца – с коленом. Но всё равно спасибо за помощь.

– Пока ещё рано благодарить меня. Лучше ответь: Харт точно убрал за тобой слежку?

– Точно.

– Уверена?

– Будь оно иначе, я до сюда даже не доехала бы, а вы с Логаном уже лежали бы в больнице или загремели бы в тюрягу, так что да, я уверена. В слежке больше нет необходимости. Я никуда не сбегу. Я же уже подписала контракт и завтра приступаю к работе, а сегодня могу делать всё, что захочу.

– Отлично, – хитро ухмыляюсь, а затем подхожу к Никс вплотную и наклоняюсь к уху. – В таком случае приятной тебе ночки, засранка.

Нахожу среди толпы каменное выражение лица Остина, подмигиваю ему и сразу же сгребаю Никс в объятия, запечатывая её губы глубоким поцелуем.

Ясен пень, она о*уевает. Наверное, ещё больше, чем о*уел я, когда она поцеловала меня возле универа. Только, в отличие от меня, Никс не подыгрывает моему спектаклю, а начинает брыкаться, пытаясь отцепить меня от себя. Да только она пусть девчонка не из хрупких, но наши силы всё равно не равны. Я вторгаюсь в её рот, игнорируя и жжение в повреждённой губе, и её протестующие мычания, и руки, бьющие меня по лицу и груди. А вот, что мне проигнорировать не удаётся, так это грубую хватку на моём плече и мощный толчок, откидывающий меня от Никс на несколько метров.

– Ты какого хера вытворяешь?! – с яростью выплёвывает мне в лицо Остин, заслоняя собой оторопевшую Никс.

– Захотел получить награду за спасение.

– Ты дебил?! Или что-то принял?! – хватает меня за ворот рубашки и встряхивает.

– Ни то, ни другое, Рид.

– Тогда что за дерьмо ты вытворяешь?! Зачем трогаешь её против её воли?! Так ты выполняешь всё по высшему разряду?! Избавляешь её от одного мужика, чтобы потом самому наброситься?!

– Ты всё правильно понял, гений. Ведь подумай: не трахну я – трахнет кто-нибудь другой. Ты же и сам видел, как она на это напрашивалась…

И это только разогрев перед началом смачного потока мерзостей, который я выплёвываю с целью довести Остина до озверения. И у меня получается. С каждым гадким словом в адрес Никс его всё сильнее начинает трясти от злости, а белки глаз наливаются кровью.

Но иначе никак. Его нужно окончательно вывести из себя. Вытрясти из дебильной роли старшего братца, чтобы эти два влюблённых дебила, наконец, поговорили начистоту. Другой шанс для разговора им подвернётся ещё очень-очень не скоро.

– Контролируй базар, Марк! Ты что мелешь вообще?! – кричит мой лучший друг.

– Остин! Пожалуйста, успокойся! – встревает Ники, но тот лишь зло бросает ей:

– Вали на улицу и жди меня там!

И снова на меня переключается, а я ехидно ухмыляюсь и продолжаю играть роль пьяного отморозка.

– Да мне давно уже нужно было вдуть ей. Не был бы я едва живой в ту ночь у тебя дома, сделал бы это ещё у тебя под боком.

Бинго!

Сильный удар по лицу не заставляет себя ждать. Шикарно.

Никс кричит, пытается оттащить от меня Остина, тот орёт ей в ответ, чтобы свалила отсюда, но она опять не слушается. А я тем временем понимаю, что мне мало… Мне мало боли. Хочу ещё. Лишь она одна способна хоть на несколько секунд прервать поток гнетущих мыслей о Мили.

– Какая непослушная девочка, Никс. С тобой нужно срочно заняться глубоким изучением правил поведения со старшими, – нарываюсь я, чувствуя, как кровоточит губа.

– Да что с тобой, Марк, о чём ты вообще говоришь?!

– Ну как о чём? Я с удовольствием научу тебя уму-разуму. И думаю, ты только рада будешь. Так что можем начать интенсивное обучение прямо здесь. На втором этаже много свободных спален, выбирай любую, или, может, хочешь, чтобы я тебя взял как грязную шлюшку прямо в туалете? Только скажи, и мы всё устроим.

Стоит мне договорить, как мне в лицо прилетает второй удар. Куда более сокрушительный. В глазах мутнеет, и я валюсь на пол, а Остин следом летит, нависает сверху и начинает меня бить. Класс. Я даже не пытаюсь отвернуться или защититься. Мне это не надо. Боль, жжение, привкус крови – вот оно моё спасение… А, может, наказание за то, что предал Мили. За то, что обидел, врал и заставил поверить, что у нас может всё получится.

Не может.

Не с таким, как я.

И я знал об этом с самого начала.

Мили просто повезло, что меня выгоняют из города. Иначе я врал бы ей и мучил бы ангела до бесконечности.

Совершив ещё пару ударов, Остин хватает меня за грудки и отрывает от пола. Притягивает к себе и яростно проговаривает:

– Иди проспись, придурок! А когда протрезвеешь, нас ждёт серьёзный разговор, после которого ты будешь долго и упорно извиняться перед ней!

Не дождавшись ответа, грубо отпускает меня. Я вновь оказываюсь на полу весь в крови и с мучительной пульсацией в лице. Но всё равно улыбаюсь от уха до уха, краем здорового глаза видя, как Остин закидывает визжащую «сестрёнку» на своё плечо и в темпе направляется к выходу.

Кого-то стопроцентно сегодня ждёт бурная ночь.

– Не забудьте поблагодарить меня потом! – выкрикиваю я ему в спину и закашливаюсь от боли, но её опять становится недостаточно. Перед взором вновь появляется образ моего ангела, а всё нутро истошно вопит, чтобы я немедленно отодрал себя от пола, выбрался из этого шумного столпотворения, глазеющего на меня с ужасом, и оказался рядом с ней.

Но я не сделаю этого. Не сделаю. Не сделаю…

Я должен сдержаться.

Ради Мили. Должен.