Последнее лето нашей любви

Глава 36. Нина

Больше Федор не звонит и не пишет. Раньше бы пытался любыми способами со мной связаться, теперь же, видимо, я для него не существую. Да, наш разговор был не из приятных, я сама его отвергла, но сердцу все равно больно. Наверно, потому что оно молодое и глупое, жаждущее любви, такой, какая бывает только в кино.

Ольга ни о чем меня не спрашивает, да и зачем, если весь бар был свидетелем моей отвратительной ссоры с Побединым. Уж не знаю, что там происходило после моего ухода, но, подозреваю, что ничего хорошего. Новая же подруга послушно отправилась обратно в общежитие, еще и утешала меня, сказав, что выпила на сегодня достаточно и не стоит искать приключений на наши филеи. В комнате сразу же помогает мне раздеться, идет со мной в душ, стоит за стенкой, пока я рыдаю под тугими струями воды, а после собственноручно укутывает в плед и укладывает на свое место — нижнюю койку.

— Выпей, тебе станет легче, — подает кружку горячего ромашкового чая, стараясь не смотреть мне в глаза. — Хочешь обо всем этом поговорить?

— А есть, что обсуждать? Просто в очередной раз меня носом ткнули в мою идиотскую наивность. Знала ведь, что не стоит доверять его словам, но все равно это сделала. Какой позор, — искренне сокрушаюсь совершенной ошибке.

— Не вини себя ни в чем, Нинок. Ты не делала ничего плохого. Ты любила и верила в то, что его можно исправить. Увы, не получилось. Зато теперь ты точно знаешь, какой тип парней тебе не подходит совершенно.

Настолько убежденной в своих словах выглядит Оля, что я верю ей безоговорочно. И даже стыд за то, что я сама пошла на вечеринку вместо ночи над книгой, отступает. Потому что я не сделала ничего предосудительного, банально хотела развлечься с подругой, выпить немного пива, потанцевать — я это заслужила. То, что с парнями села пообщаться, вина только Федора, иначе бы я ни на кого и не посмотрела.

— Мой был из того же теста. Изменял мне направо и налево, а виноватой почему-то оказывалась я. И я, как истинная терпила, каждый раз прощала, верила его словам о любви, — приоткрывает маленькую дверку в свою душу Ольгина, решив поделиться наболевшим.

Слушаю её внимательно, и даже о Феде на какое-то время забываю. Поэтому задаю вопрос:

— Как же ты решилась от него отказаться?

— Это стало очень легко, когда на моем же дне рождения он переспал с моей лучшей подругой, а после узнала, что это был не первый их се-кс. Знаешь, такая боль подстегивает к действиям. Вот и я собралась и уехала, не смотря на уговоры моих родителей, из дома. Можешь себе представить, они еще и оправдывали этого утырка! — злится девушка, вспомнив не самые радостные моменты своей жизни.

Как-то внезапно разговор о моих проблемах перешел в разговор о чужих, однако, я совсем не против, потому что это помогает мне забыться. Попивая чай, слушаю стенания Ольги, иногда ей поддакиваю, показывая участие. Но по большей части пропускаю многое мимо своих ушей, дабы не напрягать и себя, и ее. Чужой момент слабости лучше не запоминать.

Ложимся спать мы не скоро. Пусть алкоголь и выветривается быстро из-за переживаний и ненужных слез, но нам есть о чем поболтать. И когда я все-таки укладываюсь на свою кровать, смотрю в темноте в сторону потолка, меня разрывает от противоречий. И при этом чувствую странное спокойствие, как будто нечто, стальными многотонными цепями тянувшее меня на дно, вдруг исчезло. Даже дышать мне сейчас куда легче. Потому что отношения с Побединым были разрушены не по моей вине.

Первое сентября наступает так быстро, что я даже и не замечаю. Вот рыдаю в подушку из-за бывшего парня, а вот, взяв с собой рюкзак, иду на первую, вводную, лекцию. Однокурсников у меня не много, но достаточно, чтобы не запомнить их всех сразу по именам. Почти пятьдесят студентов тут же делят на пять групп. Я оказываюсь в первой, еще и старостой. Видимо, именно из-за высших баллов на вступительном экзамене. Еще четыре старосты сплошь девушки, интересно, почему? Думаю, потому что они более ответственные.

Слушая декана, я записываю основные тезисы, помечаю самое главное ярко-зеленым маркером — так точно обращу внимание при последующих чтениях. Что меня удивляет сильнее всего, так это идеальная тишина в аудитории. В школьном классе я никогда такого не видела, поэтому сейчас радуюсь, ведь никто не помешает мне учиться, если так будет и на других парах.

Но в настоящий шок меня повергает отношение парней. Они смотрят на меня все также заинтересованно, как на той вечеринке в баре, хотя я одета совсем просто в строгий костюм с юбкой, не накрашена, а волосы собраны в конский хвост на затылке. «Как так-то?! Раньше же я для них была настоящей серой мышью, невидимкой. Что же изменилось?», — задаюсь вопросом, смущаясь под чужими взглядами.

— Меня зовут Петр, — протягивает руку парень, чем-то смутно мне знакомый. Он понимает заминку, — да, мы с тобой на вечеринке впервые встретились.

Припоминаю. Один из тех, с кем я тогда болтала, наслаждаясь вниманием. Он и тогда показался мне симпатичным, а сейчас, в другой обстановке, тем более выглядит настоящим красавчиком. И красота эта не из-за того, что парень тщательно следит за своей внешностью и спортивным состоянием тела, а просто от рождения, слишком уж субтилен Пётр, чтобы быть кем-то вроде Фёдора. Да и поступление его в университет говорит о том, что он предпочитает тратить свои силы на учёбу, а не на силовые тренировки.

Я не знаю, как к нему относиться, но считаю, что нужно проявить банальную вежливость, потому притягиваю правую руку в ответ, приветствуя его.

— Не думала, что встречу тебя так скоро, — улыбаюсь, думая о том, что будем часто видеться. Может, это и к лучшему, что Федор так отвратительно себя повёл, никаких угрызений совести теперь, только наслаждение новой жизнью. — Из какой ты группы?

— Из второй. А наши группы совмещены. Так что мы будем видеться достаточно часто, — я слышу в его голосе загадочное обещание, и мне это нравится. Тем временем студент улыбается мне, затем прощается, — вечером, на первой настоящей паре. У нас вроде бы английский язык?

Проверяю свое расписание и удостоверяюсь, что это так. Вот только с этим предметом у меня всегда были проблемы. Никакие учебники не помогут заговорить, как носитель, а именно этого требовала учительница в школе. «Если у него таких проблем нет, то можно попросить позаниматься со мной», — мелькает дельная мысль.

Ведь проще всего забыть старую любовь, это найти новую, не так ли?