Подстроенный отбор, или Красивая сделка с Чудовищем

Глава 25

— Эдвард ~

Я бросился за ней, распахнул дверь, но девушку будто рукой смело. Хотел было помчаться вдогонку. Остановить, потребовать, чтобы повторила свои слова. Мне, верно, послышалось.

Сжал ручку, заставил себя вернуться в комнату, чтобы не действовать в порыве эмоций, потому как везде нужно мыслить здраво. Сдержанность и рассудительность превыше всего. Я и так натворил глупостей, поцеловав невесту брата.

Хотел бы назвать это ошибкой, но язык не поворачивался. Она была такой… восхитительной, распустив свои волосы. Открытой! Ослепительно-светлой, нежной. Я не устоял.

Позор на мою голову!

Едва не совратил девушку. Если бы не появившийся Леонард, то не ограничился бы поцелуями.

И все же Анастасия не могла такого сказать. Любовь?! Смешно даже.

Но внутри все зудело от жуткого понимания, что обидел ее своими грубыми словами. Она ведь раскрывалась в моих руках, будто самый прекрасный в Лаладаре цветок. Сама тянулась, льнула, срывала мои преграды. Была настоящей, живой… не вымыслом.

Я резко развернулся, уверенным шагом пошел в гостевое крыло, достаточно быстро добрался до заветной двери и постучал.

Тихо.

Не ответила и после второго раза, третьего. Решив не размениваться на мелочи, рванул на себя за ручку и замер, увидев сброшенные на кровать вещи.

Внутри поселилось нехорошее предчувствие. Не сбежала ведь? Куда подалась, с какой стати собралась покинуть дворец? Ей не справиться одной в чужом мире. Хотя Анастасия бойкая, смелая, умела постоять за себя, но лучше не подвергать ее опасности.

А стоит ли бежать следом?

Ответ очевиден.

Поспешил спуститься на первый этаж, чтобы отправиться на поиски человечки. Еще теплилась надежда, что она всего лишь хотела выбрать новое платье, но бросила пустую затею и пошла к озеру, чтобы освежить мысли. Анастасия любила воду.

Вот только многим худшие предположения поселяли голову. Тянуло сорваться на бег. Нужно поскорей догнать ее.

На лестнице пришлось замедлить ход, потому как из гостиной до меня донесся голос Сисилии. Что она здесь забыла?!

Я глянул на распахнутую дверь. По-хорошему следовало проигнорировать и отправиться на поиски Анастасии, но она ведь рассудительная девушка и не станет влезать в неприятности. И сбегать не будет, так как это не выгодно. Да, обиделась, но сейчас немного остынет, подумает и поймет, что все к лучшему. Ей предложен князь! А не Чудовище…

Спустился, направился к брату, потому как лучше его не оставлять наедине с бывшей любовницей. Не секрет, какое она на него имела влияние. Не успеешь крылом взмахнуть, как снова окрутит и прочно засядет в его покоях. Будет с особым усердием искупать свою вину. Трудиться днями и ночами, чтобы ее простили.

— Я же говорю, это была обычная шутка, зачем за мной отправлять стражу?

— Добрый день, — зашел я в комнату и плотно прикрыл за собою дверь.

Кроме Сисилии и Леонарда здесь никого не нашлось. Девушка поморщилась, не обрадовавшись моему появлению. Что же, это у нас взаимно.

— Я сам разберусь, — поднял руку брат.

— Нет, — шагнул я к ним и повернулся к бывшей фаворитке. — Полагаю, речь идет об отравлении невест князя. Интересная шутка получается, мы от души посмеялись. Единственное, теперь кому-то придется взять вину на себя и понести наказание. Служанка уже призналась, что все сделала сама, не действовала ни по чьей указке, просто решила отомстить всем девушкам сразу за их высокомерное поведение. Непонятно только, где яды взяла. Некоторые из них достаточно дорогие, редкие. Но предположим, что мы ей поверили. Зато остается открытым еще один вопрос. Куда исчезли из сокровищницы противоядия? Лео, ты убирал их оттуда?

— Не припомню такого.

Я снова глянул на Сисилию. Завел руки за спину. Вроде бы схватил за хвост, но из-за ее безграничного спокойствия присутствовало ощущение, что вывернется, ускользнет.

— Они все в другом месте, я просто перепрятала. Не брала я ничего.

— А корень офрийны?

Бывшая фаворитка ухмыльнулась, явно не чувствуя своей вины. Руки на груди сложила.

— Леонард, у меня встречный вопрос к твоему брату, ты позволишь? — Не дождавшись ответа, она расправила плечи и произнесла с таким видом, будто теперь моя голова у нее под лапой: — И как она, понравилась?

— Кто? — поинтересовался он.

— Я расспросила слуг и узнала много интересного о твоих невестах, мой дорогой. Одна бегает на свидания с другим мужчиной, вторая спит с твоим братом, третья имеет на себе проклятье и издает странные звуки по ночам, четвертая прилетела сюда из-за спора с подругой и, если выиграет отбор, откажет тебе прямо во время церемонии.

— Ты что такое говоришь? — возмутился он и повернулся ко мне. — Это правда?

— Нет.

— Неужели?! Кажется, она прибежала к тебе в платье, а выбежала в халате. А еще…

— Нет, — схватил я ее за руку и дернул на себя. — Ничего не было!

Девушка от ужаса округлила глаза. Стоило отпустить ее запястье, плюхнулась на диван и еще пару мгновений даже не моргала. Да, применил магию, но лучше так, чем очередные слухи, теперь уже оскверняющие Анастасию. Ладно я, мне не привыкать, но ее трогать не позволю.

— О ком речь, брат?

— Ни о ком, ты же знаешь, как порой слуги приукрашивают реальность. Верно, Сисилия?

— Да, я тоже думаю, что пустяк, — кивнула она, повинуясь моему голосовому посылу. — Глупые слухи, которые распускает прислуга, но я не могла ими не поделиться с тобой, дорогой.

Леонард не удовлетворился ответом. Несомненно, он захочет опровергнуть или подтвердить сказанные Сисилией слова. Об Элире Помфи ведь все оказалось правдой.

— А теперь расскажи мне, как так вышло, что твоя фаворитка получила доступ к нашей сокровищнице? — с укором посмотрел я на брата. — Что за проходной двор? Теперь там может побывать любой желающий?

— Не говори ерунды. Сисилия разумная и не стала бы ничего трогать, я доверял ей.

— А в итоге нет ни одного противоядия, помимо этого исчезло несколько редких трав, которым теперь не найти замену. Золота меньше, чем указано в расходной книге, я все проверил. Это твоих рук дело или ее?

— Лео, дорогой, он врет, — уже отошла от моего воздействия девушка. Да, оно краткосрочно. — Я ведь люблю тебя и все-все готова сделать.

Она вцепилась в его руку, начала поцелуями осыпать. Подняла на моего брата щенячий взгляд.

— Я хотела забеременеть. Тогда ты не стал бы от меня отказываться и в супруги взял. Я много всего перепробовала. Ты же знаешь, у меня магия на должном уровне, у нас получились бы сильные дети.

Леонард покачал головой, выдернул свою кисть. На меня посмотрел, до последнего не желая видеть в драконице ту, кем она являлась на самом деле.

— Дорогой, — упала она на колени и даже пустила скупую слезу, — мы были счастливы вместе, не разрушай наше прошлое и будущее из-за всяких глупостей. Я сделаю все, что только попросишь.

— Глупостей? — искренне удивился он. — Ты пыталась сделать ребенка, не обсудив это со мной! Ты же знаешь, как важна для всех нас чистота. Что бы с ним потом было после рождения? Какая бы ему была уготована судьба? Грязного бастарда, которого не примут в обществе? Этого ты хотела?

— Почему сразу бастарда? Ради него ты взял бы меня в жены… — с надеждой произнесла она, но увидела презрение в глазах брата и отшатнулась, все поняв.

Не принял бы. Не посмел бы осквернить наш род связью с грязной женщиной. Это просто немыслимо! Родители с детства вбивали в наши головы, что Америны одни из чистейших драконов в Аруме, и это нужно хранить, беречь, ценить и продолжать. Оно засело где-то в глубине сознания. И если я отправился в Крыло, чтобы защищать наше королевство от внешнего проникновения, то Леонарду предстояло бороться за мир и наше будущее внутри него, в Мирио. Процветание княжества, продолжение рода, поддержание чистоты крови — это все лежало на плечах брата и было само собой разумеющимся.

Вот только из-за связи с Сисилией он будто забыл о своем предназначении.

— Значит, все твои слова любви — это ложь? — вмиг изменилась в лице девушка. — Ты смотрел мне прямо в глаза и врал? Пользовался мной?!

— Вот только не надо истерики, — поморщился Леонард и посмотрел на меня. Наверное, не хотел говорить о личном при посторонних. И я с удовольствием оставил бы их наедине, чтобы отправиться на поиски Анастасии, да только брат ведь в самом деле питал к Сисилии слабость, мог поддаться уговорам, отпустить.

— Истерик?! — повысила девушка голос, но быстро усмирила пыл, заговорила мягко, немного льстиво: — Ты что, какая истерика? Я просто в гневе от того, что ты предпочел мне, сильной, красивой, родовитой драконице, какую-то гнилое человеческое отребье.

— Последи за своими словами! — не смолчал я. — Весьма вероятно, что Анастасия станет княгиней, и тогда твою речь можно принять за оскорбление рода Асмерин.

Сисилия вдруг рассмеялась. И чем дольше, тем сильнее во мне крепло нехорошее предчувствие.

— Вот именно, что вероятно, но уже не весьма. Скажи спасибо, дорогой, кое-кто избавил тебя от мук совести. Держать на отборе человечку — это уже оскорбительно.

— Что ты сделала?! — разнесся по комнате наполненный магией голос.

Веселье девушки исчезло, появился ужас в глазах, однако сумасшедшая решимость осталась. Она изогнула в презрении губы.

— Я — ничего! Упаси Свет еще марать руки об это отребье.

Я всегда считал себя сдержанным, но теперь сорвался. Схватил девушку за плечи, встряхнул:

— Что с Анастасией?! — процедил, не сдерживая гнев.

Если оно что-то сделала, если посмела хоть пальцем ее тронуть, если моя сделка пострадала… внутри что-то звонко оборвалось, стоило об этом подумать.

— Где она?! — наполнил голос холодной яростью.

Сисилия задрожала. Губы посинели. Брат попытался оттащить меня назад, но я готов был выпотрошить эту драконицу, чтобы добраться до правды.

— Эд…

— Не лезь! — приказал и снова повернулся к девушке. — Где. Анастасия?!

— Не знаю, — с трудом выдавила она, стуча зубами от холода. — Наверное, в животе морских гадов.

— Где? — только и смог повторить.

— В Лазурном море, — появился победный блеск в ее глазах.

Я вмиг очнулся. Толкнул девушку в руки Леонарда, не забыв сказать:

— Только попробуй отпустить ее!

Выбежал из гостиной. Пустился на поиски своих людей. Отправил одного за профессиональным ищейкой. Да что там, не усидел на месте и, прихватив с собой красное разорванное платье, сам полетел за ним. Так будет быстрее. Потом можно сразу отправиться за на спасение человечки.

Оттис вышел на порог своего дома. Поклонился мне в приветствии, хотя, как и остальные драконы, сразу напрягся при моем приближении.

— Та же девушка, — передал сверток, и ищейка сразу достал содержимое.

Уловил тонкий аромат офрийны, посмотрел на меня со смесью удивления и интереса, но ничего не сказал. Сосредоточился. Прикрыл глаза. Недовольно мотнул головой, нахмурился.

Мгновения тянулись непозволительно долго. Я сгорал от нетерпения. С трудом сдерживался, чтобы не поторопить его. Каждая минута была на счету, однако магия тоже требовала времени, концентрации, тишины.

— Ее нет, — выдал Оттис, посмотрев на меня, но сразу добавил: — Наверное, плохо старался. Сейчас попробую еще раз.

Меня едва не шатало. Хотелось смеяться в истеричном припадке, потому что не может так быть, она жива!

— Прошу прощения, ваша светлость, — вскоре осторожно произнес ищейка, — но я не вижу девушку. Только если платье не ее, — протянул мне красную ткань.

— Ее, — голос напомнил карканье. Я принял вещь. — Ты ошибся.

— Нет, ваша светлость, меня не подводит чутье. Девушки нет в Аруме, но ведь Лаладар велик, а действие моей магии не настолько обширно. Или же ее нет в нашем мире.

Я дернул плечом, ощущая давно угасшую боль моей раны. Отступил, сжал платье в кулаке. Хотел бы встряхнуть этого дракона, чтобы постарался лучше, попробовал еще раз, но в его глазах было понимание и одновременно сожаление, которое окончательно добило меня. Я развернулся и побрел к реке, виднеющейся из этой небольшой деревушки.

Не мог поверить, не хотел. Еще недавно она неудержимым вихрем ворвалась в мои покои с заявлением, что придуманное мной испытание невыполнимо, сама приблизилась, поддалась моему порыву усадить ее на колени, окутала своим очарованием. Позволила себя поцеловать. Снова не испугалась, даже ответила. Словно та самая птичка из клетки, которая вместо того, чтобы улететь, бесстрашно села мне на руку и чего-то ждала, хотя я не сдерживал, отпускал.

Или отталкивал?

Но разве это важно?

Ноги несли меня вперед. Я видел только красную ткань, снова и снова вдыхал аромат Анастасии, смешанный с офрийной. Толком на запомнил, как обернулся драконом, в том же бездумном состоянии погрузился в воду. Плыл.

Даже в момент, когда получил ранение, было не так больно. Сейчас же хотелось реветь — будто вырвали часть меня. Дыра. Большая, сочащаяся, с рваными краями. Она разрасталась. Затмевала разум звоном, до того сильным, что невозможно терпеть.

Но я плыл.

Потому что это единственное, что сейчас мог.

Хотел бы обманываться, еще верить в лучшее, но в моей жизни нет места волшебству и светлым случайностям. Только мрак. Всегда худшее из возможных вариантов.

Плыл, погружаясь в свое состояние, зверел от чувства потери. Корил себя во всем.

Плыл…

Вперед, под толщей воды, куда не дотягивались солнечные лучше, в холоде темного царства. Задевал хвостом камни. Сдерживался, чтобы не подняться на поверхность и разрушить все, что попадется на глаза, будь то горы или целый город. Я опасен!

А потому просто плыл.

Вперед, бездумно, неторопливо. Молчаливо терпел боль. Хотел бы опуститься на дно, закрыть глаза, самому стать камнем, но у меня еще остались неоконченные дела.

Не знаю, сколько прошло времени, но я все-таки выплыл. Сам не понял, как оказался в озере Рой, но принял это за само собой разумеющееся. Не сразу обернулся, половину пути ко дворцу преодолел в звериной форме. Вроде бы не рычал ни на кого, но передо мной все разбегались.

Стоило поменять облик, лучше не стало. Садовник почему-то упал на спину, проходящая мимо служанка пискнула и побежала прочь.

Они ведь хотели Чудовище. Видимо, пришло время оправдать слухи. И разрушенную башню, и замученных до смерти слуг, и откушенные головы неугодных, и съеденных невест. Все будет. Я могу и сделаю, стану беспощадным в своем гневе, но сначала кое-кого найду.

Леонард обитал в чайной комнате. Перед ним сидело две участницы отбора, но фаворитки не было. Я развернулся и хотел уйти, потому как меня интересовала только Сисилия, а конкретнее ее голова и конечности, отделенные от остального тела, но брат окликнул:

— Ты нашел Анастасию?

Спокойно. Простой интерес. Это не повод, чтобы срываться на него, хотя меня уже ничего не заботило. Возможно, это случится сегодня, я все-таки выскажусь. Надоело его попустительское отношение ко многим вещам, отстраненность от многих дел, доля безответственности, бездумное доверие не тем драконам, осудительное поведение.

Я будто превращался в монстра, которому нужно во все вонзить зубы. Разорвать, уничтожить, оставить лишь ошметки на память. Во рту даже образовалась слюна.

Внутри болело, а они улыбались. Анастасии не стало, а им было хорошо, поужинали вот, здесь собрались. Беззаботная жизнь! Как пр-р-релестно…

Но рано. Я вернусь, со всеми разберусь. Да, вдоволь поиграюсь с ними, точно стану Чудовищем, но сначала встречусь с одной блондинкой и докажу, что все мы смертны.

Ничего не сказал. Остался стоять спиной к ним, шагнул к двери, но вдруг на пороге появилась она.