Рабочий день подходит к концу. Я откидываюсь в кресле и пролистываю на планшете фотографии, которые Стелла прислала сегодня. Вот они – ровные ряды новеньких, блестящих на солнце панелей, аккуратно смонтированных на крышах «Эко-Вершины». А вот рабочие в касках заканчивают установку системы очистки воды. После нескольких недель простоя, нервов и поиска решений проект снова в движении. Напряжение понемногу отпускает, и улыбка сама собой появляется на лице.
Я закрываю галерею и возвращаюсь к монитору. На экране открыта рабочая почта. Стелла сегодня была на площадке, а потом работала из дома. Она просила прислать ей последние отчеты от подрядчика. Нахожу нужные файлы, прикрепляю их к новому письму и на секунду замираю, зависнув пальцами над клавиатурой.
После того взрыва на ее кухне неделю назад мы все обсудили с юристом и договорились на работе вести себя исключительно как коллеги. Из-за поцелуя в клубе, который видели, кажется, все мои сотрудники, это было единственным разумным решением, чтобы сохранить профессиональную репутацию и ее собственную, и агентства. Да и чтобы СМИ не устроили очередной скандал из-за наших отношений.
Я вздыхаю и начинаю печатать, соблюдая правила дурацкой игры.
Кому: stella.monro@grantdesign.com
От: ethan.grant@grantdesign.com
Тема: Отчеты по проекту «Эко-Вершина»
Мисс Монро,
Во вложении находятся запрошенные вами документы по текущим работам на объекте.
С уважением,
Итан Грант
Нажимаю «Отправить» и снова откидываюсь на спинку кресла, проводя рукой по лицу. Это абсурд. Мне хочется стереть все и написать: «Стелла, я видел фото. Ты в каске выглядишь до смешного серьезной. Скучаю». Хочется спросить, не устала ли она после поездки, и в сотый раз сказать, что я горжусь тем, как блестяще она разрулила шумиху в СМИ. Она не только погасила пожар, но и превратила его в мощную PR-кампанию, выставив наше агентство в самом выгодном свете.
Рядом с ней мне сложно держать руки при себе. Каждый раз, когда она появляется в кабинете, чтобы обсудить работу, мне приходится прилагать нечеловеческие усилия, чтобы не прижать ее к двери. Иногда я проигрываю эту битву, и наши «совещания» становятся предметом слухов. К счастью для нас, исключительно доброжелательных. Краем уха слышал, как девушки шепчутся, что Стелла хорошо на меня влияет, я стал мягче и что «мистер Грант заслуживает счастья». Они даже не представляют, насколько правы.
На экране появляется уведомление о новом письме.
Кому: ethan.grant@grantdesign.com
От: stella.monro@grantdesign.com
Тема: Re: Отчеты по проекту «Эко-Вершина»
Мистер Грант,
Спасибо, все получила.
Судя по цифрам, новые подрядчики – настоящие волшебники.
Стелла Монро
Я улыбаюсь и быстро печатаю ответ.
Кому: stella.monro@grantdesign.com
От: ethan.grant@grantdesign.com
Тема: Re: Re: Отчеты по проекту «Эко-Вершина»
Мисс Монро,
Рад, что вы оценили.
Хотя, на мой взгляд, настоящее волшебство – то, как вам удалось заставить прессу писать о нас хвалебные статьи после такого провала.
Итан Грант
Ответ приходит почти мгновенно.
Кому: ethan.grant@grantdesign.com
От: stella.monro@grantdesign.com
Тема: Re: Re: Re: Отчеты по проекту «Эко-Вершина»
Просто делаю свою работу, мистер Грант.
Нужно же кому-то следить, чтобы гении вроде вас не оставались в тени.
Стелла Монро
Хватит. Переписка только разжигает аппетит. Я хватаю телефон, нахожу ее номер в избранном и нажимаю вызов.
– Слушаю, – доносится из трубки после второго гудка. Тон у нее идеально деловой и ровный, но готов поклясться, что она улыбается.
Я откашливаюсь, пытаясь говорить официально.
– Мисс Монро, надеюсь, не отвлекаю вас от работы?
В трубке слышится тихий смешок.
– Возможно. А что, у вас есть для меня еще одно срочное задание, мистер Грант? – Она подыгрывает, и ее голос становится чуть ниже, с той самой хрипотцой, которая всегда действует на меня безотказно.
Я усмехаюсь, отбрасывая все формальности.
– Есть. Неотложное. Приглашаю тебя на свидание. Прямо сейчас. Хочу отпраздновать наши успехи.
Повисает пауза, настолько ощутимая, что успеваю проклясть свою импульсивность.
– Звучит интригующе, – нарушает она наконец тишину, и я с облегчением выдыхаю. – Как раз умираю с голоду. И, кажется, у меня в холодильнике до сих пор остался фиолетовый смузи. Вдруг пригодится.
Из горла вырывается смешок, но звук получается немного сдавленным. Перед глазами моментально вспыхивает образ: фиолетовый след на кончике носа, а потом на губах. Вкус ягод, смешанный с ее собственным. Невольно облизываюсь, и волна жара прокатывается по телу. Внизу живота все напрягается. Приходится сдвинуться в кресле, чтобы мой член не принял невинный комментарий за прямое приглашение к действию.
– Оставь его. У меня на тебя другие планы. Буду через сорок минут.
Я прощаюсь и сбрасываю вызов. С улыбкой поднимаюсь из-за стола. Предвкушение заставляет двигаться быстрее. Хватаю пиджак со спинки кресла, на ходу бросаю своим сотрудникам: «Всем до завтра!» – и иду к лифту, не оглядываясь.
Дорога до дома Стеллы пролетает в тумане. Огни города превращаются в сплошные неоновые полосы. Я не слышу ни музыки, ни гудков – только стук собственного сердца в ушах.
Мы со Стеллой сознательно не торопимся с физической близостью. Не после того, что она мне рассказала про Дэниела. Когда я услышал, что он с ней сделал, единственным желанием было купить билет до Чикаго, найти его и заставить заплатить за каждую ее слезу. Но Стелла смогла остановить меня – или, скорее, отвлечь – поцелуем.
После этого мы проводили время вместе, как обычные парочки. Ужинали в ресторанах и у меня дома, гуляли по ночному городу, целовались до головокружения в моей машине, но я ни разу не перешел черту. Каждый такой вечер был шагом вперед, однако он же и затягивал узел напряжения между нами все туже. Я знал, что Стелла тоже хочет меня. Видел это в ее глазах, когда она закусывала губу, прощаясь со мной у своей двери. Чувствовал в том, как ее дыхание сбилось, когда в прошлый раз я поцеловал в шею, прямо под ухом.
Но для меня это не обычный секс. Не способ снять напряжение. Речь идет о близости, которую я хочу разделить с ней. Это про то, чтобы показать ей, как она прекрасна, желанна и любима. Чтобы она не просто почувствовала удовольствие, а доверилась и позволила себе быть слабой, зная, что я сберегу ее сердце.
Я не самонадеян и не уверен, что все произойдет именно сегодня. И опасаюсь сделать слишком много или слишком мало, испугать ее своей настойчивостью. Но внутренний голос кричит, что медлить больше нельзя. Что это и есть тот самый вечер. Что она готова к этому шагу. И если я все сделаю правильно…
Припарковавшись у ее дома, я глушу мотор и поднимаю взгляд к знакомым окнам. Теплый свет внутри заставляет сердце биться сильнее.
Пора.
Я делаю глубокий вдох и открываю дверь. Каждый шаг по асфальту до подъезда отдается эхом в голове. В лифте смотрю на сменяющиеся цифры этажей, и на мгновение возникает предательская мысль: а не поторопился ли я со своими «планами»?
Мои инстинкты, конечно, взбунтуются, если вечер закончится прощанием у двери, но мысль, на удивление, не пугает. Ее комфорт и спокойствие важнее любых моих ожиданий. Даже если придется ехать домой с синими яйцами. Перспектива неприятная, но терпимая. А вот увидеть в ее глазах страх или сожаление было бы невыносимо.
Рука замирает в сантиметре от кнопки звонка. Я задерживаю дыхание, собираюсь с силами и нажимаю. Стелла открывает почти сразу, будто ждала за дверью. И на секунду я забываю, как дышать.
На ней тонкий шелковый халат темно-синего цвета, который она даже не потрудилась плотно запахнуть. Легкая ткань расходится, и я вижу изгиб ее ключицы и тонкую полоску черного кружева под ним. Волосы чуть влажные после душа, собраны в небрежный узел на затылке, несколько прядей выбились и касаются щеки. На лице ни грамма косметики, а в глазах пляшут игривые искорки.
Стелла опирается плечом о дверной косяк, слегка склонив голову набок.
– Быстро ты.
– Я же сказал, у меня планы. – Делаю шаг вперед, пересекая порог и закрывая за собой дверь.
– А как же ужи-и-ин? – Она намеренно протягивает звук, лукаво улыбаясь. – Я думала, ты пригласишь меня в итальянский ресторанчик с живой музыкой.
Не сводя с нее глаз, медленно снимаю пиджак и вешаю на спинку стула в прихожей.
– О каком ресторане может идти речь, когда ты встречаешь меня так? Мы остаемся. У нас будет самое персональное обслуживание и… особенное меню, которое не предложат больше нигде.
Стелла тихо смеется и, развернувшись, проходит вглубь гостиной. Я следую за ней, не торопясь сокращать дистанцию, наслаждаясь тем, как темно-синий шелк струится по ее бедрам, подчеркивая каждое движение.
– Правда? – Она оборачивается и останавливается посреди комнаты, скрестив руки на груди. – И что у шефа сегодня в меню? Надеюсь, не очередной смузи? Боюсь, моя кухня не переживет второго взрыва.
Я делаю шаг к ней, потом еще один, сокращая расстояние почти до нуля.
– Нет. – Мой голос падает до низкого шепота. – Никаких смузи. Сегодня в меню то, о чем мы оба думали последние несколько дней.
Медленно, чтобы она могла видеть каждое движение, я поднимаю руку. Но не касаюсь кожи. Пока нет. Пальцы лишь скользят по гладкому шелку, очерчивая линию прямо над животом. Сквозь тонкую ткань чувствую жар тела, контрастирующий с прохладой материала.
Ее дыхание сбивается на полувздохе. Игривость в глазах сменяется чем-то более глубоким, темным, как вода в ночном озере. Ладони поднимаются и мягко ложатся мне на грудь, пальцы слегка сжимают ткань рубашки.
– И… что же это? – шепчет она.
– Игра, – выдыхаю я, взгляд опускается к ее приоткрытым губам и снова возвращается к глазам. – Которую, кажется, пора заканчивать.
Второй рукой я обхватываю ее талию и мягко притягиваю Стеллу еще ближе. Мы синхронно отступаем на пару шагов, пока задняя сторона моих коленей не упирается в край дивана. Я опускаюсь на мягкую обивку, увлекая ее за собой, но Стелла перехватывает инициативу.
Она ставит одно колено мне на ногу, рукой опирается на плечо для равновесия и плавно, с невероятной, сводящей с ума грацией, устраивается на мне. Халат распахивается сильнее, обнажая нежную кожу живота и соблазнительную линию талии над кромкой кружева. Ее тепло мгновенно проникает сквозь ткань моих брюк.
– Кажется, кто-то решил взять все в свои руки, – хрипло произношу я, накрывая ладонями ее ягодицы.
– Я всегда играю, чтобы победить, – мурлычет она, пальцы перемещаются выше, запутываясь в волосах на моем затылке. Касание посылает дрожь вдоль позвоночника. – А какова твоя цель в этой игре, Итан?
– Ты. Всегда только ты…
Пространство между нами, кажется, потрескивает от статики. Дышать становится трудно. Все вокруг исчезает. Остается только она: ее приоткрытые на беззвучном выдохе губы, их влажный блеск в тусклом свете и отчаянные толчки пульса под кожей. Во мне бурлит глубокая потребность чувствовать ее еще больше. Прямо сейчас.
Повинуясь импульсу, я сокращаю последние дюймы и целую Стеллу. Сначала легко, почти невесомо, впитывая невероятную мягкость ее губ. Замираю на мгновение, чтобы она могла отстраниться. Но она, наоборот, подхватывает мой напор, и поцелуй из нежного мгновенно становится глубже, требовательнее.
Нахожу узелок, удерживающий ее волосы, и легко тяну за него. Светлые влажные пряди тут же рассыпаются по плечам, окутывая меня тонким цветочным ароматом и ее собственным, уникальным запахом. Зарываюсь в них пальцами, придерживая голову для более глубокого поцелуя, пока мой язык скользит в ее рот.
Стелла отвечает на вторжение с такой же отчаянной страстью, вторя голоду, который я сдерживал в себе неделями. Ее ногти впиваются в кожу на затылке, и из моего горла вырывается глухой стон. Короткая вспышка боли подстегивает, разгоняя кровь до предела.
Мне мало. Катастрофически мало. Поцелуй становится рваным, жадным. Отрываюсь, лишь чтобы тут же впиться снова, чувствуя, как она прикусывает мою губу в ответ. Я очерчиваю косточками край кружева ее трусиков. Одно лишь предвкушение сводит с ума. Ныряю большим пальцем под тонкую ткань и касаюсь ее разгоряченной кожи.
Мы отрываемся друг от друга, лишь когда в легких не остается воздуха, и жадно глотаем кислород. Грудь Стеллы тяжело вздымается, на щеках горит румянец, а на губах играет озорная улыбка.
– Хорошо, шеф-повар… Закуска выглядит многообещающе. Но что насчет основного блюда?
Усмехнувшись, провожу большим пальцем по ее нижней губе и слегка надавливаю.
– Стелла, ты так торопишься. Мы еще даже не добрались до аперитива.