Счастливое число Кошкиной

29. Кто есть ху. POV. Денис

Проигрывать гораздо больнее, чем получать в морду. И ничто в сравнении с убивающим зрелищем, когда целуют ту, которую хочешь целовать ты. Я так хотел рассмеяться в лицо этому Дёмочке, когда он назвал меня лузером - перекачанный дебил даже не понял, что Кошка не прикоснулась к нему, ни к кому кроме меня не прикоснулась. Хотел выплюнуть ему, что лузер не я, а он. И не смог. Задыхаясь от злости и полосующей нервы ревности, я смотрел на чужую ладонь, скользнувшую на талию Кошки, и не смог отвести от нее взгляда. Слова застыли комом в горле, голова зазвенела, будто наковальня, по которой влупили молотом, и все происходящее вокруг заволокло плотной пеленой. Лишь эта рука на талии и звенящее повторяющимся эхом "лузер".

Магазин, список на экране телефона и тележка. Я бросал в нее продукты, чтобы дома отыграться на Кошке. За то, что устроила этот блядский конкурс, за то, что целовалась со своим Демочкой, за то, что меня, блядь, это пробесило и продолжало бесить, не отпуская. Даже прокладки купил - хотелось посмотреть в глаза девчонки, когда она увидит, что я ничего не забыл, купил и принес. Потому что мне похрен на этот конкурс и ее имбецила Дёмочку! Только почему тогда меня выхлестнуло от того, что она сама сходила в магазин и приготовила ужин? Почему зацепило, если мне должно быть похрен? Почему зашёл в ванную и от количества трусов Крис в ванной меня сорвало со стопоров и понесло.

Третья или четвертая сигарета подряд. Я не хочу возвращаться в комнату и тем более ложиться в постель, где меня ждёт Крис. Я знаю, что она не спит, знаю, что полезет, и от этих мыслей воротит. Пробую распутать клубок из наших ссор и примирений, только запутываюсь в нем сильнее. Щелчок зажигалки, горло першит от дыма, в голове пиздец и повторяющийся вопрос:"Зачем я ее позвал?" Зацепить? Зацепил так, что возвращение Крис превратило мою жизнь в какой-то изощренный ад из ругани с Кошкой, невысказанных претензий, что Кошка живёт в квартире, и приступов тошноты. На все, что связано с Крис. И она не уйдет сама. Будет упираться. Уже уперлась. Раньше хватило бы простого повышения голоса, чтобы начались сборы чемоданов, а сегодня проглотила и мой ор, и то, что ел приготовленное не ею, а Кошкой, и ждёт, когда лягу в постель. Воротит. Щелчок зажигалки, затяжка, в голове пиздец.

Ден: Люк, у меня едет крыша. Меня бесит все. Абсолютно все! Я согласен, что филофоб. Я согласен!

В ответ приходит ссылка на какую-то статью по психологии и фобиям. Читаю ее и строчу следующее сообщение.

Ден: Я не выдержу, Люк. Блядь, я же согласился с тем, что филофоб!

Люк: Выдержишь. Пошла стадия принятия. Дальше будет легче.

Пиздец.

На кухонном столе стоит пять бокалов с загубленными коктейлями. Я смотрю на них, свои скачущие пальцы, выливаю в раковину “неудачные попытки”, мою бокалы и уже по третьему кругу начинаю заново. Многослойные всегда требуют твердости рук и концентрации, а у меня все через одно место и с первым, и со вторым. Три слоя даются без проблем, дальше начинается жопа. То дернется ложечка, то струя из дозатора начинает течь с большей, чем нужно, скоростью, то все вместе и сразу. Мой сегодняшний максимум - шесть слоев. Если можно назвать слоем почти перемешавшееся с предыдущим нечто. Семь никак не получается, но я упёрся рогом и решил, что не лягу пока не добьюсь своего. Так меньше хочется курить и мозг хотя бы немного переключился.

Снова два загубленных на четвертом и пятом слоях. Только я ставлю перед собой чистый бокал, разминаю и встряхиваю пальцы, будто им это поможет. Неторопливо выкуриваю сигарету и аккуратно ложу на дно гренадин. Дальше крем-де-какао, мараскино, апельсиновый кюрасао, зеленый крем-де-мент и парфе амур. Остаётся коньяк, но я понимаю, что налажаю. Раньше, чем возьму бутылку в руку. Тяну сигарету из пачки и зависаю с ней в губах, мысленно повторяя простую очередность действий, уже не раз произведенную сегодня. Осторожно опустить пятку ложки на самую верхушку слоя и аккуратно пустить по ней коньяк. Пятка, верхушка, коньяк. Пятка, верхушка…

- Совунчик, ты когда-нибудь видел Храпозавра?

Поднимаю взгляд и роняю сигарету прямиком в бокал. Она рушит мой коктейль, только я тру ползущие на лоб глаза и никак не могу понять прикалывается сейчас Кошка или всерьез спросила о каком-то Храпозавре. Допустить его существование все равно, что поверить в инопланетян, только Геля делает шаг к столу, протягивает мне ладошку и произносит без намека на шутку:

- Пойдем? Я покажу тебе Храпозавра. Если ты пообещаешь, что ляжешь спать.

- Кого? Храпозавра?

- Храпозавра. Но потом ты пойдешь спать, - повторяет условие, разворачиваясь, и манит меня за собой интригующим. - Пойдем. Только тихо. Храпозавры очень пугливые.

Поднимаюсь, иду на цыпочках к дверям в комнату Кошки и киваю, увидев поднесенный к губам палец. Понятия не имею кто этот Храпозавр, но задерживаю дыхание прежде чем пересечь порог. Ладонь Гели находит мою и легонько тянет обойти край расправленного дивана практически по стене, чуть сжимает пальцы, когда со стороны подушки раздается негромкое чавканье и следом за ним что-то очень похожее на храп.

- Храпозавр, - больше угадываю по движению ее губ и снова делаю шаг к постели за Кошкой. - Хочешь его потрогать?

- Ты кого притащила?

- Ш-ш-ш! Спугнешь!

Пальцы девчонки накрывают мои губы, а ладошка требовательно толкает уже обратно к дверям. Только я упираюсь и шепчу, что мне обещали показать Храпозавра, а не дать его послушать.

- Ляжешь спать - с утра покажу.

- Пообещай!

- Обещаю!

- Точно?

- Совунчик, я тебя хоть раз обманывала?

Простой, казалось бы, вопрос, только он загоняет меня в тупик, и я стопорюсь на пороге, разворачиваясь к Кошке. Смотрю в красные от недосыпа глаза, невольно опускаю взгляд ниже, на губы и ворот безразмерной футболки, которую девчонка надевает вместо ночнушки. Тонкие ключицы манят прикоснуться, а о том, что хочется сделать с топорщащей ткань грудью, лучше даже не начинать думать - снесет и захочется большего. Когда в соседней комнате спит заранее согласная на все Крис. Всегда кружевное и дорогое белье, пеньюары, комбинации, а меня шарашит от того, что скрывает под собой не кружево, а простая футболка. Бред какой-то. Как и Храпозавр. Я мотаю головой. Гоня от себя воспоминания о том, как прошило разрядом позвоночник, когда моя ладонь нашла и накрыла упругую грудь Кошки, и одновременно отвечая на вопрос. И Кошкин, и свой. Нет, не хочу. Крис не хочу. Мириться с ней не хочу. Даже в одну кровать ложиться с Игнатовой не хочу. Хочу другую. Ту, которую на моих глазах целовал другой, а меня выламывало от этого зрелища. Пусть даже это был дурацкий конкурс, а я в нем проиграл, целовать Кошку можно только мне.

Чуть наклонив голову, она не отстраняется от моих пальцев, скользнувших к кончикам ее волос. Прикрывает глаза и сглатывает, когда я шумно выдыхаю, отпустив шелковистый локон. Бред. Все, что со мной происходит - бред. И то, что говорю - бред.

- Ты пообещала.

- Да, - тихий, чуть дрожащий голос. - Покажу, если пойдешь спать.

- Договорились.

Через силу делаю шаг в сторону комнаты, в которую не хочу даже заходить. Второй, третий. Открываю дверь и поворачиваю голову к застывшей на пороге своей комнаты Кошке:

- Он маленький?

- Кто?

- Храпозавр.

- Утром покажу.

- Ты пообещала.

- И не обману.

- Спокойной ночи, Кошка.

- Спокойной ночи, Совунчик.

Я просыпаюсь от того, что Текла прыгает на кровать и скачет по ней, чтобы спрыгнуть и нырнуть в промежуток между диваном и стеной. Там, в ее нычке, давно возник склад из собачьих игрушек, и Текила, довольно фыркая и размахивая хвостом, семенит на кухню с зажатой в зубах резиновой курицей. Провожаю ее сонным взглядом и смеюсь, когда в голове всплывает идиотская ассоциация - Текла собралась намекнуть Кошке на бартер. Игрушка в обмен на вкусняшку, запах которой приятно щекочет ноздри. Я вдыхаю его и улыбаюсь шире. Оладьи! О-о-о!!! Рот наполняется слюной, а поскуливание собаки только усиливает предвкушение охренительного завтрака. В жопу Крис с ее сельдереевой повернутостью. Я хочу оладьи. И блины. И курицу. Я хочу все, что готовит Кошка. Подскакиваю, натягиваю спортивки и спешу в ванную умыться.

- С добрым утром, Денис, - Крис, перехватив меня в коридоре, тянется поцеловать в щеку, но оборачивается на раздавшуюся из кухни злую матерную тираду и с широкой улыбкой спешит к дверям, передумав целовать. - Опаздываю. До вечера. Пока-пока.

- Угу, - бурчу в ответ, радуясь тому, что смогу позавтракать без ревнивых взглядов и угрозы получить истерику.

Закрываю за ней дверь и чуть не на крыльях лечу на кухню. Тянусь к тарелке с оладьями и одергиваю руку, получив по ней болезненный хлопок.

- Не трогай!

Пробую умыкнуть оладью еще раз, но как и до этого, снова получаю по руке, а мой завтрак отправляется в мусорное ведро. Какого хрена!?

- Э-э-э, - тяну я, не понимая что нашло на Кошку. - Гель?

Только она не отвечает и начинает хлопать дверцами шкафчиков, переворачивая их содержимое. И когда в одном из них находит почти пустую банку с солью, срывается в угрожающее шипение.

- Купить соль? - спрашиваю и отшатываюсь от разъяренного:

- С-с-сука-а-а!!! Так значит?

Где и в чем я успел накосячить, если толком ничего не сделал? Кошусь на Теклу, жадно глотающую воду из миски, перевожу взгляд на злющую, как черт, Кошку.

- Гель?

- Совунчик, дай мне минуточку, пожалуйста.

- Да не вопрос, - осторожно обойдя рычащую соседку, наливаю в кружки кофе из турки и протягиваю ей одну, спрашивая, - Может, перекурим?

- А? - будто вынырнув, смотрит непонимающим о чем я говорю взглядом на кофе, на меня с кружками в руках. - Что?

- Перекурим? - повторяю и через мгновение снова тяну удивленное, - Э-э-э…

Кошка с какой-то радости отбирает у меня обе кружки, делает крохотный глоток из одной и, скривившись, выливает кофе в раковину. Туда же отправляются остатки теста в плошке, сковорода и лопатка. Я наблюдаю за происходящим с открытым ртом. Охреневаю, но отхожу и сажусь за стол, когда шипящая пуще прежнего Кошка разрождается очередной тирадой, в которой “сядь уже” звучит так, что спорить и уточнять причины становится, как минимум, опасно для здоровья. Звяканье чистых кружек, щелчок кнопки чайника, шелест упаковки с чайными пакетиками и хлопок дверцей холодильника. В каждом звуке раздражение и злость, а блеснувший в руке соседки нож и появившаяся на губах кровожадная улыбка очень недвусмысленно подсказали, что лучше не рыпаться и помолчать в тряпочку, если не хочешь проверить остроту заточки лезвия на своем горле.

- Ешь!

Киваю и откусываю половину бутерброда с ветчиной, чтобы не взбесить соседку сильнее, а сам кошусь на раковину - оладьи мне нравятся больше.

- А? - проследив направление моего взгляда, Кошка нервно усмехается. - Рецепт новый решила попробовать. Не получился… с-с-сука. Насвистели, уроды. Поубивала бы нахрен!

- А кофе?

- Остыл, - новый смешок. - Прикинь? Остыл, тварина!

- Вроде как го… - начинаю и запинаюсь под наливающимся яростью взглядом. - Остыл, так остыл.

- Умничка. Я сейчас что-нибудь другое приготовлю. По своему, блядь, рецепту.

Снова грохот посуды и крохотный глоточек из моей кружки. Я дожевываю бутерброд, оставляя небольшой кусочек ветчины Текиле. Только она с опаской принюхивается к угощению прежде чем взять его в зубы, а потом трусит к миске с водой и с какой-то маниакальной подозрительностью начинает медленно жевать. Вообще ничерта не понятно, что происходит, но то, что происходит, мне однозначно не нравится. Я сам с опаской пробую чай, тяну с подоконника оставленную на нем ночью пачку и подкуриваю две сигареты. Одну оставляю зажатой в губах, а вторую протягиваю Кошке:

- Гель?

- А?

- Нет, так не пойдет.

За плечи утягиваю ее на диванчик, переставляю к ней свою кружку и опускаю рядом пепельницу. Сам сажусь напротив и спрашиваю:

- Мне очень хочется понять какого хрена тут происходит, но сперва я хочу узнать кто такой этот твой Храпозавр?

Улыбка. Взгляд из-под ресниц. И вопрос:

- А ты спал?

- Спал. Меня почти сразу вырубило. Я свою часть выполнил? Выполнил. Где обещанный Храпозавр?

Снова улыбка. Уже шире и гораздо теплее. Серо-зеленые глаза смотрят в мои. Ладошка поднимается и подпирает подбородок. Взмах ресниц и новый, безумно долгий взгляд, который я сам не хочу разрывать.

- Осторожно поверни голову вправо, чтобы не спугнуть, - шепчет и начинает сдавленно хрюкать, когда я скашиваю глаза, а потом срывается в хохот на мой разочарованный возглас:

- Это Текла что ли Храпозавр?

- Ага! Ха-ха-ха!!! Храпозаврище!!!