Прошло несколько месяцев.
Гостиница процветала. Гости приезжали со всего королевства — не только чтобы попасть в Лес, но и чтобы побывать в месте, где Хозяйка Сердца и рил Ларитье создали настоящий дом.
Бойль стал постоянным жильцом. Его неуклюжесть теперь воспринималась как местная достопримечательность — гости специально приходили посмотреть, как он роняет меч или путается в собственных ногах. Он смущался, краснел, но улыбался.
— Вы герой, — говорили ему.
— Просто повезло, — отвечал он.
Прима готовила новую пьесу. Она писала её сама — о гостинице, о Лесе, о женщине, которая пришла из другого мира и нашла здесь дом. Сёстры Камрит были её консультантами — они помогали с деталями, вспоминая свои шпионские годы.
— Это будет лучшая пьеса в моей жизни, — говорила Прима.
— Ты всегда так говоришь, — усмехались сёстры.
— Потому что это правда.
Зельевар больше не сидел в подвале. Он обустроил лабораторию в бывшей оранжерее и теперь принимал учеников. Аня была его любимицей.
— У неё талант! — восторгался он. — Настоящий талант!
— Я буду лучшим зельеваром в королевстве, — заявляла Аня.
— Будешь, — соглашался Элиас. — Но сначала уроки.
— Уроки скучные.
— Не скучнее, чем объяснять зельевару, почему ты подожгла его стол.
— Это была случайность!
— Случайности не повторяются трижды.
Аня надувалась, но спорить переставала.
* * *
А сегодня был особенный день.
Мы стояли на крыльце — я, Элиас и Аня, — провожая очередных гостей. Солнце садилось за Лес, окрашивая небо в розовый и золотой. Лес шумел, и в этом шуме я слышала знакомые голоса.
— Год назад, — сказала я, — я проснулась в чужом мире. Ничего не понимала. Никого не знала. Боялась всего.
— А теперь? — спросила Аня.
— А теперь я дома.
Элиас обнял меня за плечи. Аня взяла нас за руки.
— Мы — семья, — сказала она. — Правда?
— Правда, — ответили мы вместе.
На перила села оранжевая муха. Я посмотрела на неё и улыбнулась.
— Вовка, — сказала я. — Ты всё ещё здесь.
Муха жужжала, перебирая лапками.
— Оставь, — сказал Элиас. — Пусть живёт.
— Я и не собиралась её прогонять.
Мы стояли на крыльце, глядя на закат. Лес шумел, дом гудел, призраки готовили ужин. Внутри было тепло и уютно.
— Как ты думаешь, — спросила Аня, — что будет дальше?
— Не знаю, — ответила я. — Но что бы ни случилось, мы справимся. Вместе.
— Вместе, — повторил Элиас.
Он поцеловал меня. Медленно, нежно, как в первый раз. Аня зажмурилась, но я видела, как она улыбается.
— Эй! — крикнул Бойль из окна. — Ужин готов! Идите есть!
— Идём! — ответила я.
Мы вошли в дом. Дверь захлопнулась за нами, и я почувствовала, как Сердце дома бьётся в унисон с моим.
Через год в гостинице появился новый гость.
Молодой человек в дорожном плаще, с усталыми глазами и тяжёлой ношей за спиной. Он стоял на пороге, оглядывая холл, и я видела, как он напряжён.
— Вы ищете ночлег? — спросила я, выходя в холл.
— Да, — ответил он. — И ответы.
— Какие?
— О Лесе. О путевике. О том, что случилось с моим отцом.
Я посмотрела на него. В его глазах горел знакомый огонь — тот самый, который я видела когда-то в своих.
— Заходите, — сказала я. — Места хватит всем.
Я обернулась к лестнице. Там стояли Элиас и Аня, держась за руки. Аня уже подросла, косички сменились длинными волосами, собранными в хвост, но глаза остались такими же — живыми, любопытными, смелыми.
— У нас новый гость, — сказала я.
— Я вижу, — улыбнулся Элиас.
— Я сейчас! — крикнула Аня и побежала вниз. — Я помогу!
Я смотрела на них и чувствовала, как сердце наполняется теплом. Год назад я проснулась в чужом мире. А теперь я была дома. И этот дом был полон жизни.
— Добро пожаловать в гостиницу «Сердце Леса», — сказала я. — Здесь исполняются желания. Иногда.
Гость улыбнулся. Впервые за долгое время.
— Спасибо, — сказал он.
И шагнул внутрь.
Дверь захлопнулась. Лес шумел за окном. Дом гудел, наполняясь новыми голосами.
А на крыльце, на перилах, сидела оранжевая муха. Она смотрела на закат и жужжала что-то тихое, тёплое.
Вовка.
Верный спутник.