Вспоминай меня ночью (СИ)

Глава 15 - Границы

Прохладная вода смывает пьяный дурман, но мою глупую улыбку не смыть, наверное, уже ничем. Рассматриваю кровавые разводы на полу душевой – красиво… Сердце все еще бешено колотится, но уже совсем по-другому. Оно колотится так, что я почти умираю от удовольствия.

Может, у меня какой-то генетический сбой, и оно отыскало где-то в моей грудине точку G?

Потому, что каждый его удар… Попадает именно в нужную точку!

Она целовала меня, пока я спал. Она хотела, чтобы я увидел это! Это так охренительно круто, что у меня скоро судорогой сведет все мышцы на лице. Ну и пусть!

Интересно, Хлоя уже сдала свою квалификацию? Нужно бы съездить, забрать ее. И куда она подорвалась в таком состоянии? Неужели и на работу собирается вечером?

Выключаю воду. Полотенце на бедра. Снова смотрюсь в зеркало, хотя медитировал перед ним, наверное, полчаса перед тем, как принять душ. Помада смыта, но по всему лицу мерцают звездочки блесток, вызывая очередной эндорфиновый фейерверк.

Гламурненький видок в сочетании со смоляной вязью тату на плече. Вэл бы понравилось…

Бл*ть! Вот нахе*а эта мысль?! Даже вспоминать не хочу...

Вытаскиваю из брошенных на полу бриджей телефон. Первый номер Алисы. Надо бы позвонить и узнать не попалась ли она на допинге и насколько встряла, если - да. Но сначала - Хлоя.

Прихватив почти пустую бутылку «Мартини», выхожу из ванной. Счастливый и пьяный…

О, ЧЕРТ!

Мое несчастное сердце скоро оторвется от положенного места и уйдет в свободное плавание по организму, если только не уже...

Хлоя… Вернулась!!

Лежит на краешке кровати, глаза закрыты, на шее черные нити наушников. Уснула? Сколько она уже здесь? Я, наверное, час проторчал в душе…

Глаза блуждают по открывшемуся зрелищу. Волосы шелковой копной прикрывают глаза, оставляя моему взгляду только пухлые, розовые губы… Длинные ноги прикрыты чуть выше колена легким цветастым сарафаном. Первый раз вижу ее в платье. И мой взгляд безнаказанно бежит наверх, задерживаясь на краю цветной ткани. Она съехала и...

Делаю пару шагов к кровати.

Тонкие лямочки и сжатый лиф соблазнительно приоткрывают высокую грудь и красивую родинку, которая немного выше соска. Я помню ее... Она притягивает мой взгляд и пальцы... Мне хочется обвести ее, прикоснуться губами...

Твою мать...

Как я оказался на кровати?

Еще и в одном полотенце!

И пьяный!

Мои пальцы скользят по краю ее сарафана... прямо к родинке...

Что я делаю?

– Что ты делаешь?…

Ее сонный голос пускает порцию адреналина в мой мозг.

Отдергиваю руку.

Тянет за нити наушников и вопросительно смотрит на меня. Наушники вылетают из гнезда айфона, и теперь я тоже слышу ее музыку.

– Ммм… Просто… Извини…

Закусывает с улыбкой губу.

Ооо... Что ж ты творишь, я и так на грани!

Ее сонный взгляд плывет по моей татуированной руке...

Глаза загораются. Ей нравится!!

Всем нравится...

Но тот факт, что нравится ЕЙ меня приводит в восторг.

Взгляд не торопясь плывет выше... Она сглатывает, заставляя меня мгновенно затвердеть еще сильнее.

Немного поблуждав по линии подбородка упирается в глаза. И он уже ни хрена не сонный… Зрачки расширяются... Прищуривается... Брови съезжаются на переносице:

– Да ты пьяный! - удивленно.

- Мхм…

Ничего членораздельного сейчас все равно выдать не смогу.

– Какого черта ты пьяный? – всматривается она в мои глаза. – Еще только полдень! Что случилось за пару часов?…

Прячу ответ, закрывая глаза и закусывая улыбку изнутри щеки.

– Не спрашивай, ладно?

Полотенце слишком короткое и мягкое, чтобы скрыть мое возбуждение, и я заваливаюсь на живот с ней рядом.

Пытаюсь перевести разговор в безопасное русло.

– Ты сдала?

– Да…

Хлоя приподнимается, и ее пальцы бегут по моей тату вдоль позвоночника.

Твою мать… офигенно просто...

Хочу продолжения. Но я ведь... не должен... или... мы можем... но... ооо... Хлоя...

– Что с твоей рукой?! – замирает.

Зажимаю ладонь в кулак, чтобы спрятать порез.

– Да что случилось, Алекс?

Ее пальцы так и застыли где-то в районе моих лопаток, а мне так хочется, чтобы она продолжила свое путешествие вниз. Там еще есть сантиметров двадцать витиеватой росписи…

– Перевернись.

Если я сейчас перевернусь, то…

- Нет.

- Перевернись!

– Это плохая идея…

Она опять замирает.

– Ладно… Так ты расскажешь, что случилось?

Ее пальчики начинают снова кружить по моим узорам.

Ооо…

– Не сейчас… Черт... – надо остановить ее, иначе она потом не остановит меня. – Не делай этого, ладно? Я пьяный и…

Что с моим речевым аппаратом?

– Я… – голос становится тише и неуверенней. – Тебя не напрягает, что я вернулась?

О*уенная логика!

– Хлоя. У меня такое ощущение, что это не я пьяный, а ты… Что ты несешь?

Мой голос такой… - мурлыкающий? – что я начинаю подозревать, что эрекция овладела еще и моими голосовыми связками.

Ее пальчики быстро убегают вверх.

Нет, нет, нет... Не слушайся меня!

Но они уже погружаются в волосы.

Да...

Надо как-то прекращать это...

Я не уверен, что она уверена… И я не железный… И ни хрена она меня не сможет остановить, если я…

- Хлоя?

– Мм? – пальчики расчесывают мои волосы, отбирая последние крохи контроля.

– Как ты себя чувствуешь?

– Что именно ты имеешь в виду? – такой хриплый голос… Я знаю, что это значит. Я помню ее хриплые стоны.

И тут до меня доходит смысл ее вопроса, как ответа на мой.

Ох, это такая плохая идея…

– Лучше тебе сейчас сбежать, маленькая.

– Я еще не рассмотрела тебя.

Ну всё!

Рывком подминаю под себя, игнорируя удивленный вопль и фиксируя лицо руками. Пусть видит в моих глазах, на что нарывается.

Но смотреть в ее распахнутые - это тоже такая, бл*ть, плохая идея…

Не хочу ее торопить. Не хочу, чтобы она сожалела о чем-либо. Где её границы?

– Останови меня, Хлоя.

Молча всматривается в меня. Между нашими губами пара сантиметров. Чувствую, что будет в следующую секунду. Моя штанга бесконтрольно начинает скользить по зубам, издавая характерное постукивание, и Хлоя закрывает глаза… Ее губы шепчут, и я чувствую все вибрации воздуха между нами, но почти не осознаю того, что она говорит.

– Остановись сам… Когда посчитаешь нужным.

Еще никогда не пробовал останавливаться.

И лучше бы мне вообще не начинать. Но моя воля уже сломлена.

Глаза закрываются и губы скользят по ее коже. Смогу? С НЕЙ?

Сейчас и проверим.

Мои губы скользят к ее ушку. Закусываю мочку, веду по ней штангой.

Небольшой рывок заставляет меня еще сильнее зафиксировать в ладонях ее лицо.

Это от остроты ощущений.

Это хорошо…

Не знаю, кому приятней сейчас: мне или ей… Мне очень хорошо.

Ее дыхание становится громче, и пальчики впиваются мне в плечи. Всасываю мочку сквозь чуть сжатые зубы, и ее первый сдавленный стон отключает меня.

Накрываю ее губы своими. Замираю.

– Стой… – хриплый шепот вырывает из меня стон разочарования.

Уже?!

– Хлоя… – умоляю я, но она перебивает:

– Хочу посмотреть на него… – эта фраза, переливаясь невозможными смыслами, вырывает из меня еще один сдавленный стон. – Твой пирсинг…

Переворачиваю нас, не отрывая своих губ от ее. Все настолько чувствительно, что каждый ее рваный выдох накрывает меня микрооргазмом. Мы не целуемся, и эта грань создает невыносимое давление в моей груди. От эйфории и возбуждения закрываются глаза, но мне хочется видеть ее возбужденный и нетерпеливый взгляд, поэтому всеми силами держу их открытыми.

Пальчики бегут по моему предплечью и выше, перебираясь опять на узоры черной вязи, следом за ее блестящим и осоловелым взглядом.

Мне нравится, что ей нравится это…

И вот они уже скользят вдоль моей челюсти и останавливаются на губах. Я прикусываю язык, позволяя ей поиграть с моей штангой, и она тут же принимает приглашение, пробегаясь по ней пальцами. Со стоном непроизвольно втягиваю язык обратно, но ее пальчики нежно следуют внутрь, продолжая заигрывать со сталью. Покусываю их и веду штангой по чувствительным подушечкам, тихий стон опять опаляет мои губы. Желая обострить наши шалости, притягиваю ее за затылок ближе. Ее губы мягко впечатываются в мои, и язычок втягивается в нашу игру.

Не смогу остановиться…

Еще пара минут, и я просто насажу ее на себя!

Ее пальцы исчезают, но язык становится настойчивее.

Углубляя поцелуй, снова подминаю её под себя.

Хочу ее оргазм!

Захватываю обе руки своими и фиксирую одной наверху.

Мой язык бродит по кромке ее мягких губ. Несдержанно врываюсь им глубже.

Рука скользит вдоль шеи и ложится на вздымающуюся грудь. Сжимаю...

Такой, бл*ть, сладкий стон, что я тут же, бесконтрольно, впечатываюсь ей в бедро членом.

Замирает…

А ты как думала, моя сладкая?!

Но я не даю ей опомниться, срываясь более импульсивно в наши ласки. Отмирает и выгибается навстречу со стоном.

Невозможно же остановиться!

Я должен?... Зачем?.. Она просила остановиться. Когда посчитаю нужным…

А если я не считаю нужным?..

Со стоном отрываюсь и прячу лицо в районе ее шеи, упираясь губами в трепещущую венку.

– Иди-ка... - громко выдыхаю я, пытаясь успокоиться. - Моя маленькая... Свари нам крепкий кофе… Я оденусь.

Отпускаю мою добычу.

Беги, Хлоя, пока на меня снизошло секундное прозрение!

Замерев на секунду, она откатывается от меня и, ловко спрыгнув с кровати, скрывается на кухне под мой разочарованный стон.

И, бл*ть, что мне теперь с этим делать? Хрен он упадет, пока она здесь!

Подрываюсь опять в душ. И у меня два варианта – замерзнуть к черту под ледяной водой или помочь себе самому.

Второе гораздо безопаснее в нашей ситуации, ну, и приятнее, конечно. Включаю теплую воду. Забавный порыв при моей профессии.

Одна только мысль, что она может развлекаться там таким же способом, моментально доводит меня до разрядки и позволяет, наконец-то, расслабиться.

Надеюсь, смогу держать себя в рамках приличия. Джинсы потуже - и я иду на терпкий запах кофе.

Хлоя сидит на подоконнике спиной ко мне. В одной руке сигарета, в другой кружка кофе, ноги свисают на улицу. И у меня тут же подводит живот от ощущения высоты и опасности – шестнадцатый этаж.

Мягко обнимаю за талию и тяну на себя.

– Не сиди так.

– Мне нравится вид.

Переезжай ко мне…

Так хочется сказать это вслух, но… Слишком много «но».

Пробегаюсь губами по кромке сарафана на спине. Где она, кстати, переоделась?

– Где ты сегодня была?

– В студии. И у друга еще.

– Кто твой друг?

– Ричи. Он танцевал раньше в моем коллективе.

– Раньше?

– Да. Там мутная, некрасивая история. Он - единственный из них, кто поддержал меня в трудную минуту. Не хочу грузить тебя.

Я знаю эту историю… Сказать? Вдруг, бл*ть, Царевне приспичит покаяться? Тогда, я опять встряну. Подставлять Валери, как-то, нехорошо, но и врать Хлое больше не хочу.

– Расскажи свою версию.

– Не поняла…

Начинает разворачиваться, но я, не позволяя, крепче прижимаю ее к себе.

– Ну, я знаю одну. Только не спрашивай, откуда – все равно не скажу.

– Лекс? – ее спина напрягается. – Ты опять пугаешь меня.

– Я знаю, как это звучит, и мог бы промолчать, но это было бы нечестно по отношению к тебе.

Пожалуйста, Хлоя, не заставляй меня сожалеть о моей искренности.

- Я не сделал ничего сумасшедшего, клянусь. Узнал это случайно. Просто расскажи мне, пожалуйста, сама. Я знаю только несколько моментов.

Расслабляется и кладет голову мне на плечо.

Проехали...

Чудесная доверчивая девочка...

Забираю ее сигарету и затягиваюсь.

– Потом… Не хочу грузиться.

Накрываю ее лоб рукой. Прохладный.

– Не ходи сегодня на работу. Я договорюсь с Шоном, он подменит тебя. У меня выходной…

– А у меня тоже…

– Ты останешься?

– Не могу. Я ненадолго заскочила. Тревожно было, как-то, на сердце…

И я растекаюсь удовлетворенной лужей по полу. Она чувствовала!

– … но мне уже пора.

– Куда? – наверное, это перебор, но язык срабатывает вперед мозгов. – Если это слишком… навязчиво, разрешаю послать меня на хрен с моими вопросами.

– Да нет… Я преподаю танцы. У меня несколько групп.

– Ты слишком много работаешь.

– Плачу кредит за квартиру.

ЧТО?!

И меня накрывает. Она тусуется по друзьям, а мудак живет в ее квартире, за которую она платит кредит и поэтому впахивает почти круглосуточно! О*уеть!

Кулаки непроизвольно сжимаются, и я каменею.

– Ты чего?

Разворачивается, чтобы видеть мое лицо.

– Я его урою!

Тут же застывает в моих руках. На ее лице недоумение меняется осознанием.

– Не лезь в мою жизнь!