Берегись, чудовище! или Я - жена орка?!

Глава 44 Грешник

— Не шумите! — зарычал на них бывший сын трактирщика, хлестнув рукой-плетью. — Скоро вы все пригодитесь! Ваши жизни откроют мне дорогу назад!

— Нет! — вырвалось у меня.

Отшатнувшись от ямы, прижала к себе Пузырика, чьи руки наконец-то были свободны. Я почувствовала, как он убрал их за мою спину, стараясь не выдать нашей маленькой победы.

Никифор обернулся ко мне. Его алые глазки сузились.

— Ты видишь? Видишь, какая сила у меня будет? Не одного... а всех! — гад широко раскинул свои корявые руки-ветви. — Такой жертвы темные духи не смогут отвергнуть! Они вернут мне все, с прибавкой!

Он собирался принести в жертву всех четверых детей. Здесь и сейчас. В этом проклятом месте, под сводами леса, помнившими его собственные преступления. Ирония судьбы была столь чудовищной, что не находилось слов.

Мой взгляд метнулся к Арху. Волк стоял, прижав уши, его рана сочилась, но он был готов к бою. Но одного его мало. Где же Самайн? Успеем ли мы?

Никифор приблизился к краю ямы, его деревянные пальцы сцепились в подобие когтистой лапы.

— Начнем с самого шумного... — прошипел он, глядя на одного из орчат.

Я отступила на шаг, готовясь броситься вперед, заслонить детей собой, крикнуть, сделать что угодно. И в этот самый миг из-за обломка колонны вышла Лесная Дева!

Ее лицо было холодным и безжалостным.

— Игра окончена, грешник, — тихо сказала она.

Голос прозвучал негромко, но от этих слов воздух в руинах задрожал, словно от удара колокола. Даже пламя уродливых свечей на жертвеннике Никифора затрепетало и приникло к жиру, словно стараясь спрятаться.

Сама чудовищная тварь застыла, ее ветвистая рука, уже протянутая к яме, замерла в воздухе. Алые глазки-угли сузились, уставившись на появившуюся из тени фигуру.

— Ты... — проскрипел Никифор. — Ты... не помешаешь! Я все приготовил, как они велели! Жертва готова!

Лесная Дева сделала несколько бесшумных шагов вперед. Платье из живых листьев не шелестело, а венок из колокольчиков оставался недвижим и безмолвен. Взгляд хранительницы, холодный и пронзительный, скользнул по мне, по притихшему в моих объятиях Пузырику, по яме с плачущими орчатами, по кошмарному алтарю и, наконец, остановился на Никифоре.

— Темные духи? — ее губы тронула легкая, безжалостная усмешка. — Ты слышал лишь эхо собственной ненависти, жалкий человек. Лес не давал тебе обещаний. Он лишь показал тебе твою суть. Ты был гнилым деревом и стал им во плоти. Вот и все. Обратной дороги нет. Лес сделал тебя тем, кто ты есть.

— Нет! — взвыл Никифор, и его тело затряслось в конвульсиях. — Ты лжешь! Они шептали мне! Они обещали! Они…

— Они были твоей собственной жаждой крови, — оборвала его дева. Голос стал твердым, как сталь. — Ты тот, кто предал и попытался убить, кто видел в детях лишь разменную монету, ты и впрямь думал, что силы этого места, хранящие жизнь, примут в душу такое осквернение?

Она подняла руку, и ветви, опутавшие руины, зашевелились. Они потянулись к Никифору — не с угрозой, а с неотвратимостью судьбы.

— Нет! — закричал он снова, отступая. — Я не позволю! Я все равно совершу обряд! Их кровь будет на тебе!

Мерзавец рванулся к яме, но было поздно. Тонкие, но невероятно прочные побеги плюща и дикого винограда обвили его руки-плети, ноги-стволы, сковывая каждое движение. Он визжал, вырывался, ломая ветки, но на смену сломанным тут же нарастали новые, опутывая его все плотнее, словно живые кандалы.

— Твое наказание не в том, чтобы остаться в этом облике, — сказала Лесная Дева, и в ее глазах не было ни жалости, ни гнева, лишь спокойное принятие неизбежного. — Твое наказание — в том, чтобы навсегда остаться собой. В самом чудовищном проявлении твоей сути. Лес не станет тебя убивать. Он оставляет тебя наедине с тем, кем ты стал.

Никифор издал последний, душераздирающий вопль — уже не ярости, а полного, абсолютного отчаяния и ужаса. Ветви сомкнулись над ним, увлекая его вглубь зарослей, в самую чащу, где царила вечная тьма. Его крики быстро затихли, поглощенные мхом и густым переплетением корней.

Воцарилась тишина. Тяжелая, но на этот раз — чистая. Будто нарыв прорвался, и гной вышел наружу.

Я стояла, не в силах пошевелиться, все еще прижимая к себе Пузырика. Мальчик обнял меня за шею и разрыдался — теперь уже не от страха, а от облегчения.

— Не плачь, малыш, — хранительница погладила его по щеке и тот несмело улыбнулся, просияв зеленым солнышком. — Все хорошо.

Она повела рукой, и лианы бережно достали из ямы остальных орчат. Те, громко плача, бросились к нам.

Лесная дева подошла к волку.

— И тебе досталось, друг, — прошептала, присев на корточки рядом с ним.

Тот заскулил, подтверждая.

— Я все исправлю, не переживай. — Женщина погладила его. Из-под ладоней потек зеленый свет. На какое-то время мой хищник стал зеленым, как орк. — Может, так и оставить, как думаешь? — Лесная дева глянула на меня, лукаво улыбаясь.

— Уаррх! — возмутился волк, глядя на зеленые лапы с таким искренним недоумением, что все мы не сдержали смеха.

— Ладно, будь таким, каким создан природой, — она снова прикоснулась к нему и шерсть приобрела привычный серебристый окрас. — Так-то лучше.

Лесная Дева поднялась и подошла ко мне, облепленной орчатами.

— А что будет с Никифором? — спросила я.

— Для него все кончено, — голос прошелестел нежно. Она улыбнулась. — А вот для тебя только начинается. — Посмотрела куда-то за мою спину. — И для него тоже.

Я обернулась — как раз вовремя, чтобы увидеть, как в зал ворвался Самайн. ********************** ЕЩЕ ОДНА МОЯ НОВИНОЧКА!!! Моя новогодняя новиночка стартовала!!! 16+ АПЧХИ! или НОВОГОДЬЕ У ВЕДЬМ https:// /books/read/57524 Она — юная ведьмочка, что заставляет снеговиков танцевать, обожает фамильяра Веснуха с его аллергией на магию, и мечтает, чтобы ее, полукровку, признали ведьмы. Он — офицер, дракон, живет по уставу, верит в правила и жаждет смыть с семьи пятно позора, что навлек младший брат. Что у них общего? Ни-че-го. Но им обоим нужен ведьмоцвет, чтобы попасть на Бал ведьм. Там исполнится самое заветное желание. То самое, о котором они еще даже не подозревают. Ведь в Новогодье случаются таааакие чудеса! неунывающая ведьмочка властный дракон новогодняя любовь Веснух — летающий аллерген злые ведьмы волшебная зима танцующие снеговики Бал Ведьм интриги, тайны, коварство ХЭ в гирляндах Новогодняя сказка начинается!)) Однотомник Эксклюзивно для а https:// /books/read/57524