Подстроенный отбор, или Красивая сделка с Чудовищем

Глава 18

Полет был волшебным. За этот долгий день я четвертый раз каталась на драконе, но предыдущие даже в сравнение не шли с тем, что происходило сейчас.

Сначала брат Леонарда вынес меня на руках из леса, хотя я заверяла, что нога болит совсем чуть-чуть. Подумаешь, оступилась, едва он поставил меня на землю. С кем не бывает? Потом попросил своего помощника усадить меня себе на шею. Стоило взобраться на дракона, как тело окутало магией — она намертво приклеила меня к теплой чешуе и тому самому шраму, который уродовал рисунок.

Взлетели.

Неторопливо, без резких движений. Уверенные взмахи крыльев, ощущение небывалой мощи подо мной, полное отсутствие страха, потому как с таким мужчиной мне нечего бояться. Он словно управлял самим воздухом. Был главным в небе, не летел — плыл!

Я же пользовалась моментом и едва ли не со слезами на глазах смотрела на расстилающуюся под нами красоту. Темный лес, огоньки городов, звезды, отражающиеся в озерах. Хотелось растянуть эти мгновения, до беспамятства упиваться видами, впитать в себя каждый миг, потому что после возвращения в мой мир ничего подобного не будет.

И мужчины, сорвавшегося из другого княжества ради моего спасения, тоже не будет.

Эта мысль заставила расчувствоваться. В какой-то момент я перестала разглядывать окрестности и сосредоточила свое внимание на том, что находилось подо мной. Потрогать чешую, погладить шрам, гневно вспоровший красивый узор. Наклонилась, чтобы прижаться щекой к дракону, но не сделала этого.

К сожалению, мы достаточно быстро прибыли ко дворцу. Мужчина подставил крыло, помогая мне сползти вниз, но когда до земли оставалось совсем немного, обернулся и снова подхватил меня на руки. Я даже охнула!

— Ваша светлость, говорю же, это лишнее. Я способна идти, там ничего особенного.

Чудовище подарил мне настолько суровый взгляд, что все протесты сразу забылись. Я вжала голову в плечи и закусила губу.

Пришлось помалкивать. Да и, чего таить, было приятно, когда тебя на руках носят. В моей жизни раньше такого не случалось, так почему бы не насладиться моментом?

Мы добрались до ближайшей комнаты, коей оказалась гостиная, выполненная в голубых тонах. По пути мужчина отдал распоряжение принести заживляющую мать и теплую воду с обрезами ткани. Также сказал своему помощнику позвать князя, но не сразу, через минут этак десять.

Дракон опустил меня на софу. Пододвинул пуфик, сел передо мной. Как только слуги выполнили все необходимое, взял мою ногу, которая давным-давно потеряла свою туфельку, и с хмурым видом осмотрел небольшие царапины. Да, они были, и не только там. Все-таки я достаточно познакомилась с ветками того дерева.

— Расскажите, что произошло, — заговорил он, протерев мокрой тканью мою ногу. Зачерпнул пальцами принесенную мазь, растер между большим и указательным.

Он ведь не станет самостоятельно ее наносить? И вообще, правильнее было бы воспротивиться! Вот только моя ступня на его колене так красиво смотрелась, а вид склонившегося над ней вечно хмурого мужчины настолько обезоруживал, что я забыла о самом существовании протеста.

Чудовище коснулся небольшой ранки. Осторожно размазал вокруг нее, втер мазь. Потом только поднял голову и вопросительно выгнул брови.

— Так что произошло, моя сделка?

— А? Вы только не останавливайтесь, ваша светлость, у вас очень хорошо получается.

— Я и не собирался. Просто нужно дать время, чтобы немного подсохло.

— Да? Чудно!

— Я задал вопрос.

— Какой? — в непонимании захлопала я глазами и снова задержалась взглядом на его пальцах, которые прошлись по еще одной царапине.

Захотелось улыбаться без причины. Я вроде бы недавно пережила покушение на свою жизнь, но из-за этих прикосновений, легких и невероятно нежных, попросту не могла ни на чем сосредоточиться. Мужчина меня гипнотизировал. И вызвал необычный трепет внутри.

— На этой ноге больше нет ран? — спросил он.

— Есть! — кивнула я и под округляющиеся глаза Чудовища начала задирать подол платья, чтобы оголить колено. — Вот.

— Моя сделка, — сказал он, и кадык дернулся, — не делайте так больше.

— Почему? Вам не нравится моя коленка? Ах, точно, она же вся исцарапана. Если это смотрится ужасно, я могу обработать сама, — схватила мокрую ткань и ляпнула ее поверх этого безобразия, что струйки воды потекли по голени.

Чудовище вздохнул. Убрал мою руку, сам взялся обрабатывать поврежденный участок на бледной коже. Да-да, я очень мало загорала. Всегда было некогда. И потому его смуглые пальцы очень контрастировали с моей ногой, словно день и ночь.

Я зашипела, когда дракон задел особенно большую рану. Он отнял ткань, наклонился, чтобы подуть.

Кажется, я охнула в голос.

Мужчин поднял глаза. Темные, как грозовое небо. Казалось, этим взглядом вынул из меня душу и себе забрал. Или не душу? Все-все забрал одним махом.

Я по-прежнему упиралась ступней ему в ногу, он нависал над моим коленом и придерживал за голень. На задворках разума пронеслась безумная мысль, что не зря я прихватила со своего мира станок, и исчезла. Где ей прижиться, когда тут настолько напряженная атмосфера? Интимная, я бы даже сказала!

— Ваши прозвища меняются с завидной частотой, моя сделка.

— Да? И какое вы собрались присвоить мне на этот раз?

Он помедлил. Казалось, хотел бы остаться не вовлеченным в эту игру, но ведь сам начал. Я не просила обрабатывать мои раны, могла бы справиться без его участия.

— Искушение, — произнес и, продолжая смотреть мне прямо в глаза, коснулся губами колена.

Это…

Что он со мной делал? У меня прямо пальчики на ногах подогнулись. Внутри все подобралось, наполнилось чем-то тепло-тягучим, таким приятным, что я вообще забыла, что мы до этого делали.

Правда, раздался звук шагов, и дверь распахнулась. Младший Асмерин молниеносно отстранился, дернул мое платье, пряча оголенную ногу, и даже встал. Притом закрыл меня своим телом.

— Ты что здесь забыл? — с порога возмутился Леонард.

— Соскучился по тебе, братец, разве не видно? — с едва различимой угрозой произнес Чудовище. — Прилетел во дворец, а здесь такое, — махнул он рукой на меня, но почему-то переместился так, чтобы полностью закрыть от собеседника.

Вот почему не сказать правду? С какой стати не показать самого себя, свою натуру? Он ведь оторвался от важных дел, отыскал меня, помог спуститься с дерева, сюда доставил, да еще раны обработал. И ладно притворяться перед другими, но это ведь родной брат!

— Анастасия? — раздалось надо мной, и я подняла на князя глаза.

— Здравствуйте, — невольно сжалась и решила, что надо поприветствовать должным образом, но Чудовище надавил на мое плечо, усадив обратно на софу. — М-м, да, речь обо мне. Тут такое дело… — замялась, не понимая, что вообще рассказывать.

— Ваша служанка недавно сообщила, что вас нигде нет.

— И что ты предпринял? — едва ли не с рычанием просил младший из братьев.

Чего он так злится? Подумаешь, кто-то напал… Ой, это из-за меня?!

Стало приятно. Улыбка снова попросилась наружу. Если быть честной, то обо мне никогда так не заботились, никто даже не пытался заступиться, потому что я сама своих обидчиков с небес спускала.

— Ваша светлость, — коснулась я локтя мужчины, — позвольте сначала расскажу, как все произошло. Не надо.

На лице Чудовища заиграли желваки. Он отошел к окну, сложил руки на груди, собираясь простоять там все время — отгородился, обозначил дистанцию. Правда, в следующий миг вернулся и сел рядом со мной.

Леонард занял кресло напротив. Еще смотрел на брата настороженно, тоже видя его гнев, однако решил повременить с остальными вопросами.

— Мы с вами побеседовали, потом я отправилась к себе, но по дороге на меня напали.

— Кто? — напрягся князь.

— Я не знаю, — покачала головой. — Мне приложили платок к лицу и потащили куда-то, а потом я уже очнулась в лапах дракона. Мы летели. Я боялась, что меня сбросят с такой высоты, а там ведь разбиться и умереть — это раз плюнуть, — передернула я плечами, вспомнив свой страх и попытки найти, как в случае чего спастись от падения.

— Цвет чешуи? — спросил Чудовище.

— Я… не запомнила, — расстроенно ответила. — Да и времени на было. Я почти сразу заметила еще одного дракона, начала звать на помощь, но мы резко снизились к деревьям, и меня выпустили из лап.

Леонард потер подбородок.

Я потрогала потрепанное платье, справляясь с неприятными воспоминаниями пережитого ужаса. Настроилась на продолжение рассказа.

— Свалилась на толстую ветку, взобралась и села на нее, потому что не была уверена, что в лесу нет диких зверей. Да и под этой веткой ничего не было, а по голому стволу я спускаться побоялась.

— И как же вы выбрались?

— Меня его светлость нашел и спас, — ответила, не собираясь рассказывать, как перенервничала там. Подумаешь, просидела несколько часов на дереве, слушая протяжный вой, и не смогла ничего толкового придумать, как выбраться из незавидного положения. Пустяки…

— Кажется, ты должен быть в Талларнане, а не по лесам Мирио ползать, — обратился Леонард к брату.

— Думаешь, я безропотно стану подчиняться, с какой стати? Нашел добычу, нес ее к Оса, чтобы скормить тварям, там обитающим, но тут услышал крик о помощи. Хотел съесть, но лицо оказалось знакомым. Пришлось возвращать невесту любимому брату.

Ну вот, опять!

— Я не кричала, — повернулась к Чудовищу. — Вы сами позвали меня по имени.

Он поморщился, перевел взгляд на старшего Асмерина. Я тоже на него посмотрел.

— И тренировочный бой тоже произошел по обоюдному согласию, меня никто не запугивал — я просто изучала в своем мире некоторые виды рукопашных боев, а его светлость захотел проверить мои слова. Ни разу меня не ударил! — слишком разговорилась я, но и остановиться уже не могла. — Вы хотели узнать, за что сержусь на вас. Вот причина! Я все это уже говорила, но нет, вы решили услышать то, что вам подходит, ваша светлость. Вычленили из моих слов только подходящие вам фразы. Обвинили, наказали, отправили вашего брата неизвестно куда!

— Анастасия, вы сейчас пытаетесь защитить его?

— Нет! Я отвечаю на поставленный сегодня днем вопрос! Да, я сержусь, вот.

— И какое это имеет отношение к покушению на вашу жизнь? — уточнил князь.

— Никакого.

— Тогда вернемся к основному вопросу. Что ты делал в лесу? — спросил он у Чудовища, и меня затопило злостью.

— Какое это имеет значение?! — я даже голос повысила, хотя этого не следовало делать. Он князь! — Его светлость меня спас, к чему этот допрос?

— Анастасия, давайте вас проводят в ваши комнаты. Вам требуется отдых, — взмахом руки подозвал слуг Леонард, в то время как его брат остался безучастным.

Холодная статуя, которой ни до чего больше нет дела. Вот только он не такой!

— Нет! — подскочила с софы, но охнула из-за боли в ноге и тут же почувствовала поддерживающую меня под локоть руку.

Подняла взгляд на Чудовище. Хотела было сказать, что не нужно меня никуда отсылать, но он весомо произнес:

— Я сам провожу вас, Анастасия.

Разве с ним можно спорить? Тем более настроение мужчины было не из лучших, а потому лучше его не усугублять.

— Хорошо, — согласилась я и поспешила добавить: — Только сама пойду.

Вряд ли он взял бы меня на руки в присутствии брата, однако давать лишний повод для разногласий точно не следовало. Прихрамывала. Сама злилась.

Когда оказались в холле, между нами воцарилась гнетущая тишина, которую не нашлось сил нарушить. Из меня рвалось негодование. Он же, полагала, был недоволен моей говорливостью. Вот и шли молча.

На лестнице нам попалась Рокси. Застыла на верхних ступеньках, потом дернулась в сторону, будто собралась поскорее скрыться от глаз пугающего ее дракона, но потом она решила быть смелой и даже сделала шаг навстречу. В итоге сбежала, едва поприветствовав Чудовище.

— Вот как вы действуете на окружающих, — вздохнула я, проводив девушку взглядом.

— Это беспокоит вас, моя болтливая сделка?

— Хотите осудить за излишнюю откровенность с вашим братом? Не надо! Сама знаю, что не должна была вмешиваться в ваши с ним отношения, и потому чувствую свою вину. Вот только просить прощения не стану, — посмотрела на него гневно и встретила все ту же холодную отстраненность.

— Гордость? — во взгляде появился едва заметный интерес.

— Неодобрение!

— Вот как? — выгнул он бровь, но уточнять ничего не стал.

Снова тяжелое молчание. Моя хромота. Неторопливые шаги мужчины, его терпеливая поддержка. Мое желание упрекнуть и в то же время поддержать, попросить больше так не делать, не превращать себя в Чудовище, коим он не являлся. Ладно чужие люди, но брат… Зачем отталкивать от себя близких, отгораживаться от них? Нельзя так!

Хотя кто я такая, чтобы советы давать и говорить, как правильно, если со своими родными толком не общалась. Затаила обиду, появившуюся еще в детстве из-за разрыва родителей, и потому отдалилась от них.

Едва подошли к моим покоям, я хотела поблагодарить мужчину, но он сам открыл передо мною дверь. Следом вошел. На вопросительный взгляд показал баночку с мазью в своих руках и лукаво ухмыльнулся, заставив все внутри трепетать.

Жаль только, там оказалась Марья. Она охнула, увидев Чудовище, задрожала вся.

— Ступай, — сказала девушке и повернулась к дракону. — Куда мне сесть, ваша светлость?

Дверь закрылась. Он выждал пару мгновений, шагнул навстречу.

— Разрешаю называть меня по имени, мое болтливое искушение. Эдвард, вот как меня зовут.

— Настя, — протянула я руку, стараясь не выдавать своего удивления. Это что получалось, он мне открылся?! — Пожмите ее, в нашем мире так здороваются или закрепляют сделки.

— Даже с девушками?

— По больше части, да. Эта грань значительно смылась. Раньше мужчины целовали тыльную сторону, но то было давно, теперь же…

Он подхватил мою ладонь и коснулся губами костяшек моих пальцев. Поднял огненный взгляд. У меня вмиг пересохло в горле, и пришлось шумно выдохнуть.

— Обжигаете, Эдвард, — прошептала взбудоражено.

— Страшно?

— Нет. Мне нравится.

— Осторожнее, Анастасия. Хотя бы притворитесь, что вам страшно.

— Нет, — замотала я головой, во все глаза глядя на неотвратимо приближающегося мужчину. — Не люблю так нагло лгать.

— А что вы любите?

Вас… Ой! Хорошо, что не вырвалось! Вот неловко бы вышло, ведь я совсем не… я ведь не?..

— Я выбрал, сядьте в это кресло, — предпочел не заметить моей растерянности Эдвард.

Интересное имя, кстати. Мне понравилось.

Опустилась в указанном месте. Вытянула вперед ногу, но не стала поднимать подол платья, хотя даже потянулась за ним. Чудовище придвинул ближе второе кресло. Устроился на самый край, поставил на подлокотник баночку с мазью.

Взял мою щиколотку. На его лице появилась кривая усмешка, превращая мужчину в какого-то безумца, но такого очаровательного, что у меня в очередной раз перехватило дыхание. И в груди стало тесно.

Опасная игра началась. Как бы просто выстоять!

— Предлагаете самому? — хищно прищурился дракон.

— Справитесь?

— Есть сомнения?

— Ни капли.

Он начал аккуратно отворачивать подол, неторопливо обнажал мою ногу, словно наслаждался процессом, самим видом. Завороженно смотрел на мою голень, а я — на него самого. Добрался до колена. Зачерпнул мазь и начал обрабатывать ранки. Притом так увлеченно, будто нет ничего важней.

Миг — и его взгляд скользнул вверх, приковал к креслу, выбил из головы мысли. Словно не было больше меня. Только оболочка.

Хрупкая, готовая рассыпаться от одного неловкого движения.

— Ваша светлость, — вздрогнула я, почувствовав поглаживание чуть выше колена.

— Нельзя пускать мужчин в свою комнату, моя сделка, тем более ночью.

— Даже вас?

— Особенно меня, — покачал он головой и спешно убрал руку. — Я еще помню ваш запах. Он не отпускает.

— Это хорошо или плохо? — толкнула я ткань, скрывая от чужих глаз свою голень.

— Как бы вам сказать… — выпрямился мужчина. Встал.

Какой же он красивый. Статный, ладно слаженный. Но мы вроде бы вели серьезный диалог, нельзя отвлекаться, да?

Эдвард вдруг шагнул ко мне, наклонился, нагло ворвавшись в мое личное пространство и заставив откинуться на спинку кресла. Дыхание забрал.

— Это опасно для вас, Анастасия. Я ведь не каменный, в какой-то момент не сдержусь.

— А что нужно сделать, чтобы вы… не сдержались?

— Любите играть с огнем? — наклонился он еще ближе. Кажется, еще немного, и поцелует. А если нет, то сделаю это сама.

— Никогда за собой подобных глупостей не замечала, — перешла на шепот. — Но с вами все в новинку, так интересно.

Он зарычал, резко выпрямился. Сжав кулаки, быстрым шагом пошел прочь и скрылся в коридоре.

Я же… улыбалась. Ну вот кто меня просил дергать дракона за усы? Доиграешься, Настя, ой, доиграешься!