(Противо)показаны друг другу

Глава 20

Нехотя захожу в аудиторию и, ни на кого не обращая внимания, сразу же усаживаюсь за парту.

— Ты чего?

— Что? — поднимаю взгляд на Сашу.

— Выглядишь так, как будто кто-то умер.

— Ну спасибо. Я просто не выспалась, — зачем-то объясняю я.

Забавно, но я реально не выспалась, учитывая, что не сплю уже вторую ночь подряд. Облокачиваюсь головой на холодную и явно нечистую стену и тут же закрываю глаза. Нет, спать мне не хочется совсем. А может и хочется, да только дикая боль в пальце и, кажется, уже по всей руке тупо не дает мне этого сделать.

Я — трусиха, которая не способна даже обратиться к хирургу. Просмотренной гадости на пятом курсе в гнойной хирургии мне хватило для того, чтобы обходить этих товарищей стороной. Как представлю, что мне так же адски разрежут палец и начнут его потрошить, у меня начинается тошнота и головокружение. И это не от брезгливости, скорее от страха боли. Я — дура, которая надеется на то, что пройдет само, главное мазью намазюкать и прикрыть этот страх бинтом. Обиднее всего, что этого ничего бы не было, не сделай я этот сраный маникюр. Кому он на фиг нужен был?! Злость на себя, кажется, еще больше усиливает боль.

Однако она быстро притупляется, как только я чувствую приятные касания на шее. Я даже не понимаю, что это. Что-то тонкое, не похожее на пальцы. Но что-то определенно приятное, что вызывает россыпь мурашек по телу. Так, стоп, я же на учебе. Резко открываю глаза и разворачиваюсь назад. Ручка. Это была всего лишь шариковая ручка в руке Юсупова. Молчу, уставившись на него. Впервые за пять дней я вижу на его лице что-то наподобие улыбки. Не злой. Каюсь, в какой-то момент мне показалось, что он может меня как-то подставить или опозорить за отказ. Не сказать, что его смс, оставленные мной без ответа, сквозили злостью, но чувствовалось, что он на грани. Несколько секунд смотрю на его лицо, а затем отворачиваюсь, не в силах выдержать его взгляд. Да, как ни крути, мне нравится его внимание.

Егор 8:58

«Еще немножко и я буду плохо себя вести. Хочешь меня плохого?»

Не отвечать. Игнор, так игнор. Сама решила, сама и исполняй. Откладываю телефон в сторону и пытаюсь сосредоточиться на том, что так старательно начинает вещать препод.

Учебный день проходит под тремя обезболивающими. С последней лекция я тупо сваливаю. И пусть до работы еще пару часов и я могу остаться на половину лекции, но желания нет. Хотя у меня сейчас только одно желание — отрезать к чертям собачьим палец. Не успела даже накинуть на себя плащ, как оказалась припертой к стенке.

— Ты дурак, что ли? Напугал!

— Временами дурак. Ты мне порядком надоела, прогульщица.

— Что-то незаметно, исходя из твоего повышенного внимания к моей скромной персоне, — с сарказмом отмечаю я. И вдруг понимаю, что впервые за пять прошедших дней испытываю неподдающееся логике наслаждение. А может, логика проста и у меня просто интоксикация.

— Знаешь, я мог бы строить из себя дурочка и выпендриваться как ты, но не буду. Если я чего-то реально очень хочу, я этого добиваюсь, Лиль, — шепчет мне в губы, поставив руки по бокам от моей головы. — Я всегда достигаю того, что мне нужно.

— С Аней не прокатило, достигатор, — вот не знаю зачем я это сказала. Яд из меня так и прет.

— Нееет, — протяжно произносит он, улыбаясь в тридцать два зуба. — Я бы и подружку твою со временем бы добил, пусть и грязными способами, если бы было большое желание. Вот аккурат после недавнего посещения клуба, я бы с легкостью мог ее трахнуть, поставив галку. Схемы, как бы это произошло, расписывать не буду. Вот только я умею останавливаться и не потому, что не могу чего-то достичь, а потому что соперничество с собственным братом, пусть и подстегивает, но выглядит пошловато, учитывая, что он сделал для меня и что испытывает к твоей болтливой подружке.

— Окей, рада за тебя. Прогульщице надо идти, работа не ждет.

— Ну да, ну да, члены продавать это большое искусство. Зайду к тебе сегодня на огонек. Мне больше всего понравился отдел с плетками и подобной хренью. Там был по акции такой красненький флогер из велюровой кожи, я прям для тебя его присмотрел. Сегодня же прикуплю его для твоей жопки, — отпускает руки и тут же подмигивает мне.

Я не знаю, что меня больше шокировало, то, что он узнал, где я работаю или то, что он реально был в моем магазине, учитывая, что там имеется красный флогер по акции! Пипец. Полный!

К концу моей смены я реально выдохнула, не обнаружив среди клиентов Юсупова. Теоретически, за оставшиеся десять минут он может здесь появиться, но учитывая время — все же это перебор. Не настолько Егор на мне зациклен, чтобы это делать. Однако как-то он узнал, где я работаю. Неужели следит? Ну, это вообще пипец тогда. Скидываю под кассой сменные балетки и надеваю туфли. Сегодня я точно намерена поспать, не даром я потратила столько бабла на снотворное.

Сложно сказать, что я на самом деле испытала, когда прозвенели колокольчики и на пороге сего разврата появился Егор. Но слюна в горле определенно застряла.

— Мы закрываемся, — все, что я смогла из себя родить, когда поняла, что Юсупов начал конкретно расхаживать по залу.

— Не звезди, у меня еще официально три минуты. А учитывая, что я вошел до закрытия магазина, я могу тут ошиваться до тех пор, пока не выберу все необходимое. Давай сюда, Лилия Мимосраловна. Помоги мне выбрать хорошие наручники, чтобы сидели плотно, но рукам не давили. Розовые и с пушком не предлагать. Ну? Я долго буду ждать? Я в курсе, где лежит книга для жалоб, если что. А памятуя, дорогая моя, что ты некогда потеряла работу из-за гадкого клиента, — указывает на себя пальцем. — Я бы на твоем месте поторопился.

Ничего не отвечаю, молча подхожу к Юсупову и тянусь к ящику с наручниками.

— Какой нужен размер?

— Понятия не имею какой у тебя размер запястья, — молчу, пытаюсь не поддаться на провокации Юсупова. Молча достаю примерный размер.

— Он внутри из кожи. Жать не будет.

— Давай красненький, — протягиваю ему наручники, которые он демонстративно перекатывает в руках.

— Все?

— Конечно же, нет. Кляп. Хочу такой, который с шариком во рту.

— Тоже красный?

— Смотри-ка, мы понимаем друг друга без слов. А может, еще что-нибудь посоветуешь?

— Да я много чего могу посоветовать, у меня процент от покупок капает. Но мне жалко тебя разводить на бабки, учитывая, что ты меня дважды спасал и делал куни. Так что остановимся на кляпе, флогере и наручниках.

— Да, вот все-таки нравишься ты мне, Синичкина, хоть и бесишь охренеть как. Ну ладно, сойдемся пока на таком наборе. Это тебе вместо цветов.

— Ну, спасибо, — саркастично отмечаю я, беря в руки кляп.

— Скидку давай мне.

— С чего это? — возмущенно бросаю я.

— С того, что я для тебя это покупаю, между прочим.

— Сделаю скидку, если этот набор будет на тебе. По крайней кляп.

— Видала? — тычет мне фигу прямо в лицо. — Красный мне не к лицу. Иди давай пробивай.

Пробиваю весь товар, а дальше протягиваю его Егору, тот совершенно точно неспециально, но задевает мой палец.

— Ааа… сука! Сука! Сука!

В глазах от боли все мутнеет, а потом, кажется, искрит. Ощущение, что мне оторвали руку, от чего из глаз непроизвольно выступили слезы. Дышу как пробежавшая сто километров умирающая собака.

— Ты чего?!

— Ты мне… ппалец задел, — выдавливаю из себя я, как только боль немного отступает.

— А что у тебя с ним?

— Ничего, — бубню в ответ и убираю руку, как только Егор переводит взгляд на забинтованный палец.

— А ну покажи, — хватает меня за запястье. Боясь боли, инстинктивно застываю, когда Юсупов начинает убирать бинт.

Мне, черт возьми, страшно на него смотреть, вдруг стало еще хуже.

— Синичкина, ты в курсе, что у тебя панариций? — хмуря брови, произносит он. — Да тут гноя до хера. Как ты с этим живешь?

— Херово. Не сплю, не жру и помираю.

— И? Почему его не вскрыла?!

— Я?!

— Ну, хирург, если не ты.

— Я их… боюсь.

— Ооо… да ты еще дурнее, чем я думал. Гинеколога не посещает, хирурга ссытся.

— Я не спрашиваю твоего мнения, — обиженно произношу я, хотя прекрасно понимаю, что он прав. Я — дура.

— Давай собирайся. Плетка откладывается.

— Флогер.

— Да по хрен. Сколько это дней? В лесу ведь ничего не было.

— Дня четыре, — нехотя произношу я, собирая вещи в сумку.

— Ясно, ты не Синичкина. Ты — Кукушкина.

— Мне плевать кто я, в больницу я не пойду.

— Да иди уже, — подталкивает к выходу.

Вот удивительно, как в этом человеке сочетается говнистость и хорошие поступки. Он мне еще и магазин помог закрыть. Почему-то я думала, что Егор снова поведет меня в частную клинику, но уж никак не о том, что спустя пару минут мы остановимся около его пятиэтажки.

— Я сам все вскрою и обработаю, — поясняет он, видимо видя мое замешательство.

Мне бы хотелось громко завопить из-за того, что он ничего не умеет и даже не имеет право делать такие вещи, вот только где-то там внутри я уверена в том, что если не все, то он многое умеет. Он, в отличие от меня, не трус. Да и явно поумнее меня.

Когда через несколько минут мы оказались в его квартире и Юсупов достал из железного мини-чемоданчика реальный набор хирурга, даже стало не по себе. Вид у него определенно — заинтересованный.

— Не бойся, все стерильно. Сразу будет легче, — вполне серьезно произнес он. — Хочешь дам тебе кляп? — а вот и Юсупов.

— Нет, я лучше буду прожигать дыру в твоем лбу.

— Да, пожалуйста.