Гостиница для попаданки и сто проблем в придачу (СИ)

Глава 12

В гостиницу я вползла, а не вошла. Честное слово, если бы не мерцающая Тропа, в кромешной тьме я бы точно заблудилась и осталась ночевать в корнях какого-нибудь дерева, подкармливая собой местную фауну. Хорошо хоть Лес признал во мне хозяйку и не дал пропасть.

Дверь поддалась с первого толчка, и я оказалась в холле, где...

— Ах, вот вы где! — всплеснула руками Фарнелия Камрит, подскакивая ко мне с такой скоростью, что я испугалась за сохранность ее суставов. — Мы уже обыскались!

— Волновались, — добавила Фуртания, возникая из-за спины сестры с бокалом в руке. Судя по цвету и аромату, там было что-то покрепче компота. — Выпейте, госпожа Арсеньева. Вы зеленая, как болотная тина.

От растерянности я послушно приняла бокал. Жидкость обожгла горло, но по телу разлилось приятное тепло, и дрожь в руках немного унялась.

— Спасибо, — выдохнула я.

— Не за что, дорогуша! — Фарнелия погладила меня по рукаву. — Рассказывайте! Как там Лес? А тропа? А цветочки? А путевик вы видели?

Вопросы посыпались как горох, и я уже открыла рот, чтобы выдать максимально уклончивый ответ, как сверху донеслось:

— Оставьте хозяйку в покое. Она едва на ногах стоит.

Я задрала голову. На галерее второго этажа, облокотившись на перила с таким видом, будто позировал для портрета, стоял Ларитье. Свечи в канделябрах отбрасывали тени на его лицо, делая и без того выразительные черты еще более... хищными.

И надо же, заговорил по-человечески. Прямо-таки защитник нашелся.

— А вы, рил Ларитье, — немедленно встряла появившаяся из гостиной Прима в сопровождении своей разноцветной свиты, — изволите указывать, кому и как беспокоить хозяйку? Сами-то ушли с ней, а вернулись по отдельности. Нехорошо-с.

— Прима Каризо права! — поддакнул блондин.

— Крайне нехорошо! — поддержал брюнет.

— М-да, — философски изрек рыжий и добавил: — А ужин скоро?

Присутствующие дружно на него покосились.

— Всегда он о еде, — фыркнула Фурталия Камрит, но тут же спохватилась: — Хотя вопрос резонный. Госпожа Арсеньева, вы будете ужинать?

Я посмотрела на свои трясущиеся руки, на пустой бокал, на лестницу, по которой нужно было подняться в комнату, и приняла единственно верное решение.

— Я буду ужинать в кабинете. Эдмунд! — позвала я в пустоту. — Эдмунд, будь добр, распорядись насчет ужина и...

Договорить не дал грохот. Мы все дружно обернулись.

Из-под лестницы, где раньше была неприметная дверца, которую я принимала за чулан, вылетело облако фиолетового дыма, а следом — истошный вопль:

— Немедленно! Слышите?! Немедленно прекратите это безобразие!

Из дыма, кашляя и размахивая руками, вывалился... человек. Если это вообще можно было назвать человеком. Лохматый, в длинном балахоне, подпаленном с одного бока, с круглыми очками на пол-лица и целым арсеналом склянок, звякающих при каждом движении.

— Вы! — ткнул он пальцем в меня, и я невольно отшатнулась. — Вы хозяйка?

— Эм... вообще-то да, — осторожно ответила я, лихорадочно соображая, кто это может быть.

Призрак? Но призраки сквозь стены ходят, дверь им не нужна. Гость? Вот только еще одного колоритного персонажа мне тут для полного счастья и не хватало.

— Наконец-то! — воскликнул лохматый и рванул ко мне, по пути задев плечом блондина (тот охнул и выронил трость), наступив на ногу рыжему (тот взвыл) и чудом не опрокинув сестер Камрит, которые проворно отскочили в стороны. — Я требую! Требую, слышите?! Чтобы вы немедленно разобрались с этими... этими... — Он задохнулся от возмущения и потряс склянкой над головой.

Жидкость внутри противно забулькала.

— С кем? — уточнила я, медленно пятясь к лестнице. Ларитье сверху наблюдал за происходящим с выражением крайнего удовлетворения. Ему-то весело!

— С призраками! — выпалил лохматый, и его очки жалобно блеснули. — Они... они... у меня закончились сушеные жабьи лапки! А я только вчера заказал новую партию! А эти... эти лентяи...

Он всхлипнул. Я моргнула. Призраки? Жабьи лапки?

— Простите, а вы, собственно, кто? — наконец выдавила я.

Лохматый замер, поправил очки и с достоинством, насколько это вообще возможно в подпаленном балахоне, произнес:

— Я — главный зельевар его величества! В отставке. Временно. В общем, неважно. Важно то, что я заперт в этом подвале уже... уже... — Он задумался. — А сколько времени прошло?

— Дня три, — подал голос Эдмунд, материализуясь из стены справа от меня.

Я вздрогнула. Привыкнуть к появлению призрака из ниоткуда будет непросто.

— Три дня! — взвыл зельевар. — Три дня я не ел! Не пил! У меня кончились реактивы! А эти... эти ваши... — Он снова потряс склянкой. — Они отказываются работать! Требуют пересмотра условий труда! Как вам это?!

— Условий труда? — переспросила я, чувствуя, что разговор начинает уходить куда-то в сюрреализм.

— Именно, госпожа, — Эдмунд поправил воображаемый галстук. — Призраки на чердаке организовали профсоюз и выдвинули требования. Они отказываются выполнять свои обязанности, пока вы с ними не встретитесь.

Я закрыла глаза. Глубоко вдохнула. Выдохнула.

— Значит, так, — сказала я, открывая глаза и обводя взглядом собравшихся. Постояльцы замерли в ожидании. Ларитье наверху даже перестал ухмыляться. — Эдмунд, проводи господина зельевара в нормальную комнату, накорми, напои и выдай все необходимое. Список реактивов пусть составит. Сестры Камрит, спасибо за заботу, но мне правда нужно прийти в себя. Прима Каризо, ваши мальчики... — я покосилась на синхронно насупившуюся троицу, — ...пусть пока порепетируют или что вы там делаете. С призраками я разберусь завтра.

— Но, госпожа... — начал зельевар.

— Завтра! — отрезала я таким тоном, что он поперхнулся и замолчал. — А сейчас... Эдмунд, ужин в кабинет. И бутылку чего-нибудь... успокоительного.

— Слушаюсь, госпожа.

Я развернулась и, чеканя шаг, направилась к кабинету. Спиной чувствовала взгляд Ларитье, но оборачиваться не стала. Хватит с меня на сегодня приключений.

* * *

В кабинете меня ждал сюрприз. Аня.

Она сидела в моем кресле, забравшись с ногами, и сосредоточенно листала один из свитков, разложенных на столе. При моем появлении девочка подскочила и спрятала руки за спину, но я успела заметить, что это был свиток с картой Леса.

— Ты чего тут делаешь? — устало спросила я, опускаясь на диван в углу. Ноги гудели, голова раскалывалась, и даже на то, чтобы злиться, не осталось сил.

— Жду тебя, — нахально заявила Аня, но в глазах мелькнуло что-то похожее на вину. — Ты обещала про путевик рассказать.

— Я обещала, — кивнула я, растирая виски. — Но не сегодня. Сегодня я устала как... как никогда в жизни.

— А он правда есть? — не унималась Аня. — Путевик? Ты его видела?

Я помолчала, вспоминая треугольный камень с мелькающими надписями. Его корни, уходящие глубоко в землю. Его нежелание со мной разговаривать.

— Видела, — ответила я честно.

Аня ахнула и подбежала ко мне, плюхнувшись рядом на диван.

— И какой он? А ты спросила его про папу? А он ответил? А когда мы пойдем? А можно завтра?

— Аня, — я перебила этот поток слов, — стоп. Во-первых, он не разговаривает. Во всяком случае, в привычном смысле. Во-вторых, чтобы до него добраться, нужно идти через Лес, а это не прогулка по парку. Я сегодня чуть сознание не потеряла, как только вошла. В-третьих... — я пристально посмотрела на девочку, — твой... этот... Ларитье. Он не хочет, чтобы я тебя туда вела. И у него есть причины.

— Какие причины? — насторожилась Аня. — Он же мне никто! Он сам сказал!

— Знаю, — вздохнула я. — Но он врет.

В комнате повисла тишина. Аня смотрела на меня, и в ее глазах плескалась такая буря эмоций, что мне стало не по себе. Обида, злость, надежда и снова обида, смешанная с чем-то похожим на страх.

— Откуда ты знаешь? — спросила она наконец тихо.

— Лес сказал, — ответила я просто.

И, видимо, это был правильный ответ, потому что Аня вдруг уткнулась носом мне в плечо и замерла. Я осторожно обняла ее одной рукой.

— Я узнаю правду, — пообещала я. — Завтра же и начну. А сейчас давай-ка ужинать, потому что если я сейчас не поем, то упаду прямо здесь и просплю до следующего утра.

Аня шмыгнула носом и кивнула.

А в дверь кабинета осторожно поскреблись.

— Госпожа, — раздался голос Эдмунда, — ужин. И... тут к вам посетитель.

Я застонала. Ну сколько можно?!

— Кто на этот раз? — простонала я в пространство.

— Рил Ларитье просит аудиенции, — бесстрастно сообщил призрак.

Аня рядом со мной напряглась. Я посмотрела на дверь, на девочку, прижимающуюся к моему боку, и приняла решение.

— Передай рилу Ларитье, — сказала я громко и четко, — что я готова его выслушать. Здесь и сейчас. И пусть готовится говорить правду. Потому что врать хозяйке Сердца в ее собственном кабинете — плохая примета.

За дверью повисла пауза. А потом раздался низкий, чуть насмешливый голос:

— Передавать не нужно, я все слышал.

Дверь открылась, и на пороге возник Ларитье. Взгляд его скользнул по мне, по Ане, прижавшейся к моему плечу, и в темных глазах мелькнуло что-то... неуловимое.

— Что ж, хозяйка. Давай поговорим.