Сидящее в нас. Книга первая

Глава 23

Утром в крепость явилась Илалия, влетев прямиком в покои короля. БАЦ расплёл щупальца и поставил перед Саилтахом обиженно надувшегося Унбасара. Того крайне возмутило легкомыслие Лиат: безголовые курицы утащили короля без него! Понятно, что в ущелье демонов ему ничего не угрожало, однако это непорядок! Умыкнули повелителя, будто лисица курицу: без катадера, без верных ребят охранной сотни.

Король и без того начудесил, сорвавшись куда-то с горной заставы с одним десятком без объяснений. Попал в засаду, чего и следовало ожидать, когда ведёшь себя, как идиот. А после и вовсе пропал. И что Унбасару было думать? Саилтах дал другу вдоволь побуянить, выслушал о себе кучу нелестного, а потом заперся с ним и кувшином вина.

Диамель волновалась, что их примирение затянется до вечера: сначала напримиряются, потом будут отсыпаться до вечера, а время поджимает. В Заанантаке вот-вот причалит корабль с лонтами. Конечно, Лиаты домчат их до северного побережья куда быстрей, чем кони, но и на это нужно время.

Друзья помирились быстро и малой кровью: под хмельком, но крепко стоя на ногах. Ютелия, Лалия и присоединившаяся к ним Илалия восприняли просьбу отнести в Заанантак королевскую семью – с Унбасаром и Фурахом – как само собой разумеющееся. Лиаты несомненно довольно быстро забудут про нападение на короля: год, два – не больше. Но сегодня по горячим следам демоницы были сосредоточены, как никогда. Особенно парочка умниц: Ютелия с Илалией.

В путь отправлялись с башни демонов, ставшей прямо-таки законным местом отлёта. Нуртаха отец взялся держать лично – не доверил даже матери. Илалия опутала их коконом огня и первой унеслась на север. Диамель уговорила Ютелию оставить её и прихватить достопочтенного Фураха, которым очень дорожила. Само собой, вместе с Унбасаром.

Подруга поначалу пыталась обидеться на такое пренебрежение. Но королева нашептала ей, что не может доверить Лалии столь важных людей. К тому же, не умеющих правильно дружить с Лиатами. Ютелия поразмыслила и согласилась: лишь Диамель способна контролировать глупышку Лалию, а та вполне способна забыть, куда и зачем направляется. Так что королева отправилась в полёт последней.

Королевский дворец в Заанантаке встретил свалившегося с неба короля без истерик: привыкли за два года к его внезапным появлениям в объятьях демонов. Но суету развели со всем старанием. Илалия, прихватив с собой Лалию, вернулась домой в ущелье под присмотр двух мудрых старух, пообещавших, что никто из Лиат в Заанантаке нынче не появится. С королём осталась одна Ютелия – на её счёт Таилия почему-то не беспокоилась. Диамель скромно надеялась, что в этом и её заслуга.

За два года их дружбы подруга не сказать, будто значительно, однако заметно изменилась. У неё появилось желание научиться сначала думать, и только потом делать. Ученицей она была так себе: Лиатам действительно трудно не поддаваться безмятежному легкомыслию демонов. И самостоятельно она забывала подумать в половине навороченных ею дел. А вот рядом с Диамель – или Каюри – Ютелия вспоминала трудно запоминающийся урок гораздо чаще. Даже Саилтах признавал, что с этой поганкой стало гораздо проще общаться.

Он сразу же умчался вместе с подоспевшим Астатом, который едва успел поприветствовать свою королеву. А Диамель с сыном направилась в свои покои – она не чувствовала себя отдохнувшей после ужасных событий вчерашнего дня. Ютелия улетела на охоту, вызвав неудовольствие Нуртаха, вокруг которого сразу стало скучно. Он куксился и требовал возвращения своих «Ли». Благо хоть Наюти умела справляться с его редкими капризами – Диамель перед ними устоять не могла.

Потеря дочери навсегда лишила её твёрдости разумной матери, стремящейся вырастить из ребёнка человека, а не избалованного безалаберного безрассудного глупца. Дядюшка нередко осуждал подобных матерей, и Диамель с детства впитала его отношение к ним. А теперь вот сама уподобилась.

Единственное, что могло спасти Нуртаха от её губительной мягкотелости, так это твёрдость других людей, с которыми Диамель рискнула разделить материнскую ответственность. И её девушки не подвели свою королеву. Любя Нуртаха всей душой, все три няньки не спускали ему капризов или недобрых шалостей. А здравого смысла Диамель вполне хватало на то, чтобы не бить их по рукам, если уж не способна это сделать для собственного сына.

С Лиатами сложней. Надавать по рукам этим особам, всё равно, что читать нотации криво растущему дереву. Спасала лишь их покладистость, стоило вытурить баловниц прочь. Особенно в этом преуспела Каюри: Ютелия с Лалией к ней прислушивались всерьёз. И у Диамель на сей счёт возникли некоторые подозрения. Однако она не торопилась делиться ими с кем бы то ни было.

После обеда король явился к своей королеве с решительным видом человека, который не знает, как попросить, а потому намерен потребовать.

– Хочешь, чтобы я познакомилась с послами до официального приёма? – помогла ему любящая жена, старательно сдерживая улыбку.

– Думаю, тебе это необходимо, – извиняющимся тоном объявил Саилтах, старательно не пряча глаз. – Мало ли как сложится наша жизнь? Может, тебе придётся стать опекуном при малолетнем короле. Тебя должны знать в лицо, а не просто помнить о твоём существовании.

– Может, тебе просто поумерить пыл? – осмелилась покуситься Диамель на святое. – Что за прихоть постоянно сбегать в приграничные заставы? По-моему, это вовсе не королевское дело.

– Хочешь, чтобы я засел дома и окончательно испортил свой скверный характер? – выдал супруг подготовленную отговорку, обрисовав нерадостные перспективы.

– Твоему скверному характеру ещё есть, куда совершенствоваться? – не поддалась на ребячью уловку жена монарха.

Саилтах набычился, обиженно зыркая на неё исподлобья.

– Я очень хочу прекратить твои побеги из дома, – вздохнув, призналась Диамель. – Но даже пытаться не стану. Я слишком тебя люблю, чтобы с тобой бороться.

– А я, видимо, не слишком, – тотчас расцвёл довольной улыбкой король, обнимая жену. – Потому что всё равно потащу тебя знакомиться с послами. Но, если хочешь, мы пригласим их к нам. Поужинаем в семейной обстановке.

– Астат посоветовал? – уточнила Диамель, закинув руки на его широкие плечи и запустив пальцы в отросший ёжик на затылке.

– А кто же ещё? – склонив голову, задышал он в её висок. – Астат считает, что это сломает лёд. А то прежние неудачные попытки здорово насторожили лонтов. Кажется, у них закралось подозрение в неискренности наших намерений.

– А что сломают Рааны, если явятся с ними на ужин? – невинным голоском осведомилась мудрая королева. – Когда вернётся наша неуправляемая подружка.

– Да брось ты! – досадливо фыркнул в шею Саилтах, добравшись до неё губами. – Вы с Каюри отлично управляетесь со своими ручными Лиатами.

– Раанов здесь быть не должно, – твёрдо закрыла бессмысленный спор Диамель.

– Я соскучился, – не менее твёрдо возвестил король.

Подхватил её на руки и потащил в спальню. Не дотащил.

На полпути двери в покои королевы распахнулись, и на пороге нарисовалась сосредоточенная Иштан. Нимало не смутившись увиденным, девушка лишь потупилась и протараторила:

– Ваше величество, наштир Фурах просит срочно уделить ему время.

Саилтах закрыл глаза, глубоко вдохнул-выдохнул и поставил кусающую губы жену на ноги. Затем медленно обернулся к служанке и поинтересовался:

– Вот, за что ты так со мной?

– Передать, что вы заняты, – понятливо кивнула девушка и повернулась, чтобы бежать уведомить о полученном отказе.

– Погоди, – сморщился Саилтах, словно вместо верной сабли ему подсунули женскую шпильку. – Я иду. А ты…, – погрозил он пальцем жене, не находя повода обвинить её в досадной помехе.

– А я буду готовиться к ужину с гостями, – развела руками Диамель, дескать, я тут точно не при чём.

Король порывисто вышел, а его жена с недоброй вестницей переглянулись и улыбнулись, мол, вечно эти мужчины делают из головастика кита.

Вопрос, в каком виде предстать перед гостями, перед Диамель не стоял. Семейный ужин позволял ей вольно обойтись с традицией подавать королеву к столу в полных доспехах из парчи. И в золотых кандалах везде, где их можно развесить. Девушки выбрали для неё дорогое, но вполне скромное платье. С украшениями тоже поскромничали, хотя диадема была выше всех похвал.

Пока маму причёсывали и одевали, Нуртах Пятый сидел на её рабочем столе и самозабвенно рисовал. Предложенную Наюти кисточку художник отверг, как отвергал столовые приборы. И потому с удовольствием макал пальчики в глиняные горшочки с краской, нанося смелые мазки на собственную белую рубашонку.

Диамель задумчиво наблюдала за уроком рисования сына. И раздумывала, что делать с Ютелией, если та явится к ужину, как всегда, без приглашения.

– Мы не пустим её испортить встречу, – с полу взмаха ресниц догадалась Каюри о тревогах госпожи и натянула ей на руку тонкий браслет: – После охоты она первым делом явится сюда. А Ютелия достаточно разумна, когда дело идёт о серьёзных вещах.

– Ага! – фыркнула Иштан, нанизывая на пальцы перстни. – И достаточно порывиста, чтобы забыть, как она разумна. Вылетит в окно, а ты кричи ей вслед о благоразумии.

– Ты уверена? – посмотрела Диамель на Каюри.

Та лишь кивнула, бросив на подругу неодобрительный взгляд. Особого выбора не было, и королеве пришлось успокаивать себя данным ей обещанием.

Девушки остались в покоях подкарауливать Лиату, а гвардейцы проводили свою госпожу в большую обеденную залу для приёмов. Войдя в высокие двери, Диамель буквально впилась глазами в трёх высоких мужчин, стоявших особняком рядом с Фурахом. Иноземная одежда, светлые волосы и бороды, а главное, человеческая загорелая кожа. Уж лица Раанов ни с чем не перепутать: белые маски, будто вылепленные из снега. После первой встречи с ледяными демонами, те ещё долго снились ей выпрыгивающими из моря на пристань.

Фурах представил королеве низко склонившихся гостей. Диамель одарила каждого улыбкой и благосклонным кивком. Но сразу же выделила главу посольства: не самого высокого, коренастого пожилого мужчину с умными въедливыми глазами.

– Мне кажется, достопочтенный Набдар, мы уже встречались, – заметила она, усаживаясь на своё место во главе стола рядом с креслом Саилтаха.

Главу посольства подвели к месту по правую руку от короля и церемонно усадили, всячески подчёркивая уважение к дорогому гостю. Фурах, соблюдая этикет, уселся слева от Диамель напротив Набдара, явно к чему-то прислушиваясь. К шагам короля – поняла она, пытаясь разобраться, что же её так подспудно тревожит с того момента, как она увидала этих людей.

Там, где замешаны демоны – мысленно усмехнулась она – вечно какие-то мистические страхи. И эта мистика целиком плод воображения самих людей – демоны вообще не понимают смысл такого необъяснимого явления. Уж себя-то они точно не причисляют к чему-то мистическому, твёрдо веря в собственное существование.

Саилтах вошёл в зал собранным, спокойным и улыбающимся улыбкой триумфатора. Два года бесплодных усилий привели его на встречу с людьми, наконец-то, вступившими на его землю. Для чего он рискнул собственной жизнью, и оттого законно чувствовал себя победителем.

Незаметно погрузившись в размышления, Диамель сквозь пальцы наблюдала за беседой мужа с гостями. Учуяв это, Саилтах старался поменьше обращаться к жене, дабы не докучать ей всеобщим вниманием. Лонты так же прониклись стремлением хозяина дома, оставив королеву в покое. Диамель и без того знала, о чём идёт речь. А пути, по которым оба королевства пойдут, соблюдая общие и собственнические интересы, обсудят и без неё.

Её же больше волновал тот путь, по которому теперь будут продвигаться взаимоотношения суабаларцев с Лиатами. Всё ведь так разительно переменилось. Пропала некая умозрительная пропасть между людьми и демонами: первые научились лучше понимать вторых. Да и Лиаты, казалось, начали осознавать роль людей в защите их общей территории, на которой они «охотятся» бок о бок. Дичь у каждого своя, но те и другие могут стать дичью для кого-то третьего.

Вечером, готовясь лечь в постель, Диамель стояла у окна. И смотрела на океан, с некоторых пор переставший быть для неё просто колоссальным водным простором. Исконная вотчина Раанов – вот чем представал он теперь. И она стала лучше понимать истеричный страх Лиат перед ледяными демонами. По сути, огненные живут в окружении исконных врагов – потому и забрались в горы подальше от побережья. И будь врагов больше, огненные сущности могли превратить жизнь людей в невыносимую истерию. Потому что…

Её взгляд упал на пляж, и Диамель вздрогнула. Справа, со стороны дворца Астата – где поселили лонтов с их демонами – к прибою направлялись четыре мужские фигуры. Четыре высоких, неприятно белых в умиротворяющей темноте ночи, обнажённых существа. Массивные тела не шагали, а будто бы крались по пляжу скользящей походкой танцоров. Или хищников, подбирающихся к добыче.

Диамель показалось, что прибой как-то по-особенному тянулся к ним, нетерпеливо встречая, умоляя ворваться в него, показать свою власть. Завораживающая прогулка Раанов притягивала взгляд, туманила мозг. Она хотела окликнуть ожидающего её в постели мужа, но язык примёрз к постукивающим зубам. Тело само собой приникло к окну – мраморный подоконник врезался в живот.

И тут за спиной грохнула распахнувшаяся дверь. Почти сразу Диамель смело на пол и протащило подальше от окна. Саилтах сорвался с тахты и в пару прыжков настиг свою жену, закрыв её обнажённым телом.

– Какого хрена?!! – прорычал он, подобравшись зверем, готовым вцепиться в кого-то невидимого.

Его мышцы набрякли на разрыв, жилы вспучились. Ещё не придя в себя от падения, Диамель со страхом пялилась на его согнутую, бугрящуюся спину, чуть разведённые в стороны руки, закаменевшие кулаки, опущенный затылок: вот-вот бросится и…

– Ей незачем таращиться на этих тварей! – возмущенно выкрикнула Ютелия и взмыла к потолку.

Теперь Диамель смогла разглядеть её разъярённое лицо, вмиг ставшее некрасивым. Полыхавшие дурной краснотой глаза Лиаты прожигали душу. Растрёпанные пряди сами собой выкручивались из узла на затылке и разлетались в стороны вперемежку с щупальцами МУМ. Тут уж Диамель окончательно справилась с мимолётной трусливой вялостью и потребовала:

– Успокойтесь! Оба!

Выдохнула и неловко поднялась. Качнулась, оперлась на развернувшегося мужа и, как могла, спокойно осведомилась:

– Ютелия, что случилось?

Демоница продолжала висеть в воздухе, шевеля нервными щупальцами МУМ. Но её глаза постепенно теряли накал, обратившись на подругу.

– Почему я не должна смотреть на Раанов? – помогла ей королева, чеканя каждое слово.

Саилтах сообразил, что произошло, и моментально взял себя в руки, обняв её и прижав к себе. Поцеловал жену в темечко и в тон ей уточнил:

– Ютелия, ты можешь спокойно объяснить, из-за чего тебя так вспучило? Что бы Диамель не сделала, она сделала это по неведению. Хватит уже истерить! – раздражённо приказал король. – Висишь там, как дура! Спускайся, и поговорим.

Он подхватил жену и преспокойно отнёс в постель. Уложил, рухнул рядом и демонстративно уставился на медленно подлетающую Лиату. МУМ убрал щупальца и погасил глаза Ютелии, правильно отреагировав на правильное поведение людей.

– Куда с грязными сапогами?! – завопил Саилтах.

И попытался лягнуть засранку, опускающуюся прямиком на них. Ютелия увернулась, хихикнула, сверкнув уже вполне человеческими глазками, и отлетела к ближайшему креслу. Нарочито ухарски плюхнулась в него и напоказ подобрала ноги, пачкая грязными подмётками светлую обивку. Саилтах скривился. Диамель цапнула его за руку: если эти двое устроят пустую склоку, они тут ещё долго не узнают, что подняло на дыбы демоницу.

– Ты мне не рад, – вызывающе хмыкнула Ютелия, откинув за плечо надоедливую прядь. – А я во второй раз тебя спасаю. Ты должен меня очень сильно любить. Как хороший и благодарный друг.

– Я тебя люблю неистребимо и всепоглощающе, – съехидничал Саилтах, насторожившись. – От чего ты меня спасла? Что-то я не заметил угрозы, которая бы…

– Ну, тебе ведь нужна твоя жена? – невинным голоском перебила его Лиата.

– Или объясни толком, или я сверну тебе шею! – тотчас вышел из себя король.

Диамель теперь уже повисла на нём, не давая мужу подскочить и ринуться в нелепую драку с демоном. А паршивка в кресле разразилась заливистым хохотом.

– Ютелия! – рассердилась королева.

И Лиата мгновенно угомонилась. Посмотрела на подругу испытующим взглядом и, наконец-то, соизволила перейти к делу:

– Зачем ты полезла на них смотреть, если тебе нельзя? Ты что, решила отправиться на север… к этим?

– Почему бы мне вдруг этого захотелось? – переглянувшись с мужем, переспросила Диамель.

– Двуликие всегда следуют за тем, кого обуздают, – удивлённо напомнила Ютелия.

– А при чём тут она? – уже догадавшись о смысле загадки, всё же уточнил Саилтах.

И обхватил свою жену, словно та вот-вот вспорхнёт и вылетит в окно – аж кости затрещали. Диамель поморщилась, но вырываться не стала, если ему так спокойней.

– Я ведь не Двуликая, – вспомнила она. – Мне Таилия это сказала ещё два года назад.

– Двуликая, – уверенно обрадовала королевскую чету Лиата. – Самая настоящая. Только скверная. Из тебя, подруга, толку не выйдет.

– Почему? – подтолкнул её Саилтах, который терпеть не мог хождения вокруг да около.

– Конечно, из-за тебя, – закатила глазки Ютелия. – Ей не стать настоящей Двуликой, потому что ты её привязываешь к этой жизни. И сын. А Двуликая должна быть привязана лишь к кому-то из нас. Как Таюли. Она никого не любит. А Диамель любит тебя. Кому нужна такая Двуликая? Если бы не ты, она бы уже стала моей Двуликой. Или ещё кому-нибудь. Даже им, – прошипела Лиата в сторону окна.

– Тогда из-за чего ты подняла шум? – не понял Саилтах.

– Я поняла, – вздохнула Диамель, беспрестанно оглаживая сомкнувшиеся на себе могучие руки. – Ритуал и сейчас может произойти.

– Точно, – улыбнулась ей Ютелия. – Ты у меня очень умная.

– Но с тобой же не произошёл, – окончательно запутался король. – И ни с кем из Лиат.

– Договор, – напомнила ему королева. – Лиаты не могут забрать твою королеву.

– А с Раанами такого договора нет, – процедил Саилтах, помрачнев. – Так что любой из них может провести ритуал. Ютелия, их там четверо.

– Двуликая только у одного, – ответила на незаданный вопрос Лиата, выпростав ноги, и укладываясь поперёк кресла. – Остальные пусты. И не должны видеть твою жену. Иначе ей будет плохо. И тебе.

– Да, ты опять меня спасла, – хмуро констатировал Саилтах, привычно унимая вздымающуюся грудь глубоким тяжёлым дыханием. – Но ты уверена, что Рааны не почуют Диамель на расстоянии? Может, её вообще отправить обратно в крепость?

– Не болтай глупости, – отмахнулась Ютелия. – Как такое почуять, если не увидеть? Мы тебе что, собаки?

– Тогда я останусь, – твёрдо постановила Диамель. – Просто не стану покидать дворца. И не буду присутствовать на официальном приёме. Набдар так горячо заверял тебя, что Рааны ни за что у нас не появятся, – напомнила она мужу. – Думаешь, он знает, о чём говорит?

– Думаю, что да, – задумчиво подтвердил Саилтах. – Пока ты витала, не понять где, он, наконец-то, объяснил, почему Рааны выглядят более здравомыслящими, чем наши демоницы. И нам есть, о чём подумать.

– Просто расскажи, что я пропустила, – покладисто попросила недобросовестная королева.

– Интересно послушать, – поддакнула Ютелия на полном серьёзе.

– Всё дело в ритуале. У нас всё решает простой жребий. На кого укажет, того Лиаты и забирают. А лонты специально выбирают тех мальчишек, что при своём малом возрасте уже подают надежды вырасти умными людьми. И отбор ведут самые учёные люди королевства. Вот из этих-то мальчишек и получаются Рааны.

– А у нас получаются такие дуры, как Виолия! – презрительно скривилась Ютелия. – И это неправильно. От неё и Сэлии с Гаэлией одна докука. Надоело. Ты должен всё исправить, – требовательно ткнула она пальчиком в короля.

– Не выйдет, – покачал тот головой.

– Почему? – капризно вздёрнула брови Лиата.

– Я не доживу до тех благословенных дней, когда эти три дуры окончательно истреплют человеческую оболочку. Ну, разве что Виолия обрадует. До её трёхсотлетия я точно дотяну. Да и то не факт, что она…

– Подумаешь! – фыркнула Ютелия, качая ногой. – Тоже ещё проблема.

– Ты хочешь сказать, что оболочку можно сменить в любой момент? – тотчас догадалась Диамель.

– Вы что, серьёзно? – переводил король ошарашенный взгляд с одной заговорщицы на другую.

– Конечно, – не поняла его удивления Лиата. – Просто нужно рассказать Таилии с Уналией, как ледяные твари приспособились нас обманывать и становиться умней.

– Обязательно расскажем, – иронично усмехнулся Саилтах. – Сразу после переговоров. А теперь… Тебе не пора? – многозначительно уставился он на демоницу.

– Что пора? – вновь не поняла Ютелия.

– Не что, а куда. Исчезни. Диамель больше не станет подходить к окну. Я прослежу.

– Я её не оставлю, – упрямо набычилась Лиата. – Вот ещё!

– Ещё как оставишь, – угрожающе нахмурился король. – Ты мне тут точно не нужна.

– А, вон ты о чём? – снисходительно заухмылялась демоница. – Ничего. Я мешать не буду.

Рычание Саилтаха потрясло дворец до самого основания.