Гостиница для попаданки и сто проблем в придачу (СИ)

Глава 28

Мы думали, что всё кончено. Но враги не сдаются.

Они пришли ночью. Я проснулась от того, что дом задрожал — не привычной, уютной дрожью, а тревожной, злой. Стены гудели, половицы ходили ходуном, и где-то внизу раздавались крики.

— Вставай! — Элиас ворвался в комнату. — Нападение!

— Кто?

— Сторонники Верми. Те, кому удалось уйти от правосудия. Они собрали отряд. Хотят уничтожить путевик.

Я накинула халат, выбежала в коридор. Внизу творился ад.

Магические разряды летали по холлу, разнося мебель в щепки. Призраки метались между гостями, пытаясь защитить их. Бойль размахивал мечом, отбиваясь от двух нападающих сразу, и каждый его взмах сопровождался грохотом падающих предметов.

В центре этого хаоса сражался Элиас Ларитье.

Он был… другим. Глаза горели золотом, клыки удлинились, на руках проступили когти. Он двигался быстрее, чем я могла уследить, и каждый его удар отправлял врага в полёт. Я видела, как он перехватил руку одного из нападающих, как отбросил его в сторону, как развернулся к следующему.

— Влада! — крикнул он, заметив меня. — Уходи!

— Нет! — я шагнула вперёд.

И почувствовала Лес.

Он был рядом. Здесь. В каждом камне гостиницы, в каждой половице, в каждой стене. Сердце дома билось в унисон с моим сердцем. Я чувствовала его боль, его гнев, его силу.

— Помоги мне, — прошептала я. — Защити свой дом.

Дом откликнулся.

Я подняла руки. Золотой свет вырвался из моих ладоней, и дом ожил. Корни пробили пол, обвивая ноги нападающих. Стены сдвинулись, отрезая пути к отступлению. Люстра рухнула, накрыв собой целую группу врагов.

— Что это?! — закричал кто-то.

— Дом, — ответила я. — Мой дом.

Мы сражались плечом к плечу. Я направляла силу Леса, Элиас — свою божественную мощь.

Он был великолепен. Я видела, как его когти рвут вражеские доспехи, как его клыки сверкают в свете магических разрядов, как золото в глазах становится ярче с каждым ударом. Он был зверем. Он был богом. Он был моим.

— Берегись! — крикнула я, когда один из нападающих поднял арбалет.

Элиас развернулся, перехватил болт в воздухе. Когти сжались, и дерево рассыпалось в щепки.

— Спасибо, — сказал он.

— Не за что.

Бойль, спотыкаясь и падая, вырубил упавшей люстрой предводителя отряда. Сёстры Камрит, вооружившись чем попало, отбивались от нападающих с неожиданной ловкостью. Прима, стоя на лестнице, декламировала что-то на древнем языке, и её голос, казалось, парализовал врагов. Зельевар забрасывал их дымовыми шашками, от которых те разбегались кто куда.

— Держитесь! — крикнула я, когда последний из нападающих рухнул на пол.

Корни сжались, опутывая их всех.

Всё кончено.

* * *

Я стояла посреди разгромленного холла, тяжело дыша. Сила, которую я использовала, забрала последние силы.

— Влада! — Элиас подхватил меня, когда ноги подкосились.

— Я в порядке, — прошептала я. — Просто… устала.

— Ты молодец, — он прижал меня к себе. — Ты спасла дом.

— Мы спасли, — поправила я. — Все.

Я посмотрела на собравшихся. Бойль сидел на полу, держась за голову, но улыбался. Сёстры Камрит обнимали друг друга. Прима поправляла причёску и делала вид, что не плакала. Зельевар уже рассматривал пленников с научным интересом.

— Мы справились, — сказала я.

— Справились, — повторил Элиас.

Он поцеловал меня. И в этом поцелуе была победа.