Проклятье академии Ардман, или Все равно ты будешь мой (СИ)

Противостояние

Алан ожидал нас с Миной в холле общежития. На нём была надета свободная рубашка навыпуск ярко-алого цвета, прекрасно сочетающаяся с классическими чёрными брюками, а на ногах красовались до блеска начищенные лакированные туфли.

— Прекрасно выглядите, девочки, — широко улыбнувшись, заметил Алан, окинув нас с Миной оценивающим взглядом. — Прямо настоящие принцессы.

— Скажешь тоже, — отмахнулась от него моя подруга, однако от меня не укрылся лёгкий румянец, окрасивший её щёки.

— Признаться, я был удивлён, что вы решили пойти на эту вечеринку, — галантно открыв перед нами дверь, сказал Алан. — По крайней мере, ты, Мина, точно не выглядишь как поклонница подобных мероприятий.

— Это всё Элли, — тут же сдала меня та. — Она захотела пойти, а я подумала, почему бы нет? В конце концов, вдруг мне понравится.

— Если нет, я с радостью провожу тебя в общежитие, — с готовностью вызвался Алан, чем вызвал у меня острый приступ ревности.

— Её, значит, проводишь, а меня просто бросишь на произвол судьбы? — уточнила я, не удержавшись от сарказма. — Очень мило. У меня такое чувство, что я тут третья лишняя. Так что не буду вам мешать.

И, прибавив ходу, стремительно направилась в сторону административного корпуса, оставив эту сладкую парочку далеко позади.

Актовый зал располагался на первом этаже, и уже на крыльце слышалась доносившаяся оттуда оглушительная музыка, состоявшая из боя барабанов и гитарного соло — похоже, организаторы вечеринки решили отказаться от традиционной классики в пользу современной музыки. Я недовольно скривилась — как можно танцевать под это, я не представляла.

Зал был наполнен студентами, хаотично и бессистемно дёргающимися под музыку. Вдоль дальней стены тянулся стол, накрытый белоснежной скатертью. На нём стояли многочисленные большие плоские тарелки с закусками и внушительных размеров кувшины с напитками. На самом краю же ютилась стопка маленьких пустых тарелочек, которыми предстояло пользоваться гостям, если те захотят перекусить, а так же целая батарея пустых бокалов.

Помня предупреждение Алкура, я благоразумно воздержалась от напитков, сосредоточив своё внимание на закусках. Разговор с Аланом немного подпортил настроение, я даже флегматично задалась вопросом: «А зачем я вообще сюда пришла?» Ведь было очевидней некуда, что я ему неинтересна ни как принцесса Эллина, ни как студентка Элетра Лоуи. И никакие красивые наряды и успехи в учёбе это не изменят.

— Надо же, ректорская подстилка тоже здесь, — раздался рядом незнакомый насмешливый голос.

Я медленно обернулась. Передо мной стояла компания из трёх девиц примерно моего возраста, которых я видела впервые в жизни. Все трое довольно миловидные, в явно дорогих платьях. Одна — светловолосая и бледнокожая, со светло-голубыми глазами, вторая — тоже блондинка, но чуть темнее, с лёгким загаром и серыми глазами, подведёнными чёрным карандашом с умело прорисованными острыми стрелками, и, наконец, третья — жгучая брюнетка в платье, по фасону похожем на моё, но насыщенного красного цвета.

— Разве тебе не положено греть постель своего покровителя? — поинтересовалась сероглазая блондинка, глядя на меня с откровенным презрением.

— Не припоминаю, чтобы мы с вами переходили на «ты», — холодно ответила я, не впечатлённая словесной атакой. — Это во-первых. А во-вторых, у вас, должно быть, полностью отсутствует личная жизнь, раз вы так интересуетесь чужой.

— Шлюхам никто слова не давал, — огрызнулась на меня брюнетка.

— Да? А мне показалось, что ваша подруга задала мне вопрос, — положив в рот канапе, заметила я.

— Думаешь, ты тут самая умная? — брюнетка наградила меня уничижительным взглядом. — Хотя нет, о каком уме может быть речь? Ты ведь даже вступительные экзамены сдать не смогла.

— Точно, — поддержала её сероглазая блондинка. — Разумеется, пару раз отсосать ректору намного проще, чем учить билеты.

— Вам видней, — парировала я равнодушно, намеренно задержав взгляд на густо накрашенных помадой губах девушек, в то время как мои покрывал лишь тонкий слой блеска. — Судя по всему, вы уж точно имеете богатый опыт сосания.

Брюнетка недовольно поджала губы, а затем резко выбросила вперёд руку с бокалом чего-то красного, попытавшись облить меня напитком — я действовала чисто интуитивно, выставив перед собой щит. Уж что-то, а защищать себя я умела в совершенстве — иначе было просто не выжить.

— Как это оригинально, — фыркнула я, наблюдая за тем, как тёмные капли — скорее всего, вишнёвого сока, — стекают на пол. — Слова закончились, и вы перешли к делу. Браво! — я поставила свою тарелку на край стола и пару раз вяло хлопнула в ладоши. — А ещё мне интересно вот что. Вы не боитесь мести? Ведь, если я любовница ректора, мне достаточно сказать лишь слово, чтобы вас исключили из академии.

Ничего подобного я делать, разумеется, не собиралась. Мне просто было интересно услышать их ответ.

— Никто нас не исключит, — высокомерно вздёрнув подбородок, заявила голубоглазая блондинка, до этого хранившая молчание. — Мы — наследницы известных фамилий, дочери графов. А кто ты? Никто. Пустышка, кроме смазливой мордашки и умения раздвигать ноги перед нужными людьми ничем не примечательная.

Сама того не подозревая, девица наступила на мою больную мозоль. Пустышка со смазливой мордашкой… Это определение преследует меня всю неделю, произнесённое множеством голосов, начиная преподавателями и заканчивая студентами. И практически так же меня назвал Алан, когда разрывал помолвку.

«Может быть, они все правы? — мелькнуло в голове. — Вдруг кроме титула принцессы и красивого личика у меня ничего нет?»