Вспоминай меня ночью (СИ)

Глава 23 - Опьянение

Всплеск эмоций не дает выдать ни одной реакции, и я просто застываю.

Мой мужчина?!

Ее?! Я ее?

Я - сплошное сердце – стучит ВЕЗДЕ!

Я, вообще, жив?!

Вдох-выдох…

Стоп!

Это все потом, потом, потом…

Вдох-выдох…

Сейчас нужно просто спасать мою глупую храбрую девочку от его реакции.

Смотрю в его глаза, а он - в мои. Склоняет голову на бок. Его взгляд с прищуром медленно сползает ей на лицо.

– Хлоя, – медленно качает головой, будто пытаясь отговорить от чего-то, и всматривается в ее глаза.

Не вижу, что в них, но она вжимается сильнее в мой бок, и я укрываю ее от его прожигающего взгляда, обнимая руками и прижимая к моей грохочущей груди. Дэм снова переводит взгляд на меня, в глазах… злость-раздражение-псих!

– Иди в машину, – шепчу ей на ушко.

– Нет… – вцепляется в меня сильнее.

– Ты уже сказала свое слово, – требую я негромко. – Теперь считайся с этим.

Отрываю ее руки и настойчиво подталкиваю в сторону своей тачки. Делает неуверенный шаг и, немного помедлив, садится на переднее.

Его лицо дергается в момент, когда раздается звук закрывающейся дверцы.

– Она знает? – переводит он на меня взбешенный взгляд.

Уже пробил про меня все? Неудивительно.Он же помешанный на Хлое детектив.

– Конечно.

Стараюсь держать себя в руках и не психовать – Хлоя просила никаких разборок с ним, и я обещал. Но, бл*ть, если он дернется первым…

– Это идея Валери?

Да… Это идея Царевны.

В нашем творческом исполнении.

Но не объяснять же?!

– Нет.

– Зачем, тогда? – в недоумении разводит руками. – Какой мотив?

Ухмыляюсь… Я, бл*ть, что, перед ним еще и отчитываться должен?!

– У меня к тебе предложение. Выгодное, – вытаскивает из нагрудного кармана визитку и тянет мне. – Думаю, что не разочарую тебя суммой.

Еб*ть! Он собирается выкупить ее у меня?!

– Неинтересно.

– Есть и другие способы. Подумай…

– Уже подумал.

Разворачиваюсь, чтобы не въе*ать ему прямо тут, и быстро сажусь в машину.

Нет все логично, конечно. Но от гнева колотит.

Он задумчиво смотрит в мое лобовое. Смотрит так, как будто, может видеть через него. Но он не может. Переводит взгляд на номерной знак. Кто бы сомневался…

Вдавливаю педаль газа, с дрифтом разворачиваю тачку и срываюсь с места.

– Что он сказал тебе?

Перевожу на нее взгляд. Вся трясется… Опять простынет...

– Все нормально.

Настраиваю климат-контроль.

– Ты раздражен. Я не должна была говорить то, что сказала? – смотрит в окно, и я не вижу ее взгляда, но голос звенит.

Я - кретин!

Жму на тормоз…

– Хлоя…

Разворачиваю ее лицо к себе, удерживая обеими руками. Глаза закрыты. Не удержавшись, провожу губами по скуле, потом по подбородку и прижимаю ее лоб к своему.

– Ты даже не представляешь, как важно для меня то, что ты сказала. Я даже и не мечтал. Я, бл*ть, просто дико боюсь, что кто-то вмешается, и ты… – мысль отказывается материализоваться в звуки потому, что она убийственна, но я, закрыв глаза, делаю усилие и договариваю, – сделаешь единственно правильное в нашем случае – оставишь меня.

Обнимает.

Я прижимаю ее еще ближе, обвивая руками за талию, прямо под курткой поглаживая голую спину.

– Еще я боюсь, что, если, кто-то из твоих узнает об этом, то это станет для тебя… Не хочу, чтобы тебе было стыдно за что-то… Особенно, за мои косяки. Я даже не представляю, что тебе придется выслушать!

– Палок с одним концом не бывает, – теперь ее губы гладят мои скулы. – Я не могу иметь только часть тебя, поэтому забираю всего. Но, только если всего. Ты - мой?

– С первой секунды, любимая…

Ее губы, как крылья бабочки, порхают по моим – нежность…

Я не целую в ответ, хочу просто чувствовать ее ласку.

И чувствую…

А еще чувствую, как она дрожит в моих руках. Сосредотачиваясь, понимаю, что под руками мокро.

– Маленькая…– шепчу ей в губы, – ты мокрая вся… простынешь… отпусти меня... Я не могу оторваться от тебя сам.

Звонко чмокает меня в губы последний раз и, закрывая глаза, откидывается на сиденье.

Улыбается…

Дрожит.

И я, наконец, отведя от нее глаза, давлю на газ.

Мы просто молчим и улыбаемся. Слова пока не нужны.

Притормаживаю у ближайшего «Винного погребка», целую ее руку и под вопросительным взглядом выхожу, оставляя Хлою в машине.

Спускаюсь по винтовой лестнице вниз и попадаю в мрачный псевдоготический винный магазин.

Девчонка за стойкой радостно распахивает глаза.

– Добрый вечер! Чем могу помочь?

– Добрый вечер. Вы можете, прямо сейчас, приготовить глинтвейн?

– Конечно! – суетится она. – Из какого вина? Какого объема? С какими специями?

– Что-нибудь некрепкое из сангрий, но дорогое. Две пинты. Из специй - корица и гвоздика.

Девушка уже выливает одновременно две бутылки красной жидкости в нагревающийся контейнер.

– Как упаковать? Бокалы нужны?

Вспоминаю нашу первую встречу и с улыбкой качаю головой – она не любит пить из бокалов.

– В две бутылки.

Нахожу глазами подходящие, из темного толстого стекла, и указываю на них.

– Может быть, еще шоколад?

– Да. Швейцарский. Молочный. Вот эту розу, – выбираю красивый шоколадный цветок размером с кулак. – И бутоны живых роз добавьте, пожалуйста…

Вспоминаю, кому обязан сегодняшним счастьем, и добавляю:

– И вот эту коробку конфет доставьте, пожалуйста, по этому адресу.

Пишу на бланке заказов адрес Алисы, добавляю в нужной графе подпись: «Одной гениальной Крохе…», выбираю подходящую открыточку – стебную девочку с сигареткой, улетающую на воздушном шарике – и вкладываю ее в бланк заказа.

Девушка озвучивает сумму, и я, добавляя щедрые чаевые, забираю из ее рук пакет со своими покупками. Она на секунду задерживает его в руках и…

– Приходите к нам еще…

Бл*ть… флиртует.

Знала бы ты, милая…

Флирт с безумно влюбленной элитной шлюхой - это… дело абсолютно неперспективное!

Не могу сдержать улыбку и, кивая, быстро выметаюсь.

Запрыгиваю в машину. Ее глаза закрыты, и она, все еще, улыбается.

– Хлоя… – голубые омуты тут же распахиваются и захватывают меня в плен.

Что я хотел сказать?

Забыл…

– Ты что-то купил?

Ах, да…

– Это глинтвейн, чтобы согреться, – передаю картонный пакет ей в руки. – И шоколад…

– Спасибо…

Ныряет рукой в пакет, а я не могу отвести глаз от этого движения, потому, что изящный рукав кружевного платья делает его, каким-то, мистическим.

В руке материализуется алый бутон, весь в каплях дождя. Подносит его к лицу и нежно ласкает его губами.

Это, бл*ть, невыносимо красиво!

– Замри… – шепчу, доставая телефон.

Ее глаза, в удивлении, распахиваются, но она послушно застывает. Я делаю несколько снимков, тут же выставляя один из них в качестве обоев на экран телефона.

Убираю телефон в карман и трогаюсь дальше под ее пристальным взглядом.

Хлоя достает одну бутылку теплого вина и, открутив крышку, делает несколько глотков.

Боюсь даже смотреть… Надо же как-то вести машину.

– Вкусно! – на светофоре протягивает бутылку мне, и я тоже делаю несколько глотков. Через силу. Потому, что она смотрит, как двигается мой кадык от каждого глотка, как тогда…

Черт… Хочу ее.

– Ты согрелась? – голос не слушается, и она улыбается, разглядывая меня.

Ее взгляд скользит по моей челюсти, по горлу и уходит куда-то за ворот моего свитера.

Требовательный вой клаксона сзади напоминает мне, что я, вообще-то, должен ехать. И я еду.

– Пристегнись, - прошу, все еще, тем же одуревшим голосом, но она не слушается, забирая у меня бутылку и снова прикладываясь к ней.

Доезжаем, наконец-то, до дома. Открываю ей дверь, помогая выбраться из машины и сходя с ума от того, как ее ножка на охерительно высокой шпильке упирается в асфальт. Разрез демонстрирует мне все прелести, и я послушно съедаю это блюдо глазами.

Возбуждение оттеняется жуткой ревностью – она провела в этом кружевном безобразии несколько часов в компании других мужчин. Они смотрели на нее! Он, бл*ть, целый вечер лапал ее глазами!

Прижимаю к себе и, надеваю на Хлою капюшон, перехватываю рюкзак и пакет из ее рук.

– Твое платье… – несет меня. – Порнографично.

Как и ты вся, собственно…

– Это не мой выбор, Лекс! Но мне, вообще-то, понравилось… Красивое...

Чей?

– Кто одел тебя в ЭТО? Валери? Не слишком - для семейного ужина?

С нее станется и голой выставить Хлою перед Ольваре. Ну, что за семейство?!

– Семейный ужин… – фыркает, заходя в лифт. – Это был настоящий прием! Почти сорок человек! Это было ужасно…

– Кто выбрал платье? – заткните меня кто-нибудь!

– Не уточняла, – пожимает плечами. – Либо Вэл, либо Дэм…

Вдох поглубже...

– Он покупает тебе одежду? – моя рука бежит по ее бедру вдоль разреза и утыкается в застежки от пажей на ее бедре! Б*яяя… – Белье?!

Перехватывает мою руку.

– Нет! Только платье. И я не знаю, кто его купил, – натягивается, как струна, в моих руках – злится. – И мне плевать, потому, что это - не подарок – я верну его завтра.

– Прости… – вытягиваю из лифта, прижимая к себе. – Просто… схожу с ума. Не принимай на свой счет!

И она расслабляется.

Только засовываю ключ в замочную скважину, как тут же везде гаснет свет.

– Твою мать…

– Сегодня - день сгоревшей проводки! – комментирует Хлоя.

– Сегодня - день поцелуев в темноте… – втягиваю ее внутрь и прижимаю к стене, впиваясь в податливые губы.

Стекает по стенке под моим натиском, но я не позволяю, подхватывая ее за талию. Почти поддавшись желанию утащить ее на пол и трахнуть прямо в пороге, все же, беру себя в руки и разрываю поцелуй.

– Тебе нужно переодеться… – стягиваю с нее куртку и бегу пальцами по кромке платья, - как эта штуковина держится, вообще?!

– Там силиконовая лента вдоль всего выреза, – сбивчиво поясняет она. – Как на обычных чулках…

Черт… ее чулки на пажах, а не на силиконовой липучке!

И этот факт опять к хе*ам сносит мою крышу, заставляя залезть к ней под юбку и со стоном убедиться в этом еще раз.

– Я могу остаться в них… И в туфлях… Да? – такой пьяный шепот…

О, МОЙ БОГ!

Нет, нет, нет!

Я не буду трахать ее в пороге…

Надо, как-то, добраться до кровати.

– Да… – сглатываю ком в горле, и мой рот, что-то там, пытается ответить. – Определенно, можешь… я бы хотел…

– Тогда достань мой шоколад, пока он не растаял – я хочу его…

Хочу…

– ... Бутылки еще теплые.

Теплые…

– Мхм, - отлепляюсь я и, забирая пакет, иду на кухню.

Скидываю свитер и сырую футболку, оставаясь в одних джинсах.

На ощупь отыскиваю пару низких толстых свечей и тут же поджигаю, устанавливая на поднос.

Шоколад, виноград, бутылка глинтвейна…

Во второй осталась от силы треть. Она, должно быть, уже пьяна!

Пьяная Хлоя…

Я не буду нападать на нее сразу! – уговариваю себя.

Возвращаюсь.

Пламя свечей выхватывает из темноты ее тело на кровати. Она плавно переворачивается с живота на спину, позволяя мне оценить все виды.

О, че-е-ерт…

Вдох-выдох…

Вдох-выдох…

Ммм… эти чертовы чулки на пажах и все…

– Слишком большая пауза… – ухмыляется.

– Слишком… красивая девушка… – отвечаю ей в тон.

– Слишком далеко стоящий мужчина…

– Ты хотела шоколад…

– Все правильно… я хотела… – как под гипнозом, делаю шаг ближе.

– Хотела? – ее пальчики скользят по бедру, обводя край чулок, и мои джинсы становятся мне окончательно тесны, хотя казалось, что дальше уже некуда.

– Я уже могу получить это?

Пламя свечей выхватывает ее глаза, и они пьяные-пьяные, дерзкие и дразнящие.

– Ты можешь получить сегодня все, что захочешь.

– Ты дашь мне его, наконец?

О чем мы, бл*ть, говорим?!

– Что? – сглатываю я, присаживаясь рядом с ней.

Мой взгляд все не может найти себе точку опоры и скользит между ее глазами, ртом, грудью, пупком…

– Шоколад…

Ага, как же… шоколад…

Ставлю поднос на тумбу рядом с кроватью и отламываю один лепесток.

– Открой рот, Хлоя…

Послушно открывает, откидываясь на спину и закидывая вверх руки. Немного погладив приоткрытые губы уже тающим лепестком, вкладываю его ей в рот, и она облизывает мои пальцы.

И я уже окончательно не в себе!

Наклоняюсь над ней, не касаясь, близко-близко к губам:

– Дашь мне… попробовать?

– Ни в чем не могу отказать тебе… – пьяно шепчет мне в губы, обдавая запахом шоколада, и я прохожусь штангой по ее приоткрытым губам, понимая, что наша короткая прелюдия закончена.

Врываюсь языком в рот под ее неизменный очаровательный стон и рывком подтягиваю ее бедра к себе – я уже между этих прекрасных ног…

Ее каблук упирается мне в бедро, и я, по-моему, уже рычу от возбуждения.

Без всяких нежностей быстро врываюсь пальцами в нее, зажимая грубым поцелуем губы и не позволяя стонать – чертовски мокрая, расслабленная и податливая! Это хорошо… Потому, что сегодня никаких, нахрен, игр!

Отпускаю и встаю, чтобы снять все лишнее. А лишнее на нас все, кроме ее чулок и туфель!

Смотрит… на ремень и ниже.

Надеюсь, ты уже привыкла ко мне, маленькая…

Расстегиваю ширинку, и ее зубки в нетерпении прикусывают язычок!

Да…

Расстегиваю ремень, и джинсы падают на пол.

Ее глаза расширяются…

Прости, милая, так торопился к тебе, что было не до...

Замираю, разглядывая ее тело.

Разводит бедра под мое рычание:

– Ждешь приглашения? – хрипло и дерзко…

Ох, Хлоя!

Тяну за щиколотку к краю кровати и встаю на колени. Высота идеальная…

Прижимаюсь членом к ее входу, прижимая за бедра к кровати.

Не быстро, не быстро, не быстро… – уговариваю себя.

Но мое тело само по себе!

И, конечно, вхожу слишком резко, под ее сладкий вопль. Сжимаю со стоном ее бедра, удерживая себя от откровенного насилия, потому, что, бл*ть, тесно и ТАК хорошо!

Она постанывает, закусив два пальчика, и эта картинка… Черт… все!

Делаю толчок бедрами, и она снова изгибается со стоном, запуская руки в волосы. В полном поражении ложусь лицом к ней на грудь и трахаю так, как хочется – резко и глубоко.

Наслаждаясь ее дрожью и воплями!

Охе*ительно хорошо…

В животе скручивается удовольствие и бьет вдоль позвоночника, ослепляя эйфорией… Хочу вместе с ней!

И это легко устроить.

Кладу руки ей на шею… Я так давно хотел этого...

– Хлоя… – рычу я, и она, выгибаясь, дрожит от одного звука моего голоса, – не сопротивляйся мне, маленькая...

Сдавливаю шею, и ее руки хватают мои, вцепляясь в пальцы.

Ускоряясь, придушиваю чуть сильнее, игнорируя ее попытки оторвать мои руки.

Расслабься, расслабься...

Ее рывок подо мной, и, бл*ть, - такая о*уенная крупная дрожь везде! И всем телом, и внутри! И эти ощущения, вместе с невозможно эротичным зрелищем задыхающейся под моими руками от удовольствия и нехватки воздуха Хлои, толкают меня за предел – я кончаю, пожирая закрывающимися от удовольствия глазами ее немые вопли и ослабляя свою хватку.

Последний ее рывок подо мной, и я впиваюсь в губы поцелуем, поглаживая нежную шейку.

Черт, надеюсь, не сильно напугал ее…

Идиот! Совсем тормоза потерял!

– Хлоя?.. – она еще в сладкой истоме и только чуть-чуть постанывает. – Хлоя… Я... Не слишком?..

Открывает остекленевшие глаза. Молчит…

– Хлоя?

Не отвечает.

Я что, накосячил?

Отстраняюсь.

В голове полный бардак и паника.

А она тут же, пользуясь моментом, откатывается от меня дальше и ложится на живот, подкладывая руки под голову и пряча в них и копне рассыпавшихся волос свое лицо.

Да. Я, определенно, накосячил.

Конечно, бл*ть!!! - начинают работать мои мозги. - Без предупреждения...

Это вообще за гранью. Никогда не делал так.

Зачем я вообще сделал это?

Черт...