Проклятье академии Ардман, или Все равно ты будешь мой (СИ)

Неожиданный защитник

Убежать далеко я не успела — в конце коридора, ведущего к кабинету Алваро, меня за руку схватил Коерт, буквально из ниоткуда возникший рядом со мной.

— Элли? Что случилось?

В голосе юноши слышалась искренняя тревога, но само его появление в столь «удачное» время, причём уже в который раз, вызвало у меня лишь глухое раздражение — в памяти сами собой всплыли слова Алкура о то, что Хонгсвангу доверять нельзя. И теперь мне начало казаться, что Хайот в своих предостережениях не так уж и неправ.

Я резко выдернула руку из чужого захвата и наградила парня колючим взглядом.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я, проигнорировав его собственный вопрос.

— К Фейтману иду, — пожав плечами, ответил Коерт. — У меня встреча назначена. — Моя открытая враждебность, очевидно, его ничуть не смутила, и он продолжил свои расспросы: — У тебя точно всё в порядке? Быть может, нужна помощь? Ты выглядишь расстроенной.

— Нет, мне не нужна твоя помощь, — категорично заявила я, отходя от юноши на шаг. — Просто оставь меня в покое!

— Элли, подожди, я всего лишь хочу помочь…

— Адепт Хонгсванг, мне кажется, девушка ясно дала вам понять, что в вашей помощи не нуждается, и продолжать настаивать с вашей стороны — верх неприличия.

Я вздрогнула и обернулась. На повороте коридора, скрестив руки на груди, неподвижно, точно мраморное изваяние, замер Вирайн, при этом вперив недовольный взгляд в моего собеседника.

— Профессор Кьет, — Коерт склонил голову в знак уважения. — Я не желал ничего дурного, просто хотел помочь.

— Нет ничего хуже навязанной помощи, — холодно заметил Вирайн. — Вы, как я понимаю, шли к ректору Фейтману? Вот и идите. С адепткой Лоуи я разберусь сам.

И хотя фраза «разберусь сам» звучала достаточно пугающе, я ощутила внезапное облегчение — этот мужчина уже не внушал мне опасений, и вот от него помощь я была готова с радостью принять.

— Элли? — Коерт вопросительно посмотрел на меня.

— Иди-иди, у меня всё в полном порядке, — заверила я его.

Юноша не выглядел убеждённым, однако спорить не стал, развернулся и направился в сторону ректорского кабинета. Я же перевела взгляд на своего наставника и благодарно улыбнулась.

— Спасибо, профессор Кьет.

— Не за что, — сухо бросил он, на мгновение задержал взгляд на моих браслетах, а после снова посмотрел мне в лицо. — Вы не пришли на ужин, так что Кея вменил мне в обязанность позаботиться о том, чтобы вы нормально поели. Ужин в моём кабинете вас устроит?

— Вполне, — заверила я его. — Но если вам неудобно…

— Если бы мне было неудобно, я бы вас не позвал.

— И вас не смущают слухи? — на всякий случай уточнила я. — Вдруг кто-то увидит, как я вхожу в ваш кабинет, да ещё и в такое время…

— Рабочий кабинет — не спальня, это раз, — совершено равнодушным голосом ответил Вирайн. — Вы — моя личная ученица, это два. И до отбоя ещё далеко, это три. Так что прекращайте придумывать глупости и следуйте за мной.

— До этого вы единственный раз на занятии на меня не накричали, и это стало причиной, чтобы распускать всякие грязные слухи, — справедливости ради заметила я, покорно двинувшись следом за преподавателем по коридору.

— Что лишь говорит о том, что у студентов много свободного времени и мало мозгов, — Вирайн резко остановился и наградил меня пристальным взглядом. — Вас именно это задело сильнее всего? Что вас записали в мои любовницы?

Я растеряно моргнула.

— Эм… причём тут вы? — не поняла я. — Мне в принципе не нравится, что все считают меня девицей лёгкого поведения, прыгающей по койкам. И тут не играет роли, кого именно мне прочат в любовники: вас, ректора или кого-то ещё.

— Слухи будут ходить всегда, — пожал плечами профессор Кьет. — Они — бич любого коллектива. А в Ардмане не так много объектов, про которые можно безопасно для себя распускать сплетни. Так что тут у вас два пути: пытаться каждому закрыть рот, лишь раззадоривая сплетников и подкидывая им новые темы для обсуждения, или включить мозги — а я уже убедился, что они у вас есть, — и просто игнорировать все выпады в свою сторону. Вот увидите, как только вы перестанете реагировать на оскорбления, сплетни утихнут сами — ведь нет никакого интереса поливать грязью того, кому на это наплевать.