Развод. Свободное падение

Глава 21

Люблю аэропорты. Меня завораживает их безвременье и своеобразное отношение с пространством. А как ещё можно характеризовать место, из которого город за четыре тысячи вёрст от столицы становится доступен через какие-то три-четыре часа? Своеобразные телепорты нашего времени.

И попадая в суету аэропорта, невольно проникаешься таким странным чувством. Ты уже не принадлежишь этому городу, но ты и ещё не добрался до места назначения. Провисаешь между. И в конкретный момент как бы и не несёшь ответственности. Не контролируешь пространство.

Становишься частичкой вечно неспящего и меняющегося сообщества.

Можешь позволить себе прочувствовать прелесть путешествия. Когда не нужно думать о прошлом, оно неизменно, и не стоит планировать будущее, оно неопределённо и слишком от многих факторов зависит. Время жить конкретным моментом становится предельно очевидным для меня именно на вокзалах. И особенно в аэропортах, где мир немного пронизан волшебством перемещения.

В общем, я ехала в Домодедово с философским настроением.

Раннее утро золотило облака над столицей и было по-весеннему прохладно. Порадовалась купленной куртке, с улыбкой отмечая, что она пригодилась мне и Москве.

На удивление я прекрасно выспалась. Вначале покрутилась в кровати, вспоминая нашу встречу с романом, а после пригрелась и уснула без снов и волнений. И теперь, уже подъезжая к Домодедово, заметила, что ещё ни разу не вспомнила о Романе. Это хороший знак.

Какими бы крепкими ни были узы, привязывающие меня к мужу, но и они не вечны. Придёт день, когда я не вспомню о нём. И придёт месяц без сожаления о разрушенной семье. Нужно только планомерно двигаться в этом направлении и гасить в себе желание копаться в прошлом.

В сущности, мне и сейчас всё ясно. А детали и выяснение причин не изменит фактов и мерзостей, что наворотил Роман за последнее время. Да и неважны они для меня!

Упрямые факты никуда не денутся, как и моё оскорблённое чувство. Никуда не пропадёт моя обида и брезгливое недоумение.

Скорее бы пролетел месяц, и я официально была бы не связана с Романом и с его образом жизни!

Регистрация на рейс прошла штатно, немного ожидания и я уже смотрю в крохотное окно лайнера, как многотонная машина отрывается от взлётной полосы.

Для меня всегда этот момент — ожидаем и желанен.

Нет, я понимаю физику процесса, осознаю детали, но момент отрыва от поверхности — это сокровенное. Радость превозмогания. Преодоление невозможного. И просто чудо. Залог того, что человеческие возможности безграничны, а значит, и я смогу когда-нибудь забыть Романа.

Это и будет моя месть ему. Моё для него наказание.

В полёте под гул моторов мне всегда хорошо думается. Общий шум как бы отсекает меня от других людей. Раз я их не слышу — они меня не отвлекают. Так и в этот раз, наблюдая за невероятными рассветными облаками, летя навстречу времени, я придумала, как и чем заменять в своих воспоминаниях Романа. Сначала будет непросто, но после войдёт в привычку и когда-нибудь окончательно сработает. Я уверена в этом.

Я буду, если вспомню, какой яркий момент нашей совместной жизни стараться пересмотреть и переосмыслить его. Заменяя при этом своё восхищение мужем на другие чувства. На гордость собой и своими детьми, на удовлетворение хорошо проделанной работой, перенося положительную реакцию с мужа на себя или детей. Или на брата, который реально нам много помогал. На моих родителей. В общем, снимая постепенно сияние ореола с Романа и перенося его на других людей.

Если разобрать мою любовь на атомы и рассмотреть её сегодняшним циничным взглядом, то она должна скукожиться и засохнуть. Умереть. Перестать быть.

Новый Уренгой я встретила в решительном настроении. Собранная и сосредоточенная, быстро на такси доехала до железнодорожного вокзала, не теряя ни минуты, и буквально через полчаса уже сидела в вагоне отправляющегося поезда. Под размеренный стук колёс, под монотонный пейзаж за окном меня сморило, и я проспала почти всю дорогу.

Вышла на площадь перед типичным провинциальным вокзалом ещё сонная, но уже неприлично голодная. Здание, отделанное ярким жёлтым сайдингом, весёлым пятном выделялось на фоне серого низкого неба. Уже вечерело, и мне нужно поторопиться.

Было половина шестого. Даже если я и застану кого в офисе этим вечером, то отметить командировку вряд ли успею. Поэтому со спокойным сердцем, на очередном такси добралась до забронированного заранее номера гостиницы. Бросила в нём свой необременительный багаж и заторопилась в ближайший ресторан или кафе.

Что я люблю на севере, так это рыбу!

В предвкушении угнездившись за столиком в углу, я нетерпеливо открыла меню и, быстренько пробежавшись по ассортименту, с удовлетворением нашла то, что мне нужно! Муксун, запечённый с овощами, чир малосольный и уха, раз уж я сегодня по рыбе!

О! Как это вкусно!

Раньше я всегда привозила из Сибири Роману рыбу, и он ел её урча. Между прочим, если как следует вспомнить, то он, когда ездил один, то никогда не привозил мне. Хотя знает, как я люблю северную рыбу… Ещё одна крошечная крупинка в моём деле пересмотра и ревизии своих чувств.

Сделала заказ, и пока ждала, оглянулась вокруг.

И наткнулась на внимательные глаза смутно знакомого мужчины за соседним столом.