Вспоминай меня ночью (СИ)

Глава 39 - Близость

Мы спим…

Иногда я просыпаюсь… Целую, целую, целую и засыпаю снова...

Никаких снов. Только облегчение и безмятежность.

Хлоя тоже просыпается иногда, и я чувствую, как она ерзает в моих руках, устраиваясь поудобнее, целует, целует, целует и снова засыпает...

Нам нужно отдохнуть.

Просыпаясь в очередной раз, сжимаю в руках пустое одеяло. Но в этот раз я не паникую. Она не уйдет. С закрытыми глазами прислушиваюсь к шуму в квартире. Душ… Я вырубаюсь опять. Хочу, чтобы она разбудила меня.

Через некоторое время она, и правда, тихонько заползает на постель, устраиваясь на мне сверху.

Дежавю…

Нежные руки ласково мнут мою спину, и я тихо постанываю под ними.

– Ты выспался?

– Мхм…

Я уже так выспался, что мышцы сводит от желания размяться. Ну, может и не от этого…

– Массаж?

– Да… Только на груди… – постанывая, плавно переворачиваюсь между ее разведенных бедер.

Даже сквозь ткань между нами, я чувствую, какая она горячая.

– Ты похудел… – хмурится она, поглаживая мою грудь. – Скоро вообще растаешь. Что я буду тогда делать? М? – сердито смотрит на меня. – Придется откармливать тебя обратно. Что ты любишь?

– Тебя… – улыбаюсь я, разглядывая еще мокрую грудь, к которой прилипла маечка. – И - все, что ты захочешь дать мне. Особенно, если из твоих рук. Я бы не отказался и с других частей тела…

– Что случилось с твоей квартирой? – ее пальчики скользят в опасной близости от моего члена, а взгляд плывет от пробитых кулаками гипсокартонных стен к арке, ведущей на кухню. Она тверже, и на бежевой краске лишь несколько кровавых ляпов.

Да… Это пи**ец! Как-то этот момент я не продумал…

Не хочу, чтобы она знала, поэтому сразу перевожу тему:

– Как твои ноги?

– Пытаешься съехать от ответа?

– Есть немножко… – улыбаюсь я, бродя взглядом по краешку ее трусиков. – Но мне, все равно, нужно посмотреть на них. Ты что-то делаешь с этим?

Сгибаю колени и немного давлю на грудь, вынуждая опереться на меня. Тяну за щиколотку ее ножку ближе, чтобы рассмотреть ступню. Ранки воспалены… Наверное жутко болят при ходьбе.

– Я буду сегодня тебя лечить.

– А я буду сегодня тебя кормить.

Она перехватывает мои руки, возвращаясь в первоначальную позу, и рассматривает сбитые костяшки.

Ощущения безнадеги и тоски мельком проносятся в моей душе, как воспоминания о том, почему мои руки приняли такой вид и, поморщившись, я прячу их от взгляда Хлои, захватывая ее ладони в плен.

Она больше не улыбается.

Мы просто смотрим в глаза друг другу, рассказывая сейчас без слов о той боли, которую переживали в разлуке.

– Прости меня… – шепчу. – Я так виноват...

Наклоняется надо мной нос к носу и смотрит в мои глаза.

– Ты виноват. Больше никогда не смей ничего решать за моей спиной.

– Не буду. Обещаю.

Обхватываю ее руками, зарываясь пальцами в волосы и не позволяя отстраниться. Она и не пытается. Растворяюсь в ее глазах и ее близости.

Брови Хлои немного сходятся на переносице, а глаза становятся лукавыми, развеивая мой транс.

– Что? – всматриваюсь в нее внимательнее.

– Твой модинг… – закусывает она на секунду губу. – Настойчиво упирается прямо в … Я боюсь шевелиться… потому, что…

Прижимая к себе еще ближе, я трусь об нее так, чтобы проехаться шариками по всем ее чувствительным точкам. Задыхается и мягко вскрикивает, заставляя меня застонать от желания.

– Я помню… – шепчу ей прямо в губы. – Твой любимый дракон…

– Ты – мой любимый дракон…

И теперь уже я задыхаюсь, закрывая глаза. Сердце хаотично прыгает по всему телу, каждый раз ударяясь в снова ожившую оргазмическую точку. От остроты и невыносимости ощущений, прячу свое лицо на ее груди, перехватив Хлою за талию и прижимая к себе. Мы переворачиваемся на бок, и я замираю в попытке осмыслить услышанное.

Но, ничего не получается. Только теплый вихрь счастья и ни одной мысли. И еще - ее губы, исследующие мой висок, ухо, шею...

– Я люблю тебя… – шепчет она.

– Тише… – умоляю я, боясь напрочь потерять способность дышать…

Но, немного отдышавшись, прошу:

– Еще…

– Я люблю тебя… – снова шепчет она.

И я, по-моему, уже умер от счастья!

– Ты не представляешь…– шепчу, со стоном вжимаясь в нее и пытаясь раствориться.

Она хихикает и тискает мою спину:

– Представляю…

Мы замираем, думая каждый о своем, и тихонечко поглаживаем друг друга.

– Надеюсь, ты успела уже чего-нибудь перекусить… потому, что я не планирую тебя выпускать из постели сегодня... – сдаюсь своему телу, и тяну вниз резинку ее трусиков.

– Я соскучилась по тебе… – она расслабляется, позволяя мне перевернуть ее вниз. – Поцелуй меня…

Поцелуй… бл*ть…

– Так?.. – веду я штангой по ее приоткрытым губам.

– Вот так… – бормочет она, и ее пальчик присоединяется к нашим языкам.

Я облизываю его, пока она развлекается с моей штангой. Мы смотрим друг другу в глаза, и это обостряет наше возбуждение. Сейчас все мягко, ласково, без надрыва и это кружит голову совсем по-новому. Желая поиграть чуть активнее, я резко, но несильно, кусаю ее пальчик, одновременно сжимая пальцы на ребрах. Она взвизгивает и начинает вырываться, сводя меня с ума от желания взять ее такую - игривую и бьющуюся в моих руках.

Чувствительно покусывая ее отзывчивые местечки, я, под тихие повизгивания и мягкое сопротивление, спускаюсь к груди, кусая… нежно… и резко… через ткань… Мои тормоза прощаются со мной с каждым ее рывком и вскриком. Просто разрывает от желания.

Развожу ее ноги своим бедром, устраиваясь на боку рядом.

– Тихо… – рычу я, забираясь пальцами в ее трусики, которые так и не успел стянуть. – Ни звука пока…

Мокрая… горячая…

Тихо и утробно рычу от этого невыносимого удовольствия – прикасаться к ней.

Закусывает губу, не отводя своих глаз от моих.

Медленно вхожу в нее пальцами. Открыв рот в немом стоне, Хлоя медленно-медленно моргает.

– Тихо… – напоминаю я, наблюдая за удовольствием на ее лице.

Я замираю, сосредотачиваясь на ощущениях внутри нее. Ее ручка скользит по моему животу и освобождает мой член. Она сжимает меня прямо под головкой, и я, уже, по-моему, самому себе приказываю:

– Тихо…

Ее пальчик кружит на первом моем шарике, прямо над головкой, немного продавливая его и смещая каждым движением крайнюю плоть.

– Ох… – не выдерживаю я, подаваясь вперед в ее руке.

– Тихо! – хихикает она, постанывая.

Но давление пальцев на ее чувствительную точку на гладкой стеночке тут же превращает ее хихиканье в серию сладких стонов. Ее ласки - это приятная, но плохая идея… я и так, как подросток, кончаю с ней слишком быстро…

Выхожу из нее и перехватываю ее пальчики, почти силой заставляя прикоснуться Хлою к самой себе.

– Поласкай себя… – шепчу я, и ее глаза расширяются, заставляя меня, нахрен, сгореть от возбуждения. Она вопросительно смотрит на меня, тяжело дыша.

– Только, не говори мне сейчас, что ты никогда не ласкала себя сама!

Пока я сжимаю ее пальцы, впечатывая в нежную возбужденную плоть, она отрицательно качает головой, с подозрением глядя на меня.

– Твою мать… – стискиваю я зубы, зарываясь я в лицом в ее шею. – Сделай это сейчас… Сейчас же!

Приподнимаюсь над ней и вглядываюсь в ошеломленные глаза…

Это, нахрен, так горячо, что.

– Давай… – шепчу я, начиная по кругу двигать ее пальчиками, – сама…

Она подчиняется, так чудесно краснея, что я просто не могу отвести взгляд.

Разве, бл*ть, такое бывает?!

Не удержавшись, обвожу пальцами ее вход и плавно провожу их дальше, обводя и второе чувствительное местечко. Ее глаза расширяются еще сильнее, и она замирает.

Я почти кончаю от ее нерешительности.

– Не останавливайся... – умоляю, но в глазах уже темнеет от переизбытка эмоций и волн возбуждения, и я отодвигаю ее руку своей.

Мы потом еще поиграем… а сейчас… всё!

– Не могу больше… – шепчу я, устраиваясь сверху, – совсем меня с ума свела…

И она откидывается, расслабляясь подо мной и нетерпеливо постанывая.

Толчок.

Вхожу только головкой. Тесно…

Сейчас, нахрен, разорву ее просто, если сорвусь! Не могу…

Замираю, пытаясь обуздать свои потребности, и она сама вдавливает меня, обхватывая мои бедра ногами.

– Я могу… сильно? – задыхаясь, спрашиваю я.

И она, черт возьми, тут же кончает, впиваясь ноготками мне в спину и почти захватывая меня с собой.

Нет, нет, нет, нет!!!

- Тихо-тихо... - уговариваю я нас обоих.

Начинать двигаться в ней под ее сладкие судороги – это о*уительный проигрыш для меня сейчас, и я со стоном терплю из последних сил, впиваясь в ее безвольные губы.

Мне ТА-А-АК хочется шептать ей пошлости, чтобы продлить ее удовольствие и, может быть, даже сорвать в следующий оргазм, но я понимаю, что это опять - проигрыш. И я сразу кончу!

И когда она приотпускает меня немного, я с силой вдалбливаюсь в нее. Вскрик - и еще одна сладкая судорога…

Ускоряясь с каждым ударом, сжимаю зубы, боясь даже прикоснуться к ней сейчас, чтобы не закусать до синяков. Не контролирую тело абсолютно.

Я уже так близко, что даже перестаю слышать ее хриплые стоны, только собственный нарастающий шум в голове. Замедляюсь, стараясь продлить теперь свой кайф...

– Нет, нет…– всхлипывает она. – Пожалуйста….

А я пытаю нас, еще… и еще… снижая темп...

Вцепившись руками мне в волосы, Хлоя больно впивается зубами в мое плечо, нетерпеливо рыча на меня, и я снова резко ускоряюсь… бл*ть!... кончая!… в нее!... и чувствуя!... как она!… толкается бедрами мне навстречу… пуская меня глубже… и делая наши ощущения почти болезненными... И, когда я уже успокаиваюсь, мягко кончает следом со мной, бормоча что-то нечленораздельное мне в волосы.

– Люблю тебя… – шепчу я, улыбаясь своим новым открытиям в ней. – Ты - чудо…

– А ты - извращенец… – постанывая, хихикает она.

– Не-е-ет, – качаю головой зарывшись в ее волосы, – хотя, да, конечно… Но, ты еще этого не можешь знать… У меня есть целый план по твоему сексуальному развращению…

– Это ты в процессе спланировал?

– И в процессе тоже…

– Не уверенна, что с энтузиазмом восприму все идеи… – мурлычет она.

– Посмотрим…

Мы устраиваемся рядышком, и мои руки блуждают под ее маечкой, которую мы увлекшись, так и не сняли, впрочем как и трусики.

Хлоя обводит подушечками пальцев мои глаза.

– Синяки под глазами… – задумчиво. – Как у тебя дела?

– Теперь - просто отлично. Я ушел от… Вэл, заключил музыкальный контракт. А главное – ты со мной. Мои дела… Они никогда еще не шли так хорошо!

Пока я расслаблено говорю, она нежно и редко целует мои губы, ловя отдельные слова.

Мы так близко, что ближе уже некуда…

Моя душа отдыхает.

***

Хлоя опять оседлала подоконник, и я обнимаю ее. Мы курим одну на двоих… уже, наверное, третью… Не могу прекратить касаться ее, и хожу за ней, как привязанный. Ее улыбает…

У меня миллион вопросов, и она чувствует это. Пока я ем, не позволяет задать ни один, все время переводя тему. Под конец это совсем уж очевидно.

И я беспокоюсь.

Что-то скрывает?

– Хочешь спросить меня о чем-то? – сдается, наконец-то, она.

– Мхм…

– Спроси.

– Ольваре…

– Что именно тебя интересует?

Вопросов так много, что не могу сформулировать ни один.

– Расскажи… Почему ты с ним?

– Это сложно… не могу объяснить вот так… «на пальцах». Но тебе не нужно ревновать. Просто мы близки… по-другому. И сейчас стали еще ближе… – я резко выдыхаю, пытаясь вставить пару слов о его «близости», но она перебивает меня. – Я знаю, что он накосячил. Он рассказал. Он сожалеет.

Сожалеет? Как же! Близки?

Близость… У этого слова много значений. И мне сейчас не нравится ни одно!

– Ваша помолвка…

– Он сказал, да? – качает она головой. – Это для отца. Чтобы отстал. Формальность просто… потом поговорим об этом. Не бери в голову.

Как же… Формальность!

– Ты у него жила все это время, да?

– Да.

– Почему?

– Защита… Когда я у него – это как полная изоляция. Никто не достанет. Передышка. Знаю, что не должна была его так использовать. Но, он не дал мне даже шанса отказаться. Да, и сил сопротивляться не было, если честно.

Это, бл*ть, плохо… Я, вряд ли, могу дать ей это. Впрочем, как и много чего другого, на что способен он.

Но я буду стараться.

– Не надо… – закинув назад руку, она гладит мои взъерошенные волосы, – между нами не было ничего такого.

Она немного неправильно интерпретирует сейчас мой напряг. Но, ее комментарий тут же сносит меня в совершенно другой смысл их близости.

– Ну, ты хоть понимаешь, что он ХОЧЕТ!

Молчит.

– Хлоя… Он - лживый мудак… Его намерения…

– Я знаю... его намерения. Но, тем не менее, он никогда не прикоснется ко мне сам!

– Да он, бл*ть, постоянно касается тебя! – меня срывает от воспоминаний, где она в его объятьях, их держание за руки… ААА!

– Только на людях… Наедине – никогда. Это наша договоренность…

– Никогда?

– Ну…

Замирает.

Что это значит?!

– Хлоя?!

– Мне кажется, я позволила ему… – спотыкается она на полуслове…

– Позволила что? – меня сводит... от ревности... от ужаса…

– Вернее, я сама, наверное…

Я выпускаю ее из объятий и делаю шаг назад. А потом еще один. Хочется просто исчезнуть сейчас… А еще - разнести все вокруг.

Это невыносимо.

Никогда не думал, что это настолько больно.

Она позволила…

Что она могла позволить!?

Касаться?

Целовать?

Большее?!

– Ты спала с ним?

– Нет! То есть – да… - закатывает она раздраженно глаза. - Но…