После того как мы упали

Глава 3. О монстрах и чудовищах

/Аврора/

Для начала я форменно потеряла дар речи. Просто выпала в осадок от шока. Что Марьяна (старшая сестра, видеть которую я не желаю ближайшую тысячу лет!) забыла в моём универе?

Ещё и конспирация уровня: «Королева Аниме» … длинные мятные локоны, худи, джинсы и кеды. Это совсем не похоже на типичную Марьяну Жарову. Я вообще не в курсе была, что в гардеробе сестры есть какие-то вещи, помимо платьев и юбок. Мы с ней как будто синхронно ролями поменялись.

Но зачем она тут?

Пришла лично убедиться в том, действительно ли Ян уехал? Так да!

Или, может быть, она решила добить меня своими тупыми и бессмысленными беседами о кровных узах? В этом случае быстро придам ей нужное ускорение.

Конечно же, я напрочь забыла и про злополучное расписание, и про то, что дико опаздываю на криминалистику.

— Марьяна, что ты здесь делаешь? — тяжело вздохнула, убирая смартфон в сумку.

— А на что это похоже? — вопросом на вопрос ответила сестра.

Ненавижу её вредную привычку намеренно растягивать диалог на несколько часов (я утрирую!), который можно было закончить за какие-то пару минут, если не раньше. Тем более теперь, когда говорить с Марьяной нет никакого желания.

Знаю, она моя сестра и нельзя отказываться от семьи из-за парня… но она первая предала меня.

Почему я должна жертвовать ради неё своим душевным комфортом и спокойствием? Если это означает быть эгоистичной сукой, мне плевать.

— Давай выясним раз и навсегда, — тихо произнесла, стараясь не привлекать к нам лишнего внимания. — Общаться с тобой я не хочу.

— Нам придётся иногда видеться, — усмехнулась Марьяна. — Знаешь, говорить дежурное «привет», переглядываться, всё такое. Я перевелась на архитектурный. Часть пар в соседнем корпусе, часть здесь.

— Ты серьёзно?

Надеюсь, она шутит сейчас. Хотя не похоже нисколько. Если только не вспоминать о паршивом чувстве юмора, передавшемся ей по наследству от нашей тётки Наташи, богини сарказма и счастливой хозяйки двух огромных и невероятно трусливых мейн-кунов. Между прочим, мировая баба.

— Расслабь булки, Рор.

Добро пожаловать на стендап имени Марьяны Жаровой. Лично мне не смешно. Вот вообще ни разу.

— Ладно, а с волосами что сделала?

Мятный — это смело.

Сестра частенько экспериментирует с цветом волос. Сегодня она брюнетка, завтра блондинка, через неделю вполне возможно перекрасится в рыженькую… но цветных прядей я до сегодняшнего дня не видела. Хотя… ей идёт. Интересно смотрится, живенько.

— Парик с Хэллоуина, — пожала плечами Марьяна. — Хочу пройти конкурс в университетскую группу поддержки.

Стоп.

Значит, это была не шутка? Срань Господня…

— Перевелась всё-таки.

— Вижу, ты не очень рада.

— О, я просто на седьмом небе от счастья.

Мало мне учиться вместе с Сотниковым, Башаровым и Бельским, теперь ещё и Марьяна решила меня капитально достать? Блеск! Слетелись вампирюги проклятые со всех сторон Трансильвании.

Зачем было переводиться именно сюда? Ради чего ей взбрело в голову поменять учёбу в престижной архитектурной академии на многопрофильный универ? Да, у нас без преувеличения, лучший ВУЗ в стране. Но, говоря о факультете ландшафтного дизайна, он значительно проигрывает вышеупомянутому учебному заведению.

Давайте ещё всю компанию притащим, да? Марка, Анфису-Иру. Для полноты картины, так сказать. Цирк «Шапито» прямо какой-то!

— Не волнуйся, это не из-за тебя.

И между строк я прочитала известное нам обеим: «Это из-за Яна».

Разумеется.

Всё дело в парне!

Даже теперь я не могла осуждать Марьяну. Я и презирать её не могу. Нет сил…

Слишком хорошо понимала, что она чувствует, через что проходит ежедневно. Босиком по всем кругам разбитого ада. Всё оказалось тщетно, вопреки всем попыткам быть с НИМ единым целым. Это очень больно. Но одно дело понимать, другое — прощать.

Марьяна так сильно полюбила Сотникова, что потерялась среди сумрака, заблудилась в дремучем лесу. Любовь к нему оказалась сильнее всего на свете.

У чувств есть границы. Нельзя делать ставку на одну только любовь. Я эти границы видела, а моя сестра тупо наплевала на их существование.

— Прости, — она словно мысли мои прочитала. — Я прекрасно осознаю, как была не права.

— Это ничего не меняет.

— Знаю, Рори. Я знаю тебя двадцать лет. Ну… — она напустила на себя наигранно равнодушный вид. — Пока, Аврора. У меня политология, надо бежать.

— Пока.

— Пока…

Марьяна круто развернулась и направилась к лифтам, грациозно вышагивая в своих кедах так, словно плыла по подиуму в роскошном вечернем платье и на шпильках.

Проводила сестру настороженным взглядом и решила воспользоваться лестницей. Аудитория криминалистики находится на втором этаже. Дольше обратный лифт ждать буду…

К моему огромному облегчению, новый предмет и правда позволил отвлечься от бесчисленных проблем и токсичных людей в моей жизни.

Возможно, дело было непосредственно в молодом преподавателе, который оказался а-ля красавчик из турецких сериалов. Если бы он постучался в мою дверь, я бы нисколько не возражала. Чёрт знает, какие у Степановой источники информации, но она всегда в курсе всего.

Одногруппницы смотрели на него влюблёнными глазками, томно вздыхали и фантазировали о чём угодно, но явно не о введении в криминалистику.

Даже Марина Стрельцова, тихая мышка в огромных очках, не сводила с мужчины восхищённого взгляда. Марина у нас вообще не по этой части. Её девиз прост: учёба, учёба и ещё раз учёба. Золотая медалистка, участница всех школьных олимпиад и университетских турниров, самая блестящая студентка на факультете и вообще очень хорошая (но, занудная и душная!) девочка.

Я к чему… в таких ситуациях Стрельцова обычно превращается в старую ворчливую бабку. Из тех, кто сидит у парадных и всех подряд обзывает проститутками и наркоманами. Но и её очаровала молодая звезда отечественной криминалистики.

Кирьянов Роман Валерьевич, которого студенты за глаза дружно нарекли «Киром», не оставил равнодушными даже преподавательниц. В том числе и нашего строгого ректора, железную леди Екатерину Андреевну Одинцову.

Он вообще мало походил на обычного препода. Слишком сексуален для этой роли. Темноволосый, высокий, широкоплечий, крепкого телосложения. В классическом чёрном костюме, безукоризненно белой рубашке, алом галстуке с золотыми запонками и внушительных ролексах на правой руке, Роман Валерьевич выглядел как какой-нибудь миллиардер, типа Кристиан Грей из «Пятидесяти оттенков серого». Честное слово, половина девчонок в универе без сомнений согласились бы стать его «нижними».

Но помимо прочего, он располагал к себе. Проникновенным взглядом стальных васильковых глаз, заразительной улыбкой, бешеной харизмой, что он излучал, словно солнечный свет. Его хотелось слушать. Потому что Роман Валерьевич интересно рассказывал, почти не используя научную терминологию. В общем, наш «Кир» мгновенно обзавёлся десятками страстных поклонниц. Если бы не Ян, я бы в него сама влюбилась.

Остаток дня пролетел быстрее, чем рассчитывала. На следующей паре тоже скучать не пришлось. К нам прислали лектора из Академии МВД для прочтения лекции по ОРД (оперативно-разыскной деятельности).

После всех пар снова пошла в библиотеку, чтобы взять сразу всю необходимую литературу. Там-то я и застряла. Пришлось отстоять километровую очередь за книжками. Начало учебного года как никак…

И с багажом из целой кипы учебников я направилась в спортзал. Надо было поговорить с Солнцевой относительно моей занятости в арбалетном клубе. Вернее, сообщить ей о том, что я хочу уйти из команды. Она, конечно, расстроится. Всё-таки соревнования на носу. Найти замену не так-то легко. Немного людей увлекается стрельбой из арбалета.

На входе в спортзал столкнулась с девчонками из группы поддержки. Самой последней вышла сияющая Марьяна. Видимо, пробы прошли успешно. Что ж, я рада за неё. Сестра меня не заметила, увлечённо болтая с Викой и Миланой. Забавно окажется, если они вдруг подружатся.

Краем уха услышала, как все трое скандируют припев популярной песни группы «Винтаж»:

Я сочиняю роман, Рома-Рома-Роман, роман

Мужчина всей моей жизни

Они громко расхохотались и завели куплет по новой. Мне даже стало как-то жалко нового препода. И наших баскетболистов. Очевидно, вместо кричалки чирлидерши на их следующей игре будут петь…

Вместе с баскетболистами я вспомнила и про Сотникова. В конце концов, он тоже в команде. Кто меня только понёс в эту степь? Всё так хорошо начиналось!

Бодрым шагом зашла внутрь, стараясь не думать о чём-то конкретном.

О КОМ-ТО.

О ком-то, разумеется. Но, наверное, наглость с моей стороны жаловаться. Я провела почти нормальный день. День без Яна. Почти дышала полной грудью, почти жила…

На одной стороне спортзала разминались баскетболисты, а на другой, самой дальней, я увидела Бельского. Он расставлял мишени. Мне очень повезёт, если не придётся с ним долго объясняться. Игорь — капитан клуба. Полностью избежать расспросов не получится.

Прошла мимо него в тренерскую, надеясь застать там Агату Андреевну. Куратор пила чай с печеньками, доставая нашего физрука и тренера баскетбольной команды в одном лице рассказами о походе в консерваторию.

Солнцева просто одержима музыкой. Странно, что она до сих пор не затеяла драмкружок в универе.

Борис Васильевич героически терпел выпавшие на его несчастную душу страдания, а увидев меня, прямо даже оживился, радуясь небольшой передышке.

Наш разговор с Агатой Андреевной продлился недолго. Я сообщила о своём решении, попрощалась и ушла, жестоко бросив Бориса Васильевича на растерзание страстной местной обожательницы Моцарта и Глинки…

— Жарова! — когда я вышла из тренерской, Игорь уже закончил расставлять мишени и начал стремительно приближаться ко мне. — Тренировка через десять минут. В темпе давай.

— Я на неё не приду.

— В смысле? — нахмурился он, пристально посмотрев на меня.

От его взгляда по коже побежали неприятные мурашки. Я даже вся содрогнулась, так некомфортно стало. Врезать бы ему по шарам или лучше кастрировать на хрен, чтобы он больше никому не смог причинить зла.

— В прямом, — пожала я плечами и скрестила руки на груди, словно выстраивая между нами невидимую стену. — Солнцева в курсе.

— Нашла время, у нас сборы скоро так-то.

Не буду спрашивать, для чего там я нашла время. Во-первых, не интересно, во-вторых, бессмысленно, а в-третьих, есть предчувствие, что его слова мне не понравятся.

— На сборы тоже не жди, Бельский.

— Не понял… — он нахмурился и подошёл ещё на шаг. — Уходишь из команды?

Уже ушла. Без сожалений сделала ручкой.

— Это не твоё дело.

— Ушла, — он усмехнулся, почти впившись в меня глазами.

Хотя я бы назвала эту его улыбочку звериным оскалом. Сальная, противная, мерзкая, будто у гиены. Просто отвратительное зрелище… не знала, что кто-то способен вызывать такую открытую неприязнь. Настолько сильную, что даже тошнит.

— Мило поболтали, но мне пора.

Не успела и шевельнуться в сторону выхода, как Бельский схватил меня за запястье. Он наклонился к моему уху и спросил, выдыхая весь свой яд:

— Ты всё ещё с ним трахаешься, Жарова?

— Руки убери, — зло прошипела, отшатнувшись в сторону. — Кругом люди.

— Думаешь, меня они волнуют?

Почему я раньше не замечала, что он ТАКОЕ?

Люди носят маски.

И не всегда нам удаётся заглянуть под сотни слоёв фальши.

Сказка о «Красавице и Чудовище» учит нас, что даже за самым уродливым фасадом может скрываться прекрасный добрый человек. Нельзя судить по внешности. Но в современном мире всё перевернулось кверху дном.

Люди кажутся нам хорошими, мы доверяем им, а потом заглядываем за ширму и понимаем, как сильно ошибались. В нынешних реалиях чудовище было бы прекрасным принцем, а под закат превратилось в монстра.

«Ад опустел. Все демоны здесь»

Уильям Шекспир

➤➤➤➤➤➤ Сигнал повышенной опасности, Ян. У нас тут горячий преподаватель, а тебя нет)) как вам наш Роман?