Золото Блубёрда

Глава 15

Илса

— Это странно? — спросила я Спенсера, когда мы шли по расчищенному тротуару Пайн-стрит.

Он пожал плечами.

— Это странно. — Я нахмурилась. — Ты хочешь, чтобы я пошла побыстрее, чтобы люди не увидели нас вместе?

— Нет, это круто.

Не такого ответа я ожидала от подростка, идущего в школу со своим учителем математики.

— В самом деле? Ты не волнуешься, что тебя увидят со мной?

— Нет. — Он засунул руки в карманы пальто.

— Ладно. Что ж, если ты передумаешь, когда мы подойдем ближе к школе, я остановлюсь, чтобы завязать шнурки на ботинках.

Он взглянул на мои карамельные сапоги до колен. Сапоги без шнурков. Уголки его губ приподнялись, и это сделало его таким похожим на своего отца, что я не смогла не улыбнуться в ответ.

— Я слишком много думаю об этом.

— Да совсем чуть-чуть. — Он засмеялся и закинул рюкзак повыше на плечи.

Спенсер был не таким высоким, как его отец, но он был намного выше меня и через каждые несколько шагов поглядывал вниз. Наверное, потому, что я смотрела на него снизу вверх.

Знал ли он о нас с Каси? До сих пор я не замечала, чтобы он вел себя странно, и мне казалось, что, если бы он узнал, что я спала с его отцом, он бы начал вести себя странно. Но сегодня утром он вел себя как обычный подросток.

Не то чтобы я очень хорошо знала его обычное подростковое «я».

— Что? — спросил он.

— Ничего. — Я помахала ему на прощание, когда мы дошли до Мэйн-стрит и завернули за угол, чтобы продолжить путь к школе Далтона.

Я много думала в течение нескольких часов и никак не могла отключиться от этого, как бы сильно ни старалась.

Сплетни были неизбежны. Скорее рано, чем поздно, люди узнают, что в хижине произошел пожар, и что потом я провела выходные в доме Каси Рэйнса. Если они заподозрят, что я провела выходные в его постели, они не ошибутся.

Вчера утром, после того как мы проснулись, Каси снова трахнул меня, а потом отнес в душ. У меня никогда не было столько оргазмов за неделю, не говоря уже о двенадцати часах. И хотя я была полностью

удовлетворена

, мне все равно хотелось большего.

Но в ту минуту, когда Спенсер вернулся домой после ночевки у своей бабушки, я позаботилась о том, чтобы между мной и Каси оставалось как минимум три фута личного пространства. Я целый час была в шоке и убеждала Спенсера, что он не чувствует запах мыла Каси на моей коже.

Мы втроем провели неловкий день в гостиной. Ну, мне было неловко. Ни Каси, ни Спенсера, казалось, это не волновало.

Спенсер пришел домой и плюхнулся на диван, чтобы посмотреть баскетбол по телевизору. Каси устроился в кресле с откидной спинкой, чередуя просмотр игры со стиркой или уборкой в доме.

Моим планом было прочитать папин дневник и попытаться разобраться в царящем в нем хаосе. Но каждый раз, когда Каси вставал со стула, мой взгляд автоматически опускался на его задницу. Затем я проводила следующие десять минут, беспокоясь, что Спенсер видел, как я пялилась на очень рельефный зад его отца.

К тому времени, как Каси отправился на кухню готовить бургеры на ужин, я была как на иголках.

К счастью, насколько я могла судить, Спенсер ничего не знал. Точно так же, как он, похоже, не знал, что после того, как он лег спать, его отец унес меня к себе. Снова.

Вот вам и один раз.

Этот план рассыпался, как мокрая папиросная бумага, в тот момент, когда Каси взял меня за руку, и дернул подбородком в сторону своей спальни.

Но выходные закончились. Наступил понедельник, и пришло время взять себя в руки.

Этим утром в четыре часа я выскользнула из постели Каси, приняла душ и надела черный свитер, собираясь на работу, и дала себе новое обещание.

Это все. Секс был чертовски фантастическим, но так больше продолжаться не могло. И сегодня вечером мне нужно возвращаться домой.

— Моя бабушка сказала, что вы жили здесь, — сказала Спенсер. — Когда были ребенком.

— Да. Это было давно. Раньше я каждое лето приезжала погостить к своему отцу. Его дом находится в Каттерс-Лэйк.

— Это круто. Папа иногда берет меня туда летом.

— Милое местечко, — сказала я, когда мы проходили мимо «Таксидермии Теда». В витрине было выставлено чучело кролика с табличкой «ЗАКРЫТО». — Когда я была маленькой, у этого кролика были рога.

Спенсер рассмеялся.

— Они все еще бывают на нем летом. Тед надевает их для туристов.

Далтон был расположен слишком далеко от проторенных дорог, чтобы быть популярным туристическим направлением, но в этот район стекалось достаточно людей по пути в национальный парк Глейшер, и папа каждое лето ворчал по поводу обилия номерных знаков других штатов.

За суровой внешностью этого города скрывалось неповторимое очарование. Большинство зданий и вывесок были знакомы мне, и в некотором смысле это было похоже на возвращение во времени. В те дни, когда жизнь казалась проще. Счастливее.

Торговый центр НАБ был того же серовато-зеленого цвета, что и во времена моей юности, и тележки для покупок с красными ручками все те же. Все остальные здания были обшиты деревом, которое сливалось с окружающими деревьями. Новые предприятия отличались блеском, который одновременно контрастировал и уравновешивал старые, потрепанные временем заведения.

— Далтон не сильно изменился с тех пор, как я была ребенком, — сказала я Спенсеру. — В кафе-мороженом все еще делают домашнее черничное мороженое летом?

— Да. Оно мое любимое. И папино тоже.

Для того, чтобы попробовать его мне пришлось бы задержаться здесь надолго. Мне пришлось бы пробыть в городе достаточно долго, чтобы увидеть, как Далтон появляется из-за снежных завалов. Чтобы посмотреть, по-прежнему ли на каждом уличном фонаре развешивают флаги и корзины с цветами. Бродить взад-вперед по Мэйн-стрит с пакетом воздушной кукурузы из хозяйственного магазина.

По дороге проехал желтый школьный автобус, задние колеса которого были обмотаны цепями.

— Вы придете к нам после школы? — спросил он.

— Я надеюсь, что смогу вернуться домой. Верну тебе твой дом. Перестану заставлять тебя делить со мной ванную.

Он смотрел под ноги, пока мы шли, он сократил шаг, чтобы соответствовать моему, пока мы не поравнялись.

— Мы не возражаем. Если вам придется остаться. Особенно если в вашей хижине небезопасно. Не думайте, что вам нужно уходить. Все круто. Меня это не беспокоит.

Я не была уверена, куда подевалась сердитая, сварливая версия Спенсера Рэйнса в эти выходные, но я не хотела, чтобы она возвращалась. Этот парень быстро стал моим любимым человеком в Далтоне. Он был забавным. Добрым. Внимательным. Умным, хотя по какой-то причине ему не нравилось это показывать.

— Спасибо, Спенсер.

— Да. Конечно. Неважно.

Автобус остановился у школы, и его двери открылись. Когда ученики хлынули наружу, Спенсер поправил поля шляпы, которая была на нем. Ему придется снять ее, как только мы войдем внутрь, но это явно было частью дресс-кода мальчиков-подростков. Каждый мальчик приходил в школу в шляпе, джинсах и ковбойских сапогах.

Пара старшеклассников вышли из автобуса, один из них поднял руку, чтобы помахать Спенсеру.

Он вздернул подбородок.

— Мне остановиться завязать шнурки на ботинках?

Он закатил глаза.

— Пошлите. Давайте перейдем улицу.

Ученики, которые были у меня на последнем уроке, повскакивали со своих стульев с последним звонком. Проходя мимо меня к двери, каждый из них уронил мне на стол сегодняшнюю контрольную.

Возможно, я выдавала желаемое за действительное, но, похоже, на меня смотрели не так часто, как обычно. Никто не бросал мне в лицо свои листки.

Я что, добилась прогресса в общении с этими детьми?

Я восприняла это как победу и решила, что на сегодня хватит. Открыв ящик своего стола, я достала портфель и положила в него тесты, чтобы проверить их позже. Затем я надела пальто, взяла сумочку и банку с водой, выключила свет в классе и поспешила по коридору, уворачиваясь от студентов, пока пробиралась к выходу.

— Мисс По, — голос директора Харлана отражался от стен, смешиваясь со звуком захлопывающихся шкафчиков и детским смехом.

Мисс По.

— Уф, — пробормотала я, поворачиваясь и обнаруживая, что он направляется ко мне, выпятив грудь. Я изобразила счастливую улыбку. — Здравствуйте, директор Харлан.

Он демонстративно взглянул на часы.

— Уже уходите?

— Да, извините. Мне нужно выполнить одно поручение. — Не совсем поручение, но ему не обязательно было знать подробности.

— Я слышал о том, что произошло в вашем доме. О пожаре.

Уже? Новости в Далтоне распространялись быстро.

— Ооо. Да. Это было довольно… тревожно.

— Представляю. Вы остановились у шерифа Рэйнса?

Какого черта? Откуда он мог это знать?

— Дааа, — протянула я. — Это было всего лишь на выходные. Я не знала, что мотель закрыт на два месяца.

Он подошел ближе и понизил голос.

— Мне не нужно напоминать вам, что он родитель.

— Я прекрасно все понимаю. — К чему он клонит?

— Хотя отношения между учителями и родителями не противоречат нашим правилам, они вызывают неодобрение.

Мое лицо вспыхнуло, скорее от гнева и смущения, чем от чувства вины.

Это был не тот разговор, который должен был происходить в оживленном коридоре, полном любопытных студентов. Харлан, должно быть, действительно недолюбливает меня, если не может даже позвать к себе в кабинет, чтобы остаться наедине.

— Понятно. Хорошего дня, мистер Харлан. — Мои руки сжались в кулаки, когда я повернулась и пошла прочь.

Несколько учеников, которые посмотрели в мою сторону, прочитали убийственное выражение на моем лице и шарахнулись в сторону. Умные ребята. Я бросилась к двери и распахнула ее со всей силы.

Боже, он был

таким

засранцем. По крайней мере, я узнала, сколько времени потребуется, чтобы слухи распространились по городу. Меньше чем один рабочий день.

Сплетники, должно быть, работали со скоростью света, раз слухи уже достигли школы.

— Черт.

Люди, должно быть, предполагают, что у нас с Каси что-то было. И будут правы. Но от этого не становилось легче, когда я знала, что незнакомые люди судачат обо мне за моей спиной.

Мне определенно пора было убираться из дома Каси и отправляться к себе.

Но сначала мне нужно было сделать остановку. Разочарование подстегивало меня, когда я шла по Мэйн-стрит к бару. Парковка «У Трика и Салли» была пуста, перед входом не было припарковано ни одной машины. Хорошо. Без зрителей будет легче разговаривать с Триком.

Как и в прошлый раз, когда я была здесь, музыка из музыкального автомата приветствовала меня, когда я открыла входную дверь и вошла в тускло освещенную комнату. Запах сигарет был не таким сильным, но в воздухе витало слабое облачко, и я подозревала, что этот запах был постоянным. Под всем этим чувствовался легкий привкус чистящего средства и цитрусовых.

— Привет, Проблема. — Трик криво ухмыльнулся мне из-за стойки. Перед ним стояла разделочная доска, уставленная лимонами и лаймами.

— Привет, Трик.

— Подожди. — Он указал на меня, перекладывая нож в другую руку. Затем повернулся к полке за своей спиной, взял бейсбольную биту и положил ее рядом с разделочной доской. — На этот раз я буду готов.

Я рассмеялась, злость, вызванная моим разговором с Харланом, улетучилась, когда я опустилась на табурет.

— Прости.

— Я просто дразню. Не переживай из-за того вечера. Красивая женщина в городе, все обращают на нее внимание.

— Нет, я сглазила, помолившись о драке в баре.

— Это правда. — Он рассмеялся. — Я надеюсь, Пол Джонсон знает, что ты сделала это ради него.

— О, нет. Этот парень ненавидит меня.

Каждый день Пол называл меня мисс Старая Карга. И каждый день он завуалированно угрожал, что я пожалею об этом. У меня было предчувствие, что, когда Харлан в конце концов уволит меня, Пол Джонсон — или его отец — станут движущей силой этого увольнения.

— Это его потеря, — сказал Трик.

— Спасибо.

Было бы так легко флиртовать с Триком, но после этих выходных с Каси все, что я могла выдавить из себя, — это неуверенную улыбку.

— Я хотела спросить, не мог бы ты ответить еще на несколько вопросов о моем отце?

— Конечно. Хочешь чего-нибудь выпить?

— Нет, спасибо. — Я взяла свою банку и поставила ее на стойку. — У меня есть вода.

Он расхохотался.

— Знаешь, Айк всегда носил с собой банку. Время от времени он оставлял несколько штук. Кажется, у меня где-то здесь есть банка из-под соуса маринара. Не обычная тара для воды, но ему это подходило.

— Мне тоже подходит. — Я отвинтила латунную крышку и сделала глоток. — Интересно, папа когда-нибудь упоминал что-нибудь об атласе или ключе.

— Атлас или ключ. — Трик наморщил лоб. — Типа ключ от его грузовика?

— Не знаю. — Я вздохнула. — Вот почему я здесь. Он оставил несколько писем, и в одном из них упоминались ключ и атлас. В записке не было никакого контекста, поэтому я не могу сказать, действительно ли это что-то значит или это чепуха.

— Мне жаль. — Трик потянулся ко мне, словно собираясь коснуться моей руки, но тут яркая вспышка озарила бар, и его взгляд скользнул поверх моей головы к двери. — Привет.

— Привет. — От стука сапог и грубого голоса у меня по спине побежали мурашки.

Мое сердце екнуло.

Этот голос не давал мне уснуть большую часть прошлой ночи.

Я не потрудилась обернуться, когда Каси подошел и встал рядом со мной, протягивая руку через стойку бара, чтобы обменяться рукопожатием с Триком.

Он был одет в ту же одежду, что и утром, когда уходил из дома в участок. Джинсы «Рэнглер», которые облегали его задницу и бедра. Темно-зеленая рубашка на пуговицах, которая подчеркивала мшистые крапинки в его глазах.

— Могу я тебе что-нибудь предложить, Рэйнс? — спросил Трик.

Каси покачал головой.

— Нет, я в порядке, но спасибо.

— Вы двое вредите бизнесу. — Трик подмигнул мне. — Хотя, возможно, я смогу убедить Илсу задержаться и поужинать со мной. Сэнди скоро придет поработать барменом сегодня вечером. Мы могли бы даже заглянуть в кафе, если ты там еще не была. Что скажешь?

О, черт.

Трик был милым, но единственный мужчина, с которым мне было интересно встречаться, в данный момент носил пистолет и хмурился.

— Нет. — Каси даже не взглянул на меня, когда отвечал на вопрос Трика, но собственнические нотки в его голосе были очевидны.

Взгляд Трика метался между нами.

— Ааа. Понял. Я опоздал.

— Прости. — Я сочувственно улыбнулась ему.

— Не беспокойся об этом. — Он снова подмигнул мне, взял свою биту и положил рядом с кассовым аппаратом.

Когда Трик отошел от бара, я, нахмурившись, посмотрела на Каси и понизила голос.

— Кажется, мы договорились не распространяться об этом. Что бы

это

ни было.

— Я пришел забрать тебя из школы, но обнаружил, что ты ушла в бар пешком.

— Ну, я бы села за руль, но ты не хочешь отвезти меня домой, чтобы я забрала свой пикап. — Если этот пикап вообще заведется. Было все еще холодно, но температура немного повысилась. Я скрестила пальцы надеясь, что смогу завести папин пикап. — Подожди. Ты приехал, чтобы забрать меня. Зачем? Означает ли это, что я могу идти домой?

— Нет.

Мимолетный проблеск надежды быстро угас.

— Почему?

Он сел на табурет рядом со мной, повернувшись ко мне боком. В тот момент, когда я посмотрела ему в глаза, мой желудок сжался.

Потому что он был здесь не для того, чтобы, как настоящий мачо, заявить о своем последнем романтическом увлечении. Он был здесь, потому что случилось что-то плохое.

— Что не так?

Он положил руку мне на бедро в истинно дружеской манере, без колебаний.

— Кто-то разгромил хижину.