После того как мы упали

Эпилог. Эта песня о нас

Когда наши качели

взлетают,

Мы крыльями

До Рая достаем,

От любви в животе

Бабочки порхают,

Ведь мы с тобой

Официально

Вдвоем.

/Аврора/

Лето следующего года

— Вопрос номер один. Это, значит, все твои друзья? — спрашиваю у Яна, когда самолет взлетает.

Да, кстати, ему пришлось уговаривать меня на полет очень… очень долго!

Потому что (без понятия почему) я смертельно боюсь самолетов. Вроде бы это называется аэрофобией.

Но мы решили провести отпуск вместе.

Отдохнуть впервые как пара (поездки в деревню к моим бабушке и дедушке и к родителям на дачу, чур, не в счет).

Тем более и повод был уважительный. Мы с Яном оба защитили дипломы и выпустились с юридического.

Нам жизненно необходимо расслабиться, выпустить пар, хорошенько пожариться под солнышком на белом песчаном пляже посреди Индийского океана.

И привет, Бали!

Так что… пришлось чем-то жертвовать.

Нервами, своими, например.

Если отпуск у океана выйдет паршивым, мне просто придется убить своего парня.

Не говоря о том, что нам едва удалось уболтать Марьяну и Руслана, чтобы они взяли к себе на этот месяц Яна Сергеевича (я про черепашку, если что) и Зефира (кличку псу Сотников придумывал, запомните это).

Если однажды он притащит домой кошку и назовет ее «Пастилой» или «Халвой», не удивляйтесь.

А что будет, когда у нас дети появятся?

Страшно представить… нет, я просто не позволю ему давать нашим детям имена.

Сохраняем спокойствие, я не беременна и детей мы тоже пока не планируем.

Но в будущем они у нас, конечно, появятся. Мальчик и девочка.

Будет классно, если двойняшки или близнецы. Чтобы рожать не пришлось два раза.

А пока… мы слишком молоды.

Нам по двадцать одному году, мы только окончили университет и ступили твердо во взрослую жизнь. Счастливое студенчество осталось позади, пришло время открыть новую страничку, где все будет только лучше!

Часто нянчимся с нашими крестниками и моими племянниками по совместительству.

У Марьяны и Руслана родились чудесные двойняшки — Арина и Демьян.

А совсем недавно выяснилось, что мама беременна третьим ребенком.

Кажется, у нас с Марьяной появится еще и младший братик.

С сестрой у нас наладились отношения. Насколько это вообще возможно в нашей ситуации.

Мне понадобилось много времени, чтобы осознать все, по полочкам разложить, попытаться понять сестру.

Честно, я всегда понимала, почему она поступила именно так.

Но не могла смириться со средствами, какие она использовала для достижения своих целей.

Порой людей нужно прощать. Особенно близких. Что было бы, если бы я не дала шанса нам с Яном? Не хочу думать, как мы шагали бы врозь по этому миру.

Не ошиблась в своем выборе. В нем не ошиблась. Может быть, именно это и есть взросление.

Любовь спасет мир. Почему бы не позволить ей сделать это?

Обожаю своих родителей.

Безумно счастлива, что они теперь вместе, по-настоящему. Что несмотря на все, через что им пришлось пройти, они осознали, как ценят друг друга, как любят и как сильны они единым целым.

— Димаса ты знаешь, — Ян крепко держит меня за руку, поглаживает большим пальцем по тыльной стороне ладошки.

Приятно, черт возьми.

— Ага, мудак бывший моей лучшей подруги.

И меня совершенно не волнует, что они снова вместе.

Он навсегда останется мудаком бывшим.

Да, если вы что-то пропустили, Маша и Дима помирились и даже обменялись двумя видами колец. Сначала мармеладными, а потом настоящими.

Про последнее мы все узнали буквально только что.

Маша зажала нам отвязный девичник. Дима мальчишник. Впрочем, на последнее мне фиолетово. Вообще тихо расписались, надели друг другу кольца и рванули в медовый месяц на море. Счастливые!

Хотя, надо признать, я преклоняюсь перед Машей Савельевой.

Она обязательно должна написать книгу, что-то вроде «Руководства по перевоспитанию мудаков».

У меня не хватило сил так издеваться над Яном, над собой, над нами. Я просто поняла, что мы либо вместе, либо никак, и рискнула.

Но я все равно рада за Машу и Диму. Ведь они любят друг друга и должны… нет, просто обязаны быть вместе! Как Росс и Рейчел из сериала «Друзья», за воссоединением которых следили все преданные фанаты, затаив дыхание.

Маша и Дима — идеальная пара… чокнутых. Я их шипперила, каюсь.

Но это, разумеется, не помешает мне запустить стрелу из арбалета прямо в задницу Димы Сотникова, если он только посмеет обидеть мою Машу еще раз. Я из него гуся в яблоках сделаю, честное слово.

Все вокруг женятся, детей заводят, а у нас с Яном… у нас с Яном все классно.

Мы живем вместе, у нас есть песик и черепашка, а еще фальшивое свидетельство о браке из виртуального ЗАГСа.

Возвращаясь к мармеладным колечкам, это чисто по-Сотниковски, устраивать фальшивые свадьбы, да?

Нет, все же Маша была права.

Сотниковы — это болезнь. Неизлечимая.

И, кстати, я очень рада, что Ян наладил общение со своими братьями.

С Марком они хорошо общаются, созваниваются по видеосвязи раз в неделю, переписываются. А Ян и Дима зарыли топор войны. Раньше между ними и черные коты боялись пробегать, теперь же они стали друзьями.

Разве не классно?

Кто молодец? Аврора и Маша, конечно.

— Это Ник и Мира, — кивает Ян в сторону парня и девушки, сидящих в параллельном ряду.

Девушка настоящий ангел. Милая блондиночка с голубыми глазами в сиреневом коктейльном платье. Волосы ее украшает ободок с цветами. Вся такая фея.

С Мирой я знакома не так давно. Лучшая подруга Маши, хорошая девчонка. Одна из тех фиалочек, кого тянет на всяких придурков.

Недавно мы познакомили Миру с Ирэн. Вангую, испортим девку.

Помните, как Ирэн однажды сказала, что у нас соберется целый ковен ведьм?

Розочка, фиалка, одуванчик и кактус. Кажется, мы нашлись.

А рядом с Мирой и знаменитый Ник. Великий и ужасный практически. Всякий придурок, собственной персоной.

Потому что про него я хорошо наслышана, но еще не видела ни разу. Только на каких-то фотках доводилось.

Ну что ж, не было бы у меня Яна, я бы тоже на нем залипла.

Все девочки любят плохих парней.

Сильнее этого только — перевоспитывать плохих парней и верить, что твоя любовь исцелит их от тьмы. Не всегда работает, но иногда случаются чудеса.

Хорош, гад…

Да не смотрю я, не смотрю!

— Наш одуванчик тоже встречается с говнюком? — щурюсь я, разглядывая зеленоглазого брюнета с татуировкой на шее.

— Нет, — смеется Ян в ответ. — Она замужем за ним.

Идите вы!

А ну точно. Ведь на их торжестве между Димой и Машей снова все загорелось.

Сейчас что, тренд на свадьбы?

Выйди замуж до двадцати пяти и получи… что там предлагают, стриптиз в подарок? Любовника? Беспроцентную ипотеку?

— Бедная девочка! — сочувствующе вздыхаю я.

— С чего ты вообще взяла, что он не пай мальчик?

Мой парень умный. Но иногда мой парень просто идиот.

— Тогда я балерина.

— А я кто?

— Ты фигурист, конечно.

— Конечно?

Ян заливисто смеется, а хохочу вслед за ним, так что обе сладкие парочки вопросительно смотрят на нас, как и добрая половина пассажиров.

— Мне не пойдет трико, Булочка.

— А мне пачка, — хмыкаю я. — Хо-ооо-тя…

— Представила себя в пачке?

— Нет, — от смеха у меня живот уже болит. — Тебя, в обтягивающих лосинах.

— И как?

— У тебя классная задница, Ян Сергеевич. Я бы в тебя влюбилась.

Ян хватает меня за шею и притягивает к себе.

— А сейчас что, не любишь?

— Сейчас я не могу дышать.

— Без меня?

Он все-таки меня целует.

В грудной клетке привычно сладко саднит и между нами сверкают грозовые молнии. Каждый раз горим, как в первый.

Я люблю его. Безумно люблю.

— Я знаю, что ты любишь.

— А я знаю, что любишь ты.

— Боже, меня сейчас вырвет! — раздается со спины голос Димы. — Вы всегда такие рахат-лукум?

— Завидуй молча! — Ян сгребает меня в охапку и притягивает к себе.

Как хо-ро-шо…

Вы хотите спросить, как же вышло, что мы летим отдыхать все вместе?

На самом деле, мы ничего такого заранее не планировали.

Ну, либо я просто не в теме.

В любом случае, даже если Сотников все подстроил за компанию со своими друзьями (которым доверия нет, да! Учитывая их незавидную привычку спорить по поводу и без), то он очень виртуозно отыграл свою роль. Невыносимо правдоподобно. Все-таки их с Димой мама — актриса театра. Научила сыновей уму-разуму.

— Какой второй вопрос?

— Знаешь, — задумчиво тяну я, вдыхая его запах. — Я передумала его спрашивать.

— Так не честно.

— Слушай, ну ты скажешь, что это поездка не случайна, я расстроюсь, а Маша сломает тебе нос…

— За что?

— Она может! — вставляет свои пять копеек Ник. — По-моему, мой до сих пор кривоват.

— Ты сломала ему нос?! — поворачиваюсь к Машке. — Почему я этого не видела?

— Ведьмы…

— Ян, а, Ян! — Маша приподнимается и дергает моего парня за волосы.

Ничего странного, просто у них дружба такая. Если она врежет ему, я совсем не удивлюсь.

— Отстань.

— Откуда ты знаешь, чего я хочу? — притворно обижается Маша.

— И чего?

— Итак, как главный говнюк этого года…

О нет.

Знаете эти игры в доктора?

Так вот, Маша, конечно, не играет в журналистку.

Но иногда порядком достает своим блогерством. Я очень рада за подругу. За ее успехи в журналистике, за ее блог, пользующийся бешеной популярностью, но… мы так-то отдыхаем от работы. Дай ей волю, она бы круглыми сутками вкалывала.

— Я не дам интервью для твоего блога, Машенька.

Не так давно Ян заключил контракт с издательством, теперь он у меняя рисует комиксы и графические романы. Вот Маша и пытается у него взять хоть коротенький блиц.

— А если я очень хорошо попрошу, Янчик?

Дохлый номер.

— Никогда не предлагай мне подобных вещей в общественных местах, — усмехается мой парень. — Иначе твой ревнивый бойфренд сломает мне челюсть.

— Вообще-то муж, — возражает Маша.

— И не только челюсть, — угрожающе обещает Дима.

— Эй, я для вас шутка? — притворно обижаюсь.

— Не бесись, — Ян целует меня в щеку. — Я слишком красив, чтобы жертвовать своей милой мордашкой.

Мы с Мирой смеемся, а Машка недовольно фыркает. На самом деле рассержено пыхтит, как ретро-паровоз.

— Заносчивый индюк!

— Я не понял, — Ян поворачивается к ней. — А почему я говнюк, когда есть Дима и Ник?

— Я ей не интересен, — произносит Тарасов. — Подумаешь, по клавишам иногда пальцами бью.

— Прости, но Эдвард Каллен в мои планы не входит, — Маша умоляюще смотрит на Диму. — Ты же обещал хранить и оберегать меня, уговори его!

— А мои песни тебя уже не устраивают?

— О! — Маша принимается хлопать в ладоши. — Вы слышали его новую песню? Она просто потрясающая!

Дима тихо включает демо-запись своей последней песни. Ник и Мира встают со своих мест и подходят к нам, чтобы послушать.

И эта песня, стихи, музыка…

Она о всех нас.

Не только о Маше и Диме.

А еще обо мне и Яне.

О Мире и Нике.

О каждом, кто любил и по расплавленному лавой стеклу шел к своей судьбе.

О любви с ароматом грушевого латте.

О любви и блинчиках с черникой.

О любви со вкусом полыни и апельсинового рафа.

О нас.

Раненных птицах, влюбившихся друг в друга.

А мы с тобой Как раненые птицы, Мы с тобой Были обречены Друг в друга влюбится. Пеплом по стеклу, Дождем в душе, Я все так же Тебя ищу, Любовь моя В неглиже. А мы с тобой Как раненые птицы, Двое под луной, Этой ночью нам Снова Не спится....

— А ты всего лишь художник, — шепчу я Яну.

— Не знал, что сходишь с ума от музыкантов.

— Я схожу с ума по тебе, Сотников.