Идеальный проект

Глава 10 Стелла

Суббота. По плану у меня должен быть идеальный день отдыха: уборка под громкую музыку, марафон глупого сериала, который не требует участия мозга, и паста с таким количеством чеснока и чили, чтобы отпугивать нечистую силу на километр вокруг. Священное время, когда я принадлежу только себе.

Но план с треском провалился, не успев начаться.

Я стою босиком на холодной плитке кухни – уже минут тридцать, наверное. Тупо смотрю в окно на пустые качели во дворе, которые ветер толкает туда-сюда с унылым скрипом. Кофе, который я сварила час назад, превратился в горькую холодную жижу, к которой так и не притронулась. На экране ноутбука медленно плывет цветная заставка. В углу монотонно гудит стиральная машина, закончившая цикл бог знает когда, и этот звук, кажется, вторит круговороту мыслей в моей голове.

С самого утра там только одно имя.

Итан.

Память услужливо подсовывает картинки вперемежку: его пальцы, властно сжимающие мою руку на танцполе, его глаза, когда говорил, что не отступит. А потом открыл рот и все испортил своей чертовой искренностью.

Злость была бы подарком судьбы. Но она почти прошла, уступив место чему-то гораздо более сложному. Идиотскому любопытству «а что, если?», сомнениям и страху. Причем последнее не перед ним, а перед дурацкой химией, из-за которой я сбежала из офиса как последняя идиотка. Все ради того, чтобы выиграть время, собрать мысли в кучу и понять, что делать дальше.

С каким-то отчаянным рывком хватаю со стойки телефон. Пальцы сами находят его номер. Я смотрю на его имя, зависая над кнопкой вызова.

Покончи с этим, Стелла.

Будь он обычным красавчиком из бара, все было бы до смешного просто. Открыть чат, написать: «Было весело, но нет, спасибо!» – и заблокировать номер, не дожидаясь ответа. Я даже открываю переписку, палец уже готов напечатать первую букву. Но замирает над экраном.

Итан не парень из бара. Он мой босс. Близкий друг Райана. Работа, зарплата и хрупкая социальная жизнь в Сиэтле – все завязано на нем.

И что теперь?

Вариант «А»: притворяться в офисе, что ничего не было, и каждый день ловить на себе его взгляд, вздрагивая от любого «Стелла, зайди ко мне».

Вариант «Б»: написать заявление и спрятаться в другом городе.

Оба варианта – отстой. Я же взрослая женщина, бежать, поджав хвост, не в моих правилах.

По крайней мере, так я себя убеждаю.

Какая же удобная ложь.

Правда в том, что после Дэниела я решила, что мой личный лимит на мудаков исчерпан. Поставила эту часть жизни на бессрочную паузу. Только вот за удобной, циничной формулировкой прячется совсем другое – страх снова вляпаться по уши и обжечься.

Но тело, кажется, меморандум не подписывало. Оно помнит его прикосновение, запах, взгляд. Итан заставляет меня чувствовать то, чего я не испытывала ни с одним другим мужчиной. И это бесит больше всего. Потому что именно из-за физической измены самой себе в голове крутится идиотская и опасная мысль: а что, если он и правда другой? Что, если с ним так не будет?

И вот главный вопрос, от которого зависит все. Готова ли я рискнуть карьерой, спокойствием и свободой ради мужчины, который с равной вероятностью может превратить мою жизнь либо в сказку, либо в полную катастрофу?

Я со стоном закрываю глаза и тру виски. Хватит. Внутренний диалог ни к чему не приведет. Мне нужно с кем-то поговорить. Выпустить пар, пока он не взорвал мне голову.

Открываю список последних чатов. Хлоя. Лиам. Их имена висят в самом верху.

Хлоя:

– Стелла, всё в порядке? Ты и Итан? Что это было?

Лиам:

– Ты доехала? Дай знать, что дома.

Я ответила им почти сразу, как только захлопнула за собой входную дверь.

Стелла:

– Ребята, все нормально, я дома. Спасибо, что беспокоитесь. Давайте поговорим в понедельник, хорошо? Мне нужно прийти в себя.

С тех пор я не открывала чат. Боялась увидеть их дальнейшие вопросы, на которые у меня не находилось ни одного внятного ответа. Что я им скажу? Они видели все. Я не сомневаюсь, что в понедельник меня ждет допрос с пристрастием. Но будут ли они объективны?

Из горла вырывается короткий горький смешок.

Какая же я наивная.

Чью сторону они примут? Сколько они знают Итана? Несколько лет? А меня? Пару недель.

Пролистываю список контактов дальше, и сердце неприятно сжимается от одиночества. Десятки имен, и никого, кому бы я могла сейчас позвонить. Все остались в моей прошлой жизни, в другом городе.

И тут палец замирает.

Марк.

Ну, конечно…

Единственный человек, который, несмотря ни на что, всегда будет за меня. Да, он знает Итана. Да, это усложняет все в тысячу раз. Да, наверняка прочитает мне лекцию насчет интрижки с боссом. Но сейчас мне нужен не беспристрастный судья, а брат и друг.

Я давлю на кнопку вызова и, затаив дыхание, прижимаю телефон к уху.

– Эй, сестренка! – раздается в трубке до смешного бодрый голос брата. На фоне слышатся какой-то шум, веселый смех и, кажется, звон посуды. – Уже так быстро соскучилась, что решила набрать настолько рано?

Я пытаюсь что-то сказать, поздороваться, однако из горла вырывается лишь сдавленный, жалкий писк.

Бодрость в его голосе мгновенно испаряется.

– Стелла? – уже серьезно зовет он, и на том конце провода воцаряется тишина. – Что случилось? Ты плачешь?

Плотина, которую я с таким трудом удерживала всю ночь и утро, с грохотом рушится. Я сползаю по кухонному шкафчику на холодный пол, подтягиваю колени к груди и, задыхаясь от рыданий, шепчу в трубку:

– Марк… Я, кажется, вляпалась. Очень сильно.

– Тихо, Стелла, дыши. Просто дыши. Я с тобой. Рассказывай, что стряслось. – Его голос становится собранным и спокойным, как в детстве, когда он успокаивал меня после разбитых коленок.

Захлебываясь слезами, вываливаю на него всю историю с Итаном, сумбурно перескакивая с одного на другое. Марк молчит, не перебивая, давая мне выговориться. Когда я, наконец, замолкаю, выдохшись, в трубке на несколько секунд повисает тяжелая тишина.

– Окей, – наконец произнес брат. – Давай по порядку. Итан принуждал тебя к чему-то? Угрожал?

– Нет! – Я мотаю головой, хотя он не может этого видеть. – В том-то и проблема! Итан был настойчивым, но не мерзким. И искренним. Что пугает еще больше.

– Понятно, – говорит Марк медленно, явно пытаясь уложить все сказанное в голове. – Так. Не принимай сейчас никаких решений. Ни сгоряча, ни в панике. И никаких заявлений. Ты меня слышишь? Просто сиди дома. Я что-нибудь придумаю…

Его фразу обрывает звук, от которого у меня останавливается сердце.

Три резких, уверенных стука в дверь.

Я застываю, вцепившись в телефон.

– Стелла? Что это? – встревоженно спрашивает Марк.

Не могу ответить. Не могу дышать. На ватных ногах, стараясь не издать ни звука, крадусь к двери, как вор в собственном доме. Зажмурившись, прижимаюсь к холодному металлу глазка.

По ту сторону стоит Итан в джинсах и серой толстовке. Он выглядит до смешного обыденно. В одной руке держит два бумажных стакана, в другой – букет красных пионов. Переступает с ноги на ногу и смотрит на дверь напротив.

Я отшатываюсь назад, спотыкаюсь о коврик и едва не падаю. Из горла вырывается сдавленный всхлип.

– Стелла, кто там?

Я прижимаю ладонь ко рту, пятясь вглубь квартиры, подальше от двери.

– Итан.

Стук повторяется. Настойчивее, громче.

– Марк, что мне делать? – Голос срывается и дрожит. Я вжимаюсь спиной в холодную стену коридора, и она, кажется, единственное, что держит меня в вертикальном положении.

– Так, слушай меня! Во-первых, дыши. Глубокий вдох, Стелла. Давай. Я жду.

Я судорожно втягиваю воздух.

– Хорошо. Во-вторых, слушай. Я могу сесть в машину прямо сейчас. Буду у тебя через… – Он замолкает, явно прикидывая время.

– Нет! – вырывается у меня слишком громко. Я тут же зажимаю рот рукой. – Нет, не надо, Марк, правда. Я… я не думаю, что Итан причинит мне вред.

В трубке повисает короткая пауза. Я почти физически ощущаю, как он на том конце провода взвешивает мои слова, пытаясь понять, говорю я из страха или потому что действительно так считаю.

– Хорошо. – Его тон смягчается. – Тогда тебе нужно открыть дверь, сестренка.

– Что? – Я ошарашенно смотрю на телефон и снова прикладываю его к уху. – Нет! Я не знаю, что ему сказать!

– Ты не можешь вечно прятаться. Но это твоя территория, и рано или поздно вам придется поговорить. Лучше сейчас в своей квартире, а не в понедельник в его кабинете. Так у тебя будет больше контроля над ситуацией.

Его логика железная, однако каждая мышца моего тела кричит: «Нет!»

– Просто поговори с ним, – мягко продолжает Марк. – Не надо ничего решать. Выслушай. И помни, ты ничем ему не обязана.

Я молчу, судорожно обдумывая его слова.

– Стелла, вот что мы сделаем: ты сейчас кладешь трубку, но если что-то пойдет не так, и он скажет хоть одно неверное слово или почувствуешь себя неуютно – ты бросишь мне дозвон. И клянусь, я окажусь у твоей двери через десять минут, и мне будет плевать, босс он или президент. Поняла?

– Поняла.

– Вот и умница. Давай, сестренка. Ты справишься. Позвони, как все закончится.

– Хорошо. Спасибо, Марк.

Я завершаю вызов. Несколько секунд стою в тишине, прижимая телефон к груди. Слова брата придают мне решимости. Хрупкой, но да ладно.

Он прав. Лучше покончить с этим сейчас.

Делаю еще один глубокий вдох, вытираю мокрые щеки и медленно иду к двери. Мельком смотрю на свое отражение на темном экране телефона: опухшие красные глаза, растрепанные волосы, дурацкая домашняя футболка с растянутым воротом.

Что ж, пусть увидит меня такой.

Моя рука дрожит, когда тянусь к замку. Я медленно поворачиваю ключ и, на секунду зажмурившись, открываю дверь.

Мы молча смотрим друг на друга, и за пять секунд перед глазами успевает пронестись целая жизнь.

Итан первым нарушает тишину.

– Привет… – Он делает небольшой, почти дерганый шаг вперед, протягивая мне то, что держал в руках. – Прости, что без предупреждения. Я… Мы можем поговорить? Это тебе.

Его вес смещается с одной ноги на другую, потом обратно. Стаканчики с кофе едва заметно дрожат, и несколько капель падает на его кроссовки. Но он, кажется, даже не замечает этого.

Я стою, не решаясь протянуть руки. Принять цветы и кофе – значит впустить его. Не просто в квартиру, а дальше. Согласиться. Сократить дистанцию. Я должна захлопнуть дверь прямо у него перед носом. Сказать, чтобы убирался. Так было бы правильно. Безопасно.

Но вместо этого пальцы смыкаются на теплом картоне и шуршащей цветочной обертке. Я молча отступаю вглубь коридора, освобождая проход.

В голове эхом отдается голос Марка: «На твоей территории».

Избегая взгляда Итана, я разворачиваюсь и иду на кухню. Пока ставлю стаканы и неуклюже устраиваю цветы в вазе, до меня доносятся звуки из коридора. Шарканье подошв по ламинату. Короткая пауза. Снова шарканье.

Когда, наконец, собираюсь с духом и оборачиваюсь, он стоит посреди гостиной спиной ко мне и смотрит в окно. Малейший скрип половицы под ногами заставляет его резко развернуться.

Теперь я вижу его лицо при дневном свете. Под глазами залегли темные тени, которых вчера, кажется, не было. Он выглядит измученным. Его рука скользит в карман джинсов, и я слышу приглушенное звяканье ключей.

– Я не мог ждать до понедельника, – выпаливает Итан, прежде чем успеваю что-либо сказать. – Я бы извел себя. Вчера… все было неправильно.

Он проводит свободной рукой по волосам, взъерошив их еще сильнее. Двигается ко мне, но тут же останавливается.

– Послушай, Стелла… Прежде чем сделаешь какие-либо выводы, решишь, что ненавидишь меня, или захочешь уволиться… – Он замолкает, как будто подбирает слова. Звяканье ключей становится настойчивее. – Я должен тебе кое-что рассказать. О себе. Кое-что очень важное.