(Противо)показаны друг другу

Глава 16

Через двадцать минут непрерывного хождения по лесу, я все же не выдержала. Во-первых, скорость у Юсупова нереальная, во-вторых, новая обувь, какой бы удобной она ни была, априори натирает ноги. А я, блин, не планировала, шастать столько времени. У меня коттедж в голове мелькал!

— А нам еще долго? Я как бы устала, — ускоряю шаг, дабы наконец-то поравняться с Егором. — Чо ты так быстро идешь?

— Не ной.

— Да я еще и не начинала. Ну, Егор!

— Ну, Лиля, — передразнивает меня в ответ, но все же сбавляет скорость.

— Давай передохнем.

— Нет. Мы и без того отстали от других. Они уже свои палатки явно начали ставить. А я не люблю быть среди отстающих, — не любит он, блин. От злости топаю со всей силы ногой.

— Я тебе сейчас на спину плюну или пенделя дам, если мы не остановимся хотя бы на пять минут.

— Рискни.

— Ну какой же ты все-таки гад. Ладно, я ноги натерла, мне больно. Имей совесть, — наконец сдаюсь я.

— Ноги натерла? — озадаченно интересуется Юсупов, резко остановившись на тропинке.

— Да! — скидываю балетки, демонстрируя проступающие кровяные мозоли через капрон.

— Наверное, это знак свыше — переодеться, в том числе и обувь. Окей, мы делаем перерыв на пять минут. Переодевайся, и верх тоже, — скидывает на землю свои сумки. — Пластыри есть?

— Конечно же, нет. Я не планировала шастать в новой обуви по лесу.

— А что ты планировала? — как бы невзначай произносит Егор, копошась в одной из сумок. Достает пластыри и переводит на меня взгляд.

— Честно?

— Желательно.

— Я думала мы будем отдыхать в коттедже. С бассейном, джакузи и кучей вкусной еды. А мы идем в жопу мира ставить палатку, спать на холодной земле, да еще и с какими-то левыми людьми. Я презики взяла, думала мы трахаться будем. Я была уверена, что ты устроишь мне двухдневный трахомарафон, а не вот это вот все, — разочарованно обвожу руками лес. — Что ты на меня так смотришь?

— Да так, — улыбнувшись, произнес Егор. — Первый раз встречаю человека, точнее девушку, которая так открыто говорит о том, чего хочет. А вообще не боись, потрахаемся. Это дело не хитрое. Давай переодевайся.

— Это ты так говоришь, потому что все там себе уже поди стер, перетрахав полпотока. А я — нет. Тебе, наверное, уже так и не хочется, — достаю из рюкзака кроссовки и одежду. Оборачиваюсь по сторонам. Хоть вокруг лес и озеро, но переодеваться все равно стремно.

— Вообще-то я не трахал полпотока. И ничего у меня не стерлось к твоему сведению.

— Ну четверть. Не стерлось и слава Богу, мне хоть что-то достанется, — обиженно произношу я, скидывая с себя пиджак. — Ты не отвернешься?

— Ты нормальная вообще? Хотя, о чем я, где нормальность и где ты. Давай переодевайся, не беси.

Поворачиваюсь боком к Егору и скидываю с себя платье. А вот дальше неуклюже и совершенно антисексуально снимаю с себя чулки. Вот вроде бы не смотрю на Юсупова, но чувствую фиг пойми как, что он улыбается. И это раздражает.

— Жопа мне твоя очень нравится. Прям очень-очень. За такую можно и потерпеть твои выкидоны, — резко разворачиваюсь к нему.

— Не пойму, это комплимент? Вроде да, и вроде как-то грубо, — беру джинсы.

— Комплимент. Охуенная у тебя жопа, Лиля.

— Фу, как грубо.

— Не тебе говорить о грубости, анти-девочка.

— Что ты сейчас сказал? — машинально выронила джинсы, как только осознала сказанное Егором.

— То, что слышала. В тебе от девчачьего разве что одно имя. Мне, кстати, не нравится оно. Злишься? — могу поклясться, что Юсупов сказал это специально для того, чтобы меня разозлить. И ему это очень даже удалось. Становлюсь аккурат напротив него и со всей силы толкаю его в грудь.

— Чего мне злиться на ущербных, — самое противное, что он даже не сдвинулся с места. Как будто знал, что я ударю его и специально напрягся.

Когда в следующую секунду я делаю очередной замах руки, Егор ее ловко перехватывает. Сама не поняла, как мы начали драться. Ну если быть точной, то дралась я, Юсупов скорее мастерски отбивался, при этом совершенно не скрывая смеха. Ему определенно весело. Смотрю на его улыбку и понимаю, что моя злость на его обидные слова куда-то улетучилась. Почувствовав во мне перемену, он хватает меня за руку и валит на траву. Наваливается сверху и сквозь смех присасывается к моим губам.

А дальше происходит что-то неподдающееся никакой логики. Словно заведенные мы начали стаскивать друг с друга одежду. Первой голой оказалась, само собой разумеется, — я, однако и Егор не долго оставался одетым. Единственное, что я запомнила в этой спешке, что этот с виду хам, постелил мне под попу свою толстовку.

Мне хватило нескольких поцелуев в губы и едва заметных ласк там, чтобы почувствовать влагу между ног. Фу, такой быть, фу! Стыдно за свою готовность. Однако я забываю об этом, когда Егор начинает двигаться во мне. Сейчас это не больно. Не сказать, что приятно, но уж точно не больно. Раздражает то, что он снова сдерживается. Дико раздражает!

— Не сдерживайся, — хрипло произношу я, пытаясь сконцентрироваться на своих ощущениях.

Я достаточно быстро подстраиваюсь под его толчки, ноги как-то сами оплетают его торс, и я даже не задумываюсь о том, что могу делать что-то не так. Сильно впиваю ногти в плечи Егора, когда он наконец-таки перестает строить из себя недоджентльмена и продолжает двигаться как надо. Сумасшествие какое-то — заниматься сексом на траве, да еще и в лесу. Полностью отдаюсь ощущениям внизу живота и как только мне кажется, что я вот-вот поймаю этот всеми обсуждаемый оргазм, Юсупов делает финальный толчок и замирает. Ну, блин!

Шумно выдыхаю ему в шею, как только Егор перекатывается с голой задницей на траву, завлекая меня за собой. Фактически, я лежу на нем. И это пипец как странно и непривычно. А еще странно то, что я совершенно не проконтролировала наличие презика. А он, оказывается, был. Когда, блин, Егор успел его натянуть и уж тем более стянуть? Спринтер, блин.

— Надо что-то сказать, да? Желательно хорошее? — еле слышно произношу я, всматриваясь в его лицо. Только сейчас я замечаю шрам на его брови. Свеженький. Сто процентов полученный в драке за Аню. От чего-то становится неприятно. А что если в действительности он был в нее влюблен? Почему-то задумалась я об этом только сейчас. Пытаюсь отогнать от себя неприятные мысли, но не получается. Рука сама тянется к его шраму. Провожу по нему пальцем, Юсупов же закрывает глаза в ответ на этот жест.

— Ну если есть сказать что-то хорошее, то давай, — после продолжительной паузы наконец произносит он, перебирая мои волосы.

— Хорошее… ну у тебя красивые глаза. Похожи на пельмешки, — на мой комментарий Егор лишь усмехается. — А плохое — я как бы не кончила. Точнее я бы хотела, чтобы через это прошла моя Марьиванна, а не только… бугорок счастья.

— Теперь я понимаю почему у тебя не было секса.

— Почему?

— Ты просто не могла до него дойти с таким языком, — выдает Егор, сотрясаясь от смеха.

— Чо это? С тобой же дошла.

— Считай, что я — экстремал.

— Ты — какашка. Где мой оргазм?

— Ну ты и наглая, Синичкина, — улыбаясь, произносит он.

— Какая есть. Так где мой оргазм?

— Спроси у Марьиванны какого хрена она не сподобилась кончить. Стерва такая, ставит под сомнение мои трахательные способности.

— Обязательно спрошу, но она мне не ответит. Эх…

— Не переживай, будет праздник у твоей Марьиванны, не с третьего, так с пятого раза.

— Уже на пятый перешел. Нет уж, давай с третьего. А ты когда-нибудь занимался сексом в лесу?

— Никогда.

— Круто. Дай его потрогать, — устремляю взгляд на Юсуповский пах, приподнимаясь на одной руке. — Всегда хотелось это сделать в живую.

— Не дам. У тебя руки грязные, — насмешливо произносит Егор, подложив под голову руки.

— Ты офигел? Как меня трогать своими пальцами — так нормально, а как я тебя — нет?

— Это была шутка. Трогай, — дает добро Юсупов, явно насмехаясь надо мной. Да и по фиг. Тяну руку к его хозяйству и без стеснений начинаю ощупывать его.

— Если честно, я думала это будет неприятно. Брезгливо. А нет, очень даже ничего. Все-таки у вас так интересно устроена физиология, — сжимаю его член, на что Юсупов накрывает мою руку.

— Ну, блин, нежнее.

— Пардон, а хочется сжать еще сильнее, — еле сдерживая смех, произношу я.

— Ну кто бы сомневался.

— А правда, что у вас всегда стояки по утрам? — пропускаю мимо ушей его фразу и наконец-таки отлипаю от его хозяйства.

— Не всегда и не у всех.

— А у тебя?

— Узнаешь, когда проснешься утром рядом.

— А еще вопрос можно? Ну он прям тупой. Даже два вопроса.

— Валяй, я ж, в отличие от тебя, кончил, так что надо и тебя удовлетворить, хотя бы словесно.

— Ну, спасибо. Итак… если вы просыпаетесь утром со стояком, значит вы реально всегда хотите секса? И вот прям сразу готовы?

— Член по утрам стоящий не есть член секса хотящий, а есть член поссать просящий.

— Серьезно?!

— Не всегда, — уклончиво отвечает Егор, присев на траве. При этом улыбки не скрывает. Тянется за одеждой и сначала подает мое белье, затем тянется за своим. — Ну давай второй вопрос.

— А мочиться при стояке реально? Там же фонтан должен быть.

— Да, Лиля, — многозначительно протянул Егор, надевая трусы. — Поблагодари Всевышнего, что на твоем пути встретился я. Иначе, ходила бы ты до конца жизни старой девой.

— Да прям. У меня всегда есть Саша. Он влюблен в меня уже как сто лет. Мне только пальцем его поманить и все. Так что не обольщайся, я ему такие вопросы бы не задавала. А тебе запросто.

— А что это за честь такая?

— Какой ты, такие и вопросы, — обиженно бросаю я, наспех надевая белье. Ну не признаваться же ему, что ему такие вопросы задавать комфортно, да и вообще с ним можно не фильтровать речь.

— Ну-ну, обращайся к Саньку. Только не одновременно со мной, я девками не делюсь. Давай ускоряйся, из-за тебя мы будем в отстающих.

— Из-за меня?! — возмущенно бросаю я, надевая наспех одежду.

— Из-за тебя.

Ну вот как так-то?! Все же было нормально и на тебе! Юсупов подходит ко мне и дает мне пластыри. И только когда я их налепила, до меня наконец-таки дошло — я не взяла носки.

— Ну что опять тормозим?

— Я забыла носки.

Я ожидала в ответ какой-нибудь гадости, но уж точно не того, что Егор достанет из сумки свои носки и даст их мне.

— Спасибо, — тихо произношу я.

Несмотря на то, что словесная перепалка еще минуту назад меня взбодрила, сейчас, вновь быстро шагая за Егором, меня конкретно потянуло в сон. Наше молчание затянулось аккурат до пункта назначения. Только когда увидела на поляне друзей Егора, сон как рукой сняло. Я терпеть не могу новые знакомства, это, черт возьми, стресс. Что мне особо не понравилось, так это то, что друзей оказалось трое. Двое из них — пара, и одна какая-то малолетняя девка, активно повиснувшая на Егоре. Вот на кой черт брать какую-то девку без парня?

— Мила, ни фига себе, как ты вымахала, — удивленно бросает Егор.

— Я старалась, — с улыбкой произносит она, наконец отлипнув от Юсупова. Переводит на меня взгляд. Фу, проблядушка малолетняя.

— Это Лиля — моя девушка, — неожиданно произносит Егор, прижимая меня к себе за плечо. В данный момент я готова его за это расцеловать! — Аленка и Костя — мои школьные друзья, по совместительству еще и бывшие одногруппники. Мила — сестра Алены.

Какой неловкий момент. Ощущение, что я тут никому не приглянулась. Да и по фиг! Девушка Юсупова здесь я!

— Так, ну все, за работу. Учитывая, что ваша палатка еще не собрана, будем соревноваться кто быстрее.

— А на что будем соревноваться? — интересуется проблядушка.

— На интерес. Все, за работу.

Я с Егором явно не команда, для меня все эти штуки — темный лес, работает он один, я же просто сижу на бревнышке, рассматривая его. Несмотря на то, что посторонние люди меня раздражают, а перспектива спать в палатке удручает, мне нравится эта картинка. Точнее, мне нравится Егор. Да, когда мужчина умеет работать руками — лично меня восхищает. Проблема в том, что им восхищаюсь не только я. Мила или как ее там, старательно делает вид, что помогает выстраивать свою палатку, на деле же все время косится на Егора. Я не знаю, что на меня находит. Встаю с места и подхожу к Юсупова. Демонстративно целую его в губы, причем так, что этот звук слышат все.

— Ты такой умничка, — шепчу ему в губы. — Прости за те слова.

— Не пугай меня так, Синичкина, — ошарашенно произносит Егор, облизывая свои губы.

— Не буду. Давай, я хочу, чтобы ты был первым.

— Я и так первый. Во всем.

Да, самомнение выше крыши, ну и по фиг. Так даже лучше.

Вот уж не могла бы подумать, что к вечеру я забуду о каком-либо дискомфорте. Все оказалось лучше, чем можно было представить. Может, тому виной третья рюмка рома, а может просто хорошее настроение. Или вкусный шашлык, приготовленный мальчиками, или то, как Юсупов играет на гитаре. Никогда в жизни бы не подумала, что он на такое способен. Мда, так и влюбиться в него — на раз два плюнуть.

Подумать только, еще несколько часов назад я была в полном расстройстве, а сейчас хочется плясать от этой лесной романтики. Точно, романтика! Одно только портит — малолетка, не сводящая взгляда с Егора. А ведь она и вправду оказалась ею. Ей всего семнадцать. А так и норовит всякий раз залезть на Егора. Сучка! Не хочется оставлять Юсупова без присмотра, но мочевой пузырь зовет. Вот он один из минусов — старый добрый туалет в виде куста. Только трусы стянуть я не успела. Мне в лицо плеснули чем-то холодным.

— Ты — сука! — поднимаю взгляд на… малолетку.

— Надеюсь, это была вода, — вытирая лицо, спокойно произношу я, а у самой же все зудит от злости.

— В следующий раз будет серная кислота. Я тебе это обещаю. Чтобы завтра утром свалила отсюда, сославшись на что угодно. Я не просто так ждала его столько лет. Егор — мой мужчина.

— А он насчет этого в курсе? — усмехнувшись, произнесла я. Зря.

В момент, когда эта дрянь толкнула меня со всей силы, и я, не удержавшись, упала на землю, я поняла, что с ней надо быть осторожнее. Ну это поняла здравая часть меня, а вот бунтарка, ищущая справедливости — завопила во все горло. Именно поэтому, как только я вскочила с земли, не раздумывая, толкнула малолетку в ответ. А вот дальше я не поняла, как это случилось, но мы вцепились в волосы друг друга. Видимо, поняв, что моя худощавая с виду фигура обладает вполне себе нормальной силой, девка струсила и завопила во все горло «Помогите». Я же от такого опешила и разом отпустила эту сучку.

Вот только я ее недооценила, эта полудурочная в одно мгновение подлетела к рядом стоящему дереву и дважды со всей силы провела лбом по дереву. Полный писинус.

— Аленка, — жалобно произносит сука, отлетая от дерева. — Эта ненормальная на меня напала, — чуть ли не скуля, произносит Мила, обнимая сестру.

— Что здесь происходит? — озадаченно бросает Егор, осматривая поцарапанный лоб малолетки.

— Она приревновала меня к тебе и напала на меня! Ударила головой о дерево! — и все, я выпала в осадок, как только эта малолетка разревелась. Молчу как рыба, наблюдая за тем, как три пары глаз укоризненно смотрят в мою сторону. Ну прекрасно, попробуй теперь оправдаться!

— Головой о дерево?! — нахмурив брови, интересуется Юсупов, крутя голову этой сучки из стороны в сторону. — Да быть такого не могет, — это что, он сейчас пытается свести все в шутку?! — Максимум для Лили — это вцепиться в волосы, да и то явно не из-за ревности к моей скромной персоне. Она у меня не ревнивая, — уверенно бросает Юсупов, от чего мне становится смешно. Да, ни фига он обо мне не знает. Хотя я и сама только сегодня поняла, что, по сути, ревную его к Ане, да и к этой малолетке. — Ты ничего не путаешь, Мил? — продолжает осматривать лоб мерзавки, а я как будто язык проглотила. Жесть! — Лиля просто взяла напала на тебя сзади и херакнула фейсом о кору, мотивируя это ревностью? Или, может быть, что-то до этого было? — сучка молчит, явно придумывая, чем бы еще больше опорочить меня, а я… я себя ненавижу за то, что слова вымолвить не могу.

— Да, я пошла в туалет, а она напала на меня сзади! Сначала схватила за волосы с возгласом больше к тебе не подходить, а потом ударила о дерево.

— Охрененная у тебя девушка, Егор. Таких в твоей коллекции еще не было, — зло бросает Алена, потянув сестру на себя. Коллекция? Однако, неприятно даже в столь дебильной ситуации.

— Таких точно не было. Уникум, — задумчиво произносит Юсупов и переводит на меня взгляд. — А ты чего молчишь, уникум, так все и было? — небрежно бросает Егор, делая шаг ко мне, и тут же смахивает с моего лица мокрую прядь волос. — При всем уважении, Аленка, надо дать слово двум участникам сего процесса, — "Аленка", блин, что-то меня он так мило не кличет. — Лиля, прием. Так все и было? Или у тебя есть своя версия?

— Я ее не трогала, — это сейчас я сказала? Вот так просто и все? Ну и кто мне поверит?!

— А кто трогал, твоя рука?! — не унимается старшая сестрица, жалея младшую.

— Это сделала она сама. И водой меня облила! Твоей сестре, Алена, надо кукушку подправить, у нее реально не все дома. И доказывать я вам ничего не буду, — разворачиваюсь, дабы сбежать из этого зверинца, но Юсупов перехватает меня за руку.

— Чо-то девки вы взяли и все испортили, фу на вас, — чуть заплетающимся языком произносит Костя.

— Одна девка, — укоризненно отмечает старшенькая.

— Не хотелось бы тебя огорчать, Ален, но сдается мне, что испортила все именно Мила, — вполне серьезно произносит Егор. — Причем своей же рукой. Ну, точнее головой. Судя по царапинам на лбу, твоя сестра им протерлась о дерево.

— Ты нормальный вообще, Юсупов?! — возмущенно бросает Алена.

— Да, Аленка. Если ты включишь немножко объективность и забудешь о том, что Мила твоя сестра, то вспомнишь, что первая в кустики потопала Лиля, а затем ушла Мила, что уже не сходится с рассказом твоей сестры. Уж про лоб я повторять не буду.

— Тебе бы тоже не мешало включить объективность и забыть о том, что ты трахаешь свою подружку и посмотреть на эту ситуацию не взирая на личные симпатии!

— Я ее сейчас и включил, в отличие от тебя, — вырываю наконец-то свою руку из ладони Егора и не раздумывая бегу к палаткам.

Почему-то Юсупов, несмотря на то что вроде как на моей стороне, в данную минуту выводит меня из себя. Если бы он не притащил меня на это сборище незнакомых людей, ничего бы этого не было. Однако, надо признать, что больше Егора бесит меня разве что… я сама. Никогда не думала, что буду такой рохлей. Тошно от самой себя. Умом понимаю, что даже если ситуация в итоге разрешится в мою сторону, оставаться я здесь больше не хочу. Мне никто не будет рад. Алкоголь моментально выветривается из организма. Уже нет никакого веселья и расслабона.

Быстро забираюсь в палатку и начинаю искать свои вещи. Вот только спустя несколько секунд до меня доходит, что моих вещей здесь нет. У меня, блин, ничего нет! А вот надутый матрас в палатке — есть. Когда Егор успел его надуть? Какое-то необъяснимое разочарование въелось в мое сознание. Хуже всего то, что Юсупов ко мне не спешит. Это, блин, не кино, где принц побежит за принцессой. Да и какая я, к чертям собачьим, принцесса? Прав он, нет во мне ничего девичьего. Разве что одни розовые мечты, о которых никто не знает и одно название "девочка".

Оглядываюсь по сторонам — никого. Уйти вот так втихаря, когда темно и топать до трассы более получаса? Ну это надо быть полной дубиной. Все же инстинкт самосохранения еще работает. Не хочу снова получать приключения на свою многострадальную задницу. А чего-то хочется.

Вряд ли нормальная девушка потянется к сумке своего… парня, что ли. А вот я — да. Никогда у меня не было особого желания напиться, а вот сейчас я, не задумываясь, хватаюсь за алкогольный запас Юсупова и открываю новую бутылку виски. Выпиваю залпом несколько глотков и, почувствовав обжигающую силу напитка, на несколько секунд застываю, пытаясь понять свои ощущения, а затем снова хлебаю вискарь как последняя алкашка. Фу! Что бы на это сказала бабушка? Стыдно и противно, однако я продолжаю его глотать, пока чертов вискарь не лезет мне обратно.

— Черт возьми, ты разрываешь все мои шаблоны, ну что это такое? — слышу над ухом насмешливый голос Юсупова. Поднимаю на него взгляд, а он тут же выхватывает из моих рук бутылку, от чего ее содержимое расплескивается на нас двоих. Хотя я и без того уже им облита.

— Будем считать, что в душе я ранимый цветок и меня подкосила сия ситуэйшейн. А может, я просто потенциальная алкашка. Чо уставился?! — выхватываю обратно бутылку.

— Ты бы так борзо разговаривала несколько минут назад, когда на тебя бочки гнали, а ты свой язык в жопу засунула. Только со мной его можешь использовать?!

— Где хочу, там и использую, — снова отпиваю залпом виски, при этом закрываю нос пальцами, дабы не чувствовать этот сильный запах. Ну что я творю?! — Так, для справки тебе — ты ни хрена обо мне не знаешь.

— А это сейчас к чему? — вновь выхватывает из моих рук бутылку и сам отпивает виски.

— К тому, что я так хочу.

Немедля выбегаю из палатки и быстро направляюсь к берегу озера. Понимаю ли я, что во мне играет алкоголь? Скорее всего, да. Однако хочется совершить что-то этакое. Ну и пописать, конечно, ибо моему мочевому пузырю этого не дала сделать малолетняя сука. За считанные секунды скидываю с себя кроссовки, джинсы вместе с джемпером и, не раздумывая, плюхаюсь в воду в одном белье.

Холодную воду я не ощущаю, то ли от того, что середина сентября еще балует теплом, то ли от гуляющего в крови вискаря. Черт возьми, сейчас мне хорошо. В данную минуту я ощущаю в своем теле одновременно необычайную силу и легкость.

— Ты чокнутая на всю голову, Синичкина. Бесишь! — слышу рядом с собой голос Юсупова и моментально останавливаюсь в своем заплыве. Черт возьми, мне жуть как приятно, что он поплыл за мной.

— Ты меня тоже. У нас взаимные чувства, — поворачиваюсь наконец к нему лицом. — Разобрался со своей чокнутой обожательницей?

— Почти. Думаю, ей надо к мозгоправу. Это не в моей компетенции. Милы здесь не должно было быть. Алена не в курсе ее фанатичных идей на мой счет. Да и я, честно говоря, думал, что за три года у ребенка перестроился мозг в нужную сторону. В общем, не обижайся на Аленку, она… — делает паузу. — Хорошая девчонка. Просто, как и положено вступается за сестру. У нас высокая вероятность заболеть, учитывая такой заплыв, а это не входило в мои планы. Давай на берег, Лиль.

На берег не хочется от слова совсем. Вместо того, чтобы послушать по всем статьям правого Егора, я, усмехаясь, начинаю очередной заплыв вглубь. Правда, быстро останавливаюсь из-за появившегося рядом Юсупова.

— Ты оглохла? Давай на берег.

— Не хочу. А ты был влюблен в Аню?

— Ты серьезно задаешь сейчас мне этот вопрос в десятиградусном озере?!

— Да. Сложно придумать достойный ответ?

— Мне незачем его придумывать. Я не был влюблен в Аню. А даже если да, то с хера ли мне придумывать какой-то достойный ответ?

— Зачем тогда ты с ней начал встречаться? — пропускаю мимо ушей его последнюю фразу.

— А ты зачем захотела со мной сюда поехать и занялась сексом в лесу? От большой любви? — молчу, не зная, что ответить на этот вопрос. Сейчас уже и алкоголь начал отступать, а вот холод стал пробирать все мышцы. — Поплыли, Лиль. Реально сляжем из-за твоего алкашного заплыва.

— Я люблю плавать.

— Я тоже, но не в такое время года.

— А знаешь, ты козел, Юсупов. Я, между прочим, из-за тебя спала в бигудях, а ты даже не заметил какая я сегодня красивая… была. Подумаешь, трусов нет кружевных и шелковых? Ну и что, если вы все равно их снимаете, — сама не понимаю, как я такое произнесла вслух.

— Я заметил. И мне не понравилось это лишь по той причине, что здесь вместо Милы должен был быть мой свободный друг-одноклассник. Ты и сейчас очень даже ничего с потекшей тушью и хер знает еще чем.

— Это комплимент? — усмехнувшись, произношу я.

— Констатация, — тянет меня на себя за руку и накрывает мои холодные губы своими. Есть в этом что-то необычное и очень даже приятное, несмотря на пробирающий тело холод. — Самое время согреться. И это точно будет не здесь, — шепчет мне в губы. — Либо ты сейчас цепляешься за мои плечи и добираешься до берега на мне, либо…

— Я согласна, чего б не покататься на твоих плечах, — хватаюсь за Егора, тот не раздумывая плывет к берегу.

Стоило только вылезти из воды, как я поняла насколько глупо поступила. Если я не заболею — это будет чудо. Беру свою одежду вместе с кроссовками.

— Синичкина, не хрен по сторонам ворон считать, быренько в палатку, — хватает меня за руку и ведет к нашему скромному ночлегу. Буквально впихивает в палатку, не дав мне толком оглядеться.

— Где твои друзья?

— Вот щас разбежался их искать. Давай снимай белье.

Юсупов снимает с себя боксеры и тянется к моему лифчику. Не успела возразить, как оказалась и без него, и без трусов. Егор фактически уложил меня на надувной матрас, а дальше в легкую раздвинул мои ноги.

— Сейчас будем греться, Синичкина. Ну и удовлетворять твою грешную душеньку.

Черт возьми, нет в этом ничего красивого. Лежу голая с растопыренными ногами и… мамочки, Егор наклоняется к моей обиженной Марьиванне и… это, блин, то, что что я думаю?!

— Я не хочу этого, Егор, — пытаюсь свести ноги, на что Юсупов жестко пресекает мою попытку. Я сама не знаю чего хочу. Просто это слишком… слишком, даже не знаю, как сказать! — Не надо, — жалобно скулю я.

— Надо, — отрезает он и проводит языком по моей плоти. Охренеть. Не день, а сплошные качели.