Хозяйка горного перевала

Глава 19

Как оказалось, принимала я в род не сколько людей, сколько нелюдей. Дей Олберт был ни кем иным, как чистокровным драконом, магически ослабленным, отчего он не мог оборачиваться и летать. А это, на минуточку, для него подобно медленной агонии!

Об этом я узнала чисто случайно во время покупки лошадей. Вроде бы ничего такого страшного не произошло, но стоило лишь нашему квартету дойти до загона, где держались оные, как все они будто взбесились от страха. И лишь один жеребец, черный, будто смоль, стоял спокойно и пофыркивал.

К сожалению или к счастью, я не была драконицей. Моя родовая магия не могла дать ему ту силу, с которой он с легкостью мог бы обернуться. Но жить неприкаянным и без крыльев еще горше, чем жить, чувствуя связь с какой-никакой, но семьей.

Дей Кариб оказался орком-полукровкой, не таким большим и сильным, как его сородичи, но тоже с зеленоватой кожей и внушительной комплекцией. Его матерью была обычная крестьянка, живущая на границе между Орашем и Муаром. Поддавшись соблазну, она не устояла перед могучим орком, задурившим ей голову. Итогом этой мимолетной связи стала беременность девушки и рождение полукровки.

Жизнь Кариба не была сладкой с самого рождения. Никому ненужный, он рос неприкаянным драчуном. А как же иначе, если ватага мальчишек постарше постоянно задирала ни в чем не повинного ребенка?

В конце концов он, не выдержав издевательств со стороны людей, решил попытать счастье в степи. Судя по короткому рассказу, ему тогда было лет двенадцать или чуть больше. Но и степь его не приняла, высказав свое пренебрежение. С тех пор Кариб путешествует по миру, желая найти свое место, где он сможет хотя бы спокойно жить, не боясь за свою жизнь.

Дей Витар же выглядел обычным человеком, но вот его способности к стрельбе из лука говорили о многом. У меня закралось подозрение, что дело скорее всего не в многодневных тренировках, а в генах. Видать, предки Витара тоже были отнюдь не степенными личностями и умели развлекаться на стороне.

Как так получилось, что все трое оказались лишенными родовой защиты, я, признаться, не знаю. Никто из них и словом не обмолвился на эту тему, а я, честно говоря, и не настаивала. Зачем, если и у меня от них есть свои тайны? Со временем, может быть, мы и откроемся друг другу, но пока я решила оставить все как есть.

Зато они, смеясь и перебивая друг друга, поведали мне о том, как встретились на своем жизненном пути. Хотя, признаюсь, ничего смешного в этом не было. Скорее, диву давалась, как такие разные судьбы сплелись в один узел.

Кариб, вернувшийся к тому времени из орчьих земель, нанялся сопровождать один из торговых караванов. И все бы ничего, но одним из таких товаров оказался Олберт, которого тщательно скрывали от посторонних глаз. В людских землях, впрочем, как и во всем Лиране, рабства как такового не было, но были те, кто буквально жаждал обладать ручным драконом.

Это я сейчас сижу и думаю, а на кой он им был нужен, если оборачиваться и летать он не может? Оказывается, не все так просто. Драконы живут очень долго и даже лишенный родовой магии представитель крылатых способен пережить большинство рас. А вот кровь их оказалась очень ценна для зельеваров, пытающихся придумать эликсир вечной молодости.

А третий герой этой истории? Да самый обычный разбойник с большой дороги! Где-то между Каширом и Муаром их пути-дорожки и пересеклись.

И вот тут-то, по их словам, начинается самое интересное. Кариб, как честный полуорк, выполнял свою работу. Караван шел себе, никого не трогал. Ну, почти. Потому что этот самый глава разбойников, которого звали Витар, решил, что караван – это отличный способ поправить свое финансовое положение.

— Я, значит, выхожу такой, весь укутанный с ног до головы, — рассказывал Витар, давясь от смеха. — Меч сверкает, хотя в качестве оружия я его не очень люблю, лучше лук со стрелами, и голос такой грозный: «Стоять! Вы окружены». А они, как назло, вместо того, чтобы испугаться, начали ржать!

Кариб, как выяснилось, тоже не отличался особой серьезностью.

— Я, — говорит, — смотрю на этого Витара, а на нем штаны из охотничьего костюма какой-то леди! Видно, их шайка ограбила недавно ее карету, да вот и принарядился в то, что было! Ну, думаю, сейчас я тебя... Но тут вмешался Олберт. Он, бедняга, все это время сидел в клетке и гордо молчал. А тут вдруг как заорет: «Не надо его бить! Он же просто голодный!»

Представляете картину? Разбойник в женских штанах для верховой езды, полуорк, готовый к бою, и дракон, который жалеет разбойника!

— Я, — продолжал Витар, — от такого заявления чуть меч не выронил. Думаю, что за безобразие тут происходит? А этот дракон, как ни в чем не бывало, продолжает: "Ему, наверное, нечем заплатить за еду. Может, ему дать что-нибудь?" И сказал он это так лениво, будто не в клетке ехал в Кашир, а в благоустроенной карете.

— Так мы и познакомились, — заключил Кариб, вытирая слезы. — Разбойник, дракон и полуорк. Что может быть смешнее?

— А что было дальше? — не удержалась я от любопытства. — Как вы оказались в одном отряде наемников?

— Ну, дальше все было еще более нелепо, чем само знакомство, — усмехнулся Кариб, отпивая из кружки. — Пока разбирались с Витаром, оказались окруженными стражами его величества из маг-дозора. Мы как раз в это время стояли возле Олберта.

— Ага, с протянутой рукой. У меня кусок хлеба, а у Кариба – кружка с водой, — невесело усмехнулся Витар. — В стражу же кого берут? – спросил он и тут же сам ответил на свой вопрос: — Самых безнадежных магов или тех, у кого соображалки практически нет, но есть любовь к золоту. Вот мы и откупились после недолгих споров, правда монетами Олберта, которые он вытащил из зачарованного кошеля, своих-то у нас не было.

М-да… не так смешно, как грустно…

С их появлением в моей семье дела наконец-то двинулись с мертвой точки, и я закружилась в водовороте приятных хлопот. Мы не только докупили все необходимое для дальнего пути, включая тарелки и ложки, но и наконец-то избавились от украшений.

В тот день рынок гудел от приезжих торговцев. Воздух был пропитан ароматами специй, свежеиспеченного хлеба и чего-то неуловимо экзотического. Голоса сливались в единый шум: кто-то зазывал покупателей, кто-то громко торговался, а где-то слышался звонкий смех.

Поначалу я думала, что мы направимся в обменную лавку, но, как оказалось впоследствии, я ошиблась в своих догадках. Вот не зря я встретила Олберта, видно, само мироздание решилось таким образом помочь мне, сиротке-иномирянке.

Витар за свою семилетнюю разбойничью практику знал на лицо практически всех менял Кашира. Вот к одному из них, коим оказался угрюмый гном, он и привел меня.

В итоге я с легкостью рассталась со всеми украшениями, ведь цена на них была более чем достойной - чуть ниже рыночной стоимости. Выгодная сделка для обеих сторон, учитывая то, что украшения не имели сомнительную историю. Продавала-то я их сама, будучи хозяйкой всего имеющегося.

А вот покупка трех скакунов и двух смирных лошадок ощутимо ударила по кошельку. За этих красавцев пришлось выложить кругленькую сумму – целых пятьдесят золотых монет. Осталось решить вопрос с транспортом для меня и Сани. Увы, но ни я, ни она не умели ездить верхом в дамском седле, а покупать карету, как уверил меня Кариб, было бессмысленной тратой денег.

Я было пригорюнилась, ведь научиться держаться более-менее сносно на лошади — это дело не одного дня, да и уверенности в своих силах у меня не было. Как третьи сутки в мою комнату постучался взволнованный и радостный Дей Хоргар.

— Я нашел вам телегу, миледи!

Признаюсь, встретила эту новость с нескрываемым облегчением. Это было именно то, что нужно. Не такая, конечно, роскошная, как карета, но куда более практичная и, главное, доступная. Только вот в городе такую «роскошь» днем с огнем не сыщешь, разве что брать неликвид у караванщиков и самим все восстанавливать, а тут…

Дей Хоргар, как всегда, оказался на высоте, проявив не только находчивость, но и заботу о моём, как он выражался, "неопытном в этих делах" положении.

— Она крепкая, миледи, и вместительная, — тараторил он, глаза его сияли от гордости. — Я сам осмотрел её, проверил колёса, ось. И хозяин, старый кузнец, дал мне пару советов по уходу. Не придётся вам беспокоиться о поломках в пути.

Я кивнула, чувствуя, как тяжесть свалившегося на меня бремени начала рассеиваться. Действительно, зачем мне было придумывать сложные схемы обучения верховой езде, когда есть такое простое и надёжное решение? Телегу можно было запрячь лошадьми, которых мы уже приобрели. И пусть это не было изящным способом передвижения, зато позволяло нам с Сани путешествовать вместе, в относительной безопасности и комфорте.

Наличие удобного, а главное, вместительного транспорта внесло коррективы в наши покупки. Если Дей Хоргар лично снабдил нас необходимыми в пути одеялами, подушками, котелками и корзинами, то нам осталось лишь докупить мини-ларец, этакий аналог нашего холодильника, и короб со стазисом.

К тому же, памятуя о своём желании поэкспериментировать с тканями и природными красителями, я докупила несколько комплектов одежды не только для себя, но и для Сани. Если выдастся возможность, то обязательно покрашу их в яркий цвет, чтобы не выделяться на фоне аристократов. И пусть я не кичусь своим положением, но не люблю, когда ко мне относятся с пренебрежением, будто я невидимка.

Своих родовых сил, да и магии во мне очень мало. Права была Сани, когда говорила о том, что я могу максимум прибраться в комнате, и то потом буду полдня лежать без сил. И это не от незнания простых пасов и магических формул, их-то в голове Велерии было с лихвой, а именно из-за практически атрофированных каналов.

Я долго думала над тем, что не даёт магии концентрироваться в районе солнечного сплетения. Проклятие? Не думаю. Скорее тут связано со слабыми магическими сосудами, ведь магия, как я теперь понимаю, требует не только знаний, но и вместилища, способного её удерживать и направлять.

Сосуды, словно тонкое стекло, трещали от малейшего напряжения, не в силах справиться с потоком, который, казалось бы, должен был быть доступен хозяйке этого тела по праву рождения. Это было унизительно и обескураживающе. Я, иномирянка в теле Велерии, носительница древнего рода, чьи предки владели стихиями, чувствовала себя ничтожной, неспособной даже зажечь крошечный огонёк.

Мои магические сосуды были слабы, но это не означало, что они были безнадёжны. Возможно, их можно было укрепить, тренировать, как мышцы, которые становятся сильнее от постоянных нагрузок.

Но с этим вопросом я буду разбираться по приезду домой. А пока же… Я не пожалела денег и купила десять крупных свёкл, большой кулёк куркумы, целый кузовок ягод черники и ежевики, правда, прошлогодних, свежих-то ещё нет в продаже, весна на дворе всё-таки, целый ящик лимонов и три килограмма соли для протравы. И конечно, купила пять бутылей уксуса в качестве фиксатора краски, куда же без него. Правда, уксус тут продавался яблочный, но за неимением другого и этот сгодится.

Сани долго смотрела с недоумением на наши покупки, впрочем, как и Олберт с Карибом. А когда я поделилась с ними своими задумками, то и вовсе посмотрели на меня с сомнением, мол, не заболела ли я часом?

Махнула на них рукой. Да что они понимают в природных красителях, если сами до сих пор ходят во всех оттенках серого? Я бы на их месте давно бы поэкспериментировала с красками. Главное — было бы желание, а остальное, как говорится, приложится.