На следующий день мы с Максимом сидели у него в кабинете, как два бойца перед решающей битвой. Я нервно теребила край блузки — пальцы не слушались. Максим же, наоборот, был непробиваем, как скала: ни один мускул на его лице не дёргался. Прямо терминатор какой-то. Часы на стене тикали так, будто отсчитывали последние секунды перед взрывом.
И тут она влетела. Валерия буквально ворвалась в кабинет, и её алый плащ вспыхнул в полумраке.
— Ой, пришлось переносить маникюр из-за вашего срочного вызова! — фыркнула она, небрежно скидывая ажурные перчатки.
Её взгляд буквально прожёг меня презрением, когда она мазнула по мне глазами.
— Надеюсь, эта встреча того стоит, — добавила она с явным сарказмом, словно делая нам одолжение своим присутствием.
Максим даже бровью не повёл.
— Присаживайся, Лера.
И тут началось шоу. Один за другим он выкладывал документы на стол, словно карты в покере.
— Твоя медкарта из клиники «Эдем». Пять месяцев. Поздравляю тебя.
Лицо Валерии побелело.
— Финансовые переводы. Очень щедрые, надо заметить. Дмитрий Сергеевич, похоже, высоко ценит твои… актёрские таланты.
Валерия выдавила нервный смешок, пытаясь сохранить лицо.
— Как мило. Только не забывайте, что я не одна. Думаешь, твой папочка это просто так оставит? Тем более это не отменяет того, что ты — отец ребёнка.
Максим резко перебил её:
— Мой отец только что рассказал мне всё о твоих сексуальных похождениях и сказал, что больше не хочет тебя знать.
Его ложь была настолько убедительной, настолько безупречной, что Валерия побледнела ещё сильнее.
Валерия встала в ступор — в её глазах разрасталась паника.
— Да ты всё врёшь! Не может быть…
— Ещё как может! — гаркнул он так, что стены задрожали. — Он назвал тебя аферисткой. Игрушкой, которая себя изжила.
Валерия аж покачнулась, будто её ударило током. Её уверенность в один момент просто испарилась.
Максим поднялся одним движением, и его тень как будто накрыла её целиком.
— Да ты просто пешка для него, Лера! А теперь он просто тебя слил.
В её глазах что-то щёлкнуло. Отчаяние мигом сменилось лютой злобой. Она подорвалась с места — лицо её перекосило от ненависти: ноздри раздулись, губы скривились в злой усмешке. Она была готова рвать и метать.
— Вот ты дебил! Слепой, тупой придурок! Мы могли бы быть вместе, реально счастливы! Тебе нужна такая, как я — огонь, а не какая-то там серая унылая мышь.
Она стрельнула в мою сторону глазами.
— Эта баба-нытик, которая только и делает, что тянет тебя на дно! Я бы дала тебе всё — весь мир к твоим ногам. А она… она просто высасывает из тебя все соки.
Она задышала, как паровоз, — грудь ходуном ходила от злости. Слёзы ярости потекли по лицу, размывая её идеальный макияж.
— Я тебе предлагала настоящую страсть! Настоящую жизнь, а не эту серость! Ты выбрал какую-то там домохозяйку? Да ты вообще не стоишь меня!
— Ты заблуждаешься, Лера! Именно потому, что я не тупой, я выбрал Аню. Вся твоя страсть — это дешёвый фейерверк, который сгорает за секунду. А у нас с ней… был фундамент, на котором строилась настоящая жизнь. И никакие твои выкрутасы не заменят искренней любви и верности.
— Нет, вы просто оба идиоты… сладкая парочка. Макс, ты даже не представляешь, чего лишаешься…
Она развернулась и, пошатываясь, как после пьянки, поплелась к выходу. В руках она тащила своё алое пальто, которое подметало пол, как будто оно тоже получало по заслугам.
Я всё ещё сидела, переваривая её слова, которые словно застряли у меня в ушах. Максим тяжело плюхнулся на стул рядом.
— Прости, что тебе пришлось это выслушивать.
Я только покачала головой, не отрывая взгляд от двери, за которой растворилась сломленная женщина. Её силуэт всё ещё стоял перед глазами.
— Ань, — наклонился ко мне Макс, — ну ты чего? Надеюсь, ты не приняла близко к сердцу весь этот бред?
Я выдавила улыбку, хотя губы еле слушались.
— Да ты что, какая серость? После всего, что мы сейчас устроили? Мы как команда спецагентов из крутого детектива!
— И что теперь? — спросила я. — Она отстанет от нас?
— Однозначно. Эта трусишка не будет рисковать, когда дело касается её задницы.
— А ты правда блефовал насчёт разговора с отцом?
— Абсолютно. Но ей-то откуда знать? Она же видела доказательства, слышала тон моего голоса. Этого за глаза хватило, чтобы она поверила.
Макс лукаво посмотрел на меня.
— Всё, хватит с нас этого цирка. Погнали отсюда.
— Куда? — удивилась я, не понимая, что он задумал.
— Домой, — бросил он коротко, вставая из-за стола. — В нашу квартиру.