Попаданка из будущего усадьба и честь

Глава 10.

— У вас чудесно получается, Ангел! — хвалил девушку Михаил Фёдорович, она же только скептически бросала на него взгляд. Мужчина явно её перехваливал.

Сегодня была её третья попытка сесть в седло. И хоть Ольга ещё не упала и даже выехала за пределы двора, но перейти с шага на рысцу всё ещё не решалась.

— Вы, сударыня, чуть расслабьте руки, а то лошадь чувствует вашу тревогу. Доверяйте ей, и она вас понесёт.

— Так? — спросила она, ослабляя поводья до самого нельзя.

— Не настолько, не бросайте… — начал он, но было поздно. Обычно спокойная Ромашка почувствовала свободу, а, может, слабость седока. Нервно заржав, словно в неё вселился бес, она брыкнула задними копытами, желая сбросить обузу.

— Ах ты ж, скотина! — выкрикнула Ольга, в последний миг вцепившись в поводья. — Да как же мне всё это надоело! — прижалась она к шее Ромашки, что уже неслась прочь.

Ветер хлестал её в лицо, забивался в глаза, сбивал дыхание, словно сам хотел вытолкнуть её из седла. Копыта грохотали так, что земля дрожала под ними. За шумом ветра и крови в ушах Ольга едва различала крик Михаила.

— Держитесь!

— Легко сказать, — быстро убрав волосы, что лезли в глаза, возмутилась Ольга, пробуя вспомнить, как ей затормозить эту «смирную» лошадку. — Смирная-смирная, — передразнивала она, не давая панике захлестнуть её.

Вскоре Михаил догнал их: его шляпа слетела, оставшись где-то в поле, а сам он с лёгкостью управлял своим скакуном. Они казались с ним единым целым: мощным, быстрым, уверенным.

Он перехватил поводья из рук девушки, заставляя лошадь повиноваться.

— Тихо, милая, тихо! — спокойно говорил он, а Ромашка пряла ушами, с нежностью смотря на него и смиренно выполняя приказ.

— Вот же зараза! На колбасу тебя! — фырчала Ольга, пробуя сама выбраться из седла. При этом она едва могла это сделать самостоятельно, потому что руки её сильно дрожали.

— Спокойно, Ангел! Я здесь. Я держу и помогу! — мужчина быстро спрыгнул с коня, что послушно остался стоять на месте. Сам же он ухватил девушку за тонкую талию и, стащив с лошади, прижал к груди.

— Тише-тише, — шептал он, поглаживая девушку по волосам. Её шляпка также слетела, оставляя непокрытой голову.

Уткнувшись в его грудь, она чувствовала собственную дрожь и то, как ровный стук его сердца постепенно успокаивает её. Лёгкий травянистый аромат с нотками свежего оливкового масла и южной земли обволакивали её теплом и надеждой. Мужчина крепко держал её в своих объятиях, пока она не перестала дрожать, словно лист на ветру. Он продолжил бы и далее, но девушка, успокоившись, сама отстранилась, оставляя после себя пустоту.

— Успокоилась, — не смотря на него, сказала она, заправляя пряди выбившихся волос за ухо. Хрип в её голосе усилился, заставляя Михаила Фёдоровича нахмуриться. Она не спешила поднимать на него взгляд, ведь, несмотря на свой истинный возраст, она словно девчонка заливалась смущением.

— Надо бы за лекарем послать. Хрип в вашем голосе не проходит…

— Не важно, — отмахнулась она, мысленно добавляя, что ей это только на руку. Меньше шансов быть узнанной по голосу, ведь именно его в первую очередь восхваляют те, что были представлены девушке. Эти мысли вернули ей спокойствие и уверенность, и она подняла на него взгляд.

— Вы снова меня спасли… Благодарю, signore! — шутливо улыбнулась она, сбивая серьёзные нотки своей итальянской ролью.

— Ну что, снова в седло? — усмехнулся он, указывая взглядом в сторону мирной Ромашки, что в десяти шагах от них щипала траву.

— Ни за что! Эта скотина только притворяется смирной! На самом деле в её шкуре прячутся бесы!

— Нельзя дать страху победить, Ангел! Если ты сейчас не сядешь, то вряд ли сможешь его когда-либо побороть…

— Я не боюсь! — вскинулась Ольга и, сделав пару глубоких вдохов, направилась к лошади. Ромашка, увидев разъярённую наездницу, испуганно заржала и отступила, прячась за спину громко смеющегося барина.

— Это что ещё такое?! — возмутилась девушка.

— Будьте с ней мягче, Ангел. Она девушка нежная… — повернувшись к лошади, он потрепал её по лоснящейся шее.

— А я смотрю, вы знаете толк в нежных девушках, — бросила она вызов.

— Не знаю. Это вы мне скажите? — усмехнувшись, он взглянул на неё, а после, прищурившись, перевёл взгляд на всадника, что приближался к ним. За лёгкими препираниями он упустил момент, когда мужчина появился на горизонте.

— Кто это? — сердце Ольги, словно птица в силках, заметалось в груди. Вдруг это граф? Девушка суматошно стала озираться в поисках шляпки.

— Успокойтесь, — твёрдо произнёс Крапивин, подходя к ней и словно невзначай кладя ладонь ей на спину. — Это князь Дмитрий Гарарин, мой старинный приятель. Я вас представлю.

— А если…? — усомнилась она. Вся затея с итальянкой больше не казалось ей удачной. Теперь, когда вот-вот должна состояться настоящая встреча, реальность резко навалилась на неё, обнажая свои уродливые стороны. В любой момент её могут сделать рабой…

— Не волнуйтесь. У вас отличный итальянский. Мите же языки всегда давались с трудом. Всё будет хорошо, — шепнул он ей в макушку, слегка касаясь губам.

— Вы что делаете? — удивилась она.

— Доверьтесь, это для достоверности, — подмигнул он, лукаво улыбаясь и гораздо громче добавляя. — Ваше сиятельство, Дмитрий Васильевич. Какая встреча!

Приветствовал он его почти официально, чем вновь заставил того скривиться.

— Михаил Фёдорович, мы с вами слишком давно знакомы, можно обойтись без лишнего официоза, — колко ответил он, переводя холодный взгляд на девушку подле него. Миниатюрная и хрупкая, с тёмными волосами и загорелой кожей, она выбивалась из местных красавиц. Но больше всего её выделял взгляд — прямой, давящий, непреклонный. Отчего брови Дмитрия неосознанно взлетели вверх, а интерес резко взвился внутри.

— Не представишь меня своей спутнице? — полюбопытствовал он, спрыгивая с коня, отчего Михаил, хоть и нехотя, но подчинился.

— Синьора Анжелина Висконти, позвольте представить вам князя Дмитрия Васильевича Гарарина — моего хорошего соседа.

Мужчина чинно склонил голову, отдавая честь.

— Очарован, сударыня. В наших краях большая редкость встретить гостью из столь дальней страны. Как вам у нас? Всё нравится?

— Благодарю, signore, — нервничая, ответила девушка с усилившейся хрипотцой в голосе, — Я родом из Милана. У нас иные поля и иное солнце, но Россия прекрасна. Мне здесь нравится.

Она старалась запоминать ложь, что слетала с её губ. Ведь всем известно, что именно так и ловят лгунов. Они забываются. В то же время она бросала любопытные взгляды на мужчину. Именно его она видела около кленовой рощи: собранного и серьёзного. Вот и сегодня он был в превосходно сидящем костюме, идеально начищенных до блеска сапогах, а фетровая шляпа с полями сидела на его голове как влитая, и ни один тёмный волосок не спадал на его лицо.

— Милан? — брови Дмитрия чуть приподнялись. — Знаменитое место. Искусство, музыка, театры… Неужели вас занесло к нам всего лишь из любви к русской природе? — усмехнулся он, видя, что девушка мило смутилась, взглянув на Михаила.

— Наши края прекрасны. Разве не вы, Дмитрий Васильевич, оставили Петербург ради здешних осенних красот?

Князь чуть сузил глаза, понимая намёк, и медленно кивнул.

— Что ж, не спорю, — согласился он. — Природа у нас поистине хороша, особенно в это время. Утро нежно касается земли, пробуждая её… — он бросил на девушку испытующий взгляд. — Я люблю конные прогулки на рассвете. Но, признаюсь, ещё больше люблю компанию в этих прогулках. Скучно любоваться красотами в одиночку. Михаил Фёдорович, мы ведь когда-то с вами нередко выезжали на заре? — перевёл он на него взгляд, не терпящий возражений. — Грехом было бы не возобновить эту привычку. Особенно теперь, когда у вас и вовсе есть повод — достойная спутница, которой можно показать окрестности. Возражения не приемлю! Встретимся на этом месте завтра на рассвете!

Девушка недовольно скривилась, бросая взгляд на Ромашку, что вовсю строила глазки княжескому коню. Похоже, она не прочь каждое утро выезжать на рассвете, вот только Ольге от одной только этой мысли становилось дурно.

— Раз уж Ваше сиятельство решило… кто мы такие, чтобы перечить? — ирония вместе с колкой усмешкой коснулась Михаила Фёдоровича и не оставила сомнений у князя, который тут же прямо посмотрел ему в глаза, желая удостовериться в верности своих выводов.

На Ольгу они не смотрели, потому не заметили её возмущённого вздоха. Ей не нравилась ни идея, ни компания, у которой явно были свои прошлые обиды. По опыту она знала: когда двое сводят давние счёты, крайним нередко оказывается тот, кого втянули помимо воли…

Напряжение отчётливо окутавало их фигуры, заставляя нервничать Ольгу.

— Что-то холодно стало… — протянула она, несмотря на то, что солнце уже было достаточно высоко, а небо безоблачно. — Ещё и шляпку потеряла, Madonna…

Князь Гарарин, услышав реплику, усмехнулся, оценив её вмешательство, а после предвкушающе и искренне улыбнулся.

— Не буду вас больше задерживать, — протянул он, легко касаясь пальцами полей своей шляпы и направляя коня прочь. Только после его ухода Крапивин выдохнул.

— Madonna? — вскинув бровь, повернулся он к девушке.

— Думаете, не к месту? — расстроенно укорила она себя. — Ничего другого в голову не пришло.

— Нет. Подходит. Ну что, поедем искать наши шляпы?

— А, может, лучше пойдём?

— Ангел, вы даёте повод считать вас трусихой? Думал, это слово не сочетается с вашим характером!

Тяжело взглянув на него, она сдалась на его милость и уже через несколько минут сидела в седле.

— Князь сразу поймёт, что я плохо езжу…

— Не давайте ему повод обратить на это внимание. Давайте на этот раз немного ускоримся? А то будет нехорошо, если Груня нас потеряет… — подмигнул он, первым тронувшись в путь.

— Я первая найду шляпку! — заявила девушка, с улыбкой бросая вызов.

Минут через десять исканий она нашла первой. Шляпка была в целости и сохранности, повиснув на ветках рябины. А вот шляпа Крапивина была найдена последней: помятой и в грязи.

— Похоже, мне сегодня не везёт, — констатировал он.

И был абсолютно прав, ведь, подъезжая к усадьбе, им пришлось столкнуться с мужиками из второй его деревни. Этой ночью и там похозяйничали конокрады, уведя сразу шестерых коней.