Стеклянная королева

Глава 6

Эшли

Обычно, когда спала, я не видела снов. Я оставалась мертвой для всего мира, все мысленные огни гасли, оставляя меня в темноте. Но на этот раз мне приснилась… Леонора.

* * *

Шесть месяцев назад я была безликой душой. Затем вселилась в тело королевской ведьмы, и все изменилось для меня. И для нее. Ее звали леди Леонора.

Теперь меня звали леди Леонора, а ее — безликой душой.

До нее я вселялась в другие тела. Во множества. Я рыскала по земле в поисках идеальных хозяев, крала драгоценные мгновения их жизни. Но никогда не оставалась надолго.

До этого момента.

В тот день, когда я захватила власть над первой Леонорой, бессильное посмешище превратилось в страшного воина, почитаемого своим народом, и мне это понравилось. Поэтому я решила остаться на некоторое время. А когда ее родители приласкали меня, и в их глазах засияла любовь, я решила, что ведьма станет моим постоянным сосудом. Что принадлежало ей, то принадлежало и мне. Даже семья и враги.

Сегодня я встречусь с ее главным злодеем. С тем существом, которого она боялась больше всего. Я знала это, потому что следила за ней, прежде чем войти в нее и занять ее место. Ее главный злодей? Король Крейвен, самый злобный птицоид во всем королевстве. Он был настолько могущественен, что провозгласил себя их королем. Никто не был достаточно силен, чтобы его сместить.

Конечно, двадцатиоднолетняя ведьма боялась такого человека, как он. Она с самого рождения находилась в заточении, и все из-за пророчества, которое было произнесено ей… «Маленькая Золушка».

Ее любящая семья считала, что эта сказка принесет в их королевство большие беды. Опасаясь за безопасность своего ангела, они не разрешили ей покинуть деревню. Глупцы. Откажи судьбе в идеальном конце, и она заставит тебя страдать, искажая сказку до тех пор, пока все не станет на свои места. Я видела, как это происходит.

Поскольку наивная Леонора никогда не проявляла магических способностей… а если и проявляла, то они были настолько ужасны, что она даже не знала, что это такое… она была плохо подготовлена к борьбе и не могла мне противостоять.

Я владела огнем, поэтому, как только завладела телом, у «нее» наконец-то проявились сверхъестественные способности. Способность создавать огонь… моя способность. Остальной мир просто решил, что ее магия наконец-то проявилась. Но я-то знала лучше. Теперь все считали ее… меня… самой могущественной ведьмой из всех, кто когда-либо жил на свете, и настоящей Золушкой.

Я взъерошила волосы. Впервые за все время моего существования у меня появились имя, семья, пророчество и цель. У меня даже было светлое будущее. До этого у меня не было никакой личности.

Однажды я просто открыла глаза, окруженная дымом и пламенем, душа, запертая в мире живых, растерянная и одинокая. Как чистый лист. Уже тогда я могла разжигать костры силой мысли. Мне не нужно было есть, и я не могла ни к кому прикоснуться. А мне отчаянно хотелось это сделать.

Не имея ни малейшего представления о том, кто я такая, я следовала за оракулами и писарями, ожидая, когда меня увидят, чтобы получить хоть какую-то лакомую информацию. Когда я обнаружила, что могу вселяться в их тела, я стала выбирать хозяев в зависимости от своих потребностей и их текущих обстоятельств, переселяясь из одного в другого каждые несколько месяцев без их ведома. Они потеряли немного времени, а я приобрела богатый опыт.

Впервые я получила удовольствие от того, что другие люди воспринимали как должное. Физические ощущения. Вкусная еда. Свадьба. Секс. Быть увиденной, услышанной и обожаемой. Я читала книги, чтобы узнать о себе, и вскоре обнаружила, что являюсь фантомом, созданным огнем и смертью дракона.

Сегодня я надеялась получить новый опыт… убийство. Самого Крейвена. Я никогда не встречала его, но он убил членов моего нового ковена и угрожал новой семье. За это он умрет в мучениях, и вся Энчантия скажет мне спасибо.

Ранее я подслушала, как слуги шептались об этом могучем короле птицоидов, о том, что он одинаково может убить как друга, так и врага, и что если сказать ему неправду, он отрежет тебе язык. Если украсть у него, отрубит тебе руки. Если убежать от него, отрубит тебе ноги топором.

Теперь у этого мужчины были большие проблемы с моими новыми родителями.

По мере того как число ведьм и колдунов в нашем ковене росло, жить на поляне становилось тесно. Не зная, что еще предпринять, Великий Лорд Титус… наш король… отдал приказ расселиться на территории Крейвена. Совсем немного. Самую малость. Едва заметно.

Крейвен очень обиделся и начал действовать, чтобы показать повелителю колдунов ошибочность его пути. Вчера Титус сдался: его магия не могла сравниться с ужасом небес.

Через несколько минут должен прибыть Крейвен, чтобы потребовать от каждого из нас извинений и клятвы верности.

Я не стану делать ни то, ни другое.

Я крепче сжала кинжал, который планировала вонзить в его гнилое сердце. Скоро он все поймет. Я могла бы стать ему прекрасной союзницей. Вместо этого он сделал меня страшным врагом.

— Что бы он ни захотел, Леонора, дай ему это. Пожалуйста. — Титус встал справа от меня и похлопал меня по свободной руке. Он дрожал. — Иначе Крейвен убьет нас всех.

И Великий Лорд, отец, на место которого я претендовала, и Ковенесса Гексель, мать, которую я всегда жаждала, облачились в свои самые роскошные наряды. Она блистала диадемой из черных кристаллов и высокой заостренной верхушкой в сочетании с облегающим черным платьем. На Титусе был черный плащ из шкуры пантеры и черная туника длиной до щиколоток, подпоясанная на талии кожаным поясом.

Я выбрала платье, на котором были вышиты кроваво-красные розы.

Мы стояли в фойе нашего дома… самой большой хижины в деревне… и ждали прибытия короля Крейвена.

— Подчиниться тирану? — я покачала головой. — Нет. — я не позволю ему отнять у меня единственный дом и семью, которые я когда-либо знала.

Титус вздохнул, как будто я обрекла всех нас на гибель. Я вселилась в его дочь уже несколько месяцев назад, но он все еще сетовал на мою «дерзость».

Внезапно отец напрягся и прошептал:

— Он здесь.

— Как… — мои уши дернулись, и я услышала шум крыльев. Ах. Затем раздались громовые шаги.

Скрипнули петли, и дверь в хижину распахнулась. Тут же появился он. Крейвен Разрушитель вошел в хижину так, словно она принадлежала ему, с двумя вооруженными людьми по бокам. Я сразу поняла, что это он. Ни от одного мужчины не исходило такой ярости.

Я отметила, что у него была не традиционная красота. Ему даже больше шло, его черты лица были смелыми и привлекательными. А все остальное… Привет. Он был высок и мускулист. Имел темные волосы и смуглую кожу, темные глаза и полные губы. Щетина покрывала сильную челюсть. Крылья у него были большие и синие.

Мое сердце бешено заколотилось… но почему? Я никогда не чувствовала ничего столь мощного. Будто появилось чувство связи. Как будто я принадлежала ему.

Будто он был моим. Предназначенным для меня и только для меня.

Я растерялась. Я удивилась. Ощутила восторг.

Он посмотрел на меня, но тут же отвел взгляд. В тот момент, когда я сжала кулаки, Крейвен снова перевел взгляд на меня.

— Ты, — вздохнул он, наклоняясь ко мне. Подошел ближе.

— Я? — спросила я, мое дыхание внезапно сбилось. От него пахло дождем. — Ты меня знаешь? — «так же как какая-то часть меня, кажется, знает тебя?»

— Я… нет. Но ты мне снилась. — больше он ничего не сказал, оставив меня в замешательстве.

— И что было в этих снах? — спросила я.

Один уголок его рта приподнялся.

— Самое лучшее.

Эта ухмылка… У меня затряслись колени. Я и представить себе не могла такую связь. Он тоже испытал это.

Наверное, я не стану его убивать. Оставлю его у себя на некоторое время.

— Назови свое имя, красавица. Полагаю, ты леди Леонора, дочь великого лорда Титуса, правителя волшебного народа?

Я прикрыла глаза и растворилась в нем. Даже его голос, низкий и грубый, как дым, притягивал меня.

Я облизнула губы, внезапно занервничав, как школьница.

— Да. — затем…

Крейвен изучал мое лицо, как будто запоминал карту сокровищ. Смотрел так же, как другие мужчины смотрят на своих любимых жен. Или любовниц.

Так, как я хотела, чтобы на меня смотрели всю оставшуюся вечность.

Когда он протянул руку, чтобы пропустить прядь моих рыжих волос между пальцами, мое сердце забилось быстрее.

— Ваше Величество… — начал Титус.

— Молчать, — рявкнул Крейвен, не отрывая от меня взгляда.

Это притяжение… Я не могла им насытиться. Но его нужно было приручить.

— Думаю, что ты — та, кого я искал, леди Леонора. — нежно и ласково Крейвен провел двумя костяшками пальцев по моей скуле. По коже побежали мурашки. Заметив это, он едва заметно улыбнулся, прикрыв глаза. — Я позволю тебе и дальше править своим народом, — сказал он моему отцу, по-прежнему не отводя от меня взгляда. — Я даже позволю твоему народу остаться у подножия моей горы. Но девушка пойдет со мной.

* * *

Вдалеке раздались радостные возгласы, и я проснулась, как от укуса животного. Задыхаясь, резко вскочила, волоча за собой одеяло. Дезориентированная… Где я? Почему…

Остатки сна витали на краю сознания, напоминая о том, чему я стала свидетелем. Разве когда-нибудь сон казался таким реальным? Я почти поверила, что была там.

Я застонала. Я не пережила одно из воспоминаний Леоноры, и все тут. Потому что не была ее реинкарнацией. Я не была убийцей.

«Одержимая… укрепи барьер… фантом…»

Я сглотнула. Нет, я не была реинкарнацией. Но могла быть одержимой.

Раздались новые аплодисменты, заглушившие мой безумный смех.

Пытаясь отдышаться, я осмотрелась. Сквозь маленькие отверстия в шатре пробивался яркий утренний солнечный свет. Я лежала в шатре Саксона, на кровати, одна, и, боже, обнаженная.

Последнее, что я помню, это как вошла в ванну, а потом… что? Что!

Неужели я потеряла сознание? Неужели Саксон отнес меня в постель и позволил спать всю ночь в его кровати? Голой? Упоминала ли я о том, что на мне была только шкура и паника?

Я протерла глаза, прогоняя сон. Ладно. Забудем о Саксоне и наготе. На время. Я оденусь, вернусь во дворец и займусь исследованием фантомов. Если мой сон был реальным, если Леонора действительно была фантомом, укравшим у меня мгновения жизни, то я… Я не знаю.

Я просто… хотела ошибаться. Хотела другого объяснения.

Когда собирала разные истории, я также искала рассказ о том дне, когда Леонора и Крейвен встретились. Возможно, ее родители… которые на самом деле носили имена Титус и Гексель… или солдат записали несколько записей об этой встрече в родовом дневнике.

Что отец Майло написал о Леоноре в своем дневнике? Несомненно, этот дневник был у Майло. По крайней мере, у него мог быть набросок об отношениях Крейвена и Леоноры в «Сказаниях Энчантии». А может быть, мне удастся убедить Саксона наконец-то все рассказать.

Что бы мне ни пришлось делать, я буду сравнивать реальность со сном. Однако мне придется быть осторожной. Неизвестно, как Саксон отреагирует на возможную одержимость фантомом.

Нет, это было неправдой. Он сначала убьет, а потом задаст вопросы.

Тот факт, что первая Леонора могла быть частью пророчества «Маленькой Золушки», ну, эта часть чуть не сломала мне мозг.

Действительно ли сказки становились хуже по мере их повторения?

Так много вопросов, и так мало ответов.

Когда раздались очередные аплодисменты, пришло понимание. Турнир! Желая проверить оружие, я вскочила на нетвердые ноги, намереваясь надеть любую одежду.

К счастью, искать не пришлось. Я заметила платье, аккуратно сложенное рядом с подушкой, а также корзинку, в которой лежали два куска хлеба, два куска сыра, графин с водой, туалетные принадлежности, ленты для волос и записка.

Хоть в животе у меня и заурчало от волнения… неужели я действительно хотела узнать, что сказал Саксон?.. я положила сыр на кусочек хлеба, откусила и прочитала записку.

«Оденься. Как и обещал, я предоставил чистую одежду. Вместо участия в турнире ты займешься домашними хлопотами. Приберись в шатре и приготовь к моему возвращению обед из трех блюд. Ингредиенты для первого блюда я предоставил. На рынок без сопровождения не ходи. Ты должна покупать еду и только еду. Ты знаешь, что будет, если ослушаешься.

Твой король, С.»

Значит, я не должна была есть хлеб и сыр, а использовать их в дополнение к тем ингредиентам, которые надо купить на рынке на деньги, которые он мне не оставил, чтобы приготовить ему лучшую еду? Ему. Не мне.

Чувствуя себя бунтаркой, я проглотила остаток бутерброда и ни о чем не пожалела. Мой желудок запел от восторга, а все остальное во мне ожило, наливаясь энергией.

Саксон хотел, чтобы я занималась домашними хлопотами? Прекрасно. Но как только закончу, я пойду на этот турнир.

Почистив зубы, я облачилась в предложенное платье, ожидая увидеть очередную мешковину, но вместо нее обнаружила тонко сшитую одежду. Мягкий материал… Я мечтательно вздохнула. Но зачем Саксон подарил мне такую красивую одежду? Если только он не знал, что в этом есть что-то, что мне не понравится?

Ах. Вот оно. Немного маловато в груди, пуговицы на спине, которые я не могла застегнуть, не разорвав его пополам.

На всякий случай я поискала в шатре рубашку и кожаные штаны, которые он предлагал вчера. Увы. Хитрый принц оставил только платье.

Что ж, я покажу ему. Я оторвала пуговицы, затем откопала один из золотых гвоздей, которые спрятала ранее, и проделала им дырки в материале, где были пуговицы.

Затем я продела ленту для волос через нижнее отверстие с одной стороны и вторую ленту через нижнее отверстие с другой стороны, связав их вместе в конце. По мере того как я продевала эти ленты вверх, вверх, вверх, я их скрещивала. Этому приему я научилась, когда швы моей мешковины разошлись в Храме.

Несмотря на то, что пришлось приложить немало усилий, мне удалось втиснуться в платье, держась за каждую из лент. Затем я затянула их и завязала концы, закрывая и закрепляя заднюю часть платья. Как только я закончила, по позвоночнику пробежало тепло, и я рассмеялась. Это было ощущение победы?

Я сделала это! Эшли: 2. Саксон: 0.

Я расчесала волосы и закрепила их по бокам оставшейся лентой. Хорошо. Пора приводить себя в порядок.

Сегодня утром я не настолько заботилась о внешнем виде, чтобы нацеплять беззаботную улыбку. Я ворчала себе под нос, заправляя постель, затем собрала оставленные Саксоном вещи: тряпки, чтобы начистить доспехи, набор точилок для меча. Укладывая каждую вещь, я искала свои яйца и чертежи — на случай, если он спрятал их где-то поблизости.

Но их нигде не было.

Для блюда «Саксон» я положила оставшийся сыр на оставшийся хлеб и намазала все зубной пастой. Потому что в ней были травы.

Три блюда… три ингредиента… в принципе, одно и то же.

Готово. Я сделала все, что он просил. У него не было причин жаловаться.

Снова раздались аплодисменты.

Если бы Саксон действительно хотел, чтобы я осталась здесь, он бы приковал меня цепями. А не сделав это, он доказал, что действительно хочет, чтобы я присутствовала на турнире и наблюдала за его битвой. Если я останусь в шатре, он, наверное, разозлится.

Уверена, логика заключалась в этом.

Решив разобраться со стражей, я вышла на улицу. Солнечный свет и тепло окутали меня, вчерашняя прохлада уже ушла. Может быть, если бы я сегодня буду выглядеть так же уверенно, как вчера, солдаты даже не попытаются меня остановить.

Вокруг суетились слуги. Одни несли бревна или ведра с водой. Другие — оружие и еду. Аромат жарящегося мяса витал в воздухе, заставив мой желудок заурчать, словно я не ела уже много лет. Эй. Где моя…

— Доброе утро, принцесса.

Я замерла и перевела взгляд на говорившего. Трио, мой трехлетний мучитель, приземлился метрах в десяти от меня, вместе с птицоидом, которую я никогда не встречала. Стройная женщина со светлыми волосами, белоснежной кожей, усеянной веснушками, и серебристыми глазами. Прекрасные крылья цвета слоновой кости, испещренные черными полосками, красовались за ее плечами.

На ней была одежда и оружие воина: черный кожаный топ с металлической сеткой, расположенной вокруг различных жизненно важных органов, в сочетании с кожаными штанами и поясом, на котором с обеих сторон висели украшенные драгоценными камнями кинжалы.

Она оказалась той девушкой, которой я всегда мечтала стать. Сильная, способная и достойная. Должно быть, ее семья гордилась ею. Народ гордился ею… будущий король.

Новые радостные крики привлекли мое внимание. Я посмотрела вниз с горы, где в самом центре шумного рынка возвышался огромный колизей. Он был слишком далеко, чтобы разглядеть детали, но я без труда заметила растянувшуюся вокруг него очередь — бесчисленное множество людей жаждало попасть внутрь.

Один голос, как по волшебству, перекрыл радостные возгласы.

— Далее у нас… Моргон Храбрый!

Затем раздался шквал аплодисментов. Ах. Должно быть, церемониймейстер представлял участников боя, одного за другим.

Следующий, кого он представил… тролль Бамбам… был встречен свистом.

Тьфу. Тролль борется за руку Диоры? У троллей были огромные рога, ядовитые клыки и, как я слышала, неутолимая тяга к смертному… мясу.

Наверное, я все-таки не завидовала принцессе Диоре. Какие еще существа претендовали на ее руку? Колдуны? Им приходилось красть магию у других, чтобы выжить. Змеи-оборотни? Они нагло питались другими оборотнями. Горгоны? Они могли превратить в камень любого.

Сможет ли Саксон победить таких свирепых конкурентов?

Если он погибнет, мне будет все равно. Не больше, не меньше. Возможно.

— Идем, — потребовал Трио, подзывая меня к себе. — Я отведу тебя на рынок, как велел принц Саксон.

— В этом нет необходимости. Я уже приготовил ему еду. — я указала в сторону бутербродов. Сытные и полезные. С травами.

— Ты лжешь.

— Как ты смеешь оскорблять мою готовку. Даже если бы я планировала готовить второе блюдо, а это не так, я бы не пошла с тобой на рынок. — сколько раз этот мужчина заставлял меня истекать кровью? — Я бы не пошла с тобой в сокровищницу, где можно взять все, что угодно.

Неужели Саксон оставил его, чтобы наказать меня еще больше?

Забываем о том, что буду переживать, если он умрет. Я буду радоваться. Более того, я уже планировала прощальную вечеринку.

Светловолосая женщина сказала:

— Не волнуйся. Я отведу ее на мясной рынок. Там есть несколько бифштексов, который я умираю от желания осмотреть поближе. — она пошевелила бровями.

Бифштекс? Мой желудок забыл про завтрак и заурчал в знак согласия.

— Я никогда не ела мясной пирог, но хотела бы немедленно это изменить. Пожалуйста, и спасибо. — затем я смогу улизнуть на турнир.

Она наклонила голову и уставилась на меня, как будто никогда не сталкивалась с таким странным экземпляром.

— Я не имела в виду… знаешь что? Не бери в голову. Я принесу тебе чертов бифштекс. Точнее, вегетарианский. Я не ем мясо. Если только ты не захочешь попробовать белок? Они, знаешь, как цыплята на деревьях, и эти маленькие сосунки заслуживают смерти от переедания. Я сказала то, что сказала.

Чертов? Не ест мясо? Многие ли птицоиды говорили так странно, как эта, напоминая ведьму Офелию.

— Я с радостью съем вегетарианский пирог, но без белок. Ты очень добра.

— Стоп, стоп, стоп. — она поспешила закрыть мне рот рукой, ее взгляд метнулся вправо и влево. Девушка обратилась ко всем, кто был рядом: — Она имеет в виду, что я очень плохая. Типа, ужасная. Ужасная. — удовлетворившись тем, что высказала свою точку зрения, она опустила руку и сказала: — Слушай, я вижу, что ты не хочешь ходить по рынку или готовить какую-то еду. Ты едва можешь оторвать взгляд от колизея. Итак, ты хочешь присутствовать на турнире или как?

«Серьезно?» Неужели я наконец-то обрела крестную фею?

— Ты проводишь меня туда? Да, да, да.

— Принцессе нельзя ходить куда-то, кроме рынка. — гнев плескался в глазах Трио, когда он расправил свои прекрасные крылья. Вшух, вшух. Он поднялся в воздух и посмотрел на меня. — Если мне нужно будет сломать тебе ноги и нести тебя, принцесса, я это сделаю.

Я не… Я не могла… пошевелиться. Мне нужно было что-то сделать. Но я застыла от ужаса, мое тело задеревенело. Я так и осталась стоять на месте, став невольной мишенью для своего самого страшного кошмара.

Светловолосая девушка бросилась к нему, ударив коленом в живот и по лицу.

— Попробуй сломать ей ноги и увидишь, что произойдет, — проворковала она, глядя на его хрипящую фигуру.

Крестная фея пришла на помощь.

Улыбаясь, она протянула мне руку.

— Кстати, я Ева. Ты — Эшли, и тебе приятно со мной познакомиться, бла-бла-бла.

Я посмотрела на нее, потом на ее руку. На Еву, на руку. Я должна была поцеловать ее? Она была вторым помощником Саксона, и она выручила меня с Трио. Если это была традиция птицоидов…

Неважно. Я сделала это. Поцеловала ее руку.

Она прикусила губу, ее глаза расширились от… веселья? Ах. Что я сделала не так? И, вау. Вблизи я заметила слабые голубые крапинки в ее глазах. Это напомнило мне и Зачарованный лес, и Офелию. Я нахмурилась. Она была ведьмой, или в детстве ее наделили магией?

Обычно птицоиды предпочитали не пользоваться магией, по крайней мере, так мне говорили. Тем не менее, на ней не было браслетов, защищающих ее руки, которые служили проводником магии.

Трио с рычанием поднялся на ноги.

— Не мешай мне. — он отпихнул Еву в сторону и сжал мое плечо заставив меня вскрикнуть. Он прижал меня к себе, словно я была не более чем тряпичной куклой.

Ева ударила его по руке, заставив ослабить хватку. Я отшатнулась, и она нанесла второй удар ногой, попав ему в живот. Когда он сгорбился, задыхаясь, она схватила его за волосы, а затем нанесла двойной удар коленом сначала в нос, потом в подбородок. Трио рухнул без сознания.

Моя героиня!

— Как ты это сделала?

— Практика. — она скрестила руки, всем своим видом демонстрируя выполненную работу. — А теперь закрой глаза, и я… э-э… полечу к колизею. Потому что у меня есть крылья. Ты заметила крылья, да?

Что-то в ее голосе… Я не могла не подчиниться ей, мои глаза закрылись сами собой. Когда Ева обхватила меня за талию, я испытала момент невесомости, дезориентации и головокружения. Земля под ногами исчезла, и мы с ней, казалось, зависли в воздухе.

Внезапно под ногами появилась новая опора. Я вдохнула аромат духов, смешанных с потом и мылом. Крики зрителей стали очень громкими.

Прошло всего несколько секунд после того, как я закрыла глаза, но уже точно находилась внутри колизея.

Я попыталась открыть глаза, но веки задергались. Борясь с паникой, закричала:

— Что-то не так. Я не могу открыть глаза. Что случилось? Ева?

— Ах. Точно. Да, давай, открывай глазки.

В этот момент мои веки распахнулись. Хорошо. Теперь намного лучше. Я выдохнула, теперь уже абсолютно уверенная в том, что она действительно обладает магией. Я слышала, что есть люди, которые могут заставить других действовать одним словом, но никогда не встречала таких.

По какой-то причине она, должно быть, использовала свою магию, чтобы заставить меня думать, что прошло так мало времени с тех пор, как мы покинули Трио. А я и не подозревала.

Ужасные вещи, которые эта девушка могла заставить меня сделать…

— Не смотри на меня так, — сказала Ева, и властные нотки сменились раздражением. — Я простая девушка, которая стоит перед другой девушкой и хочет, чтобы она воздержалась от суждений, пока не узнает ее получше.

Что ж. Разве не этого я всегда хотела и от других? Я кивнула, и она усмехнулась.

— Ты начинаешь мне нравиться, Эш. А теперь смотри. — положив руки мне на плечи, она развернула меня.

О, Боже. Я пришла в восторг от открывшегося зрелища. Мы стояли в верхней части колизея, справа от королевского помоста, где мой отец и Диор руководили турниром с золотых тронов. Четверо слуг держали над площадкой большой брезент, укрывая их в тени. С углов брезента свисали самые красивые красные ленты, танцующие на легком ветерке. Еще один слуга стоял поодаль и обмахивал короля пальмовой ветвью, чтобы уберечь его от не по сезону сильной жары. По крайней мере, я полагала, что она была не по сезону. Я никогда раньше не посещала Севон.

Как и в тронном зале, Диор заняла место королевы, а не ребенка. Честь, которую, как мне казалось, она не заслужила.

Заметив меня, она улыбнулась и помахала рукой. Я заставила себя помахать в ответ. Однако, улыбнуться… я еще не готова.

По другую сторону от отца стояли два мягких кресла, одно из которых занимала ведьма Офелия, а на другом сидела незнакомая миловидная девушка.

У нее были ярко-рыжие волосы, светлее, чем у Трио, белая кожа с румяным оттенком и невероятные фиолетовые глаза, обрамленные густыми черными ресницами. На ней была такая же одежда и доспехи, как у Евы, и столько же драгоценностей, как у Офелии. Должно быть, это королевский оракул.

Они склонились друг к другу, перешептываясь и смеясь.

Я перевела взгляд на отца. Он наблюдал за участниками, выглядев сосредоточенным и радостным. Часть меня хотела броситься к нему и обнять, но я не понимала почему. Неужели мне нравились мучения? Отец тут же отмахнулся бы от меня, и я бы выглядела дурочкой. Опять.

Почему он не мог любить меня так, как я любила его?

Мои плечи опустились.

— Я хорошо выгляжу? — спросила я свою сопровождающую. — В шатре не было зеркала. — смогу ли я заставить отца хоть немного гордиться собой или опозорю его?

Ева окинула меня взглядом.

— Похоже, ты готова оштрафовать меня за просроченную книгу и прогуляться по переулку Целомудрия.

Мы говорили на одном языке, и все же смысл ее слова от меня ускользал. Просроченная книга? Я даже никогда не слышала об этом переулке Целомудрия.

— Это хорошо или плохо?

— Дорогая, это очень хорошо… для тебя. Чистота и порядочность — новый тип Саксона.

Новый тип?

— А какой ему тип нравился до этого?

— Жгучие. — она указала на помост. — У тебя будет лучшее место. Ты устроишься рядом со своей новой падчерицей и отцовским шведским столом с закусками, которые можно есть всем желающим. Приятно провести время. Битва вот-вот начнется, и у меня такое чувство, что Саксон ожидает, что все это время твой взгляд будет прикован к нему.

Ева едва не смеялась.

— Я знала, что он ждал меня здесь. — он хотел наказать меня за прогул, но я нарушила его планы. Я высоко подняла голову, и расправила плечи. Эту девушку было не остановить.

— Думаю, он хотел, чтобы ты была здесь, — сказала она, — но и также я знаю, что он не хотел, чтобы ты была здесь.

Я вздрогнула. Знала ли она, за кого меня принимает Саксон?

— Да, я знаю, кто ты, — сказала она, словно прочитав мои мысли. — Не волнуйся. Я понимаю, что чьи-то действия могут быть неправильно истолкованы. Поэтому. Окажу ту же любезность, что и ты мне, и понаблюдаю за тобой, прежде чем вынести вердикт.

Ладно, я только что приняла решение относительно нее… она не та, кого стоит бояться.

— Когда битва закончится, я заберу тебя и верну в его шатер. — она легонько подтолкнула меня вперед. — Развлекайся. Безумствуй. Пусть твои золотые розы найдут… солнечный свет?

— Пусть твои розы цветут вечно, — поправила я ее, ухмыляясь. Повернулась, чтобы обнять ее, но Ева уже ушла.

Неважно. Кажется, я только что обрела подругу.

Ухмылка не сходила с лица, когда я зашла на помост. Прошагала мимо ведьмы и оракула, которые проигнорировали меня… короля, который оглянулся на меня… Диор, которая снова помахала рукой. Я вздрогнула и опустилась на небольшой трон.

Проходили минуты, пока я ждала хоть какого-то приветствия от отца.

Продолжила ждать…

Я тяжело вздохнула и взяла инициативу в свои руки.

— Доброе утро, оте… Ваше величество. Диор.

Он кивнул, ничего не говоря, все еще увлеченно наблюдая за сражающимися. Никаких вопросов о моем ночлеге у Саксона? Никаких расспросов о том, как я провела время в Храме, когда мы были вдали от придворных? Даже не поругает за то, что я осмелилась присутствовать на этом мероприятии?

Диор выпалила.

— Доброе утро, Эшли, — словно не в силах больше сдерживать свои слова. — Я так рада, что ты смогла приехать на турнир. Наконец-то мы сможем узнать друг друга получше.

— Конечно, — сказала я, но в моем голосе не было энтузиазма.

Словно только что осознав, что я пришла, Офелия повернулась, встретившись со мной взгляд.

— Эшли, Стеклянная принцесса, или как там ее, хочу представить тебе Ноэль, главного оракула Севона. — она величественным жестом указала на девушку рядом с собой.

— Я, типа, твой самый большой фанат, — промурлыкал Ноэль. — Президент клуба и все такое. Честно.

Еще больше непонятных слов. Клуб — это оружие, а президент — это… Я даже не знаю. Последовав примеру отца, я кивнула. Что еще я могла сделать?

Рыжая красавица перегнулась через короля, не обращая внимания на его недовольное ворчание, и спросила меня:

— Разве ты не гордишься нашим Саксоном за то, что он сегодня надерет задницу?

«Надерет задницу?» Я достаточно разбиралась в ругательствах, чтобы понять, что она только что назвала конечный результат сегодняшней битвы, хотя та еще не произошла. Но…

— Надрать задницу — это хорошо? — очевидно, за время пребывания в Храме я пропустила несколько важных обновлений в местном говоре.

— Очень хорошо, — кивнула Ноэль. — Если, конечно, наносить удар будешь ты. А Саксон именно такой.

Меня охватило облегчение.

Стоп, стоп, стоп. Подождите. Облегчение? Это нелепо. Я с самого начала хотела, чтобы Саксон проиграл и тем самым прекратить свои обязанности связного.

Оракул почесала голову.

— Если только я не ошибаюсь, и это Саксону надерут задницу. Да, это вполне возможно. Давайте выясним вместе.

— Наш следующий участник, — объявил церемониймейстер, — Майло Амброуз, королевский маг Флера и Севона.

Я выпрямилась. Итак. Майло решил бороться за руку Диор. Это меня не удивило.

Диор одобрительно закивала и захлопала.

— Ты знакома с нашим восхитительным магом Эшли? Он такой милый.

Милый?

— Я не могу сказать, что мой опыт общения с ним зеркально отражает твой.

Она наморщила лоб.

— Что ты имеешь в виду? Он был жесток с тобой?

К тронам подошел слуга с подносом традиционных угощений из Флера, по которым я соскучилась больше, чем по дыханию. Его появление спасло меня от попыток объяснить то, что я не знала, как объяснить. Когда я увидела лимонные пирожные, лавандовое печенье, свежеиспеченные хлебцы с клубничным джемом и сливками, у меня пересохло во рту.

Ооох. На другой стороне подноса предлагались соленые блюда. Наверняка деликатесы из Севона. Я не смогла определить различные виды мяса и соусов.

Я выбрала те лакомства, которые хотела. То есть, я набрала столько десертов, сколько смогла удержать. Сначала сладкие. Потом соленые.

Как только я откусила от своего лакомства, мои глаза закатились. «Так вкусно». Я не могла вспомнить, чтобы пробовала что-то лучшее, мои вкусовые рецепторы внезапно ожили.

— Неужели за время своего трехлетнего отсутствия ты позабыла манеры? — отец посмотрела на меня с неприязнью. — Может, мне отправить тебя обратно в Храм, чтобы ты о них вспомнила?

Мои щеки покраснели, и я проглотила сладкое лакомство, которого больше не хотела. Десерт осел в моем желудке, как свинцовый шарик.

— Прости, оте… Ваше Величество. — он был прав. Принцесса не должна запихивать еду в рот, особенно на людях.

Диор посмотрела на нас, прежде чем сказать королю:

— Моя дорогая сестра была достаточно любезна, чтобы выбрать для меня несколько угощений, не так ли, Эшли? Очень благородный поступок, несомненно. — она взяла горсть моего печенья и разложила его у себя на коленях, подражая мне, как будто я была ярким примером изящества и утонченности.

Отец поджал губы, но больше ничего не сказал.

Я встретила проникновенный взгляд принцессы и пробормотала:

— Спасибо.

Она улыбнулась мне яркой улыбкой, в которой сквозили общие секреты и товарищество, и я поклялась быть добрее к ней до конца дня.

— Я представляю вам будущего короля птицоидов, — произнес церемониймейстер, растягивая несколько слов. — Наследный принц Саксон Скайлер

Когда Саксон вышел вперед, раздались оглушительные аплодисменты.

В этот момент я забыла обо всем остальном. Вид его, облаченного в военную одежду, обвешанного оружием… был великолепен. От него исходила такая сила.

Он гордо вскинул подбородок, его спина была прямой. Решительность прослеживалась в каждой линии его выразительного лица. На нем был нагрудник, выгодно подчеркивающий каждый мускул на руках. Два темных ремня пересекали грудь и закрепляли два коротких меча на спине, прямо между прекрасными крыльями. Как мягко выглядели эти перья, так противоречащие всему остальному.

Темные кожаные штаны облегали его мощные ноги, как вторая кожа, а пара боевых ботинок со стальными носками завершала образ.

Осознание его присутствия поглотило меня. Знал ли он, что я здесь? Он…

Саксон поднял свой взгляд, встретившись с моим, и я задрожала. О, да. Он знал. Вероятно, понял это сразу же, как только я появилась.

Солнечный свет освещал его тело и подчеркивал яростный блеск глаз… яростный блеск, который говорил мне, что я ошибалась насчет того, что он хотел меня здесь видеть. Этот блеск обещал, что, как только он закончит здесь, у нас будет своя битва…