Боярыня Марфа

Глава 45

Я быстро вошла в шумную, просторную горницу.

Уже вечерело, и в трактире в этот час было много народу, почти все столы заняты. Не оглядываясь по сторонам, я подошла к купцам и поставила им еду. Пожелала приятного аппетита.

— Благодарствуем, красавица, — приветливо сказал один из мужчин, окидывая меня плотоядным взглядом. — Как величать-то тебя?

— Марфа, — быстро ответила я, оправляя на голове простой платок, который открывал мое лицо и переднюю часть волос. — Что-то еще желаете заказать?

— Пока нет, сладенькая, — оскалился другой. — Если только чего для успокоения плоти...

Сделав вид, что не поняла их непристойных намеков, я быстро кивнула, подхватив пустой поднос. Знала, что пойдут эти двое несолоно хлебавши, как говорится. Потому что хозяин — трактирщик, никому в обиду меня не давал. Один раз даже выставил вон нахального стрельца, который вздумал щупать мои юбки.

Я поспешила в сторону кухни, как вдруг меня схватили за руку. Сильная ладонь мужчины, сидящего за соседним столом, цепко сжала мое запястье. Я невольно остановилась и возмущенно вскинула глаза на наглеца, который посмел схватить меня за руку.

И тут же испуганно замерла.

— Здравствуй, медовая, — произнес он басом и кровожадно оскалился.

Передо мной сидел Сидор Адашев.

Все такой же отталкивающий, хоть и был одет в богатые одежды, с диким волчьим взглядом. По моей коже пробежали мурашки. Я подумала о том, что раз он узнал, где я живу, то теперь моя относительно спокойная жизнь закончится.

Однако было одно, что связывало нас навеки вечные в этом мире. Наташенька. Как я ни хотела, чтобы это было правдой, но она была и дочерью этого мерзавца. И теперь именно он «заказывал музыку», и точно появился в трактире неслучайно.

— Как моя дочка? — тут же выпалила я, резко вытянув руку из хватки этого злодея.

Прищурившись, Сидор промолчал и как-то криво оскалился.

— Она больна? Кашель у нее есть? Жар? — пытливо выспрашивала я.

Я очень переживала за малышку, ведь когда я покидала усадьбу, она только заболевала.

— Наташка то? — прищурившись, спросил Сидор и снова замолчал, словно наслаждаясь моими терзаниями.

— Да говори же, ирод! — процедила я нетерпеливо.

Опасливо обернулась на посетителей, боялась, что нас услышат.

— Вроде не хворает, — коротко ответил он, пожав плечами.

— Агриппина с ней?

— Нянька-то? С ней, куда ж ей деться-то.

— Хорошо.

Я даже облегчённо выдохнула. Если Агриппина была с девочкой, можно было немного успокоиться. Я знала, что она в обиду Наташеньку не даст, и позаботится о ней как надо, и полечит, и накормит.

— Девка постоянно ноет, да тебя требует, медовая.

— Могу я с ней увидиться? Хоть один разок? Сидор, пожалуйста…

Он не ответил, только начал теребить рукоять своего кинжала, что висел на боку. Его взор стал совсем тёмным и лютым.

— А ну, сядь. Поговорим, — приказал Адашев.

Метнув быстрый взор в сторону, я заметила, что хозяин трактира вышел куда-то и в просторной горнице его нет. Поэтому он не заметит, что я села за стол к клиенту. Быстро плюхнувшись напротив Сидора, я внимательно посмотрела на него.

— Я за тобой, Марфушенька, — начал он глухо. — Раз сама не идёшь на поклон, так сам к тебе пожаловал.

— Как ты меня нашел?

— Не трудно было. У меня везде свои люди есть.

— Понятно.

Значит, точно после того, как заберу девочку, надо бежать подальше из Новгорода, иначе этот гад быстро найдет нас.

— Показала свой норов и будет. В усадьбу поехали. Заждался я тебя.

— И я смогу Наташеньку увидеть? — с надеждой спросила я.

— Сможешь. Только сначала заслужи, а потом и дочку увидишь. Я от своего слова не отступлюсь, медовая.

— Опять роль полюбовницы предлагаешь?

— А как же. Будешь в моей опочивальне свои грехи замаливать, — тихо произнес он и похабно оскалился.

— Видел? — я показала ему дулю. — Не будет тебе больше ничего, охальник. Дура была, что раньше с тобой связалась.

— Тогда Наташку тебе не видать.

— Да пошел ты, кобелина мерзкий! — вспылила я в сердцах.

И тут же замялась, поняла, что применила ругательство из своего прежнего мира. Но мне было всё равно. Этот мерзавец приехал специально поиздеваться надо мной. Как можно было требовать какой-то покладистости и ласки от женщины, шантажируя её ребёнком? Кроме ненависти и презрения, этот подонок не мог вызвать у меня никаких чувств.

Я вскочила на ноги, более не собираясь говорить с этим жестокосердным мерзавцем, но он опять схватил мое запястье. Дернул резко к себе, и я почти уткнулась в его грудь.

— Зря ты так, Марфушенька, ох зря, — прошипел он мне на ухо. — Ты ведь ещё не знаешь, на что я способен.

— Опять грозишь? Не боюсь я тебя.

— Так ты сама виновата. Поехала бы со мной теперь по своей воле, и угроз бы не было. Неужели тебе нравится здесь грязные столы мыть, и на побегушках служить?

— Нравится.

— Ты дура, последние мозги что ли прогуляла?

— Пусти руку!

— Пожалеешь ещё о том, Марфа, ох пожалеешь.

Вдруг около нас появился хозяин трактира.

— Уважаемый, ты девку то мою отпусти, работать ей надобно, — хмуро заявил он Сидору, становясь рядом со мной. — А если что не по нраву, то со мной решай.

На это заявление трактирщика Сидор только злобно оскалился, но руку мою выпустил. Я тут же метнулась прочь из горницы. Лишь краем глаза заметила, как Адашев кинул пару серебряных монет на стол перед трактирщиком и направился к выходу.

Я же, забежав в кухню, наверное, четверть часа боялась выйти к посетителям. Так выбил меня из колеи неожиданный разговор с этим мерзавцем. Я не понимала Сидора. Если он хотел заслужить мое внимание и ласки, так не проще было бы разрешить мне свидания с Наташей, чтобы я смягчилась? Так нет, он только с каждым разом вызывал к себе все большее отвращение.

Спустя полчаса я вышла вылить помои на задний двор трактира. Варвара и её помощница не успевали готовить все заказанные блюда, и я решила помочь им. Однако не успела я подойти к отхожей яме, как на меня сзади кто-то накинулся. От неожиданности я выронила из рук ведро.

Схватив меня в охапку и зажав рот ладонью, напавший мужчина потащил меня прочь от трактира. Я дико замычала, оборачиваясь и пытаясь сопротивляться. Пинала наглеца и царапалась, но он держал крепко, почти до боли сжимая железной хваткой мои рёбра.

— Не кобенься, медовая, — прохрипел над моим ухом низкий голос Сидора. — Сказал со мной поедешь, так и будет.

Он уже подтащил меня к своему возку, где ждал извозчик, как вдруг путь ему преградил высокий мужчина в черном. Опешив, я даже прекратила сопротивляться.

Перед нами стоял Кирилл Черкасов.

— Отпусти её, Адашев. Немедля, — процедил ледяным тоном Кирилл.