Вспоминай меня ночью (СИ)

Глава 26 - Легко

Басы рвут колонки, народ в одуревшем драйве отжигает там, где стоит – сплошной танцпол.

Хлоя, ловко лавируя между отрывающимися би-боями, тянет меня в самый центр тусовки – ищем Ричи.

Лет пять назад, когда я еще активно тусовался, народу на таких мероприятиях было раз в десять меньше. Сейчас все глобальнее и более качественно организовано. После почти трехлетнего зависания в «Сумерках» с его пафосной атмосферой, несмотря на толпу, ощущаю, что попал на дружественный междусобойчик. По сути, так и есть – здесь все знают друг друга. Сплошной «позитифф», б*я… И этот факт активно подтверждается систематическим облапыванием моей девушки всякими чуваками – обнимашечки, поцелуйчики, поручкивания… Раньше я и сам был такой «радушный», но «Сумерки» отучили. Там только с Алисой у нас неизменные объятия, не имеющие отношения к работе. С другими девочками только на показуху или за бабки.

У одного из пультов вижу Ричи и еще несколько чуваков. Что-то выясняют с ди-джеем. Фактически, вырываю из очередных обжиманий Хлою, притягивая к себе, чтобы сообщить ей, что нашел ее "потерю", но, на самом деле, просто достали уже эти тисканья, и хочу касаться ее сам.

Нет, я, конечно, охе*ительно толерантен сегодня, понимаю, что все это - часть этой культуры, но… У меня же есть повод прямо сейчас обнимать ее самому. И я обнимаю, целуя и одновременно показывая нужное направление – музыка пока орет так, что перекричать все равно не удастся. Но скоро начнутся баттлы, и станет чуть тише.

Пока мы продираемся к месту назначения, народ уже начинает кучковаться вокруг танц-пола, освобождая центр. Музыка становится тише, остается только на фоне. Кто-то из судей в микрофон активно организует народ, вставляя ржачные комменты по поводу дурных аниматоров в облегающих одноцветных костюмах, которые отжигают паппинг на какой-то своей накуренной волне.

Здороваемся с Ричи за руку, и второй он тут же прижимает качнувшуюся к нему в объятья Хлою, но я не выпускаю ее руку и тут же тяну на себя, не позволяя им особых нежностей.

Ухмыляется, бл*ть.

Ухмыляйся…

– Ты когда выходишь?

Чтобы особо не мешать ей общаться, обнимаю ее сзади, разглядывая разношерстный народ, и она, не сопротивляясь, вжимается в меня, укрывая себя крест-накрест моими руками. И мне хорошо и спокойно.

– Да, минут через десять, в первом баттле.

Мои пальцы блуждают по ее животику, заигрывая с пирсингом в пупке. В ответ на ласки она, периодически, немного вздрагивает, выгибается и сжимает бедра… А я кайфую от этого.

Ричи хмурится.

– Ты чего такой напряженный? – Хлоя взлохмачивает его челку, и он, причесываясь пятерней, надевает бейсболку козырьком на бок.

Мнется немного, потом дергает лицом в недовольной гримасе:

– Да, есть тут народец неприятный. За тебя переживаю…

Я напрягаюсь, автоматически сжимая Хлою крепче, и смотрю ему в глаза, прислушиваясь к реакции ее тела. Реакции пока нет.

– Кто?

– "By fry"…

– Да, ладно, – пожимает плечами. – Х*р с ними.

– Я на регистрацию! – переводит взгляд на меня. – Не бросай ее одну…

Лишь бы, бл*ть, она меня не бросила…

– Про кого он говорил? – прижимаясь губами к ее ушку, спрашиваю я, заправляя мешающие пряди волос.

– Да, все те же лица, – ведет она плечами. – Сам знаешь – наш мирок маленький. Коллективчик, где танцует девчонка эта, с которой Майкл загулял. Они цепляют меня иногда… Не парься - мне все равно, я в силах дать сдачи.

Ну, пусть попробуют.

Поглаживаю, пытаясь понять ее состояние – напряжена или нет?

– Если хочешь, давай уйдем. Ричи поймет.

Вроде бы, нет напряжения.

– Пф… Еще не хватало! Ричи просто болезненно к этому относится, они и его тоже цепляют из-за меня. Я игнорирую, а он не может. Откусывается за двоих – волчонок!

Смеется.

Спасибо тебе, Ричи!

– Ты прекращай так напрягаться! – разворачивается и слегка кусает меня в одеревеневшие мышцы на шее. – Мало ли говнюков на свете. Ой, смотри, начинается…

Мы занимаем место в первой линии, прямо за спинами тех, кто уселся на пол, очерчивая периметр поля битвы.

– Как они цепляют тебя?

Мне нужно знать. Потому, что, при необходимости, хочу среагировать вовремя и адекватно.

– Да, подъе*ки вечные и мелкие пакости. Ничего серьезного, просто неприятно.

Музыка становится громче, не позволяя продолжить разговор. Чувак в алой бандане и с микрофоном представляет толпе шестерых участников квалификационной битвы, среди участников и наш Волчонок.

Ди-джей усиливает звук, и шестерка по очереди начинает рубиться в стиле «Фанк». Кто-то хуже, кто-то лучше. Волчонок хорош и сдаст точно. По манере его движений понимаю, что он, обычно, рубится в верхних и более легких стилях. Я предпочитаю нижние и более тяжелые. Но он более юркий и резвый, и его техника ему гармонична.

Хлоя сосредоточена на выступлении, а я - на ней. Она не смотрит на картинку в целом, как остальные. Ее глаза выхватывают отдельные движения и связки, следят за техникой исполнения. Я и сам люблю раскладывать танец «на запчасти», когда смотрю, поэтому легко замечаю по ее взгляду и живописно меняющемуся выражению лица, что она делает именно это.

Правильно! – вспоминаю я. – Она же три года руководила своим коллективом, ставила всем им технику и делала все постановки.

Три года работать вместе, и так ее кинуть!

И не в силах сдержать своего негодования, опять начинаю пытать ее, впечатываясь губами в ушко.

– Хлоя, почему только Ричи взбрыкнул по поводу выходки Майкла?

Тот уже оттанцевал свою партию, и она, немного развернувшись, объясняет мне:

– А, кроме него и Майкла, никто не знал, что со мной. Ричи я попросила никому не говорить, что я в больнице, попросила извиниться за меня, что не смогу вывезти их на чемпионат. Майкл воспользовался их разочарованием и подбил ехать без меня. Мою партию отдал… Ну, ты

знаешь дальше. Я на них не в обиде, но общаться не хочу. Так, здороваемся просто, и все.

Пока идут следующие баттлы, выходим на улицу, покурить. Музыка приглушенно вырывается из подвального помещения, переоборудованного в хип-клуб. Народ небольшими кучками курсирует туда-сюда, периодически подходя к нам и здороваясь то с Хлоей, то с Ричи.

– Ты точки в движениях ставь четче, зачем размазываешь? – отчитывает его Хлоя.

Я тоже заметил, что он слегка сливает конечные фиксации некоторых движений. Объясняя еще что-то, она тут же начинает показывать ему какие-то свои примочки. Мне хочется подключиться и тоже поправить несколько движений Ричи, чтобы довести до совершенства, но на нее хочется смотреть больше, поэтому я просто курю и наблюдаю, как Хлоя ставит их ему.

Уже начиная развлекаться, она фиксирует его руку в локте, заставляя безвольно покачивать предплечьем в стиле «пьеро», Ричи послушно исполняет все ее задумки под совместные подхихикивания.

Мне бросаются в глаза две девчонки, проходящие мимо, по тому, как пристально смотрят на них. Другие тоже смотрят… Но эти - по-особенному – недобро. Ухмыляясь и перешептываясь между собой.

– Х*р ли ты палишь? – рыкает на одну из них Ричи, и она, что-то негромко брякнув в ответ, кривит губы и проходит дальше. Хлоя даже не поворачивается, чтобы взглянуть. Только замечаю, как, чуть-чуть, напрягается ее спина.

Она?

Поворачиваюсь, чтобы рассмотреть получше. Просто интересно, на кого можно было променять Хлою. Пф… Без комментариев… Но я, на всякий случай, запоминаю обеих. Мало ли…

Нестыковка в моей голове не отпускает. Девчонка - по сравнению с Хлоей - никакая. Я видел много женщин и способен оценить физическую красоту. Эта, до безобразия, банальна.

Внутренний мир, конечно, оценить не могу, но Хлоя – это, вообще, лучшее, что я когда-либо встречал: интересная, одаренная, искренняя, настоящая, самоотверженная, добилась всего сама – ночи не хватит перечислять! Не любил ее? Да, к ней только за ее чувственность намертво приклеиться можно – после нее секс с другой женщиной - как с бревном.

В чем, бл*ть, фишка?

Не в силах сдержать свое болезненное любопытство, пристаю к ней опять, пока Ричи оттащили от нас какие-то девчонки:

– Хлоя, а ты у Майкла спросила - "почему"? – разворачиваю ее к себе лицом и заглядываю в глаза, блестящие в темноте.

– Ты не уймешься, да? – вздыхает. – Нет. Я и так знаю.

– Просвети меня, потому, что я в полнейшем непонимании!

– Да, все банально до отвращения, – морщит она носик, и я прижимаю ее к груди, зарываясь пальцами в волосы. – Он был у меня первым, а я - у него. Я никого больше не замечала. Любила… Ему со мной удобно было во всех смыслах. Я же старалась для него. Крыша над головой есть, завтрак, обед, ужин, постель согрета. Деньги - не проблема – мы ж много призов и стипендий снимали по штату, статус у меня был авторский. Тусовки все для нас открыты. Меня жюрить на юношеские все время приглашали, он со мной всю страну на халяву объездил. Родители его в восторге: еще бы - с такой семьей породниться! Пффф…

Когда Майкл узнал, что я беременна… для нас это было неожиданностью. Он испугался, что не успел еще ничего попробовать, а тут все так серьезно. Между нами все напряглось сразу, и я почувствовала эту его потребность – пожить еще лайтово, потусить, побеспределить. Да, элементарно, просто попробовать секс с другими женщинами!

– И что потом…

– Он смалодушничал. Не стал все рвать, боясь реакции окружающих, но из него, все равно, полезло все это дерьмо! Я еще и виноватой оказалась – у МЕНЯ же аллергия на латекс. Бред, конечно, я всегда предохранялась таблетками, но… Короче, он начал мне жаловаться... типа не готов... меня отморозило от него сразу. А ему казалось, что я, наоборот, должна теперь держать его, что ли. Не знаю. В общем, я сбежала к Люси, и Майкл психанул: типа, он и так тут весь такой терпеливый, готов мириться со всем этим, а я еще и выделываюсь. Выцепил меня, начал что-то предъявлять, а мне как раз та-а-ак плохо стало. Я загибаюсь, а он мне высказывает... Ну, я его уже открытым текстом послала. Он словно только и ждал. Я - в клинику, он - в загул – "сама же послала". Перетрахал всех местных шлюх, а эту еще и в мой коллектив притащил, козел. А мы лидеры были. Все битвы рвали, конкурсы выигрывали. Она, конечно, с визгом прискакала по первому зову. Только они слились быстро – постановщика нет, у меня все номера под мое соло би-герл были сделаны, а она только верхний танцует. К тому же, Ричи ушел, а я под него тоже много партий в номерах всегда делала. Сейчас только со старыми выступают. Вынудила их сменить название, заблокировав свое в сообществе, – Ричи подсуетился, пока я в депрессняке у него отлеживалась, все сертификаты на меня, как на руководителя, были оформлены, так что… В общем, выдыхаю, возвращаясь в мир, а он уже тут, как тут – «Хлоя, дорогая… Люблю, прости… Ах, ах… Ты самая-самая…».

Меня внутренне потрясывает от смеха.

Это пи**ец! Он, наверное, нафантазировал себе с ее чувствительностью, что он - герой-любовник, альтернативы-то для сравнения не было, и решил этот статус предъявить общественности – придурок! Представляю, какой облом его ждал!

Вспоминаю ее реакцию на мой член в первую ночь… У него, явно, еще и все очень скромно с размерами. Неудивительно, что он к ней обратно приполз… Это о*уенный облом - осознать такую потерю и свой реальный уровень!

Да, чувак, секс теперь для тебя - это сплошное разочарование…

Вернее ты теперь для секса сплошное разочарование!

– Я что-то смешное сказала? – хмурится, разглядывая мою немую истерику.

Ну, не могу же я объяснить ей причину?!

Хлоя, ты расслабила мужика, и теперь он потерян для других женщин. Ха-ха.

Качаю отрицательно головой и дышу глубже в попытке прекратить, но, бл*ть, становится еще хуже.

– Алекс?! – брови еще нахмурены, но уголки губ уже подрагивают, откликаясь на мой очередной неадекват. Притягиваю к себе, пряча улыбку за поцелуями.

– Съехать решил?! – уворачивается и, зафиксировав в ладонях лицо, всматривается в мои глаза.

Замираем, вглядываясь друг в друга. Становится резко несмешно. И все вокруг исчезает – только ее голубой хрусталь.

– Твои глаза… – почти одними губами шепчет она. – Я очень люблю твои глаза…

Замираю на вдохе, и веки неизменно опускаются. Ее пальчики… Мои любимые ласки… Моя любимая Хлоя… Неужели у меня это есть? Сжимаю ее крепко, чтобы убедиться еще раз в реальности происходящего… Теплая, податливая…

– Спасибо… – говорю одними губами, прижимаясь к ее виску.

Она не может слышать, но может чувствовать.

– Я люблю тебя, Хлоя…

– Битвы пойдете смотреть? – прерывает нас Ричи.

Мы вздрагиваем, возвращаясь в реальность.

Киваю.

– Хлоя! – какой-то чувак с файлами в руках здоровается с Ричи за руку, не сводя с нее глаз, и она напрягается в попытке вырваться из моих рук.

Опять обнимашки?

Отпускаю…

– Привет! – на секунду прижимается к его боку.

– Я впечатлен! Ты молодец, что опять с нами.

О чем он? Смотрю на ее лицо – хмурится…

– Вы в третьей битве выходите, без жеребьевки, с "By fry", думаю, во фристайле у них нет шансов против вас. Но они настаивали … и если ты не против.

Сует ей в руки купон и тут же переключается на какого-то, проходящего мимо, парня. Хлоя в прострации и все еще хмурится. Тяну на себя ее руку с бумажкой, чтобы посмотреть. Там - вызов на битву, время – через сорок минут – уточняю я, взглянув на телефон, и два названия: "By fry" и "Spring&Co".

– Вот, бл*ть, суки! – фыркает, заглядывая туда вместе со мной Ричи. – Оригинальный ход…

Хлоя переключается на звонящий телефон и отходит от нас на пару шагов, отдав мне в руки бумажку с надписью.

– И что это? – спрашиваю у него.

– Да, нагнуть нас в очередной раз решили! Зарегистрировали нас, наверное, как участников командной битвы. Нас двое, а нужно, минимум, трое. Мы - в дисквалификации, а они, на халяву, - в следующем туре.

«Фристайл…» – вспоминаю я слова организатора.

– Да, пусть сосут! Давайте порвем их. Я выйду с вами…

– А, ты ж тоже из наших!… – заводится Ричи. – ААА!!! Они в жопе! Только у них оба пацана - би-бои, мы с Хлоей по времени силовую против них двоих не потянем. Девок-то она снесет, не напрягаясь… Ты как? Нижний рубишь?

– Не парься! Сделаем.

– Довольные такие… – улыбается Хлоя. – Придумали ответную пакость?

– Хуже!!! – Ричи хватает ее за талию и в порыве кружит. – Я нашел нам третьего!

Хлоя подымает с улыбкой бровь, с озорством глядя мне в глаза.

– Ты хочешь?

Да, за эту улыбку…

– Если, только, ты хочешь.

– Ай! Хватит вам! Пойдемте, ди-джею свою музыку подсунем! Стопудово, они даже суетиться на эту тему не стали! – подталкивает нас в спины вибрирующий от эмоций Ричи.

Потом обгоняет и устремляется вниз.

Подхватывая ее за талию, веду следом за ним.

Меня тоже начинает колбасить от предвкушения. Танцевать на сцене – это одно, а соревнования - это совсем другие эмоции. Еще, бл*ть, конечно, хочется отыметь этих мудаков по их же инициативе.

– Они хороши? – спрашиваю Хлою, спускаясь по лестнице.

– Ну, так… – морщится она. – Подготовка хорошая, фантазии никакой. Порвем. Только их четверо. Но девок я, наверное, обеих сделаю.

Конечно, сделает.

Не могу разобраться, от чего больше меня прет сейчас: от того, что нагнем «By fry», от предвкушения битвы или от того, что у нее - кураж. Даже представить себе не могу, как круто она может зажечь в таком состоянии. Это не сцена… тут все более резко и дерзко, тем более, - битва во фристайле.

Хочу посмотреть на нее!

Хочу ее!

Одним рывком впечатываю в стену. Моментально отзывается, врываясь мне в рот своим теплым язычком…

Ее тоже возбуждают все эти движения?

Да!

У нас есть еще время, и я не собираюсь останавливаться на легком поцелуе. Хочу завести ее…

Слишком много народу вокруг, чтобы делать то, что хочется, и слишком мало, чтобы на это никто не обратил внимания.

Но мне уже похрен! Быстро затаскиваю ее под лестницу, в тень.

Что-то, возмущенно, пытается мне сказать, но – музыка – и я почти не слышу.

Но знаю…

Да, я - маньяк! И это круто, что ее заводит этот факт! Может, и не этот… но…

Мой язык прерывает ее возмущенные беззвучные высказывания, и я позволяю себе отключить на несколько минут тормоза – губы, руки, грудь, бедра… Все мое!

Минута - и она уже даже не пытается сопротивляться моим обнаглевшим рукам. Мой рот мягко вибрирует от ее стонов, и мне, бл*ть, так хочется нагнуть ее прямо под этой лестницей и взять сзади. Мы бы кончили быстро… Никто бы и не заметил…

Нет! Я сделаю это позже… – уговариваю себя, но сам разворачиваю ее, вынуждая опереться руками в стену.

Я не буду!

Я только чуть-чуть…

Одна моя рука уже сжимает ее грудь под маечкой, а вторая ныряет в мягкие спортивные брючки – я не двигаю пальцами, просто сжимая ее плоть.

Ммм… Уже вся моя – мокрая, теплая, открытая…

Ее руки вцепляются в мою, нерешительно пытаясь остановить.

Нет, маленькая… Не могу! Я же чувствую, как тебе хочется! Отпускаю ее грудь, обхватываю рукой подбородок, поднимая и разворачивая лицо, тянусь к губам.

Один глубокий поцелуй - и она больше не сопротивляется.

Она вся - как струна и зефир одновременно. Мягкая и дрожащая.

Все будет быстро! Впрочем, как и всегда…

Вот, хочу прямо сейчас!

Прижимаю губы к ее ушку и начиная ласкать:

– Ты помнишь, как первый раз кончила для меня? Это было так горячо, Хлоя… Так интенсивно ощущалось под моими пальцами… Я только слегка прикоснулся… Твои хриплые стоны… Чуть не кончил вместе с тобой… Дай мне это еще раз… – пробегаюсь зубами по кромке ушка и кусаю за мочку. И она, конечно, кончает, хватаясь за стенку руками и оседая в моих руках. – Да… Вот так, маленькая… Моя горячая девочка… Никогда не отказывай мне в этом…

Вжимаю ее рукой в себя, инстинктивно пытаясь ослабить свою нужду в ней. Мне тоже так хочется…

Но я подожду.

Надеюсь, не сильно перегнул, и она не убьет меня за это. Чтобы не дать ей возможности для разборок сейчас, подхватываю и вытаскиваю обратно в толпу. Ее глаза еще неадекватны, и это улыбает меня.

Прижимаю опять к себе и немного трусь своим болезненным стояком о низ ее живота. Все равно никто не видит – вокруг тесная тусня.

Ее ладонь ложится мне на ширинку и немного сжимает, как раз там, где мне хочется больше всего.

Мы могли бы пойти в машину и…

Черт! Битва же!

Поднимая на меня еще осоловелые глаза, осуждающе качает головой и что-то говорит. Читаю по губам – мазохист.

Смеюсь, целуя ее в появившуюся на губах улыбку.

Тяну к ди-джейской установке потому, что Ричи еще там. Увидев нас, он нетерпеливо машет руками.

– Я сейчас! – Хлоя вдруг вытаскивает свою руку из моей и быстро скрывается в толпе.

Это как удар.

Мы не разлеплялись ни на минуту сегодня, и меня накрывает от потери и беспокойства.

Так нельзя…

Мне нельзя так привыкать к ней. Она не сможет быть со мной все время. Да я даже не уверен, что завтра она будет со мной!

Беру себя в руки и, отгоняя дурные мысли, иду к Ричи.

– Выбирай… – он тыкает пальцами в сенсорную панельку на пульте, показывая мне плей-лист.

Половина композиций знакомые, и я прикидываю наши общие возможности, достоинства и фишки, пытаясь выбрать что-то, подходящее всем троим. Пожестче - для меня, постебнее - для Ричи, и что-нибудь дерзкое и страстное - для Хлои. Выбираю трек, и ди-джей перекидывает его на плеер Ричи. Мы идем на улицу, прослушать и раскидать по времени наши части.

Хлои нет. Я по пути быстро скидываю ей, что мы на улице.

– Это - первый тур и правила такие… – объясняет Ричи. – Мы с ними выходим по очереди. Они первые – я подмутил, чтобы мы могли о*уенную точку в баттле поставить. Мы должны по очереди отжечь, демонстрируя сначала короткую индивидуалку, а потом - совместный фристайл. Можно в разных стилях, но одновременно.

Слушаем трек и вместе решаем, кому какой кусок. Никаких длинный партий – прикрываем друг друга согласно логике композиции.

– Мы здесь! – Ричи окликает появившуюся на выходе Хлою. – Где ты бродишь? Десять минут осталось! Слушай…

Включает музыку, объясняя нашу концепцию. Хлоя кивает, улыбается и параллельно обвешивает нас галогеновыми фонариками-прищепками – уже замутила где-то фишек!

– Все поняла! – суетится она. – Бегом, бегом, бегом…

И мы, расталкивая народ, двигаемся змейкой вниз.

Противники уже кучкуются на танц-поле рядом с парнем, который отдавал нам вызов. Мы подлетаем туда же.

– Мы готовы! – дерзко ухмыляясь, заявляет Хлоя. – Не ожидали?

Они молчат, никак не комментируя наше появление. Разглядывают меня. Я для них - неизвестная переменная.

Девки подпсиховывают, парни держаться отстраненнее.

Судья объявляет их команду и перечисляет ее состав. Мы оговариваем некоторые фишки и другие частности, по очереди передавая друг другу наушник. Мандраж. И это даже смешно… Ну, по сути, что такого страшного происходит? Присматриваюсь к своим – их тоже потрясывает. Адреналин - это хорошо, он делает движение энергичнее и точнее. Позволяет лучше справляться с дыханием…

Они начинают рубиться, Ричи и Хлоя даже не смотрят, продолжая свои технические дискуссии, иногда втягивая меня на пару секунд. А мне интересно – я смотрю на ту самую девку – двигается неплохо, но движения без эмоций, на лице - приклеенное выражение. Какой это, на*ер, фристайл? Тут должно рвать и колбасить от эмоций!

Смотрю... смотрю... Нет. Мне этого никогда не понять! Спасибо тебе, Майкл, что ты - такой придурок и дал мне шанс.

Девки даже и не пытаются уходить в нижнюю плоскость, внося разнообразие лишь Go-Go элементами, парни, наоборот, отрабатывают исключительно в нижней, не уделяя времени проигрышам и рукам. Правда, в брейке они весьма неплохи. Но я тоже не уступаю им в технике.

У нас будет веселее…

Они заканчивают, Хлоя, быстро чмокнув Ричи в щеку и впившись в меня секундным поцелуем, выскакивает на танц-пол. Мы - следом. Даю себе установку – не смотреть на нее и сосредоточиться на музыке, иначе - кранты нашей концепции.

Мы замираем на своих позициях в фирменных позах, подсвеченные ее фонариками в нужных местах, свет в зале делают чуть более тусклым – спасибо тебе, догадливый человек с прожекторами!

Из зала подбадривающее кричат, упоминая название нашей команды, Хлою и «Пружинку»… Моя девочка популярна!

Видео

Медленные звуки начала композиции заставляют нас покачиваться – мы настраиваемся друг на друга, двигаясь синхронно, но фишкуя каждый по-своему. И на первый быстрый проигрыш Хлоя вырывается вперед, как мечущееся на ветру пламя – быстро-быстро, гибко, страстно, резко! На барабанном соло делает сальто и фиксирует стойку на руках. Красота!!! Жесткий ритм взрывает басами – моя партия! Понеслось! Не особо креативя, начинаю просто качественно отрабатывать в своем фирменном «Электро», заканчивая нижнем брейком. Дальше на музыкальном проигрыше - Ричи… Старается. В этот раз делает все так, как учила Хлоя. Каждая точка краткая и четкая. Под текстовочки заигрывает с публикой всеми возможными способами.

Потом опять идет быстрый проигрыш, и мы рубимся уже кому, как хочется, не глядя друг на друга. Меня вертит в нижнем, и я, кроме мелькающих рядом световых полос, уже ничего не замечаю… Замираем с последним выдохом композиции, каждый- в своей первоначальной позе.

Все.

Публика ревет, руки наверху – их голоса за нас!

Жюри – все трое, как один - поворачивают большой палец в нашу сторону!

Мы сделали их!

Хлоя улыбается…

Мы выиграли эту битву легко.

Но ту, другую, которая еще предстоит нам, так легко выиграть не удастся.